Глава 134

Грегори

Разумная моя часть не хотела верить в слова Матильды, но я поклялся оправдать ее доверие: не прерывать, не перебивать, дать ей шанс рассказать. И потом, когда я попытался задать несколько уточняющих вопросов, ее ответы, детали, которые она выдавала, уверенность... рациональная моя часть говорила, конечно, что это безумная выдумка, но я видел, что на самом деле все правда. Такое невозможно придумать. Она не только рассказывала о самодвижущихся без коней повозках, но и уверенно говорила о том, каков механизм их движения, хоть и добавляла со смехом, что знает только общие принципы, а не конкретные детали и схемы. Что и неудивительно. Но все равно что-то она знала, чего знать Матильда Крантерлот не могла.

И в конце концов, я смог пройти это испытание, увидел, как она улыбнулась с облегчением, расслабилась, скользнула в мои объятья. Вот только даже если забыть о подмене души, все было куда сложнее, чем хотелось бы. Матильда... Анна, как звали ее в прошлом мире, смертельно боялась того сверхъестественного существа, что ее сюда отправило с неизвестной целью. И я не знал, как это исправить, как помочь.

Разве что попытаться все же выполнить его волю?

Когда мы подошли к принцу Джозефу и Флоренс, оказалось, что они о чем-то увлеченно спорят, причем они умудрялись одновременно и злиться, и смеяться. Прислушавшись, я понял, что они обсуждают знаменитое убийство герцога Лаферита, случившееся полвека назад. Он был найден в запертой изнутри комнате, подозрение пало на его сына-наследника, и тот сбежал за границу.

— Я вообще считаю, что это сделала его молодая вдова или кто-то, кого она наняла, — убежденно заявила Флоренс. — Женщин вечно недооценивают. Что было с ней после?

— Она вышла замуж за младшего сына своего пожилого мужа, — хохотнул принц.

— Вот видите! — обрадовалась Флоренс.

— Только в тот день ее не было в замке, она уехала в монастырь на моленье на неделю. И пасынок ее сопровождал. Их видели свидетели в другом месте.

— Все равно считаю, что это они, — упрямо повторила Флоренс. — Мы просто не знаем, как именно они это сделали.

— Могли нанять двойников, которых видели свидетели. И тайно вернуться в нужное время. А закрытая комната — может, там есть тайный ход. Или убийца залез в окно, — включилась в разговор Матильда.

Принц Джозеф принялся ей активно возражать, и мы пошли дальше по дорожкам, прогуливаясь и болтая. Уловив момент, я сделал Флоренс знак, мы немного отстали, и я спросил ее:

— Вы давно знаете про Матильду... в смысле, Анну?

— Думаю, будет лучше называть ее местным именем, чтобы не проговориться при людях, — заметила девушка. — Я... начала подозревать давно, но удостоверилась недавно. Это было... сложно. Понять, что в теле твоей матери кто-то совсем иной.

Я внимательно смотрел на реакцию Флоренс, и она сама вдруг сказала то, что я спросить не решался:

— Вы думаете, не придумала ли она это, не фантазирует ли, не сошла ли с ума?

— Я люблю ее и хочу доверять, — признался хрипло.

Она почему-то понимающе кивнула:

— Мне тоже было сложно. Но этого невозможно придумать. Должны быть ошибки в логике, а ее знания объяснить нельзя. Она ничего не смыслит в истории и географии нашего мира, но знает многое о человеческом теле, о природе, о химии... Даже наш алхимик Деймон, мне кажется, знает меньше. И это при том, что Матильда говорит, что давно забыла то, чему училась в их школе. Не представляю даже, каков на самом деле уровень их науки, если крупицы из нее настолько значимы.

Она начала быстро перечислять то, что запомнила: о строении кожи, о клетках, о применении алхимии в окраске тканей, о кровотоке и микроскопических существах, вызывающих болезни... у меня голова пошла кругом, я этими вещами не интересовался особо никогда.

— Она потрясающая, — выдохнул я удивленно.

— Я надеюсь, теперь у вас все будет хорошо, — улыбнулась Флоренс.

Я кивнул ей, но занозой осталась неуверенность — справимся ли мы, сможет ли Матильда-Анна остаться в этом теле?

— Маркиза, оказывается, интересуется историями о преступлениях, — заметил Джозеф, когда мы присоединились к ним.

— Я... мне рассказывали когда-то много подобных историй. Только не про преступления, а про то, как выслеживают и ловят преступников. Даже самый хитроумный преступник оставляет следы, и их можно найти и выйти на него, как по ниточке, исследуя место преступления, сопоставляя факты, проверяя показания свидетелей.

Джозеф уважительно кивнул.

С принцем нам пришлось расстаться — он не горел желанием сегодня выходить в свет и быть центром внимания, поэтому был одет в неприметный темный костюм и старался держаться поодаль от остальных гуляющих. Я же остался погулять вместе с Матильдой и ее семьей. Мы вышли из глубины парка и отправились на поиски Патрисии, Зоуи и Кристофера, которые по словам моей теперь уже невесты остались смотреть представление скоморохов. Флоренс пошла чуть впереди, давая нам возможность поговорить.

— Теперь тебе известно о моих бедах, — наедине Матильда легко перешла на «ты», от чего внутри становилось теплее, — а как на счет твоих? Есть что-то, что тебя беспокоит, я вижу.

Я тяжело вздохнул:

— Может, не будем портить этот день?.. — но, напоровшись на мрачный взгляд своей дамы, поспешил исправиться: — ладно. Не то, чтобы это меня должно было сильно беспокоить. Мой брат когда-то совершил ошибку. Но теперь на меня пытаются возложить за это вину. Я могу отказаться, никаких официальных поводов что-то делать у меня нет, но...

— Но это твой род и его честь, — понятливо кивнула Матильда, — и тебе не хотелось бы, чтобы имя герцогов Викторф полоскали на каждом углу.

— Да, — выдохнул я облегченно и тут же замер, увидев причину моих проблем.

Неподалеку от группы людей, окруживших двоих прыгающих друг через друга скоморохов, стоял господин Макнафер собственной персоной с самодовольным видом. Напротив него с искаженным злостью лицом стоял Кристофер Ярдвиг, за спиной которого спряталась испуганная Зоуи.