Глава 38 Первое занятие

– Привет, Оля, – Тихомиров широко улыбается и отходит в сторону. – Привет, принцесса. Проходите. – Привет, Макс, – Алинка, едва сбрасывая туфельки, бежит к нему обниматься. Лучшего друга нашла, ага. Я же снова невольно отмечаю, как хорош собой Макс в любом образе. Сейчас на нем надеты светлые шорты-карго и белая майка с накинутой поверх рубашкой. Которые очень ему к лицу. А влажные волосы, зачёсанные назад, и легкая щетина добавляют убойной сексапильности. Приходится признать, что возраст Тихомирову только на пользу пошел. Думаю, на него и сейчас охотно залипают двадцатилетние девчонки. – Оль, ты чего застыла? – Макс выгибает бровь, и я понимаю, что все еще стою на пороге. – Прости, задумалась, – поспешно сбрасываю туфли и иду вслед за дочерью. – Ничего, уж кому как не мне знать, что такое задуматься. Всю жизнь так живу. В голосе Тихомирова слышится такой знакомый, родной смех, и внутри снова начинает щемить от тоски. Поневоле думается, как всё у нас могло бы быть, если бы не лезли в нашу жизнь ни родители, ни третьи лица. Но теперь уже ничего не изменишь, так что не стоит травить душу, копаясь в прошлом. Так что я давлю в себе ненужные мысли, разворачиваюсь к Тихомирову и натягиваю на лицо беззаботную улыбку. – Так, и где тут у тебя можно помыть руки? – Первая дверь по коридору. Мы с Алиной быстро моем руки, а потом Макс проводит для нас экскурсию. Должна признать, квартира шикарная. Просторная, светлая, со вкусом обставленная. Две спальни со своими санузлами, кухня, совмещённая с гостиной, зал, отведенный под рояль, и даже небольшой кабинет, заваленный бумагами, набросками и партитурами. Тут Тихомиров явно писал музыку. Ну и вид из окон зала и с балкона открывался потрясающий. – Чудесная квартира, – заметила я. – Снимаешь у агентства? – Нет, – довольно улыбнулся. – Это моя собственная. Еще год назад купил, заочно. Сашка выбирал ходил. А я одобрил, подписал документы онлайн и перевел оплату. Надо же. А мне Саша не сказал, что покупает для Тихомирова квартиру. Хотя ничего удивительного, наверное, думал, что я буду нервничать. Они с Леной вообще как между молотом и наковальней оказались с тех пор, как я вышла замуж за Никиту. Годами прилагали усилия, чтобы поддерживать дружеские отношения и со мной, и с Максом. И не ссориться между собой при этом, вставая на чью-то сторону. И не хотелось бы мне быть на их месте. Нелегко это на самом деле. – Отличный выбор, – решаю, что надо бы поздравить Макса с покупкой. – Квартира потрясающая. – Я тоже так думаю. Надоело, знаешь ли, по съемкам таскаться. Их и гостиниц мне и на гастролях хватает. Захотелось иметь свой угол не только в Москве, но и здесь. Раз уж возвращаюсь сюда за вдохновением. А вложение в недвижимость – дело всегда выгодное. Ну, если только это не вымирающий городок. Но наша Каменка, к счастью, вполне процветает. – Это да, мы практически молимся для нового мэра. Он первый на моей памяти, кто так много делает для города. Поэтому Каменогорск и цветет. – И это хорошо. Сердце радуется за родные места. Так что думаю, с вложением не прогадал. Да и рояль теперь на месте стоять будет. Хватит уже с него переездов. Его как раритет беречь надо. – Это ведь он, да? – я вздрогнула, посмотрев на такой знакомый инструмент. – Рояль твоего дедушки? – Да, – Максим ответил тихо, – это он. Наши взгляды встретились, и предательница-память снова подкинула пикантные моменты из прошлого. Та самая ночь, наша первая близость. Жаркие поцелуи, осторожные ласки и потерянная невинность. И то, как я сидела на подлокотнике кресла, а Макс с упоением наигрывал мне свои мелодии. Эти картинки ожили, вернулись из небытия и заплясали перед глазами, вызвав легкое головокружение. Макс тоже вспомнил, я увидела это по глазам, вмиг ставшими черными. Он тоже ничего не забыл. Почему-то не забыл. На миг у меня перехватило дыхание, но потом я быстро отвернулась, сосредоточив все свое внимание на дочери. Лишь бы не думать о том, о чем не следует. Боли в моей жизни было достаточно, и я не хочу переживать ее заново. – Ну что, начнете урок? – спрашиваю, смотря на Алинку, с нетерпением перетаптывающуюся с ножки на ножку. С тех пор как я рассказала Але о том, что Макс будет давать ей уроки музыки, вся хандра испарилась. И про Диану она забыла, и про папу. И я тихо этому радовалась. – Да, начнем, – в голосе Макса звучит нечто странное, но я не поддаюсь искушению и не оборачиваюсь. Уроки. Макс с этого дня просто учитель моей дочери. Ну и мой старый приятель. Этих рамок нам и стоит придерживаться. ***** Урок длится дольше обычного. Максим не следит за временем, он просто учит Алю нотам, аккордам, знакомит с расположением клавиш на рояле. Я заметила, что он специальный стул купил, чтобы ей было удобнее. Аля занимается с большим энтузиазмом, а я успеваю и фоток наделать, и повздыхать над тем, что моя малышка играть, похоже, научится раньше, чем читать и писать. И даже рабочие документы, присланные по почте, успеваю просмотреть. А потом, наконец, Макс дает «отбой». Но прощаться с нами не собирается. Наоборот, заявляет, что заказал ужин. – Зачем? – удивилась я. – Ну, – невозмутимо поводит плечом. – Лично я голоден, как волк. Да и Алинка проголодалась. Да, принцесса? Не мучить же ребенка голодом? – Да, мамочка. Я тоже хочу кушать, – старательно кивает моя мелкая хитрюга, а я снова закатываю глаза. Тяжело, когда ты одна против двоих. Впрочем, стараюсь не заморачиваться. Макс же ужинал у нас дома, а теперь мы у него. Ответный визит состоялся, только и всего. Еду привозят через десять минут, и мы втроем устраиваемся за небольшим столом. Аля с удовольствием уплетает салат, цветные пельмешки и сырники, а мы с Максом едим стейки с гарниром. Сидим хорошо, душевно. Без всякого напряжения. А потом, что называется, песец приходит откуда не ждали. Аля допивает свой чай, деловито осматривает кухню и внезапно выдает. – Макс, а у тебя дети есть?