Глава 25

2 марта 1995 года

За ночь меня так и не отпустило.

Самое смешное, что если бы я реально что-то прятал, они бы это так и не нашли – так же, как не нашли и дневник.

Если бы это был не Яр, я бы, наверное, сам его грохнул. И так всю ночь мелькали в голове картины, где я врываюсь к нему с пистолетом и палю по яйцам, пока есть патроны.

Но это же, что б его, Яр!

Он вообще хоть услышит звук выстрелов, или решит, что это муха пролетела?

Я за два года не обманул его ни разу.

Ни разу! И он, наверное, первый в моей жизни человек, которого я ни разу не обманул.

Так что мне ещё сделать, чтобы он начал мне верить?

Чёрт.

Вообще-то, я знаю и сам. Надо закончить дело с Серовым. Целиком довести до конца. И ничего он мне не сделает, когда я принесу ему на блюдечке клуб и контакты поставщиков.

Победителей не судят.

***

Андрей не стал подходить к столику, за которым сидел Семён. Кивнул ему издалека и направился на танцпол, где Ивану было бы труднее за ним уследить.

Вечер, как назло, выдался тихий, и народу было не очень много, так что пришлось проторчать там добрых полчаса.

Серов появился у стойки почти сразу – и сразу уставился на Андрея, пожирая его жадным взглядом, так что даже танцевать становилось неудобно, будто этот взгляд сковывал его по рукам и ногам.

Андрей ответил на его взгляд своим собственным – упрямым и насмешливым. Но улыбаться не стал – мог заметить Иван.

Так он и танцевал, не отрывая взгляда от клиента, стоявшего у стойки и, вопреки всякому этикету, потягивающего не коктейль и не пиво, а эспрессо из маленькой чашки.

Серов допил кофе и, поставив чашку на стойку, пошёл прочь.

Андрей почувствовал, что ещё немного и шанс будет упущен, но всё же уйти с танцпола не рискнул – Иван стоял хоть и в отдалении, но буравил его взглядом с тем же тщанием, что и Серов. Андрей даже подмигнул ему, и издалека послал воздушный поцелуй.

Иван демонстративно сплюнул.

К одиннадцати народ, наконец, подтянулся, и Андрей, забурившись в самую гущу танцующих, вышел из неё уже с другой стороны. Подловил момент, когда бармен направится на кухню, и оттащил его в сторону за рукав.

- Я тут Серова ищу, - сказал он и протянул бармену стодолларовую банкноту.

- Андрей? – спросил тот, ловко, но без спешки вытаскивая банкноту из его рук.

- Точно. Это я.

- Пошли, - бармен кивнул на дверь, ведущую на кухню.

Андрей оглянулся на Ивана, который уже некоторое время нервно крутил головой, пытаясь высмотреть его на танцполе, и нырнул туда, куда ему показали.

С интересом оглядел огромные промышленные печи, абсолютно не нужные в месте, где никто не ел ничего, кроме жареных сосисок, да и то по особой глупости.

- Сюда, - бармен не дал ему долго стоять без дела и подтолкнул к двери, ведущей во двор.

Андрей послушно пошёл за ним. Вышел наружу и тут же почувствовал, как в лицо ударил холодный воздух – куртка осталась в гардеробе, а на улице был далеко не май.

Заметить что-либо ещё он не успел, потому что два здоровенных мужика схватили его за плечи – один зажал рот ладонью, другой согнул пополам и, не обращая внимания на сердитое мычание, отработанным движением Андрея запихнули в стоящий поблизости автомобиль.

- Суки! Ярик вас…

Андрей замолк, увидев совсем рядом задумчивое лицо Серова.

- Что за Ярик? – спросил тот.

- Отец… - поправился Андрей и, почувствовав всю неубедительность этого уточнения, добавил. – Святой отец. А Ярик – это мой парень. Мы же с тобой жениться не договаривались, да?

Серов хмыкнул и отвернулся. Знаком приказал сидевшему за рулём амбалу трогаться с места и поудобнее устроился в кресле.

Андрей последовал его примеру. Какое-то время он ёжился, но, поскольку Серов его мучений не замечал, решил всё же озвучить:

- Печку включи.

- Тим, включи.

Водитель щёлкнул каким-то тумблером, и от приборной панели по салону стало медленно расползаться тепло.

- Не передумал? – спросил Серов, когда машина оказалась от клуба уже достаточно далеко.

Андрей хохотнул.

- А у меня выбор пипец богатый, да?

Михаил не ответил. Снова отвернулся и стал смотреть на дорогу.

Андрей судорожно соображал. С оружием в клуб не пускали. Отбирали даже газовые баллончики. Впрочем, до металлоискателей Серов не додумался – видимо, решил сэкономить – так что «бабочка» спокойно отдыхала у Андрея в кармане. Вот только с ножом он толком работать не умел.

Андрей вздохнул.

Машина остановилась, и, открыв дверцу, Серов подтолкнул его к выходу. Андрей выбрался наружу и снова обхватил себя руками.

Серов вышел следом.

- Сюда, - он указал на подъезд.

По всему телу Андрея пробежала неприятная леденящая волна. Подъезд был точь в точь как тот, в котором обитал Козырев. «Впрочем», - подумал Андрей – «они все на одно лицо». И с этой мыслью шагнул внутрь.

Серов к нему не приставал. Всё время, пока поднимались в лифте на седьмой этаж, он стоял, прислонившись к стенке, засунув руки в карманы чёрного пальто, и рассматривал Андрея исподлобья.

Андрей тоже его рассматривал, но первым делом рассмотрел всё же лифт – камер не было, или он их попросту не нашёл.

- Чего ты от меня ждёшь? – спросил он, убедившись, что за ними никто не наблюдает.

- Не волнуйся, - ответил Серов. – Я сделаю всё сам.

Двери лифта открылись, и они вышли. Квартира на этаже была одна, как и у них с Яром, хотя холл и попроще.

Серов открыл дверь своим ключом, и когда загорелся свет, Андрей отметил, что квартира вообще обставлена как-то совсем не комильфо.

- Любишь дядюшку Скруджа? – поинтересовался он.

Серов нахмурился, но ничего не сказал. Молча принялся разматывать шарф и снимать пальто. Только покончив со своей одеждой, он подошёл к Андрею и обнял его, от чего тот, и без того продрогший с мороза, задрожал ещё сильней.

- Замёрз? – спросил Серов мягко.

- Да.

- Согреть?

Не дожидаясь ответа, Серов коснулся поцелуем изгиба его плеча.

Губы у него были сухие и мягкие, но Андрей всё равно необыкновенно отчётливо ощущал, что эти губы – чужие, и здесь их быть не должно. Или, может быть, его самого не должно быть в этой квартиры, в этом доме, рядом с этим мужчиной?

- А можно я позвоню? – спросил он неожиданно сам для себя. Вся решимость испарилась, а план явно летел к чертям, потому что квартира никак не могла быть квартирой Серова. Нужно было срочно придумывать что-то новое, но Андрей толком не знал что. Весь план теперь казался глупым.

- Тут телефона нет, - подтвердил его подозрения Серов и попытался поцеловать ещё раз, но Андрей вывернулся и скользнул вглубь коридора к двери.

- Слушай, Миш, я правда продрог, - сказал он. – Может, хоть чаю сначала? Или водочки, а?

Серов явно был недоволен, но, после небольшой паузы, кивнул.

- В комнате посиди, - сказал он и указал на одну из двух дверей, а сам скрылся на кухне. Андрей заглянул за дверь. Комната была как комната – только ощущение, что никто здесь не жил, бросалось при взгляде на каждую деталь. Журналы на столе покрылись пылью, и последний номер датировался 93 годом. Пепельница, стоявшая на подоконнике, была пустой, что само по себе, могло бы не значить ничего. Из видеомагнитофона торчала кассета и, присев напротив телевизора, Андрей прочитал на бумажке имя: «Антон». Едва он успел произнести его про себя, как рука Серова перехватила кассету и, выдернув, куда-то убрала.

- Порнушка? – спросил он.

- Типа того.

- Поставишь?

- Не хочу.

Андрей кивнул.

- Как скажешь. Как там чай?

- Почти готов. Сейчас принесу.

Серов развернулся к нему спиной, а в следующую секунду произошли сразу два события.

В прихожей грохнула дверь, – но Андрей ни услышать, ни осмыслить этого не успел, потому что едва Серов повернулся к нему спиной, схватил магнитофон и, обдирая провода, врезал им Серову в основание затылка. Тот покачнулся, но оружие явно оказалось менее прочным, чем его голова. Серов повернулся, собираясь ударить Андрея в ответ, но явно пока ещё не понял толком, что именно происходит. В глазах его стояло это самое удивление, когда Андрей, уже отбросивший магнитофон, ударил его под дых, а затем, когда Серов согнулся пополам, сложенными в замок руками по загривку.

На сей раз Серов осел к его ногам, а Андрею показалось, что он оказался в каком-то сюрреалистическом сне, потому что напротив себя, в открытых дверях, он увидел разъярённое лицо Яра, державшего, для полного счастья, в руках макар.

- Только не стреляй! – поспешно предупредил он и продемонстрировал зачем-то открытые ладони.

Яр окинул взглядом сначала Андрея, затем скорчившегося у его ног мужчину.

- Этого убрать, - приказал он, кивнул на Серова, и тут же из-за его спины появились Иван и ещё один амбал. Серова скрутили и вывели прочь, а Яр остался стоять неподвижно, глядя на Андрея.

- Ярик, я тут одну штуку нашёл… - Андрей извлёк из стола кассету и показал ему. – Я не успел посмотреть, но мне кажется, это интересно.

Яр отобрал у него кассету и тоже прочитал, беззвучно шевеля губами: «Антон». Повернулся и крикнул охранникам:

- Квартиру обыскать.

Андрея он взял за плечо – так, что пальцы его впились в тело как клешни – и так подтолкнул к двери.

На лестничной клетке обнаружилось ещё двое ребят в кожанках, но Яр дал им отмашку оставаться на месте.

Уже садясь в лифт, Андрей услышал сдавленный мат и звуки ударов, обернулся посмотреть, что происходит в квартире, но разглядеть не смог ничего.

А едва двери закрылись, Яр толкнул его к стене, так что Андрей неприятно ударился затылком, а затем, выждав ещё пару секунд, ударил по кнопке принудительной остановки.

- Ты что творишь? – прошипел он, знакомо пришпиливая Андрея к стене взглядом и довершая дело двумя руками, поставленными по обе стороны от его головы.

Андрей сглотнул.

- Я тебе помочь хотел. Компромат найти. Ярик, я бы не стал с ним спать…

- Да какое к чёрту спать! – Яр рявкнул так, что услышали все семь этажей, и тут же понизил голос. – Он таких как ты убивает десятками, идиот.

- Ты волновался? – спросил Андрей осторожно, и это предположение почему-то взбесило Яра так, как не бесил даже сам факт самовольной поездки к чёрту на рога. Чтобы найти это место, пришлось избить бармена и опросить всех, кто видел, как Андрей выходил во двор. К тому же Люк ещё не говорил с ореховскими, и Яр сильно рисковал, затевая этот конфликт. Но если до этой секунды он ещё надеялся спокойно поговорить, то теперь тормоза сорвало окончательно, – а следом за тормозами оказались сорваны джинсы Андрея, который, едва ощутив внезапную атаку, почему-то залепетал: «Я с ним не спал!»

Яру было плевать. На самом деле плевать. Пока он ехал сюда, в дом на самой окраине Москвы, он трижды думал, что у него не выдержит сердце, и теперь кто-то должен был за это ответить.

Он вздернул Андрея под колени, закинул щиколотки себе на плечи, и тот, видимо инстинктивно, тут же обхватил Яра руками вокруг шеи. Нога тут же заныла от непривычного веса, но Яр только снова прислонил Андрей спиной к стене, кое-как извернувшись, расстегнул брюки и вошёл.

Андрей поскуливал и вжимался в Яра как мог. Ему было больно – Яр чувствовал это, и в эти секунды как никогда хотел этой боли, хотел, чтобы Андрей понял… понял что-то. Яр не знал, что именно тот должен понять. Ногти Андрея скребли шею Яра, разрывая кожу до крови, но Яру было плевать на эту маленькую месть и на собственную боль, потому что испуганный и не ждавший подобного вторжения Андрей был сухим и невозможно тугим. Удовольствия не было вообще когда он излился внутрь напряжённого тела, только чуть прояснилось в голове.

Андрей продолжал судорожно сжимать его за плечи и, положившись на эти болезненные объятья, Яр осторожно вышел и помог ему встать на ноги. Поднёс руку к глазам и увидел кровь. Яр даже и не знал толком, чья. Пачкая футболку, прижал Андрея ещё плотней к себе и зашептал в оказавшееся совсем рядом ухо:

- Андрей, никогда не делай так. Ты же не знаешь, кто он такой. Зачем тебя сюда понесло? Я бы и так узнал, что он за человек. И никогда бы тебя ему не отдал. Понимаешь ты это?

Он говорил что-то ещё, бессмысленное и бессвязное, но Андрей, кажется, его не слышал. Он тоже что-то тихо бормотал и, замолчав, Яр услышал такое же бессмысленное:

- Ярик, больно… Очень больно… Зачем ты так?

- Андрей…

Яр не знал, что ещё может сказать. Прижал его к себе и некоторое время просто гладил по волосам.

- Я никого… - бормотал Андрей и почему-то давился словами, - никого, кроме тебя…

Яр осторожно поставил его на пол и натянул обратно спущенные до колен джинсы. Застегнул и, выпрямившись, поймал лицо Андрея в ладони. Погладил большими пальцами по щекам, вглядываясь в глаза.

- Не обижайся на меня, - попросил он тихо.

Андрей зажмурился и покачал головой.

Яр наклонился и поцеловал его. Мягко, стараясь приласкать хоть немного. Он не так видел этот миг, когда ехал сюда. Он думал, что заберёт Андрея у Серова и прижмёт к себе. Может, даже донесёт до машины на руках. Он на всё был готов в ту секунду, когда понял, как легко может его потерять. Но это чувство, так близко подошедшее к поверхности ещё час назад, снова спряталась куда-то в глубины его души, и теперь он не знал, что может сказать.

Яр нажал кнопку первого этажа. Лифт тронулся.

Заметив, что Андрей всё ещё дрожит, сбросил с плеч пальто и накинул ему на плечи.

Андрей задрожал почему-то ещё сильней, и Яр обнял его.

Всё так же, не размыкая объятий, довёл до машины и помог забраться внутрь.

Яр выпрямился и, подозвав стоявшего в тени подъезда Люка, сказал:

- Андрей у него какие-то кассеты нашёл. Посмотрите, что там. Думаю, пропавшие мальчишки. И квартиру обыщите. Знаю, проблемы будут. Но если за него заступятся – покажите кассеты. Если там кто несовершеннолетний есть, они поймут.

Люк кивнул.

- Ещё что-то?

- Я позвоню.

Яр сам скользнул в машину и подал водителю знак.

Какое-то время сидели молча. Андрей вжимался плечом в дверцу со своей стороны, будто пытался увеличить расстояние, разделявшее их.

Выдержал он недолго. Когда машина уже выезжала на Садовое, сделал вид, что его качнуло на повороте и упал на Яра сбоку, вцепился в него ногтями и замер так, упираясь лбом ему в плечо.

- Обними меня, - прошептал Андрей.

Яр молча подхватил его и прижал к себе. Так они и ехали до самого конца.

***

Яр боялся оставлять Андрея одного.

Пришлось уложить его спать у себя, и всё равно всю ночь он не мог сомкнуть глаз – лежал и разглядывал дрожащие во сне ресницы и покрасневшие веки.

«Почему это происходит?» - билось у него в голове, и он сам уже не мог вспомнить ответ. Ему было всё равно, сколько ещё людей касалось этого мальчишки, лежащего перед ним, и можно ли ему верить. Он просто хотел, чтобы Андрей всегда был рядом и больше никогда никуда не исчез.

Он вспоминал те ночи, когда они лежали вместе, в одной кровати. Яр тогда всегда засыпал первым, но спал крепко, как младенец, и ему никогда не снились сны о войне.

Теперь он видел эти сны без конца – там были он, Люк, Вано и Толик. А потом снилась посиневшая голова Вано и чёрная футболка Толика, на которой расплывалось мокрое пятно.

Яр уткнулся носом Андрею в плечо и, не просыпаясь, тот перевернулся на бок и обнял его, прижимая плотнее к себе.

- Андрей… - прошептал он и поцеловал юношу в висок.

- Я тоже тебя люблю, - услышал он у самого уха, и сам ощутил поцелуй.

Прошла неделя, и всё немного успокоилось. Андрей выглядел измученным и в клуб больше не ходил. Яр даже не заговаривал о Семёне – он и сам боялся Андрея отпускать от себя больше, чем на шаг.

Договориться с ореховскими удалось не без проблем и пришлось отдать им хорошие каналы поставок с востока, но всё же буря улеглась.

На восьмой день Яр вошёл в комнату к Андрею и какое-то время разглядывал его, сидевшего за столом и что-то писавшего в тетради. На голове у Андрея были наушники, и он явно не слышал, как Яр вошёл.

Яр подошёл к нему и молча стянул наушники прочь, а потом, не сдержавшись, зарылся носом в мягкие пряди волос, зажмурился, наслаждаясь этой секундой, и не заметил, как Андрей торопливо перелистнул страницу.

- Что ты пишешь? – всё же спросил он, когда открыл глаза и увидел белоснежные листы.

- Да так… - Андрей судорожно искал, как бы соврать, - решил учёбу вспомнить.

- Хочешь доучиться? – спросил Яр, устраиваясь на стул сбоку от стола.

Андрей задумался.

- Не знаю, - сказал он наконец. – Не ехать же в Англию опять. Да и сейчас как-то от этого… толку мало, да?

Яр не ответил. Он был за учёбу. Но и Андрей был прав. Отпустить его в Англию он бы не решился.

Вместо ответа он положил на белоснежные листы чёрную пластиковую папку.

- Что это? – Андрей поднял бровь и с любопытством посмотрел сначала на папку, потом снова на него.

- Открой.

Андрей развязал тесёмки и стал читать лежащие внутри документы.

Уловив название «Катакомбы», он снова поднял взгляд на Яра.

- Ты его дожал, да?

- Да. На тех записях, что ты нашёл, он мучил мальчишку по имени Антон, пропавшего четыре месяца назад. Насиловал и пытал. Таких записей было ещё шесть.

Андрея передёрнуло.

- И на его месте мог быть ты, - не преминул дожать его Яр.

Андрей плотно сжал губы и промолчал. Снова опустил глаза и стал вчитываться в мелкие буквы.

- Мне нужно понять, всё ли здесь правильно? – спросил он сухо.

- Нет, тебе нужно подписать, - Яр пролистал бумаги и ткнул в последнюю страницу. – Это дарственная, Андрей.

- Я понял, но при чём тут… - Андрей замолк и добавил тихонько, - я…

Потом посмотрел на Яра.

- Я подумал, тебе будет интересно поиграть, - Яр пожал плечами. – Ты у нас любишь дизайн и стереосистемы, разве нет?

Андрей улыбнулся одним краешком губ, но улыбка получилась какая-то горькая, и это заметил даже Яр.

Яр молчал, ожидая чего-то, сам не зная чего, но в комнате стояла тишина.

- Спасибо? – спросил наконец Андрей неловко.

- Скажи, что любишь меня, - тихонько попросил Яр.

Улыбка Андрея стала расслабленной и усталой.

- Очень люблю, - сказал он и накрыл ладонью руку Яра, лежащую на столе.

Самого Яра напряжение так и не отпустило. Слова, вырванные таким образом, не выглядели искренними ни на грамм.

- Я хочу, чтобы ты спал со мной, - добавил он. – Как раньше.

В глазах Андрея на секунду мелькнул тёплый огонёк и тут же погас.

- Конечно, - сказал он.

Яр встал и пошёл к двери.

- Яр… - позвал Андрей. Яр обернулся, и их взгляды встретились. – А с самим Серовым что?

- Ничего, - ответил Яр и вышел. Серова он застрелил сам. Жалел только о том, что пришлось сделать это в городе, а потому всё произошло слишком быстро. Но Андрею об этом знать было абсолютно не нужно.