Глава 99

- На три дня? – Андрей положил в рот кусочек бифштекса и принялся жевать его неторопливо, стараясь выиграть время.

- Три дня в Париже, - подтвердил Джеральд. Он сидел, откинувшись на резную спинку стула, какими славилась пафосная кафешка на первом этаже редакции. – А ты говоришь о них так, как будто я предлагаю тебе совершить экскурсию на Голгофу.

Андрей отрезал ещё кусочек мяса и так же тщательно принялся жевать.

- Эрик? – Джеральд поднял бровь.

Их непонятный контакт затягивался, и оба это понимали. Весна уже подходила к концу, а Андрей всё ещё старательно избегал необходимости говорить «да» или «нет».

И теперь, когда Хайдегер предлагал ему возможность, которая вряд ли была ещё у кого-то из сотрудников – вместе с ним отправиться на вечеринку в честь годовщины Cosmo с посещением всех сопутствующих фэшн-центров Парижа и, конечно же, с возможностью перезнакомиться со всеми стоящими людьми, Андрей снова не мог сказать ни «да», ни «нет».

На вечеринку он, безусловно, хотел.

Это был тот самый шанс, ради которого он согласился на работу у Хайдегера и принял на себя все возможные риски по поддержанию этих непонятных отношений.

И в то же время три дня – это было слишком много, чтобы рассказывать Яру про завалы на работе.

Он и без того устал врать. Хайдегер отнимал у него слишком много времени, в то время как Андрей хотел, чтобы это время, когда последний кадр уже отснят, принадлежало бы ему и Яру.

- У меня есть время подумать? – спросил Андрей и тут же поймал недобро блеснувший взгляд. Этот взгляд он видел у Джеральда не в первый раз. Он плохо вязался с обаятельным и обходительным мужчиной, которого Андрей знал, но Андрей отлично понимал, насколько обманчива бывает внешность. Взгляд выдавал Джеральда с головой – Андрей видел такой у Яра и у некоторых других людей, куда лучше умевших скрывать свои чувства. Этот взгляд всегда появлялся, когда кто-то из них не получал то, что уже считал своим по праву. Когда кто-то не получал всё целиком.

- Я не собираюсь тебя заставлять, - Джеральд натянуто улыбнулся, но на его лице отчётливо читалось обратное.

Андрея, впрочем, не слишком беспокоило его лицо. Схема и так была слишком сложна, чтобы учитывать ещё и его.

- Нужно проверить, нет ли у меня планов на выходные. Ты же знаешь, трудно упомнить всё.

Джеральд звонко бряцнул вилкой о стол и, обернувшись к пробегавшей мимо официантке, потребовал счёт. Он ушёл, а Андрей остался сидеть, глядя на город, бушевавший за окном. В Лондоне всё было иначе – и в то же время неуловимо похоже на всё, что было с ним в Москве. Здесь не было гламурных тусовок, но были приёмы у важных людей. Не было авторитетов, но были люди, которые имели слишком много денег, чтобы уступать.

Андрей со вздохом взял в руки телефон – маленькую сделку с самим собой, изъявшую ещё одну порцию денег из бюджета на ремонт. Трат для поддержания статуса вообще оказалось куда больше, чем он ожидал.

- Привет, - он невольно улыбнулся, услышав на другом конце линии голос Яра, точно так же говоривший:

- Привет, - и многоголосый лай собак. – Секунду подожди.

- Отвлекаю? – вопрос был риторическим. Время Яр находил всегда.

- Нет. Только выйду сейчас. Вот.

Лай стих, но Андрей всё ещё молчал, разглядывая машины, проносившиеся за окном.

- У тебя всё хорошо? – спросил Яр, заметив, что молчание затягивается.

- Да. Я хотел спросить, ты на соревнования едешь или нет?

О соревнованиях они говорили несколько раз. Яр подумывал начать выставлять собак, но самым главным претендентом на медаль был мастиф, а именно его показывать было нельзя. Остальных собак нужно было готовить, и Яр всё никак не мог решить для себя, интересно ему это или нет.

- Думаю, да, - за последние две недели это был самый определённый ответ. – Медкомиссия начнётся шестнадцатого числа.

Андрей прикрыл на секунду глаза и кивнул.

- Неделя, да?

- Да, – Яр помолчал, прежде чем спросить: - Хочешь со мной?

Оба понимали, что с ним Андрею ехать нельзя.

- Нет, просто спросил, - Андрей поёжился, пытаясь избавиться от неприятного, тянущего чувства в груди, которое никак не оставляло его. – Ярик, у меня тоже будет выезд небольшой. Ты же отпустишь меня, да?

Яр молчал. Видимо, отпускать не хотел, но Андрей прекрасно знал, что отпустит всё равно. Вопрос только в том, что будет потом.

- Когда? – спросил Яр тяжёлым голосом, надтреснутым и хриплым, как первые раскаты грома.

- Семнадцатого. Как раз.

Яр молчал ещё какое-то время, прежде чем закончить так же мрачно:

- Хорошо.

Яр первым нажал отбой, и Андрею стало неприятно от мысли о том, что не случившийся взрыв всё же прогремел – где-то там, глубоко под водой.

На приём он улетал на сутки позже, чем Яр. Потому Яра он ездил провожать в аэропорт – и даже отвёз на машине сам. Андрей же должен был улетать один. Машину он брать не стал, чтобы не оплачивать стоянку в аэропорту. Добрался на такси и уже на месте понял, что ему не нравится то, что происходит – на взлётном поле его ожидал корпоративный самолёт.

- Что это? – спросил он у Джеральда, остановившегося рядом с ним.

- Наш самолёт.

Андрей поджал губы, чтобы не сорваться. Джеральд явно пытался произвести эффект - и произвёл, но только совсем не тот, который ждал.

Вся дорога до Парижа прошла в молчании, лишь изредка нарушаемом Джеральдом, но Андрей напрочь отказывался поддерживать разговор.

Так же тягостно прошёл и сам приём – размещение в гостинице, где внезапно не хватило свободных номеров, так что Андрей едва не отправился искать другой отель, знакомства, поздравления, разговоры.

Андрей не мог бы сказать, что всё это не его. Напротив, среди всех этих людей он чувствовал себя легко. Вот только мужчина, стоявший рядом и старательно поддерживавший его под локоть, был не тот – настолько не тот, что шампанское теряло вкус.

- Может, всё-таки поговорим? – произнёс Джеральд, когда они уже снова летели в Лондон.

Андрей упрямо смотрел в окно. Он не знал, что можно сказать. План не работал. Все эти люди были друзьями Джеральда, и Джеральд наверняка смог бы сломать его карьеру так же легко, как сейчас мог её построить.

Андрею казалось, что он бродит в замкнутом круге, и от этого его по рукам и ногам сковывала тоска.

- Мне интересно фотографировать, - сказал он, когда самолёт уже шёл на посадку, а Джеральд окончательно отчаялся получить на него ответ.

Хайдегер вскинулся и посмотрел на него.

- В чём проблема? У тебя получается хорошо.

Андрей усмехнулся.

- Но ведь я не поэтому нужен тебе, так?

Хайдегер пожал плечами и не ответил ничего.

Андрей снова уставился в окно. Он вспоминал Москву и думал, почему там ему всё удавалось так легко.

- Пошли, - он даже не заметил, как самолёт замер на посадочной площадке, и Хайдегер тронул его за плечо. – Ты на машине?

Андрей покачал головой.

- Я тебя подвезу.

Андрей не ответил, потому что это был не вопрос. Он не сомневался, что Яр всё ещё на соревнованиях. Видеть Хайдегера - ещё час или около того - не хотелось совсем, но Андрей слишком устал, чтобы спорить, поэтому позволил вывести себя наружу и вывести из аэропорта.

- Я сейчас… - Джеральд, видимо, собирался сказать, что сейчас подгонит машину, но не успел, потому что Андрей услышал голос, который прошил серую вязкую реальность раскалённой иглой, выдернул его из дрёмы и швырнул лицом о ледяной пол.

- Эрик!

Андрей обернулся на голос и расплылся в улыбке, чувствуя, что ещё немного - и тёплыми ручейками стечёт на пол.

Яр был зол. Андрей видел это в почерневших от ярости глазах, но Андрей всё равно не мог бы представить, чтобы в эту секунду с ним случилось что-то лучшее, чем этот зов.

Джеральд тоже обернулся, услышав имя своего спутника, и, очертив фигуру Яра изучающим взглядом, тихонько спросил:

- Кто это?

Андрей не расслышал вопроса. Он продолжал смотреть на Яра и глупо улыбаться. Тот был одет в старые потёртые джинсы, которых, кажется, не менял с самого приезда в Англию, и поношенный китайский свитер, нелепо смотревшийся на фоне дорогого серого костюма Джеральда.

Яр подошёл вплотную, и Андрей увидел, что они практически одного роста, но тяжёлая, мрачная энергия делала фигуру Яра мощнее на вид.

- Кто это? – повторил Яр только что прозвучавший вопрос.

Андрей облизнул губы.

- Это мой шеф, - сказал он. – Мистер Хайдегер.

Андрей повернулся к Хайдеггеру.

- Это мой… - он вдруг понял, что не может позволить себе даже запинки, потому что этого Яр уже не простит. И не может сказать «кто», потому что на этом его работе в журнале придёт конец. – Партнёр, - произнёс он почти без паузы, - Николо. Николо Манчини.

Хайдегер продолжал смотреть на Яра холодно и зло, так же, как Яр смотрел на него.

- Я хотел подвезти тебя, - сухо сказал Яр.

- А выставка?

- Передумал. Расскажу потом.

Андрей последний раз окинул Хайдегера взглядом, прощаясь с карьерой, которую так и не успел начать, и повис у Яра на шее, не обращая внимание на сотни движущихся вокруг людей.

Яр прижал его к себе.

- Как это… - шепнул он на ухо Андрею.

- Прости, прости, прости… - зашептал Андрей, и Яр просто прижал его к себе.

Хайдегер прокашлялся, пытаясь обратить на себя внимание, но Андрей и не думал шевелиться.

- Устал, - сказал Яр за него. – Спасибо, что проводил.

Хайдегер молчал какое-то время, а потом кивнул, и Андрей услышал из-за спины:

- Мне пора.

Руки ему Яр так и не пожал.

К машине они двигались молча. Яр долго пытался завести поношенный мотор. Он был на грани того, чтобы плюнуть и завести нормальное авто, так нелепо смотрелся их минивэн рядом с ленд ровером Хайдегера, уже отъехавшим достаточно далеко.

- Ярик… - сказал Андрей тихо, наблюдая за его мучениями. – Я бы никогда….

Он не нашёлся, как продолжить, и прильнул к плечу Яра всем телом. Тот вздохнул и, перехватив его так, чтобы можно было гладить по волосам, прижал к себе.

- Я знаю, - сказал он и поцеловал Андрея в висок.

Андрей закусил губу и прижался к его плечу виском.

Мотор всё-таки завёлся, и машина, слегка покашливая, двинулась вперёд.

- Я Севе работу нашёл, - сказал Яр, отпуская Андрея, чтобы положить вторую руку на руль.

- На псарне?

- Да нет, - Яр поморщился. – В доках. Дальше сам.

Он искоса посмотрел на Андрея.

- Я не стремлюсь его держать под боком, Андрей. Мне с ним… тяжело. Просто я должен был почувствовать, что могу ему помочь.

Андрей молчал. Больше всего ему хотелось свернуться клубочком и уткнуться носом Яру в бок.

«Помоги мне», - промелькнуло в голове, но произнёс он только:

- У меня ничего не выходит. Ничего, Яр.

Яр снова покосился на него и, вильнув, прижал машину к обочине. Заглушил мотор и повернулся к Андрею лицом.

- Чем тебе помочь?

Андрей недоумевающе посмотрел на него. Он был почти уверен, что не успел ничего попросить.

Андрей облизнул губы и отвернулся.

- Ничем.

- Я не хочу, чтобы ты летал в Париж с этим мужиком.

Андрей покачал головой.

- Больше не полечу.

Он тоже покосился на Яра и прижался к нему лбом.

- Я просто не знаю… не знаю, что делать, Яр. Я стараюсь, но, кажется, я правда только и могу… Трахаться и стрелять, - он усмехнулся самому себе.

- Дело не в этом, - сказал Яр спокойно и погладил его по спине. – Андрюш, хватит, а? Давай всё же купим тебе журнал.

Андрей вырвался и посмотрел на него зло.

- Ты думаешь, мне это надо, Яр? Опять твои деньги, да?

Яр криво улыбнулся.

- Если бы это… Ты бы уже ушёл. Это – надо мне. Иначе - что я делал все эти семь лет, если теперь не могу сделать счастливым тебя?

Андрей долго молчал.

- Студию, - сказал он наконец тихо и, в ответ на вопросительный взгляд Яра, добавил. - Это будет студия.

- Да хоть колбасный завод. И давай уже наконец сделаем ремонт.

The End!