Глава 8

Москва. Кремль. Кабинет начальника Тайной Канцелярии

Князя Пожарского Дмитрия Алексеевича

Князь принял Осипова, как только тот попросил аудиенции.

— Сергей, здравствуй, давай сразу без официоза, садись и рассказывай, — Дмитрий Алексеевич не дал даже рта раскрыть вошедшему менталисту — чаю?

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство, — всё равно поздоровался Осипов — если можно, лучше кофе.

— Конечно, — князь нажал на кнопку коммуникатора — Танечка, будь добра, принеси нам два кофе, пожалуйста

Дождавшись секретаршу с подносом, на котором стоял кофейник, сахарница и сливочник, менталист приступил к докладу.

— В результате опроса причастных удалось установить последовательность событий. Три месяца назад Виктор Медведев видимо решил провести инициацию, а сестра вызвалась ему помочь и пройти ритуал вместе с ним. Он вычитал, что такой способ практикуют в Индии при недостаточной силе одного из участников ритуала. Якобы второй участник делится с первым силой и поддерживает его.

Сергей прервался, налил себе кофе, отпил, и продолжил.

— Возможно, в случае частичной блокировки магических способностей этот метод бы сработал, но в результате оба оказались в коме. Но Виктор не умер, как обычно бывает при попытке инициации мужчин в его роду. Так что нужно передать эту информацию учёным, пусть разберутся.

— Это сейчас не важно, это всё потом — прервал его князь — дальше по теме, пожалуйста.

— Да, конечно, Ваше Сиятельство. Ритуал дети проводили в лесу, неподалёку и если бы не любопытная кухарка, любительница подслушать, которая и услышала рассуждения Виктора, что проклятье должно терять силу с поколениями и можно попробовать пройти инициацию, то дети скорее всего бы погибли. Она увидела, как брат с сестрой уходят в лес рано утром и заподозрила не ладное, но долго не решалась беспокоить госпожу, поскольку та вернулась накануне очень поздно. Но, все-таки доложила, но было поздно. Когда Екатерина Андреевна с Семёном добрались до детей, те уже были без сознания. Виктора и Елизавету принесли в дом, и госпожа уже приказала звонить в службу спасения, как в усадьбу пришёл гость. Очень странный гость.

Осипов отпил ещё кофе, прокашлялся и продолжил.

— Гость этот был монахом. Тёмно-синяя ряса, с золотым знаком на левом плече. Кулак в кругу.

— Так! — князь аж подался вперёд на этих словах — Дальше.

У монаха в руках была только небольшая шкатулка тёмного дерева, и он настаивал на встрече с хозяйкой дома, ибо это вопрос жизни и смерти. Его проводили к Екатерине Андреевне, ей он повторил всё что говорил слугам, и попросил о приватном разговоре. Ровно через пять минут он покинул поместье, а госпожа по воспоминаниям кухарки ещё десять минут не выходила. А когда вышла распорядилась Виктора положить в её машину, слугам дождаться врачей и передать им только сестру. И настрого приказала всем говорить, что несчастье случилось только с Елизаветой. А сама, вместе со своим доверенным человеком, Семёном, уехала. Как думает кухарка в охотничий домик.

— Так, — в очередной раз проговорил Дмитрий Алексеевич — я надеюсь эту информацию следователь жандармерии не узнал?

— Конечно, нет, все слуги придерживались версии, что им приказали озвучивать.

— Хорошо, дальше

— Дальше их госпожа перестала отлучаться надолго из дома, а ездила только в охотничий домик. А через неделю пограничный контроль прошли Виктор с Семёном. Но я отдал фото с камер поста экспертам, контроль прошёл кто-то вместо Виктора по его документам. Далее я опросил местного авторитета и лидера контрабандистов. И если первый ничего не добавил к картине, к нему не обращались ни Медведева, ни Семён, то вот от второго я услышал много интересного.

Сергей прервался, отдышался, допил кофе и продолжил. В этот раз князь его не торопил, терпеливо ожидая продолжения.

— Так вот, глава шайки контрабандистов поведал мне, что под хребтом Зубы Вепря есть сквозная пещера, которой они пользуются. Мало этого, Семён постоянно обращался к ним за помощью в доставке разных запрещенных ингредиентов, а порой и сам с ними ходил в Монгольское Ханство. И проход этот находится как раз недалеко от охотничьего домика Медведевых. Далее я посетил Елизавету Александровну Медведеву в госпитале, но там глухо, очень глубокая кома, ничего не увидеть.

Осипов замолчал. Пожарский барабанил пальцами по столу, размышляя. Наконец, минут через пять он заговорил.

— Ты молодец, голубчик. По поводу совместной инициации, уведоми учёных, но без имён и мест. Только факты. И нет, подопытных мы им не предоставим. Даже если она в глубокой, как ты говоришь, коме. Далее. Насчет тоннеля. Пока ничего не делаем. Просто наблюдаем. Под предлогом усиления контроля за границей с Монгольским Ханством дай задание фотографировать этот хребет со спутников и с той, и с нашей стороны, раз в какое время сам реши. А теперь ступай.

— Слушаюсь, ваше Сиятельство! — Осипов поклонился и покинул кабинет.

Князь ещё немного посидел, барабаня по столу, а затем снял трубку с чёрного телефона.

— Егор Олегович, здравствуйте. Да… Как обычно… Да, иду, спасибо

Дальше повторился ритуал с переодеванием в парадный мундир и через пятнадцать минут глава тайной канцелярии стоял в кабинете Императора. Там тоже всё происходило как обычно. Александр усадил Дмитрия Алексеевича за стол, сам налил им коньяка и только тогда поинтересовался:

— Нус, с чем пожаловал, старый друг?

— Прибыл Осипов с отчётом, Саша. Всё как ты предполагал. Единственное дополнение, ритуалы Медведевой принёс монал в рясе со знаком спящего. Прибыл он в поместье в день, когда молодые Медведевы пытались пройти инициацию. И принёс небольшую шкатулку тёмного дерева. После этого Екатерина Андреевна распорядилась передать врачам только Елизавету, а Виктора увезла в тот самый охотничий домик.

— Насчет того, что слуги Спящего причасты, скорее всего ты обшибаешься. Ты же знаешь, что уже очень давно, старые рода используют монастыри как камеру хранения. Очень, кстати надёжную камеру хранения. Никто в здравом уме не будет пытаться грабить монастырь Спящего. Скорее всего монах не знал, что в шкатулке — Император налили им ещё, выпил, помолчал и продолжил:

— Ну раз всё подтвердилось, то ничего менять и не будем. Ждём, когда наследник проявится. Сестру держите под наблюдением. Тоннель тоже, пусть пока о нём никто не знает. Возможно, он нам понадобится. Всё у вас, князь? — уже официальным тоном спросил Александр.

— Да, Ваше Императорское Величество!

— Тогда давайте работать — вздохнул Император. Глава тайной канцелярии поклонился и вышел, а Александр задумался, сильно задумался.

* * *

Монгольское Ханство. Предгорья Хребта Зубы Вепря

Следующий день был похож на предыдущий, но с одним большим изменением. После обеда мы наконец, взобравшись на очередной холм, поросший редким лесом, увидели цель нашего путешествия. Надо сказать, вид был потрясающий. Хребет впереди образовывал седловину, посредине которой располагался небольшой отрог, земля вокруг отрога была ниже, и заполнилась водой из горных ручьёв. И сейчас мы смотрели на красивейшее горное озеро, с вдающимся в неё отрогом, на котором виднелись полуразрушенные здания, тем не менее фантастически выглядевшие в лучах осеннего солнца. Был бы я художником, дальше бы не пошёл, пока не зарисовал этот вид. Но художников среди нас не оказалось, и мы продолжили путь.

Через два часа мы дошли. Правда последний отрезок пути дался мне тяжело, никогда не любил лестницы, а тут казалось ступеням не будет конца.

Встречал нас сам лекарь в сопровождении двух молодых девушек, на вид чуть старше меня и похожих друг на друга как две капли воды. Мужчина был типичным корейцем, в моём понимании, конечно, низкий рост, круглое лицо, короткостриженые седые волосы, аккуратная седая бородка, маленькие раскосые глаза, тонкий рот и нос картошкой. Все были одеты в примерно такие же комбинезоны, какие были надеты и на нас с Семёном. Но если на старом корейце комбинезон смотрелся буднично, то комбинезоны девушек обтягивали их стройные фигуры и подчеркивали все выдающиеся части тела. Да и внешность у них была не типичная. Я, думаю такие лица получаются у детей от смешанных браков. Наверняка один из родителей у них был европейцем. Овальное лицо с выдающимися скулами, сужалось к подбородку, нос аккуратный небольшой, разрез глаз хоть и азиатский, но глаза немаленькие.

О том что девушки мне понравились, мне сообщило собственное тело, шевелением между ног. Но они держали шесты выше своего роста. Тренировались, что ли? И мне очень не хотелось, чтобы они правильно интерпретировали мой заинтересованный взгляд и пустили их в ход. Меня спас кореец, который заговорил первым и на прекрасном русском.

— Приветствую вас, господа и дама — он поочерёдно поклонился нам — в моём временном жилище. Меня зовут Ким Меджнун, это — повел он рукой указывая на девушек — мои внучки, Минсо и Субин.

Семён молчал, видимо говорить, как господину надлежало мне. Ну я не стеснительный в отличие от Насти, которая, когда кореец назвал её госпожой покраснела.

— Здравствуйте, господин Ким, я Виктор Александрович Медведев, но зовите меня, пожалуйста, просто Виктором, а это мои слуги, Семён и Анастасия — повторил я жест корейца, которым он указал на внучек.

— Вы проделали долгий путь, мои внучки подготовят для вас ванну, господин Виктор, прошу вас, пройдите с ними. А Семён и Анастасия, вас прошу пройти со мной, о вас позабочусь я.

— Прошу за мной, господин — прощебетала одна из девушек. Вот как их отличать?

Я кивнул и меня провели в одно из двух уцелевших зданий. Здание было небольшим, я увидел шесть комнат по сторонам коридора, что шел от входной двери. Внутри царила вполне жилая обстановка, мы прошли в дальнюю правую комнату, где обнаружилась огромная деревянная кадка в пол моего роста и диаметром метра полтора, полная воды. А ещё там был огромный камин, в котором потрескивали дрова, а на крюке над огнём висело металлическое ведро. А ещё зачем-то у камина лежал большой, двуспальный матрас с подушками и простынями. В комнате было очень тепло. Одна из девушек ловко подхватила ведро и вылила кипящую воду в кадку. Поболтала рукой и задумчиво проговорила.

— Хм. Остыла, надо, наверное, ещё ведро вскипятить. Господин, подождите немного, пожалуйста. — указав мне на несколько пуфиков и низенький столик у окна, что было напротив двери. Окно естественно было без стекла, но с глухими ставнями. Сейчас ставни были закрыты, видимо, чтобы не выпускать тепло из этой своеобразной сауны. — А я сейчас принесу чай.

Я прежде, чем пойти на пуфик, я все же не удержался и тоже попробовал воду, поболтав рукой в чане.

— Очень теплая вода, не надо ещё кипятить. Я эти дни купался и умывался водой, что была намного холоднее.

— Конечно, господин, как вам будет угодно — хором ответили девушки. И стоят. Не уходят.

— А как мне купаться? — не выдержал я — Вы не хотите пока пойти заняться своими делами?

— Что вы говорите, господин! Ка можно! — в один голос опять воскликнули они — Это страшное неуважение, мы обязаны помыть вас, иначе будем опозорены, и дедушка выгонит нас из дома.

Я вздохнул. Ну вот надо было вместо искусства расспросить слуг о нравах этого мира. Вот я явно не готов к такому. Но делать было нечего, не идти же к корейцу с вопросом «А это нормально, что ваши внучки хотят меня помыть?», я разделся и залез в кадку. У дна оказалась есть сидение по кругу, я уселся на него и над водой у меня остались торчать голова и часть груди. Но тут меня ввели в ступор в очередной раз. Подождав, пока я усядусь, девушки синхронно скинули свои комбинезоны, под которыми другой одежды у них не было, и полезли ко мне.

— Что вы делаете⁈ — почти что закричал я, вскочив на ноги.

— А как мы вас помоем, не намокнув? Так гораздо проще и эффективней — глазки девушек заблестели, они хитро заулыбались и опустили взгляд в низ. Я от удивления даже не обратил внимания, что определённая часть тела была очень не против такой помывки. С неё девушки и начали.

В итоге «помывка» растянулась на два часа. И в итоге меня даже потёрли мочалкой, и плавно перешли на матрас. После всех «помывочных процедур» мы немного поговорили. Девушки успокоили меня, что их дедушка меня не убьёт, правда странно хихикали при этом. Наоборот, это в порядке вещей, почему бы молодым людям не помочь друг другу выпустить пар. Очень для здоровья полезно. Это опять же слова дедушки.

— Насчет, того, что вы будите опозорены, вы, конечно, приврали? — неожиданно до меня дошло.

— Что вы, господин Виктор, как можно⁈ — наигранно удивилась Минсо, я уже научился их различать. У Минсо на внутренней стороне бедра правой ноги было родимое пятно в форме бабочки. Только конечно это мне слабо поможет в обычной жизни.

— Вот возьму, и всё вашему деду доложу! — решил я их немного напугать.

— Так вы, ябеда, господин⁈ — хором воскликнули девушки.

— Нет, но не люблю, когда меня обманывают- уже серьёзно сказал я. Девушки посерьёзнели и ответили уже совсем другим тоном.

— Если мы и преувеличили, то самую малость. Но ведь вам это было нужно, господин, разве вам не понравилось? — на последнем вопросе игривое настроение к ним вернулось.

— Понравилось конечно, и хватит называть меня господином. Договорились же!

— Хорошо. Будем звать тебя повелитель!

— Я вам дам, повелитель! — и попытался кого-то из них схватить. Но куда там.

— А если серьёзно, перестаньте меня называть господином. Вы же тоже аристократки.

— Да. Но без титула. Титул у нас отняли. Как и родителей, — девушки резко погрустнели.

— Простите. Расскажите то случилось?

— Я думаю, лучше пусть дедушка расскажет. И хорошо, Виктор, не будем тебя звать господином. И нас точно заждались ужинать. Пойдём?

— Конечно, я сейчас готов съесть кабана целиком!

К ужину я вышел ошалелый, но очень довольный. Стол был накрыт в соседнем домике, такого же размера, только в нём было всего три комнаты, две в начале такие же, как в том, где мы «мылись» и большой зал, приспособленный под столовую. В дальнем углу располагалась круглая жаровня с вытяжкой, видел у нас в мире такие, делали их у себя в домах очень состоятельные люди. Жаровня была накрыта решёткой и там что-то жарилось. Рядом с жаровней стоял высокий стол, заставленный разными продуктами и бутылками.

Обеденный же стол был традиционным для восточных народов, низкий, сантиметров тридцать пять, сорок то пола, окружённый подушками для сидения. За столом уже сидели господин Ким, Семён и Настя. И если кореец сидел с непроницаемым лицом, то Семён еле сдерживался от того, чтобы не расплыться в улыбке. А вот Настя на оборот кидала на меня гневные взгляды. Ну вот, это что, ревность? Ладно, если буду пытаться понять женщин, явно сойду с ума. Прав был классик.

Когда мы с девушками вошли, они дружно поднялись и поклонились. Лекарь приглашающе повел рукой, указывая мне на подушку между Семёном и Настей. Внучки же его почтительно склонивший встали неподалёку.

Вот это меня совсем не устраивало.

— Простите, господин Ким, но давайте на время нашего у вас пребывания отбросим этикет и условности. Нас здесь всего шесть человек и давайте не будем соблюдать церемонии. Прошу, давайте кушать все вместе за одним столом. Что-то мне подсказывает, что мы тут на-долго.

Кореец пару секунда смотрел на меня, потом улыбнулся, кивнув, и махнул внучкам рукой, чтобы те садились. Дважды махать ему не пришлось.

— Но, господин Виктор, позвольте все же за вами поухаживать. В виде исключения, только сегодня? — Вопросительно посмотрел он на меня.

— Конечно, господин Ким, я не настолько категоричен, и к тому же всегда приятно, когда за тобой ухаживают.

Все дружно рассмеялись. А лекарь пошел к жаровни. Внучки тут же подскочили и принялись ему помогать. И вскоре весь стол был заставлен различной едой. Тут было два вида мяса, три разновидности рыбы, огромная куча разных овощей, громадное блюдо риса и очень много разных бутылок.

— Господин, Ким, — не смог сдержать я в очередной раз удивления — откуда это всё?

— Не знаю, говорил ли вам Семён, господин, но я живу здесь на условии, что лечу высокопоставленных монголов по необходимости — и замолчал.

— Простите, но понятнее не стало.

— Так я же могу лечить недостаточно старательно, если буду жить в плохих условиях или плохо питаться. Лекарям, особенно если они в возрасте, нужен комфорт и хорошее питание, — улыбнулся кореец — поэтому к нам раз в неделю прилетает вертолёт и привозит немного припасов.

— Немного⁈ — я скептически посмотрел на стол — Наша компания это всё как раз неделю и будет есть.

— Ну я же не знаю, что захочу покушать. Вот и заказываю всего понемногу.

— Хорошо быть лекарем!

— Не всегда, господин, не всегда… — на лицо корейца набежала тень, и я поспешил сменить тему. А ничто так не меняет тему разговора за столом как тост. Поэтому я взял рюмку, которую уже успели наполнить быстро снующие вокруг стола девушки и произнёс:

— Раз уж мы решили отбросить условности, то скажу, с вашего позволения первый тост, — я хотел встать, потом подумал и остался сидеть — я хочу выпить, господин Ким, за вас и за ваших внучек. Я, честно говоря, когда шёл сюда, не ожидал здесь найти хорошее жильё, вкуснейший ужин и прекрасных людей. За вас, господин Ким, за вас девушки!

Мы выпили. Потом ещё и ещё. Девушки болтали между собой, Семён обсуждал с лекарем цены и доступность каких-то ингредиентов для элексиров. Я понимал, что в первый день за ужином о моём лечении мы говорить не будем. Как и о том, почему быть лекарем не всегда хорошо. Поэтому, когда почувствовал, что уже клюю носом, извинился, пожелал всем приятного вечера и сказал, что пойду спать.

Близняшки тут же подскочили.

— Мы вас проводим, господин.

Я подозрительно на них посмотрел, но возражать не стал. Они довели меня до моей комнаты и захихикав спросили.

— Вас уложить, господин? — внимательно осматривая меня с головы до ног, спросила одна из близняшек.

— Э, нет, спасибо! — быстро ответил я, и стремительно захлопнул дверь. Комната была не большая, в углу стояла очень низкая кровать, практически просто матрас, застеленный простынёй с подушкой и одеялом, рядом такая же невысокая прикроватная тумбочка. Напротив, у стены комод и шкаф для одежды. Интересно, их тоже на вертолёте привезли? А в дальнем углу стояла какая-то каменная на вид колонна с белым шаром наверху, тускло светящимся изнутри. Типа светильник. Мой рюкзак нашелся у кровати.

Традиционно перед сном достал планшет, хоть сил особо не было. Решил пролистать «технологии». В принципе по планшету было примерно понятно, но я всё же прочел вступительную статью. Уровень развития техники соответствовал началу десятых годов в моем прежнем мире. Компьютеры не супер быстрые, разработка ИИ видимо в начальной стадии, ядерное оружие есть, но пока не применяли, спутники, в основном связи. Кстати, Семён выдал мне «мой телефон» и симку для планшета, он оставил их у лекаря, потому что мы же вроде как тут и были с ним. В сеть выходить я не стал, а то зависну до утра.

В общем технологии все мне известные. Однако, есть одно большое НО. В этом мире в технологии встраивали магию. Например, местные ученые научились преобразовывать магическую энергию в электричество, и поскольку любой магический кристалл содержал в себе энергии гораздо больше, чем любой аккумулятор, то машины для аристократов в этом мире были в основном электромобилями. Обычные же люди продолжали ездить на авто с двигателями внутреннего сгорания. Магия и технология рука об руку. Таких книг мне в прошлом мире не попадалось. Ладно, будем разбираться по ходу.

В папке было много информации, но больше всего меня заинтересовали как раз магические накопители или кристаллы. Добывали их двумя способами. Первый был монополией государства, потому что почти сразу после появления разломов стали находить месторождения таких кристаллов. Они представляли собой аналог кимберлитовых трубок. Видимо, когда природа мира перестраивалась под магию они и образовались. И вся информация по рудникам была засекречена и являлась государственной тайной, и не только в РИ, а и по всему миру.

Второй способ, заключался в том, что для закрытия нестабильных разломов требовалось разбить разломный кристалл. В результате получалась россыпь камней, вот они и были этими магическими накопителями. После определённой обработки, эти осколки могли содержать в себе магическую энергию.

При обработке кристаллы приобретали цвет, соответствующий их емкости и на них наносилась шкала, по которой можно было судить о наполненности. Этакие пауэрбанки для магов. А что, удобно. Заряжать тоже удобно, были различные виды зарядных станций куда приносили разряженные кристаллы и просто обменивали на такие же, только полные с доплатой. Магическую энергию на станции приносили обычные маги, работа которых не была связана с постоянным расходом маны. Они два раза в день, утром и вечером заходили на такие станции и «сливали» магическую энергию в накопители, получая за это небольшие деньги.

Ученые видимо по какой-то вселенской традиции называли магическую энергию манной, и ввели естественно единицу измерения. За единицу было взято количество энергии, затрачиваемое на самое простейшее бытовое заклинание, светлячка. Зажечь стандартного светлячка стоило одну единицу манны, столько же тратилось на поддержание его работы в течение минуты. Это я уже нажал не перекрёстную ссылку и попал в папку Магия. Но голова после насыщенного дня и сытного ужина не соображала и эту папку я отложил на завтра.

Уснул я, кажется, ещё даже не коснувшись подушки.