Глава 8

– Вы ей понравились, – сказал Линден на обратном пути. Кэб, как и обещал, мастер поймал без труда, и мы тряслись по неровной мостовой, иногда заваливаясь друг на друга. – Вы так думаете? Особого дружелюбия она не выказала. – Этого вы от Зельды и не дождетесь. Она привыкла вступать в бой мгновенно, прежде чем нападут на нее, и, боюсь, это уже не изменится. Такая судьба. – С тетей она же как-то работала. – И сопротивлялась всем попыткам повлиять на нее. Примите непрошеный совет: Зельда делает то, что считает нужным. Однако ее творения… Вы же видели. Они того стоят. Я задумчиво на него покосилась. – Похоже, вы хорошо ее знаете. – Она неоднократно оказывала услуги и моим клиентам, – пожал плечами Дейв. – Кстати, лицензия у нее есть, если вам это важно. Зельда обучалась у Ротмана, это довольно известный в Райстоне ювелир. – Как она у него оказалась? Как вообще девочка из предместий, полукровка, попала в ювелирное дело? Туда и благополучная девушка, скорее всего, не войдет, что уж говорить… – Эта история мне неведома. Если вам удастся разговорить Зельду, тогда и узнаете. А! Я выйду здесь. – Линден постучал по перегородке, и извозчик остановил кэб. – Прекрасного вам дня, миледи. Если вам понадобится что-то еще… – Мы едва знакомы, а вы уже так много для меня сделали, – улыбнулась я. – Совершенно недостаточно, – не согласился Линден, поцеловал мне руку, глядя прямо в глаза, и был таков. Оставил меня размышлять, что же он имел в виду: недостаточно знакомы или недостаточно сделано? Впрочем, и то, и другое звучало… многообещающе. Воспользовавшись тем, что в моем распоряжении имеется приличный кэб, я попросила отвезти меня в охранную фирму. Адрес подсмотрела еще вчера в тетушкиных записях и подумала, что незачем тянуть. Если уже с завтрашнего дня в «Лазурите» появится ювелир и возьмется на радость всем превращать драгоценные металлы в украшения, лучше, чтобы было кому охранять эти украшения. Магия защитного контура ограждает от воров в ночи, однако ей не под силу вышвырнуть за воротник уже пробравшегося в магазин воришку. Тетя рассказывала мне множество историй о мошенниках и о том, как они пытаются отвести внимание, чтобы втихую опустошить полки. Для того и требовался охранник, сочетающий зоркость и силу, а в идеале еще и немногословность. С этим вопросом я разобралась довольно быстро. В фирме, куда я обратилась, мне немедленно предоставили выбор, и я, побеседовав с кандидатами, остановилась на бывшем десятнике, внушительном мужчине лет сорока, вышедшем в отставку по причине скудости жалованья и искавшем хлебное место. Оказалось, у него четверо детей и весьма бойкая супруга, о которой он отзывался с опасливой нежностью. Мистер Грегори Миллер попросил звать его просто Грегом, согласился на предложенное мною жалование и выразил желание приступить немедленно. Размерами и фактурой Грег напоминал тот самый камень, который утром поминала Зельда: его так и хотелось обтесать, придавая более изысканную форму, но страшно было подступиться. Следующим пунктом в моем списке значились поиски курьера, однако тут на помощь пришел Грег. Его второй сын целыми днями шатался по улицам в поисках мелких подработок, и мистер Миллер был бы только счастлив пристроить мальчонку к постоянному делу. Так что уже к вечеру я обзавелась и защитником, занявшим каморку рядом с кухней, и веселым лопоухим курьером Сетом, знавшим город как свои пять пальцев. Нил к новичкам отнесся настороженно и весь вечер бродил за мной, ворча, что дом превращается в проходной двор и покой бедного котика потревожен. Это он еще Зельду не видел: я подозревала, что девушка произведет на Нила неизгладимое впечатление. В конце концов, когда нытье кота мне надоело (слышала-то его только я!), пришлось ухватить Нила за бока и отнести наверх для разговора. – Послушай, – сказала я, усаживая животное на кровать, – это магазин. Нравится тебе или нет, он будет работать. У нас с тобой тут особые дела, если ты помнишь. – Почему ими Людвиг не занимается? – сердито буркнул Нил. – И кстати, где он? Бросил тебя тут в одиночестве, сам где-то бродит… А ведь обещал!.. – Нил, – я присела рядом и осторожно провела ладонью по мягкой шерсти, – Людвиг объявится, когда будет необходимо. Если его тут пока нет, значит, он занят. Мы все делаем свою часть работы, понимаешь? Через некоторое время тут станет очень людно: будут приходить покупатели, заказчики, инспектор из ИМД станет наведываться – ты ведь понял, что покоя нам не дадут Тебе нужно привыкнуть. – Это надолго? – тихо спросил Нил и отвернулся. – Навсегда? – Я не знаю. Я понятия не имею, понравится ли мне управлять магазином… без тети. Раньше мы тут с ней все делали вместе, да и то – я чаще развлекалась, а она работала. Сейчас я – хозяйка, и это влечет за собой ответственность. Я ведь и за тебя отвечаю. – А я – за тебя, Марика. Я тебе должен. – Кот посмотрел на меня громадными зелеными глазами. – Если бы не ты, может, меня бы уже сожгло ледяное пламя. Мне туда нельзя, а ты… – Ну, тихо, тихо. – Я аккуратно почесала Нила за ушком, и он, частенько сопротивлявшийся ласке, на сей раз остался неподвижен. – Все будет хорошо. Ты зря переживаешь. У нас теперь есть охрана помимо магии, и я займусь тем, что умею: созданием украшений. – А я? Чем заняться мне? – Если уж с подвальными мышами ты заключил мирный договор и дел для тебя, как для кота, нет, пожалуй… – Я сделала вид, что задумалась. – Пожалуй, пришло время объявить тебя талисманом. – Талисманом? Меня? Это как? – Я собираюсь обновить вывеску. Насчет ее неприкосновенности тетя никаких указаний не оставила, и потому можно творить, что хотим. Давай добавим небольшой элемент, и вот что мы сделаем еще… Утром следующего дня уже без четверти девять Зельда топталась на пороге магазина. Я как раз допивала кофе и наблюдала из окна спальни за Лавандовой, когда девушка пришла. В субботу улица просыпалась позже, лениво потягиваясь и щурясь угасающими глазами фонарей. Утренний туман клочками поднимался к крышам, солнце уже всползло достаточно высоко и разогнало облака, ночью умывшие Райстон легким дождем. На Лавандовой пока оказалось совсем немного прохожих, и все же Зельда пришла, оглядываясь. Я не могла понять, чего она опасается: в центре города, где полно иноземцев, неявную полукровку уж точно воспримут нормально. Да и владельцы окрестных магазинов должны Зельду знать. Девушка топталась на пороге, видимо, дожидаясь, пока часы на башне ратуши пробьют девять. Кофе закончился, и я решила впустить раннюю пташку. Посмотрим, на что она способна. – Доброе утро, мисс Ханниген. Приятно видеть, что вы пунктуальны. – Доброе утро, – пробормотала Зельда. Она вошла следом за мной в торговый зал и огляделась. Грег тихо сидел в углу, напоминая застывшую статую; девушка покосилась на него, однако промолчала. – А тут все почти как раньше. И поменялось немного. – Тетя любила, когда вещи находятся на своих местах, однако у нее вечно не хватало времени, чтобы их туда водворить, – улыбнулась я. – Ну что ж, давайте приступим. Это сделанные вами украшения? К приходу Зельды я извлекла из зачарованного сундука все ювелирные творения, какие отыскались в моем наследстве, развесила и разложила их на торговой стойке. Нашлось с десяток ожерелий, несколько пар серег и кулоны, а вот кольцо всего одно: судя по отчетным книгам, колечки в Райстоне раскупали быстро. Сейчас, когда это скромное богатство сверкало и переливалось под светом магических светильников, я отчетливо видела: все вещи создал один мастер. У Зельды чувствовался свой стиль, где геометрические формы неожиданно прорастали такой нежной цветочной гаммой, что трудно становилось дышать при взгляде на подобную красоту. Из ожерелий мне особенно нравилось то, в центре которого красовался один-единственный камень, изумруд; от него ледяными водными всплесками расходились серебряные нити. Веяло от украшения снежной магией севера, дыханием бесконечных равнин и орочьей луной, поднимающейся над ними. – Да, – сказала Зельда, – это я делала. – Как долго вы работали с леди Галбрейт? – Три года. – И в последние полгода тоже? Зельда отвела глаза. – Очень редко. – Почему? – Леди почти не открывала магазин и работала одна. Я приходила несколько раз, она давала мне мелкие поручения, но никаких больших заказов. Хотя платила. В последние пару недель… – Девушка запнулась. – Перед ее смертью? – уточнила я. – Да. Она меня вообще не впустила. Я пришла, леди выглянула и сказала, что работы для меня нет. Я подумала, что чем-то ее обидела или сделала не так. А она… Зельда умолкла. Я видела, что ей неловко, маетно, и что она то ли винит себя, то ли просто расстроена. Дожимать не стала: если я ее найму, время поговорить нам еще представится. – Леди Галбрейт болела и могла вести себя странно. Оставим это, мисс Ханниген. Мне хотелось бы увидеть вас в деле. Инструменты ваши? Я кивнула за защитную стойку, где разложила извлеченные из очередного ящика инструменты. Зельда кинулась к ним, как к родным. – Да! Это мы с леди покупали под мою руку. – Она быстро сбросила плащ и закатала рукава платья. – Что нужно сделать? – Кулон из этого камня. – Я выложила перед нею коробочку, в которой сочным бирюзовым цветом посылал сигналы удачи неграненый апатит. Своенравный минерал, который ни в коем случае не следовало преподносить в подарок, лишь приобретать для себя, требовал особого подхода. Мне было любопытно, как Зельда справится. – Хорошо, – кивнула ювелир, привычно уселась за стол, настроила свет и погрузилась в работу. Я оставила Зельду договариваться с апатитом и вернулась за прилавок. Мне самой следовало изготовить партию амулетов и обычных украшений, которые будут предлагаться первым посетителям. Открытие меньше, чем через неделю; кое-какие тетушкины запасы тоже пойдут на витрину, однако моих вещей должно продаваться больше, чтобы сразу заявить о себе. Людвиг говорил, что меня придут оценивать не только скучающие дамочки и господа, которые хотят выбрать ожерелье для любовницы, не только владельцы магазинов и цветочницы, коллеги и конкуренты. Среди толпы, что ввалится сюда в следующую пятницу (я надеялась на ажиотаж), наверняка будут и другие люди. Люди, благодаря которым я лишилась тети. Возможно, это один человек, возможно, несколько. Мне надо показать им то, что я умею – то, что они должны увидеть. Я бессознательно оттягивала момент, когда мне придется сесть за массовое изготовление амулетов. Это значит – снова произнести формулы и стандарты, которые даже спустя много лет не забылись; вновь вложить в камни и оправу крупицы своей силы, позволить ей течь сквозь меня, принося удовлетворение и… воспоминания. Пожалуй, для такого следовало собраться с силами и остаться в одиночестве. Пока Зельда корпела над своим кулоном, я сортировала камни, доставленные из «Ларца», и прикидывала, что именно и как быстро смогу изготовить. Раз у тети так хорошо продавались кольца, можно на специальных мельхиоровых основах создать большой ассортимент. Какие-то заговорить, какие-то пришептать (так называлась в обиходе простенькая формула, лишь усиливающая свойства камня, однако не дающая вещи статус настоящего артефакта), а кое-что пойдет и под полную магическую обработку. Подвески тоже следует сделать, особенно детские: я умела красиво оплетать камни серебряной проволокой, будто ловя их в сетку, и это очень нравилось платежеспособным матерям. Пожалуй, несколько ожерелий я успею создать, а что касается серег, их и вовсе можно собирать десятками. Тетя оставила мне достаточное количество брошей, и с ними я к открытию решила не возиться. Продам то, что есть. «Было бы кому продавать», – ехидно подначил меня внутренний голос. Я вздохнула. Страх провала, конечно же, имелся. Что, если никто не придет ко мне? Разумеется, нескольких посетителей стоит ожидать, вот Вивьен обещала заглянуть и Линден клялся, что появится, однако… Я собиралась в понедельник дать объявление в газету и наведаться в типографию: пусть напечатают рекламные листовки. Ох, еще же их согласовать с наборщиком! Голова кругом идет. – Миледи, – послышался из-за перегородки голос Зельды, – я закончила. – Тогда несите сюда, мисс Ханниген. Она принесла и выложила передо мною кулон и отступила, скрестив руки на груди, словно заранее защищаясь. Я смотрела на украшение, а видела море. Серебряные капли оросили апатит, и он вдруг засмущался слегка и в то же время загордился своим новым положением. Зельда вписала камень в треугольник – словно край пирса, на который нахлынула волна. Сочетание точных линий, прямых углов и природной хаотичности создавали изумительное впечатление: казалось, кулон мгновенно перенесет тебя на берег моря, где останешься ты, шум волн и одиночество. – Так, мисс Ханниген, – сказала я, не отрывая глаз от кулона, – тетя платила вам двадцать толаров в месяц, я буду платить двадцать пять. Плюс надбавка в десять процентов за сверхурочную работу, а ее у нас с вами будет много. Например, сегодня. И завтра. И послезавтра. Вы должны мне сказать, какие материалы закупать, и я… – Тут я, наконец, поглядела на Зельду и обнаружила: она стоит, вытаращив на меня глаза. – Что? – Вы меня нанимаете?! – Ну, конечно, – с досадой сказала я, – а что вы хотели, преподнося мне это? – я покачала кулоном, и апатит обрадованно засверкал боками. – Это же… на скорую руку… и вообще… – Мисс Ханниген, если вы на скорую руку, как вы выражетесь, делаете такое, то что вы способны сотворить более вдумчиво? Вот и проверим. Вы согласны на мои условия? Если да, подпишем контракт, в понедельник я поставлю печать у поверенного, но к работе можем приступать уже сейчас. – Миледи, я очень благодарна вам, но пять толаров надбавки… Я их пока не заслужила. – Такая честность заслуживает похвалы, – усмехнулась я, и Зельда отвела глаза. – Тетя в вас верила, и, как я вижу, не зря. У нас много дел, мисс, я составляю список того, что необходимо изготовить; если иных возражений у вас нет, прошу, поставьте подпись вот здесь. Зельда подмахнула заранее подготовленный мною договор, даже его не прочитав; мило, но беспечно, нужно будет ее потом научить вглядываться в бумаги. Не дав девушке опомниться, я забросала ее вопросами о металлах, инструментах и ювелирных примочках, в которых сама смыслила мало – а Зельда разбиралась превосходно. Вдвоем мы составили список необходимых покупок, и я призвала Сета, отправив его в указанный Зельдой магазин со списком и просьбой прислать сюда продавца. Зельда оживилась, разглядывая камни, из которых я предложила ей выбрать что-то для будущих украшений, а потом утащила у меня пачку бумаги и перо и, устроившись на своем месте, принялась делать наброски. Со всей этой суетой мы совсем позабыли об обеде, и лишь напоминание Грега, видимо, возомнившего себя нашей нянькой, заставило нас оторваться от работы. – Сходим в «Сытую утку»? – предложила я. – Обед за счет работодателя. – В ресторацию? – насторожилась Зельда. – А может, я сбегаю за бутербродами на угол? Там хорошо готовят. – Мне кажется, мы обе заслужили хороший обед и небольшой выход в свет. – Я не одета так, как надо… – Зельда провела рукой по своему простому темно-зеленому платью. – И вас увидят в моей компании. Не боитесь? – Чего? Пересудов? – фыркнула я. – Они были, есть и будут. Нам с вами нечего стыдиться. К тому же, у меня есть отвлекающий маневр. Нил! – позвала я. – Нил, иди сюда! – Когда меня уже оставят в покое… – ворчал кот, вальяжно спускаясь по лестнице. Завидев Зельду, он замер, принюхался, а потом продолжил свой путь. – Между прочим, чем кричать на весь дом, лучше бы принесла мне еды. – Это Нил, – объяснила я Зельде. – Познакомьтесь, мисс Ханниген. Он весьма воспитанный и упитанный кошачий джентльмен. – Какой роскошный, – пробормотала девушка и, присев на корточки, поманила: – Кис-кис-кис! Кот посмотрел на нее, как на птичью метку, шлепнувшуюся прямо перед ним, прошествовал мимо, упал у моих ног и принялся вылизывать лапу. – Нил умеет гулять на поводке, поэтому в трактир мы пойдем все вместе, – сказала я, – и это не обсуждается. А после вернемся сюда и снова займемся делом. Я буду сортировать камни, вы, мисс Ханниген, приступите к созданию новой коллекции, а Нил отправится спать. – Отличный план, – одобрил кот. – Ну если вы так скажете… – протянула Зельда.