Запретный том · 27 — Ревин Артелл —

Еще несколько дней после задержания Ревин не мог прийти в себя. Он огрызался, срывался на коллег и общался с Феррией настолько вежливо, что фразы граничили с оскорблениями. Успокоился — только после вызова к магистру Торленду. Ниман парой слов остудил мага, напомнив: гнев — гневом, а долг — долгом. Знакомый еще по урокам наставника тезис заставил устыдиться.

— Теперь слушай, Артелл, — веско сказал магистр. — Мастер Сэльвин впрямь заказывал алхимические составы с разрушающими свойствами.

— Что⁈ — подпрыгнул Ревин.

— Взгляни, — Ниман показал ему небольшой, но тщательно заполненный учётный журнал. Ревин дрожащими руками перелистал страницы, не веря собственным глазам. Наставник покупал эликсиры у мастера Эвера Гвина!

— Он никогда не увлекался алхимией… — Ревин поднял на магистра ошеломлённый взгляд.

— Может, это и сыграло роль, — мягко предположил Ниман. — Остаточный эффект от эксперимента: где-то недосмотрел, где-то рискнул…

Ревин мотнул головой. Он не видел в доме никаких следов алхимических опытов: перегонный куб под кроватью не спрячешь. И записи бы сохранились!

Ниман стиснул плечо Ревина:

— Даже лучшие из нас совершают ошибки. — Магистр будто убеждал, что наставник погиб по собственной неосторожности.

Ревин сдавленно кивнул.

— Ты ещё подумай, посмотри, Артелл, — по-отечески продолжил магистр. — Я тем же займусь… Погибни вместо «тени» опять кто-то из наших — я б уже решил: на «драконов» нацелились. А так… странно всё.

Ревин ушел от Нимана в растерянности, не зная, где искать правду, и остаток дня c отсутствующим видом бродил по Дому Гильдии. Посмотрев на друга, Райтен Ирнелий позвал его в «Леранский холм» — выпить, поделиться новостями, успокоить нервы. Ревин предпочитал не засиживаться в трактире посреди недели, но сегодня сделал исключение.

Оэль Рии присоединился к ним, и вскоре троица устроилась на открытой веранде. Внизу закат поливал расплавленной медью осенний Канверон. Ревин сотворил воздушный барьер, оградив пространство от холодного ветра, и попросил Нурмаха зажечь жаровни. Магам не стоило труда согреться заклинаниями, но лить чары по пустякам считалось пижонством, да и живой огонь, хрустящий углями, обладал особым очарованием.

Коблинай принес друзьям корзину с хлебом, кувшины с их любимыми напитками, бутыль вина и закуски. Разговор начался с обсуждения магии, на ней и застрял. Троица старательно не касалась острых тем: самодурства Феррии, выжженной магии, безуспешной охоты Райтена на маньяка. Расслабившийся и повеселевший Ревин откинулся на ограду и, листая блокнот с новыми рисунками Оэля, слушал болтовню друзей. Он подумал, что не отказался бы увидеть в этой компании и Терна.

Словно услышав его мысли, охотник появился на дороге к «Леранскому холму». От быстрого шага Терн раскраснелся и вспотел, хотя по нынешней погоде было сложно перегреться в халатах. Рядом с охотником бежал неизменный Рисс, рассекая вечерний воздух двумя хвостами.

— Эгей! — крикнул Ревин с веранды.

Терн запрокинул голову, разглядел мага и молнией влетел в «Леранский холм». Взбежав на веранду, охотник нерешительно замер у накрытого стола.

— Д-добрый вечер, ув-в-важаемые, — взволнованную речь разбивало заикание. — Ревин, ты в п-порядке?

— В полном, — Ревин хлопнул ладонью по свободному стулу рядом, глядя с удивлением: Терн заикался, лишь сильно волнуясь. — Садись, давно не виделись.

— Я был занят. П-прости, — рухнув на стул, Терн опустил ладони на колени, как примерный ученик. Рисс лег рядом с донельзя недовольной мордой. Пёс гавкнул, и охотник насупился. — Мне след-д-довало…

— Как за тебя друзья переживают, Ревин, — Райтен добродушно хмыкнул, взял керамический бокал и наполнил сидром. — Успокойся, парень. Как посидел в камере, так и вышел. Ничего с ним не случилось.

— Только гордость подпалили, — кисло подтвердил Ревин.

Терн посмотрел на него и улыбнулся уголками губ, явно успокоившись.

— Мелара сказала: тебя оклеветали. Выяснил, кто?

Ревин покачал головой.

— Наставник в последнее время заказывал у мастера Гвина редкие эликсиры, потому Фурия и вылила на меня всю гниль Затенённости. — Он нахмурился, вспомнив про коготь в шкатулке: «Чего еще я о нём не знал?..» — Так что не «оклеветали», а «сообщили важные для расследования факты».

Терн, помедлив, дружески ткнул Ревина между лопаток. Маг крепко сжал его плечо в ответ.

— Из-за мастера Гвина уничтожен учётный журнал почтенного Куллы. — Охотник быстро глянул на пальцы Ревина и потер шею; кожа слегка покраснела. — После он принес собственный? Однако вовремя вспомнил.

Райтен положил ладонь на перила веранды и внимательно прищурился на Терна:

— Мастер Гвин всегда аккуратно ведет записи.

— Подделывает, вероятно, тоже, — продолжил охотник.

— Зачем ему? — в глазах Райтена разгорелся интерес. — Да, умелый алхимик легко изменит вид и структуру бумаги, подгонит состояние чернил… Но есть ли причины подозревать мастера Гвина? У тебя, кареглазый, ни оснований, ни доказательств.

— Кое в чём друг Ревина прав, — обронил Оэль. — Мастер Гвин искусен, но подвергнуть его магическому допросу, чтобы узнать правду, не получится. Он не «дракон». Даже магистру не дозволено допрашивать членов других Гильдий.

— Феррия вообще не разбиралась: правда, вымысел, серединка на половинку… — буркнул Ревин.

— Кто такая Феррия? — Терн насторожился.

— Капитан стражи Феррия Лоррет, — благодушно пояснил Райтен. — Когда-то Ревин с ней на такой… Ух! Звонкой ноте расстался, что капитан до сих пор ему припоминает. Очень уж хотела замуж. А до того они хорошо ладили: и на работе, и в постели. Даже я завидовал, хотя мне грех жаловаться…

Терн моргнул. Глаза изменили цвет на оливковый. Взяв кусок мяса, охотник наклонился к Риссу.

— Не без причины завидовал, — Ревин одним махом допил бокал. — Хватит о Фурии. Не единственная женщина Ринеммы.

— Конечно-о… — протянул Райтен с ухмылкой.

— Брось, Ревина вообще девушки любят, — поддержал друга Оэль. — Он отменно работает с энергиями.

— Какая связь между девушками и энергиями? — охотник озадаченно вынырнул из-под стола.

— Хо-о-о… — Райтен потёр руки.

— Терн издалека, — пояснил Ревин. — В тех краях магов мало.

— Вообще нет, — вставил охотник.

— А-а-а… Значит, у вас некому придумывать заклинания на все случаи жизни! — Райтен расхохотался. — Ладно, малец, слушай. Вот помните…

Если Терн и пожалел о своём вопросе через пару минут, то маги не заметили его растерянности. Они погрузились в обсуждение женщин, отношений и любовных заклинаний, раз за разом воодушевленно наполняя бокалы. Смех становился громче, слова — откровеннее, образы — живописнее; временами в воздухе повисали очертания весьма фривольных иллюзий. Райтен явно отдыхал душой, Оэль иногда смущался, а Ревин с энтузиазмом пьяного специалиста вещал про энергии.

— Заклинаем тонко и нежно, — втолковывал он друзьям. — Пассы творим прямо на теле, перемежая с объятиями и поцелуями. Вы же понимаете, какие это потрясающие ощущения для обоих?.. Ну а движения в…

Терн подсунул Ревину бокал. Маг отпил, проглотив вместе с напитком пару следующих слов.

— … трепетными и сильными. Тогда всё отзывается по полной. Кончики пальцев становятся невероятно чувствительными, особенно если дотрагиваться до груди или бёдер. Главное — не прекращать двигаться.

— Ты перфекционист, — заметил Оэль. — Скажем, мы, эйраны, гибче людей, но и у нас существуют пределы: есть позы, когда попросту…

— Изогнёшься! — возмутился Ревин. — Естественно, в постели удобнее. Но и крепкий подоконник — ничего. Усади или поставь — и продолжай.

Рисс одобрительно тяфкнул. Терн подавился сидром и закашлялся.

— Даже пёс понимает! — наклонившись, маг потрепал ухо Рисса.

— Кобель, — буркнул охотник и легонько пнул пса под зад.

— Ты чего, Терн?.. Надрался?.. — удивился Райтен, бросив Риссу кость. — Не обижай собаку. Лучше сам поделись чем-нибудь.

— Да! — Ревин подмигнул. — Мы реками разливаемся, а ты — рот на замок. У вас же наверняка всё иначе?

Терн, несмотря на выпитое, побледнел.

— В клане не принято… — он напряжённо замолчал.

— Что «не принято»? — озадаченно уточнил Оэль.

На скулах охотника проступил нервный румянец. Терн сделал глоток, прикрыл глаза и, тщательно разделяя слова, произнёс:

— Отношения вне рейви. «Пары», по-вашему.

— Совсем?.. — с непонятной интонацией вздохнул Ревин.

— Рейви меняются, — заплетающимся языком пояснил Терн. — Раз в сезон Охота… Любой может догнать избранницу… Избранника. Они становятся рейви…

Охотник помрачнел.

Ревин цокнул языком: «Точно. Бедняга же удрал от невесты…»

— Если рейви н-неудачная, — с запинкой продолжил Терн, крутя в руках кружку, — члены пары охотятся в н-новом сезоне. В простых семьях. В старых семьях выбор н-надолго, если сказали родители.

— Ты так попал?.. — с сочувствием спросил Ревин.

Охотник кивнул.

— Тебя догнала девчонка! Ничего себе! — обидно рассмеялся Райтен. Терн прищурил побагровевшие глаза, и Ревину на мгновение показалось, что охотник швырнёт кружку через стол. — Значит, ты не столь быстр, как рассказывал наш дамский угодник. По крайней мере, среди своих, хах?

Рисс аккуратно сомкнул зубы на сапоге Терна около щиколотки. Он скрипнул зубами и вдруг приложился к кружке — пил, пока на дне не осталось ни капли, а после грохнул дном по столу и хмуро икнул:

— Ещё.

Ревин не решился отказать. Он впервые видел Терна таким: взгляд бешеный, фигура натянута струной — того и гляди сорвётся и заорет или кинется в драку.

Ревин одной рукой успокаивающе приобнял Терна за плечи:

— Брось, мы тут друзья. Райтен неудачно пошутил.

— Я пойду, — Терн вывернулся и встал. — Рад, что…

— Вот ты где! — раздалось от дверей.

Все за столом развернулись ко входу. Троица «драконов» даже в подпитии не теряла боевых привычек. Оэль потянулся к мечу, а Райтен набросил на себя щит. Однако Ревину незнакомец показался не опасным. Во Втором Зрении он видел, что у гостя почти нет магического дара. Да и выглядел долговязый взъерошенный очкарик в невнятного цвета хламиде несерьёзно.

— Я тебя обыскался! — продолжая игнорировать «драконов», гость сосредоточился на Терне. — Идём.

— Вы… простите, кто? — не выдержал Ревин и стиснул руку Терна повыше локтя. — Твой знакомый?

— Верно. Фейвин-н Мон-н-нсар, — охотник высвободился и шагнул к гостю. — Мы ра-ра-работаем вместе. Это Ревин-н…

— Приятно познакомиться, — перебив, протараторил Фейвин и подхватил Терна. — У-у-у, да ты в дымину пьян!.. Ну-ка, пошли домой, Меларочка обязательно поможет, даст что-нибудь эликсирное от больной головушки… Господа, нижайше кланяюсь и прошу нас простить…

— Куда ты его ведёшь? — трезвея, Ревин выбрался из-за стола и заступил Фейвину дорогу.

Из-за толстых линз очков на Ревина сердито глянули синие глаза:

— Ты глухой или туповатый? — надменно спросил гость. — А, нет. Тоже в дымину. Терн же сказал: у нас общие дела. И живём мы в соседних комнатах у Меларочки. Понял? Вопросы?.. Нет?.. Тогда мы уходим.

Фейвин оттолкнул Ревина. Маг растерялся, и гость увлек охотника на лестницу.

С момента приезда в Канверон Ревин привык опекать неподкованного в магии Терна: оберегал, подсказывал, как ориентироваться в городе, объяснял обычаи. Но сейчас его будто втихую сместили с должности.

Ревин ощутил себя дураком. Брошенным дураком, чей пост занял наглый проходимец.

Рисс процокал когтями мимо, хлестнув мага хвостами.

— Слушай! — внезапно оживился Райтен. — Я не сразу припомнил… Монсар! Это же тот идиот с аудиумом!

— Что? — Ревин обернулся.

— Точно тебе говорю.

Оэль кивнул.

Ревин прикрыл глаза и решил ни во что не вмешиваться. Сегодня он отдыхает и напивается, а вытаскивать охотника из передряг будет завтра.