Глава 5

* * * …Жизнь по утрам – кошмар! Эта истина в полной мере осознаётся именно по утрам. Не-нави-жу утро! Ненавижу рано вставать! Ненавижу куратора де Гая! Не хочу никуда идти. Хочу спа-а-ать! Артефакт времени показывал, что сейчас четыре утра, пятьдесят пять минут. Каждый день, начинающийся в подобную рань – день, помеченный чёрным крестом. А куратора Вейлина де Гая я занесла в свой мысленный список смертников. Стараясь сильно не шуметь, умыла лицо, толком не расчесываясь, скрутила и заколола волосы в небрежный пучок. Надела тёплый спортивный костюм, состоящий из штанов ярко жёлтого цвета, толстовки с капюшоном того же весёлого цвета, разбавленного серыми вставками. Обулась с виду массивные, а на самом деле, очень лёгкие и удобные кроссовки глубокого чёрного цвета. Тихонько вышла из комнаты-чердака. Ребята должны уже ждать во дворе общежития. Несмотря на очень ранний час, пять пятнадцать утра, холл четвёртого этажа отнюдь не пустовал. На диване возле камина развалились трое старшекурсников, а рядом, втиснувшись между ними, пристроились две миловидные девочки более юного возраста. И куда только комендант смотрит? Судя по мордашкам девиц, царящий вокруг полумрак и пляшущие в камине язычки огня настраивали красавиц на романтический лад. Ага, утречком. Во, дают! При виде меня девушки хихикнули и попытались отодвинуться от ухажёров. Двое из них в ответ только ухмыльнулись, а третий лениво обернулся и, кинув в мою сторону пренебрежительный взгляд, широко зевнул: – Тебе чего, крошка? К нам тоже хочешь присоединиться? – Нет, – хмыкнула я. – На прогулку собралась. От камина обернулись и остальные четверо адептов. – Бросай это гнилое дело – прогулку. Там сыро и холодно. Согреем тебя малышка. – Сказал один из парней. Я их даже не знаю. Кажется, они с пятого и четвёртого курсов. – Ты ведь, кажется Розалия? С Дерклайн на чердаке живёшь. Кивнула и, прерывая ничего не значащий для меня разговор, поспешила вниз. Все четверо ребят из моей группы уже стояли во дворе и ждали только меня. – Привет мальчики. Как настроение? – мрачным тоном поприветствовала парней. Судя по их скривившимся физиономиям, утро у них такое же «доброе», как и у меня. Мы двинулись в направлении полигона. Про полигон ребята узнали ещё вчера, поэтому я даже не задумывалась, куда мы идём. В полусонном состоянии шла за ребятами точно я их хвостик. Эрик решил ввести меня в курс дела, поэтому начал рассказывать, что нас ждёт. – Я вчера узнал у старших курсов про тренировочные полигоны. Полигонов на территории Академии всего пять. На первом полигоне устроен тренировочный модуль с маготехническим оснащением для тренировки на виртуальных тренажёрах и классическая спортивная площадка для подготовки. Именно там у нас и будет проходить занятие по физкультуре и обороне, – рассказывал Эрик. Я кивала в такт его словам, но на самом деле, ни харда не поняла. Или мой мозг пока не мог воспринимать информацию, потому что он, в отличие от своей хозяйки, продолжал сладко дрыхнуть. – На втором полигоне, куда мы и идём, устроен классический тренировочный модуль для некромантов со всеми нужными для нашей специальности препятствиями, – продолжал парень. – В третьем устроены тренажёры типа «Завалы» и «Лабиринт». Ребята сказали, что их пройти просто нереально и очень сложно. Начинают тренироваться там с третьего курса. Четвёртый поделен на четыре стихийных сектора. В первом, самом сложном, устроен огневой тренажер с такими препятствиями как «Потолочный огонь», «Горящий лес», «Горящий щит» и «Горящее помещение». Этот они называют «Огненной Смертью». В остальных трёх – водяной модуль, воздушный и подземный. На пятом полигоне, как сказали ребята, нет тренажёров. Там пятый и шестой курсы тренируются по-настоящему. Пятый объединяет в себе все четыре полигона и вдобавок, туда запускают монстров и нежить. Полигон магически и технически хорошо защищён, – закончил свой «страшный» рассказ Эрик. Из его слов я смогла понять, что ждёт нас полный хард. Больше ничего не запомнила, даже количество полигонов. Подняла голову. В небе зависла унылая луна, которая чудом вырвалась из сетей туч и теперь с тоской глядела на землю, тускло её освещая. А хочу ли я быть боевым некромантом?! Вошли на полигон, под номером два. Осмотрелась. Здесь расположена вполне себе традиционная армейская тренировочная площадка с полосой препятствий и даже колючей проволокой. А над обвалами и ямами, заполненными чем-то похожим на грязь, натянуты подвесные мостики. Рядом находятся какие-то непонятные развалины, хотя почему непонятные, очень даже понятные – это надгробия. А вот и сам куратор. Вейлин де Гай. Шагает к нашей группе бодрым шагом, свежий и чем-то жутко довольный. Ах, да! Нас же сейчас тренировать будут. «В тёплой постельке тренироваться было бы лучше» – простонало моё сонное тело. – Сегодня я посмотрю, кто на что способен. Слова словами, но я должен убедиться сам в ваших физических данных. – Начал уже с первых слов раздражать меня куратор. Он то и дело возвращал взгляд на меня, осматривая мой жизнерадостный жёлтый костюм. А все парни и сам куратор были облачены в траурный чёрный цвет. Фи, какая предсказуемость. – Так уж и быть, сегодня не буду активировать полигон на живность и неживность, поэтому… пять кругов лёгким бегом через все препятствия! – рявкнул Вейлин. Парни тут же стартанули. Только я не поняла, где тут начало старта. В какую сторону бежать и вообще, где тут «круг», вокруг чего бегать-то? А-а-а! Ненавижу физ. подготовку! – Уайт! Вам особенное приглашение прислать? А ну, бегом марш! – меня как ветром сдуло от его рыка. У-у-у-у, противный, злобный тип! Догнала парней и пристроилась позади них. * * *Преодолела с помощью парней ров шириной два метра. Пробежала по проходам лабиринта. Перелезла через забор с помощью невысокой подставки, меня просто подтолкнули под попу. Прыжком преодолела стенку. Вернее меня элементарно на неё закинул мускулистый Хит, а с обратной стороны поймал моё несчастное тело Абхей. Парни перепрыгнули через траншею, а я поскользнулась и свалилась в яму, наполненную вонючей грязью. Мой жёлтый костю-у-у-м! Я чуть не зарыдала, но проглотила сопли, слюни и стиснула зубы. Никто из парней не смеялся надо мной, они помогли мне выбраться, не смотря на то что сами испачкались по уши. Плакать всё равно хотелось, но я держалась. Я не стану обузой, научусь всему. Пусть это и банально, но в глазах парней хочу выглядеть лучше, чем есть на самом деле. А что? Я просто человек, девушка, хоть и некромант, и ничто человеческое мне не чуждо! Побежали мы дальше. Полоса ещё не закончилась, а ведь нужно сделать ещё таких же четыре круга! Убейте меня! * * *Пытка кончилась! Пробежали пять кругов с препятствиями. Мои парни только чуть-чуть запыхались, хоть и перемазались мы все как надо. Чистыми у каждого из нас были только белки глаз, которые сверкали на перемазанном чёрной грязью лице. А я готова была выплюнуть лёгкие наружу, дышать не могла нормально. Хрипела, ноги дрожали и забыли, как нужно ходить, постоянно путаясь между собой и спотыкаясь о каждый комок земли. В боку нещадно болело и кололо. Моё тело ныло и мечтало о горячей ванне, и поплакать над своей несчастной судьбой. Вейлин стоял на чистой площадке, просматривая новости в своём таблайте. Окинул нашу кучку небрежным взглядом и сказал: – Отвратительно. Вас бы даже самый дохлый зомби догнал. Ребята смолчали. Я уж была готова задвинуть невероятно пылкую тираду, но тут память очень кстати напомнила про основное правило всех некромантов – пофигизм. И я действительно забила на все. Пусть думает и говорит что хочет, всё равно буду вскоре наравне с ребятами, а может и лучше. Тогда и выскажу ему всё. – Теперь проверим в спарринге все ваши хвалёные умения из боевых искусств, – «обрадовал» нас де Гай. Какой спарринг? Хард! Мы же грязные как свиньи! Он снял с себя чёрный плащ, чёрную рубаху и остался в одних штанах и в удобных ботинках для бега. Ему даже не холодно. Сволочь. Но я стала ещё злее, потому что… Потому что у него нереально прекрасное тело! Я готова прямо сейчас растечься сладкой лужицей. Дура! – Мюрич! Нападай! – указал нставник на Хита. Хит большой и сильный. На лопатки в две секунды уложит куратора… Всего лишь секунда, и Хит Мюрич лежит свёрнутый в тугой рогалик и сдерживает стон от боли в заломленных руках. – У тебя реакция медленная, Хит. А так неплохо. – Кази! Нападай. Абхей совершил потрясающе красивый кульбит и… прорыл носом землю. – Слишком напорист! – прокомментировал куратор. Ещё двое парней оказались лежачими. Никто даже и пальцем не смог прикоснуться к де Гаю. – Уайт! Удиви меня! – позвал мою персону куратор. Я пробормотала: – Может не стоит? – Надо, адептка, надо… – тяжело вздохнув и даже как-то обречённо, ответил мужчина. – Не бойся, нападай, как можешь. Ну-у-у, а как я могу? А вот сердце струсило окончательно и поползло в пятки. Вот же хард! Принимаю позу «коленка-локоть» в боевой позиции и с кличем «Ур-р-ра-а-а!» помчалась на куратора… и поцеловалась с землёй. Выплюнула изо рта сырую землю, вывалила язык и чуть не зарыдала. Позор! Так… А ну держись тряпка! Вдох-выдох. Снова вдох-выдох, делаю лицо кирпичом, хвалю себя за смелость и с независимым видом отползаем в сторонку. – Соберитесь, и снова нападайте! – крикнул нам де Гай. Изверг! Доставала! Хардовское чмо! – Учитесь вставать, несмотря ни на что, – говорил нам куратор, отправляя по очереди каждого из нас в непродолжительный полёт в сырую землю. Теперь он заставил нас нападать на него по двое. Рёбра жалобно ныли о несправедливости жизни. Меня кувырком швырнули на Дэвида. Парень оказался очень угловатым и костлявым, валяться на нём совсем неудобно, даже больно. Да и сам Дэвид подо мной как-то странно хрипел и ворочался. Пожалев бедолагу, я всё-таки сползла с него и прекратила отдавливать ему то, что обычно мешает плохому танцору. – На сегодня всё! Жду вас здесь в это же время послезавтра! – «обрадовал» де Гай. Он спокойно оделся и, насвистывая, ушёл с полигона. Я чуть не плакала от злости и радости. Издевательство над моим телом на сегодня закончилось! Уря-а-а! И я захромала за ребятами к общежитию. Нога после такого марш броска нещадно ныла. У парней тоже были многочисленные ушибы, синяки и растяжения. – Парни! – позвала их жалобно. – Отмывайтесь и приходите к нам в комнату, дам вам мази от ушибов и растяжений. Вылечит за пару часов. – Ого! – Это самая лучшая новость с утра! – Ура! – Я тебя обожаю, Роза! Ребята обрадовались. Посмотрела время. Семь часов утра и пятнадцать минут. Не смогу уже поспать. Отмыться и залечиться. Вылечить ребят. Потом собраться, позавтракать и на занятия. Сегодня шесть уроков. Какой будет долгий день. Я уже говорила вам, что для меня ранний подъём – это чёрный крест на весь день? Пока мы брели к общаге, и я строила планы на день, встретилась нам по пути группа девушек во главе с синеволосой Нэлли. – Какой миленький нарядец, Уайт! Ты очень похожа на прошлогодний труп. Ой, постой-ка! Да ты же учишься на некроманта! Значит, правда скоро будешь как труп! – синеволосая рассмеялась воркующим смехом, типа «я-вся-такая-взрослая-а-ты-ещё-маленькая-тупая-девочка». Ненавижу, когда так делают. Ненавижу, когда оскорбляют. Парни сжали кулаки, но не стали пока вмешиваться, а отошли в сторонку и ждали меня. Я улыбнулась и нарочито наивным голоском выдала порцию своего гнева: – Лучше я буду ходить измазанной в грязи, тренируя и укрепляя своё тело, чем буду пользованной игрушкой… как ты, например. Нэлли побледнела и отшатнулась, как от пощёчины. В её глазах промелькнула тоска и злоба. Её подружки громко засмеялись. Как ни странно, такая реакция не доставила мне особой радости. Наоборот, я вдруг почувствовала себя злобной, мелкой и гадкой. Я со вздохом опустила взгляд и сказала: – Прости. Я не должна была этого говорить. – Отвали, сука, – прошипела Нэлли. Потом звонко расхохоталась, словно только что очень остроумно пошутила (надо мной, разумеется), и, взмахнув синими волосами, потопала со своей толпой девчонок, виляя тощим задом, в сторону женского общежития. Ну и ладно, зато я сразу перестала чувствовать себя виноватой. Злобная стерва! * * *Лила сладко сопела. Я ей завидовала. Счастливый человек! Пошла мыться… Горяча вода – счастье! Я нежилась в ванной, наполненной ароматной и пушистой пеной, предварительно смыв с себя всю грязь. Царапины саднили, ушибы ныли. Но ничего, сейчас вымоюсь и натру себя матушкиной чудесной мазью. – Детка, – возмущенно тряхнула спутанными волосами Лила, – мы же договаривались предупреждать друг друга, когда ведём в комнату парней. И зачем тебе понадобился утренний секс, да ещё с несколькими парнями? – Чего? – опешила я от её заявления. Она с дуба рухнула? – Они не для секса и не мои парни, они мои друзья и некроманты на худеньких ножках, – фыркнула я, высушивая влажные волосы. – Нас сегодня де Гай ознакомил с тем, что земная поверхность не всегда бывает плоской и чистой. Вот, пообещала парням мазь. Пойду, отдам им. Достала свою сумку целителя, в которой хранились самые ценные и дорогие моему сердцу вещи: травы, готовые зелья, мази, эликсиры, всевозможные редчайшие ингредиенты, медицинские инструменты и многое, многое, многое другое. – А-а-а-а, – догадливо улыбнулась подруга, – всё ясно. У вас это теперь станет ритуалом – смазывать синяки и ушибы. Вышла в холл четвёртого этажа, где ждали меня отмытые и посвежевшие ребята. Отдала им мазь и побежала собираться на учёбу. Завтрак прошёл как-то мимо меня. Что-то жевала, что-то отвечала ребятам. Я была точно сомнамбула, двигалась на автомате. Мозг и тело, сговорившись, требовали привычного отдыха и сна. Нужно менять привычки. Да трудно и да, это очень больно, но надо, если хочу стать лучшей. Но тёплая постелька так и стоит перед глазами. * * *– Уайт! Встать! Поморщилась от излишне громкого звука. Неохотно приоткрыла один глаз и вопросительно уставилась на преподавателя рунической и начертательной магии, магистра Дерека Шахриса. Судя по его перекошенной физиономии, будил он меня уже давно. Вон, набычился, пальцы растопырил, словно собирается меня придушить. Морда красная, распаренная и из ушей ваот-вот пар повалит. О, хард, я даже не заметила, как задремала под монотонный бубнёж препода. И как он заметил? Я ведь села на самый дальний ряд. Неужели, я всхрапнула? И вообще, у меня было трудное утро. И начертательную и руническую магию я хорошо знаю. У целителей эти предметы идут под номером два, после анатомии, что всегда стоит под номером один. – Адептка Уайт! – чего-то сокрушался преподаватель. Снова скривилась. Зачем орать? – Я прекрасно вас слышу, адепт Шахрис, – произнесла немного резче, чем следовало. – Просто я так глубоко задумалась, что побоялась упустить важную мысль. – И о чём же таком важном вы задумались, адептка? – прорычал он, не увидев в моих глазах ни капли раскаяния. Вздохнула и сосредоточенно наморщила лоб. – Знаете, вообще-то нельзя ошарашивать адептку с первого курса столь сложным вопросом! – выпалила я. Что-то я сильно наглею. – Что вы говорите? – процедил разозлённый магистр. В аудитории стояла гробовая тишина. Все адепты с удовольствием наблюдали наш бессмысленный спор. – Вы забыли, какой я веду предмет, адептка Уайт?! – рявкнул магистр. – Что вы, как можно? – ответила на полном серьёзе и пустилась в пояснения: – Согласно расписанию, вы ведёте у нас основы рунной и начертательной магии. А также основы моделирования и плетения заклинаний. В начале урока вы рассказывали об истории возникновения рунной и начертательной магии, потом рассказывали об их отличиях. Потом поведали нам о магистрах и архимагах и их существенных отличиях. И вот я сейчас затрудняюсь с ответом: что было больше в вашей лекции? Истории? Теории рунной магии? Или всё же начертательной? Боги! И это весь сложный словесный поток прозвучал из моего рта? Преподаватель на мгновение замер, а потом недобро прищурился и прошипел: – Уайт, вы издеваетесь? – Никак нет, – поспешила заверить магистра. – Я просто доложила вам о своих наблюдениях… Исходя из вышесказанной, задаю встречный вопрос… – Докладываете, значит, – оборвал меня преподаватель. – И сколько символов рунического алфавита вам известно, адептка? – Основных или дополнительных? – Основных! – стукнул он рукой по моему столу. А потом он вскинулся и, не дав мне ответить, спросил удивлённо: – Откуда вы знаете о дополнительных рунах? Об этом не пишут в учебниках… – Меня готовили к целительскому делу, магистр, – ответила я с грустным вздохом. – Я изучила рунную и начертательную магию от корки до корки. Прочла труды Герхина и Матея. У магистра дёрнулся глаз. И он произнёс: – И что вы поняли из этих трактатов? – Магистры Герхин и Матей утверждают, что для любого магического достаточно тридцати основных рун, разбитых на три порядка, в зависимости от уровня воздействия и около пятидесяти дополнительных. Взгляд магистра стал заинтересованным. – И вам они знакомы? Улыбнулась и гордо ответила: – Даже умею их применять: выстраивать в формулы, вязи и вплетать в заклинания. – Хорошо, так и быть, сегодня вы можете выспаться на моей лекции, адептка Уайт. Но это в первый и последний раз, уяснили? – сжалился надо мной магистр. – Извините меня и… спасибо, – проговорила с благодарностью. Весь день прошёл как в тумане. * * *Получив с утра дружеский пинок от соседки, я лениво перевернулась на другой бок и задумалась. – Лила, вот объясни, почему так вышло, что маги научились менять погоду, предотвращать землетрясения и цунами, а отменить утро никто так и не догадался? Далила хмыкнула и произнесла: – Ворчишь? Значит, ещё не померла. – Хардовский хрен тебе, а не моя свежая могилка! – хохотнула я и села в постели. С ненавистью взглянула на спортивную форму и скисла. Вчера убийственная тренировка с де Гаем, а сегодня физкультура. Жесть. Какая же жестокая жесть из всех жестей! – То есть, венки я зря купила? Как жалко, – наигранно грустно вздохнула подруга. – Всю ночь бегала по похоронным бюро, искала самый стрёмный гроб, а ты нахалка не померла. Бросила в Лилу подушку, но некромантка увернулась и продолжила перемешивать свой текай. – Одни растраты на тебя, – добавила она, едва сдерживая смех. Выслушала ещё пару её подколок, откинула одеяло и поднялась с кровати. Лениво потянулась, хрустнула суставами и быстро схватила другую подушку. Запустила ею в Лилу и попала! Некромантка пролила на себя текай! После пятиминутного подушечного боя, пошловатых шуток и подколок, сонливости и усталости как не бывало. На физре порадовала тренера своим энтузиазмом и хорошим настроением. А тренер у нас был не абы кто, а мстер по смешанным единоборствам – Мурат Набардан Рарны. Он знаменит весь мир. Этот человек – бывший боец, использующий боевые искусства без помощи магии. Не знала, что Набардан преподаёт в МАТИ. Отец всегда ходил на его бои. Мастер Рарны – воздушный маг, но считает, что настоящий боевой маг должен полагаться, в первую очередь, на свои физические возможности и силы, так как магический резерв не резиновый. После скандального инцидента на ринге (его обвинили в применении магии), хотя потом его оправдали и принесли извинения, Мурат всё равно покинул спорт. Как сказала Лила с утра, физрук на своих занятиях будет применять воркаут – систему уличных тренировок. Ещё он будет учить нас боевым искусствам и тренировать с различными видами оружиями. С таким известным человеком тренироваться? Да я только «за»! Внешность у мастера Рарны неординарна: татуировки по всему телу; абсолютно лысый череп; и тело у него проработанное, жилистое, крепкое, как сухой ремень. Расскажу отцу, кто у меня по физре тренер! Надо будет попросить у него автограф, папа будет рад. Сегодняшняя тренировка была посвящена разминке. Бег. Три круга по прямой, боковой бег, бег с прыжками. Потом лёгкие упражнения на растяжку, подвижные игры и прыжки на батуте. Вообще, вся наша группа была в приподнятом настроении. Ещё бы! Наш физрук – легенда! Хит сказал нам по секрету, что мастера Рарны взяли в МАТИ только в этом году и вести занятия он будет только у первого и второго курса. А у остальных адептов физру ведёт старый и противный дядька. Только один тип показал презрительную морду на моё хорошее настроение – Клин. Хардовский тип. Ка же он злит меня! Сегодня обязательно узнаю, что одногруппники Лили выяснили после серьёзного с ним разговора. Покончив с бегом и растяжкой, мы поделились на группы: мы с парнями выбрали батут и, хохоча, весело прыгали; другая группа выбрала игру в обдошку. Обдошка похожа на волейбол, только более усложнённая версия – игра проход на постоянно двигающейся земле. День прошёл без эксцессов. Я записала все лекции, пообещав парням дать им переписать, так как они откровенно филонили. Но я не сердилась. Парни мне тоже помогали, вон у де Гая буквально тащили на себе. Так что, мне даже в радость тоже быть полезной. В столовую на ужин отправилась вместе со своими парнями. Странно, а может и не странно, но Хита, Эрика, Дэвида и Абхея я уже стала считать своими. Как братьев. Дэвид у нас теоретик и вообще мозговитый парень. У него интересные, неординарные идеи и богатая фантазия. Хит – силовик и мощь. Абхей – обаяшка и очаровашка. Но это с виду. На самом деле он дотошливый, въедливый и та ещё зануда. Пока он не докопается до сути, не отвяжется или не бросит дело. Всё доводит до конца. Но он и видит гораздо больше, чем все мы. Идеалист. Эрик – весельчак. Оказывается, он круто ладит с магической техникой! Знает о ней всё и, видя мои сомнения, на проверку с лёгкостью взломал мою наикрутейшую и дорогую защиту на таблайте! Ну вот, а я… А вот я виртуозно орудую медицинскими инструментами, знаю анатомию и скучные с виду предметы. Но в ближайшем будущем стану тоже крутой, как и мои парни. Все эти свои наблюдения озвучила парням, на что они согласно покивали, а Дэвид внёс предложение стать не только группой, которую тренирует Вейлин де Гай, но стать верными товарищами на всю жизнь. А потом и вовсе предложил побрататся. Хит предложил придумать девиз нашей команде и сделать ещё и тату. В общем, мы все приняли эти идеи на ура! Моя команда и команда Лилы тоже подружились. Мы рассказали им о нашей затее, и предложили присоединиться. Глядя на наш энтузиазм, парни и Лила тоже согласились. Название нашей команды, девиз и рисунок тату решили хорошенько продумать и взяли себе для этого срок в неделю. Будем думать, и рисовать эскизы. Ну и вот, всё было отлично. Жизнь прекрасна. Но всему хорошему всегда приходит конец. К нашему столику подкатил стрёмный Клин. И небрежно бросил на стол передо мной сложенный вчетверо лист бумаги. Под напряжёнными взглядами друзей развернула записку при помощи столовых приборов, словно это не бумага, а мерзкая гадость. Впрочем, послание и оказалось самой настоящей гадость. «Последнее предупреждение, тварь! Переведись из группы Вейлина де Гая! Не сделаешь этого – пожалеешь! Ты узнаешь, что значит быть подопытным материалом у некромантов!» Все ребята прочли послание. Хит резко вскочил с места и в два шага догнал Клина. Схватил его шиворот, поднял и хорошенько встряхнув, прорычал: – Кто? – Кто приказал тебе поработать шестёркой и передать послания? – деловым и очень жутким тоном поинтересовалась подошедшая Лила. Клин поджал губы. Лила взглянула на Хита и кивнула ему. Силач встряхнул гада так сильно, что у того зубы щёлкнули. – Отвечай, – ласково пропела Далила. – Ннн… не… не знаю… – заикаясь, выдавил из себя перетрусивший Клин. И вот это – будущий некромант? – Откуда тогда взял? – рявкнул злой Брайд. А Хит снова хорошенько встряхнул адепта. Клин вцепился в могучую руку Хита и, задрыгав ножками, противно проскулил: – Пусти-и-и-и! Мне больно-о-о! Хит перевёл вопросительный взгляд на меня. Я подошла и встала напротив, сложив руки на груди. У Клина рожа покраснела, пот градом потёк, заливая ему глаза, рот. Глаза – выпучены и в них застыл священный ужас. – Отпусти его, Хит, – произнесла я спокойно, – он нам сейчас всё расскажет. Так ведь, милый? Неужели эти холод и лёд в голосе принадлежат мне? – Расскажу, – прохрипел он. Хит раскрыл ладонь, и адепт рухнул как подкошенный. Он потёр шею, тряхнул головой, потом вытер углом рубашки потную рожу и поднялся на ноги. – Эту записку мне подкинули под дверь комнаты. И конверт с другой запиской, где были даны указания. В конверте была награда – сто крон. Если выполню, то получу ещё сто. И за первое поручение я тоже получил сто. (Крон – денежная валюта, названная в честь одного из божеств, охраняющего сокровища. На монетах находится рельефное изображение карты мира. Монеты – серебряные, украшены золотыми вставками и напылением из алмазов. Сто крон – огромная сумма! На сто крон целый месяц может спокойно жить семья из четырёх человек! А ему заплатили триста!) – Ни хард себе! – присвистнул Эрик, услышав сумму. – То есть всего ты получил триста крон? – Роза, дорого же ты стоишь, – процедил Брайд, с ненавистью глядя на Клина. А я вообще не находила слов от услышанной новости. – Ты хочешь сказать, что монеты тебе тоже пропихнули под дверь? – съязвила Лила. – Что ты тут нам заливаешь, гадёныш? – Не монеты там были, а чек, – уточнил Клин. – Значит, первое послание в нашу дверь вбил именно ты, так, Клин? – ядовито пропела Лила. Парень часто закивал. Вот же противная сволочь. – Покажи чек! – затребовал Абхей. – Мы должны увидеть, от кого деньги. – В чеке указан шифр для выдачи денег, а отправитель – аноним, – проблеял Клин. – Роза, а ты разве не догадываешься, кто это делает? – задвигал бровями Сэт. Хит хлопнул Клина по плечу, отчего парень чуть не развалился на части и гаркнул ему в лицо: – Свободен! – Стоять! – рявкнула я. Клин уставился на меня в ужасе, а я заявила: – Все три крон перечислишь в благотворительные фонды. В какие именно – реши сам. Выписки передашь Хиту лично в руки. Будь добр, сделай хоть одно доброе дело и не попадайся больше мне на глаза. Ребята зааплодировали мне. – Ты спятила?! – взвизгнул Клин. – Это мои кроны! МОИ! – Хард решил нам зубки показать? – не добрым голосом произнёс Абхей. – Ты ещё повозмущайся, давай, – оскалилась Далила. – Я мигом тебя с могилой познакомлю, хочешь? – Если не сделаешь, как тебе сказала адептка Уайт, то я просто донесу на тебя ректору. И ты незамедлительно вылетишь из академии. Желаешь проверить? – припугнул его Дэйв. Клин от ярости мелко затрясся, сжал руки в кулаки и прошипел: – Хорошо. Я всё сделаю. – Ну а теперь вали! – пробасил Хит и снова хлопнул его по плечу. Мерзкого адепта словно ветром сдуло. Улыбнулась ребятам. – Спасибо вам за поддержку, – поблагодарила их и вспомнила: – О, Сэт! Ты намекнул, что знаешь, от кого послания! Так от кого? Все ребята переглянулись и, склонив низко головы прошептали в один голос: – Яшмира де ла Крэйг. – Она как безумная влюблена в де Гая ещё с первого курса, – пояснила Лила. – И ещё, она дочь банкиров. Откуда у простого адепта доступ и возможность делать анонимные выплаты? Только у неё, – проговорил Кистен. М-да. Дела. – И что же мне делать? Забить на неё гробовой гвоздь и жить дальше? Или предпринять какие-то меры? – спросила друзей. Абхей сказал за всех: – Предлагаю продолжить этот разговор в менее людном месте. Решили провести собрание по поводу Яшмиры на нашем с Лилой чердаке. И направились в общагу. * * *Лила разлила текай по кружкам и раздала ребятам. Я взяла свою кружку и пригубила горячий напиток. Парни кстати принесли свои кружки. Мы как-то не рассчитывали на большое количество гостей. – Моё мнение – не реагировать и занять выжидательную позицию, – перешёл к делу Абхей. – Ты думаешь? – засомневался Кистен. – Да, – пожал он плечами, – Яшмира присылает угрозы, но реальных действий не предпринимала. – Ага, ты предлагаешь паниковать и что-то предпринимать, когда эта тварина навредит нашей Розе? – прошипела Лила. – Нет, – вздохнул Абхей и пояснил: – Роза не будет ходить одна. Нужно, чтобы кто-то всегда находился рядом. – Адекватное предложение, – согласился Эрик и Брайд. Я пока ничего не предлагала, а слушала. Но становиться ходячей мишенью как-то тоже не хотелось. – Если Яшмира предпримет какие-либо действия, мы будем наготове, – добавил Абхей. – И что потом? – ядовито поинтересовалась Лила. – Скажем ей, какая она нехорошая девочка и погрозим ей пальцем? – Есть много способов, как проучить негодяев, – невозмутимо ответил Абхей. – А ещё у нас есть куратор, – усмехнулся Кистен. – Можно и ему пожаловаться. Пусть сам разбирается со своей фанаткой. Я скривилась, словно съела кислый и протухший лимон. – Или пожаловаться ректору, – внесла свою идею. – Всё же я предлагаю решать проблемы по мере их поступления, – вернулся к изначальному плану Абхей. – Сначала предпримем меры по защите нашей Розы. Здесь с ней всегда будет Далила, по академии одна не ходи. – А если в город вдруг соберёшься, то зови кого-то из нас. Или всех вместе, – предложил Эрик. – Но ты не расстраивайся, Роза, – подмигнул мне Брайд, – мы не простим этой гадине её поступок с угрозами. Улыбнулась парням и Лиле. – Ребята, вы все такие классные! Спасибо вам! Спасибо, что возитесь со мной… – на глаза навернулись слёзы. – Эй, ты чего это сырость разводишь? – обнял меня Хит. – Некроманты никогда не плачут. – Роза, мы теперь уже почти одна семья! – напомнила Лила. – Предлагаю прямо на этих выходных провести обряд братания, – произнёс Дэвид. Все ответили: «ДА!» Было у меня два брата, а теперь будет ещё восемь дополнительных и ещё одна сестра! Элька ведь мне давно как сестра, вот и Лила станет ею. Вот моя семья обрадуется. И Элька удивится. И порадуется за меня. Выпив текай, все разошлись по комнатам отдыхать. Всё же завтра нас ждёт новая зверская тренировка с де Гаем, чтобы его арды пожрали. Заранее раздала ребятам целебную мазь. Засыпала я с улыбкой на губах. С такой потрясной командой мне никакая чокнутая банкирша не страшна. Знаете, я благодарна Высшим сила, что наградили меня силой некроманта. Ведь именно в МАТИ я встретила этих замечательных людей.