34. Ну кто бы сомневался!

Виктория

Не знаю, поступила ли я правильно, но на тот момент, когда появился Кристиан, внутри меня что-то щелкнуло, превращая графа в источник всех проблем. Это сейчас, разгребая завал книг в библиотеке, я прокручивала в голове наш разговор, понимая, что погорячилась. Ведь Кристиан не виноват, что приглянулся столь неадекватной женщине. Он и сам страдает от ее действий.

Я просто очень сильно испугалась. Сидя на полу и прижимаясь спиной к входной двери, едва могла дышать, понимая, что если бы не Бельен, то быть мне неведомо кем. Ведь и дураку было понятно, что неспроста у меня появилась столь непреодолимая тяга надеть на себя эту чертову подвеску. Была уверена на все сто процентов, что стоило только это сделать, как случилось бы что-то из ряда вон выходящее. Не знаю, затмение рассудка или у меня могло бы появиться безудержное желание выполнять чью-то волю. А может что-то менее безобидное, облысение, волдыри по коже… Мне доводилось читать книги про выдуманные миры. Влюбленные женщины в них на многое были способны. Я не желала испытывать на себе ничего из всего вышеперечисленного или что-то другое.

До сих пор не могла привыкнуть к тому, что сама обладаю магией, которой пользоваться не научилась. В моем понимании проще было справиться с амбалом, чем с какой-то магической штуковиной, поэтому я и попросила Кристиана уехать, считая его присутствие большим из зол.

Я уже почти разобралась с книгами. Полочки были протерты от пыли, как и все другие поверхности. Шторы я сняла, потому что то, что болталось на окнах, шторами было сложно назвать.

Дети ушли к себе вместе с Бельеном. Бабушка Милдрет, которая приходила на ужин, тоже отправилась в свой дом, постоянно спрашивая, куда подевался Кристиан. В ответ я лишь отнекивалась, заверяя, что у него дела.

Спустя полтора часа после моего копошения в хранилище знаний, я оглядела комнату, понимая, что мне нравится конечный результат. Книги стояли на своих местах, тонны пыли были стерты, коврик скручен и отодвинут в сторону, так как его требовалось выхлопать, обои, как и везде, оставляли желать лучшего. Но зато массивный стол порадовал.

– Тебя бы в гостиную перенести, – хмыкнула я, подхватывая свернутые шторы и цепляя за край небольшой ковер.

Выкинув в мусорку тряпье с окон, я оттащила ковер к входной двери, намереваясь вытряхнуть его с самого утра, чтобы вернуть на прежнее место.

– С библиотекой разобралась, теперь на очереди каминная комната, – размышляла, тихо, бурча себе под нос.

В доме было столько дел, что я не знала за что вперед хвататься. Решила пока заниматься тем, что у меня было для улучшения и "освежения". То есть – не крашеным забором.

В голове всплыли моменты, как Кристиан помогал выбирать краску. Было забавно наблюдать, как он осторожно пытается убедить меня, что его вариант правильный. На самом деле я рассматривала два цвета, тот, который я купила и тот, который предложил граф. Но так как он его предложил, я его сразу отмела. Да-да, в каждом живет свой собственный чертенок, и он иногда дает о себе знать.

Стоимость детской кровати, конечно, заставила расстроиться. Но я не унывала, восемьдесят титонов за одно спальное место это многовато для нашего бюджета, но я собиралась совершить эту покупку когда граф или кто другой вновь привезет деньги.

Полочку для книг мы укрепили вместе с Энкелем. Малыш был так доволен, потому что я только держала ее, а он сам вбивал гвоздь в стену.

«Маленький мужчина».

Дети сразу же расставили на ней новые книги, сияя улыбками. Я боялась, что мальчик отстранится от меня после поцелуя, но он сделал вид, что ничего критичного не произошло, и меня это радовало, потому что его действия говорили о многом.

Забрав ведро и тряпки с библиотеки, я промыла их от грязи и вернула в кладовую, направляясь на кухню. Мне нужно было убрать котлеты в холодильный шкаф.

Только вошла в проем, как слуха коснулся стук во входную дверь.

Удивительно, но я мгновенно собралась, ощущая, как под кожей будто что-то движется. Странное чувство скажу я вам.

Смотрела в коридор, вновь слыша стук. Благо, что он был не громким, иначе Бельен бы рванул вниз, а следом за ним близнецы, чего бы очень не хотелось. Ведь нормальные люди по ночам в гости не приходят. Хотя, где я в этом мире людей увидела?

Первой мыслью, и должна заметить глупой, было то, что вернулся Кристиан. Но потом я сразу отмела этот вариант, потому что не верилось мне в это. Я была с ним груба, обвинила в том, чего он не делал. Поэтому, что за дверьми стоял проверяющий, я не верила.

Стук снова повторился, только уже сильнее и я, чувствуя, как кончики пальцев покалывает, двинулась прямо по коридору.

Тихо подошла к дверному полотну, слыша приглушенный разговор. Дверь хлипкая, местами с щелями, поэтому нечему удивляться, что сказанное по ту сторону не прошло мимо меня.

– Ну, и чего она не открывает? – возмущалась какая-то женщина. – Ты не перепутал?

– Нет! – пробасил мужской голос. – Господин Морти самолично мне адрес записал!

– Нам обязательно нужно ее убедить, такие деньги на дороге не валяются! – прогнусавила дамочка.

– Да куда она денется! Патрисия всегда была тупа! Так что обведем ее вокруг пальца, – хохотнула эта особь мужского пола.

«Как любопытно! Значит глупа и от меня опять кому-то что-то надо! Еще какой-то господин Морти!»

– Да постучи ты уже громче! – пробубнил мужчина.

Пару секунд была тишина, и я уже начала надеяться, что незваные гости унесли с крыльца свои тела, но нет, вновь послышался злосчастный стук.

Подождала немного и отворила засов, стараясь не выказывать своего недовольства и напряженности.

– Ой, – расплылась в улыбке полная дама, всплескивая руками и прижимая их к своей груди, – Патрисия, племяшка, наконец-то мы тебя нашли!

«Племяшка, значит! Неужто бабка с дедом Энкеля и Самиры объявились?! И, как я поняла, пришли они сюда явно не потому, что решили наладить отношения с детьми!»

Смотрела на этот спектакль, который тянул, мягко скажем так, на троечку, и понимала, что от таких я точно сама смогу отбиться, тем более кончики пальцев нещадно кололо, так и прося, чтобы я вскинула руку.

«Неужто у меня получается понимать, как управлять магией?»

Перевела взгляд на мнущегося позади дамы мужчину, подмечая, что они идеальная пара. Выше ростом, и чуть больше в ширину, те же свисающие складки жира с щек и подбородка…

Хоть на улице уже было темно, но при свете фонаря, который освещал крыльцо, мне удалось разглядеть многое.

– Как дела, Пат? – пробубнил мужчина.

– Спасибо, неплохо, – кивнула я. – Вы что-то хотели?

Не собиралась пропускать их в дом. После услышанного ничего хорошего от них ждать не приходилось. Да даже не знай я, что у них на уме, все равно бы не пустила. Потому что нормальные бабушка с дедушкой никогда бы не отказались от внуков!

– Мы войдем, – скорее утверждая, чем спрашивая, дамочка шагнула вперед, тут же останавливаясь и поднимая на меня недоуменный взгляд, ведь с прохода уходить я не планировала. – Эм… – занервничала она, – Патрисия? Ты позволишь войти?

– Думаю, что нет, – отрицательно качнула головой.

– Что значит нет? – вскинул кустистые брови "дядя". – Мы вообще-то к внукам приехали!

– Это к каким именно? – усмехнулась, принимая воинственный вид, так как эти игры мне надоели. – Которых вы не видели… сколько лет? – прищурилась, наблюдая растерянность на лицах дорогих родственничков.

– Ты не имеешь права нам отказывать! В конце концов мы ближе им по родству, чем ты! – возмущенно взвизгнула женщина. – Дети! – заорала она на всю улицу. – Дети, ваша бабушка приехала…

– Еще хоть один визг, – зашипела я, угрожающе выходя на крыльцо и выставляя вперед руку, мечтая вышвырнуть их отсюда, – и вылетите пробками отсюда! Не нужно втягивать в свои грязные игры детей! Ясно вам?! Бабушка с дедушкой! – едко выплюнула, чувствуя, как ярость затмевает разум. – Где вы были, когда детям требовалась помощь?! Где вы были, когда ваша дочь скиталась по улицам?! Ах… точно! – усмехнулась я. – Ведь это все ваших рук дело! ВЫ ОТКАЗАЛИСЬ ОТ НИХ! А теперь, будьте так любезны, уносите отсюда свои дряблые тела!

– Ах ты… – мужчина затряс своим трехскладочным подбородком, – сжимая пальцы в кулаки. – Мы пойдем жаловаться герцогине Брандербург! Ведь она стоит во главе опекунского комитета, если я не ошибаюсь! Это лишь вопрос времени! Но то, что ты скоро вылетишь отсюда и земля с домом будут наши…

– Ну кто бы сомневался! – взревела я, угрожающе рыча. – Земля?! Дом?! То есть именно это вас интересует?! Не дети! Пошли вон отсюда!

Меня всю трясло от ярости. Едва удерживала себя, чтобы не вцепиться в обесцвеченные кудри напыщенной индюшке, которая хлопала своими ресницами и постоянно открывала-закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба.

– Пошли, Тариус! – фыркнула дамочка, проявляя свое истинное лицо. – Недолго ей радоваться привалившему наследству! Заберем детей себе и все прилагающееся тоже! Она даже не замужем! Так что все карты у нас в руках!

– Да, дорогая! – закивал мужчина, бросая на меня едкий взгляд. – Так и поступим!

Смотрела им вслед, готовая заорать во весь голос.

«Никогда себе не прощу, если не отстою детей! Никогда! Эти… убогие загнобят малышей! Боже, за что?! За что им все это?! Да если бы помыслы этой скудоумной парочки были чисты и их волновали именно дети, а не то, что к ним прилагается, то я бы отступила. Да, было бы больно, потому что малыши стали частью моей жизни, но все равно бы ушла в сторону, потому что благополучие Энкеля и Самиры для меня прежде всего!»

На трясущихся ногах вошла в дом, прикрывая за собой дверь и чувствуя, как жгучие слёзы рвутся наружу. Я не знала, что делать. Эта мерзкая тля, Брандербург, не упустит своего шанса мне нагадить. Она отдаст им малышей. Моих малышей!

События сегодняшнего дня повторялись вновь. Я снова на полу, снова прижимаюсь спиной ко входной двери, снова мое сердце рвется на части…

Закрыла лицо ладонями, чувствуя, что медленно умираю. Нити паники и безысходности пронизывали мое тело, обвиваясь вокруг и захватывая в свой кокон.

Просидела так несколько минут, умоляя мысленно судьбу помочь.

«Эти дети и так столько всего натерпелись! Пожалуйста… молю…»

Слуха коснулся торопливый топот сапог и нетерпеливый стук в дверь.

Шмыгнула носом, размазывая слезы по щекам и поднимаясь на ноги.

– Патрисия! – голос графа заставил замереть, в то время как сердце наоборот пустилось в галоп.

– Кристиан… – прошептала я, торопливо отодвигая щеколду и, не стесняясь своего заплаканного вида, распахивая дверь.

– Трис… что…

Не дала ему договорить, бросаясь вперед и чувствуя, что рядом с ним мне становится немного легче.

– Кристиан… – произнесла дрогнувшим голосом, прижимаясь к графу и цепляясь пальцами за его камзол, – пожалуйста… помоги…