Глава 31 Мертвые тени

- Сколько в вас прыти, княжна, - Зиновий выбрался следом за мной из экипажа, сетуя на то, что не успел сделать это первым, дабы, как полагается, подать даме руку. Я улыбнулась Мамаеву и подняла взгляд, рассматривая дом, стоявший предо мной.

Особняк был огромный, дорогой и явно нуждался в хорошем ремонте. Следы запустения отметились на стенах здания, на тяжелых колоннах и на деревьях в парке. Несмотря на то что снег прикрыл несовершенство этого места, я заметила, что парк нуждается в уходе: деревья стояли слабые и больные.

Впрочем, я ведь не за тем приехала сюда, чтобы делать подобные выводы.

- Домик выглядит печально, - Зиновий встал рядом и поднял взгляд. – О, а вот и Капитолина! – добавил он.

Я подняла глаза и увидела в окне второго этажа рыжую ведьму. Капа вскинула руку и приветливо помахала нам с Мамаевым. Я кивнула в ответ и замерла, когда Варвара Потаповна, проскользнув сквозь стену, спустилась ко мне, делая «страшные» глаза. Я сразу связала выражение ее лица с Арбениным. Поняла, что князя не обрадовало мое появление, которое не осталось незамеченным. И предположила, что в этот самый момент, пока Капитолина дружески улыбается мне за стеклом окна, а Варвара собирается с духом, чтобы сказать нечто, по ее мнению, важное, сам князь спускается в холл.

- Ох, кажется, Полиночка, его сиятельство разгневался, - прошептала душа, склонившись ко мне и обдав холодом. – Он скоро будет. Вышел лично, так сказать, тебя встретить.

- Что же, я выдержу, - ответила с улыбкой и шагнула вперед, поднимаясь по ступеням и ожидая, что дверь особняка с секунды на секунду распахнется и явит мне разгневанного Николая Дмитриевича.

Я даже представила, как будут гореть его глаза. Как побелеет шрам на щеке… И тут поняла, что соскучилась по нему и буду рада видеть князя даже гневного и недовольного моей самостоятельностью.

- Я ему сказала все как есть, - призрак летел рядом, - что у тебя какие-то важные новости. Что ты не просто так покинула агентство. А он брови насупил, глазами сверкнул и помчался сюда. А я…

Душа не успела закончить начатую фразу, когда дверь дома распахнулась и на пороге появился вовсе не Николай Дмитриевич, а слуга.

Вышколенный лакей с поклоном пригласил нас с Зиновием войти внутрь, затем предложил помочь снять плащ и, когда я уже подняла руки, чтобы ослабить завязки, на лестнице, находившейся напротив центральных дверей, раздались торопливые шаги.

Мне не нужно было даже смотреть в направлении ступеней. Я и так прекрасно знала, кого там могу увидеть.

- Я так понимаю, вы прибыли на свадьбу, госпожа… - начал лакей. – Как мне сообщить о вас хозяйке? Как представить?

- Княжна Полина Ивановна Головина, - ответил за меня Арбенин, спустившийся в холл и торопливо приближающийся к нам с Зиновием.

Слуга увидел Николая Дмитриевича, торопливо отступил, приняв из моих рук плащ, и занялся накидкой Мамаева. Я же подняла взгляд на Арбенина, стараясь оставаться храброй и приготовившись выслушать все, в чем провинилась.

- О… - Варвара Потаповна сочла ситуацию напряженной и поспешила удалиться, полетев куда-то наверх. По всей видимости, к другим агентам. Впрочем, в ее защите я не нуждалась.

Зиновий, покосившись на нас с Николаем, хмыкнул и посмотрел на лакея, который явно не знал, что ему делать: то ли идти к хозяйке, чтобы сообщить о новой гостье, прибывшей неприлично поздно, или остаться и подождать распоряжений.

- Итак, вы здесь, - голос Арбенина прозвучал удивительно спокойно.

Я решила сразу взять быка за рога, как говорит моя матушка, и ответила:

- У меня для вас нечто важное. Я думаю…

- Помнится, я просил вас не покидать особняк, - воспользовавшись моментом, когда я переводила от волнения дыхание, Арбенин взял разговорную инициативу в свои руки. – Радует, что вы, по крайней мере, не отправились одна.

Зиновий широко улыбнулся и подмигнул мне, словно говоря: «Не все так страшно, да, княжна?»

Наши с Николаем взоры пересеклись. Всего на миг, на одну несчастную, и вместе с тем, прекрасную секунду, я вдруг перестала дышать, глядя в темные глаза своего нанимателя. И где-то там, глубоко внутри, в сердце отдалось нежностью.

Мне стало душно. Я стянула с рук теплые перчатки и охнула, зацепив значительную царапину на коже тыльной стороны ладони.

Арбенин посмотрел на мою руку. Затем нахмурился, бесцеремонно взял ее и провел большим пальцем по едва затянувшейся красной борозде.

- Что это?

- Случайность, - ответила быстро.

- На княжну прыгнула какая-то глупая кошка, когда мы вышли из дома, - ответил Зиновий.

- Кошка? – Арбенин нахмурился, затем снова провел пальцем по нитке ранки.

- Пустяки, - я проворно высвободила руку из его плена, ощутив, что покраснела. Щекам стало жарко, и я обмахнулась рукой, добавив: - Ну и душно здесь! – а затем поняла, что солгала. Душно в холле не было. Даже тепло не было. Что я вообще такое говорю!

Я закусила отчаянно губу, увидев насмешку в глазах князя, а затем подумала: ну и ладно. Главное, что не ругается. По крайней мере, сейчас.

- Идемте за мной, раз уж вы приехали, - Николай взмахом руки указал на лестницу, затем обратился к лакею, - милейший, прошу, сообщите хозяйке дома, что прибыли еще двое гостей. И узнайте, когда она сможет нас принять.

Лакей выслушал князя, затем поклонился и отправился к вешалке относить вещи. А мы с Мамаевым поспешили следом за Арбениным. И ступая по лестнице, я смотрела на своего нанимателя, надеясь, что он не отнес мое смущение на свой счет.

***

Крыса протиснулась в узкий лаз, побежала по темному ходу, быстро перебирая крошечными лапками. Вокруг теснились тени. Несколько раз она пробегала через паутину, оставляя за собой лишь ее обрывки. Но ничего. Паук ловко затянет свою сеть снова и сядет в центре, ожидая своих маленьких жертв.

Вот впереди мелькнул свет, и крыса на миг остановилась. Села, потерла лапкой морду и повела усиками, принюхиваясь к запахам, тянувшимся вместе со сквозняком.

Пахло тленом и травами. А еще кровью: старой, свернувшейся.

Крыса промедлила несколько секунд, затем обнюхала свою лапку, там, где под когтями остались заветные частицы кожи с руки человека, и снова побежала вперед. Она юркнула из лаза и оказалась в просторной комнате, освещенной свечами. Вскарабкавшись по ножке стола, крыса залезла на столешницу и, встав на задние лапы, пискнула, привлекая к себе внимание женщины, склонившейся над котлом. В котле кипело вонючее варево, зеленое и густое.

Услышав писк, женщина, закутанная в балахон, подняла взгляд и улыбнулась, заметив крысу.

- Давай то, что принесла, - проговорила Вирна. – Мы и так ждали долго. А потом отнесешь зелье своему хозяину, Алиса.

Крыса моргнула, затем начала быстро меняться, расти. Миг и вот на столе появилась кошка. Она протянула к женщине лапу, и та бесцеремонно вывернула ее. Взяв острую иглу с закрученным кончиком, хозяйка лавки принялась извлекать из-под когтей кошки частицы кожи. Закончив, она улыбнулась и опустила собранное в котел.

Кошка отпрянула, когда варево взметнуло вверх столб странного света.

- Скажешь ему, что он должен сделать все, как я сказала. В точности, - отчеканила Вирна.

Кошка кивнула и села, обвив ноги хвостом.

Хозяйка лавки помешала варево и улыбнулась.

***

- И почему я так и думал, что вы, княжна, не усидите на месте? – Анатоль был прямолинеен, но я не обиделась. Даже посмотрела на Шуйского с улыбкой, потому что ни в тоне, ни во взоре мага не было укора. Напротив, кажется, и он, и Капа с Серьгой, забавлялись сложившейся ситуацией. И даже князь Арбенин, которого я боялась больше всего, когда ехала сюда, пусть и хмурился, глядя на меня, но совершенно очевидно, не злился. По крайней мере, отчитывать меня он не спешил.

Я уже открыла было рот, чтобы рассказать о своем открытии, побудившем меня прибыть незваной гостьей в чужой дом, когда Николай Дмитриевич подозвал Капитолину и указал ведьме на мою руку.

- Проверь, - велел он.

Капа опустила взгляд и я, не ропща, показала ей руку, оцарапанную странной, дикой кошкой.

- Мне кажется, она просто бездомная, - сказала я, когда Капитолина взяла меня за руку, подвела к столу и, усадив на стул, встала рядом, рассматривая царапину. – Возможно, кошка просто хотела есть, или искала место, где укрыться от непогоды.

- Святая наивность, - фыркнула Гаркун и провела ладонью над моей рукой. Она закрыла глаза, снова провела ладонью, отчего я ощутила приятное тепло, затем рыжая ведьма нахмурилась, а я посмотрела на Варвару Потаповну, зависшую за спиной Капитолины.

- Есть что-то? – спросил Арбенин.

Гаркун открыла глаза и отпустила мою руку.

- Да, - ответила ведьма, встряхнув кистью. – Царапина глубокая. Кошка сорвала частицы кожи с элементами крови, - продолжила она спокойно.

Я опустила руку вниз, во все глаза следя за Капитолиной. Сейчас ведьма была серьезна и совсем не походила на прежнюю себя.

- У меня не особо приятные новости, - Капитолина повернулась и посмотрела на князя Николая. – Эта кошка - оборотень, но не человеческий. Она – существо, которое имеет несколько звериных форм. Вряд ли может становиться каким-то крупным зверем. Скорее ее возможности ограничены от собаки до мыши, или крысы.

Николай нахмурился еще сильнее, а я ощутила себя последней дурой. Ну вот как есть, дура, подумала с отчаянием и опустила глаза. Впрочем, что, если Капитолина ошибается. Ну, возможно, кошка и является оборотнем. Но не факт, что она была кем-то подослана.

- То, что она поцарапала руку нашей княжны, значит, что кому-то очень понадобились элементы ткани Полины, - высказалась ведьма.

- Твои предположения? – спросил Арбенин.

- А что тут думать? – она передернула плечами. – Здесь пахнет каким-то обрядом или зельем. Так что, - взор Гаркун обратился ко мне, - теперь будь осторожна, Полина Ивановна.

Я стиснула зубы и, подняв глаза, посмотрела на Николая. Вот если бы он сейчас упрекнул меня в непослушании, я бы признала свою вину при всех. Но Арбенин не упрекнул. Не сказал ни слова, но посмотрел так, что лучше бы отругал.

Князь ведь просил меня оставаться дома! Надо быть честной с самой собой. Ну что мне стоило отправить с новостями Варвару? Так нет! Я хотела привезти новость лично. Глупость и гордость – вот, что толкало меня приехать сюда и в очередной раз доказать свою нужность агентству. А еще… пусть в этом признаться сложно, но я хотела что-то доказать Арбенину. Для меня это оказалось важнее собственной безопасности.

- Интересно, кому могла понадобиться кожа нашей княжны? – спросил Харитон.

- Известно кому, - ответил Шуйский. – Тот тип. Кажется, царский родич, я не ошибаюсь? У меня он первый под подозрением.

Я вспомнила Арсеньева и поняла, что с ректора станется пойти на подлость. Хотелось надеяться, что он оставил даже мысли обо мне, но случай с кошкой, кажется, доказывает обратное.

Наступила тяжелая минута молчания. Даже Варвара Потаповна висела в воздухе поджав губы и смотрела то ли с тоской, то ли с отчаянием.

- Хорошо. Сейчас Полина Ивановна с нами, - нарушил молчание Арбенин. – И раз уже все случилось, будем справляться с последствиями. Но прежде, - он посмотрел на меня, - раз уж вы здесь и так мчались, чтобы рассказать нечто важное, мы слушаем вас, княжна. Что же такого вы узнали, что примчались сюда и даже воодушевили Мамаева отправиться с вами.

- Я же не мог отпустить девушку одну! – проворчал Зиновий.

- Ты вообще не должен был отпускать ее. Впрочем, ладно. После драки кулаками не машут, - спокойно произнес князь Николай.

- Это я одна виновата, - попыталась заступиться за Мамаева, но здоровяк лишь махнул рукой. Мол, виноваты оба, не трать силы на объяснения. И я кивнула, решив больше не продолжать эту тему. Николай Дмитриевич прав. Раз уж я приехала, то должна рассказать, почему.

Взоры собравшихся обратились ко мне. Даже Варвара Потаповна и та приготовилась слушать.

- Вы помните, я рассказывала вам о том, что видела над головой баронессы тьму? - начала я. – Так вот, не без помощи Варвары Потаповны, я вспомнила о привязке, понимаете?

Арбенин усмехнулся.

- Я боюсь, что баронесса Строганова уже давно мертва, - вздохнув, сказала то, что собиралась. – Но кто-то, возможно, жених, ему это выгоднее всего, удерживает ее душу в теле. Полагаю для того, чтобы после свадьбы получить наследство Глафиры Илларионовны. Затем привязку ослабят и…

Варвара Потаповна заломила руки и заохала.

- Ну что за люди? – проговорила она, а я во все глаза посмотрела на князя Арбенина. И почему мне показалось, что моя новость для него не новость? Но Николай смотрел одобрительно, и сердце счастливо застучало в груди.

Агенты переглянулись. Так и есть. Они уже все давно поняли.

- Я вам не помогла, - проговорила тихо. – Не так ли? Вы уже все знали до того, как я рассказала?

Николай Дмитриевич сложил руки на груди и произнес:

- Я рад, что не ошибся в вас, Полина Ивановна.

- Значит, вы уже все знаете, - мои плечи поникли. – Я напрасно покинула особняк.

- Напрасно, - согласился князь Арбенин. Он хотел что-то добавить к уже сказанному, но тут в дверь постучали, и в комнату вошел лакей. Заложив руку за спину, он застыл на пороге, отчеканив:

- Госпожа баронесса примет княжну Головину в своей личной гостиной, - и добавил чуть тише, - одну.