Глава 42. И я могу что-то

Наконец-то всё позади. Ректор забрал магистра Спейн под арест. Совет соберётся с утра пораньше решать её судьбу. У входа в портал круглосуточное наблюдение. Адепты с левого крыла – все под наблюдением. А завтра начнётся проверка всех остальных на предмет наличия сущностей в их телах.

Весело будет. Но главное, что нас ждёт наконец-то порядок.

А я снова лежу на кровати рядом с Дэмианом. Собираюсь быть здесь до самого утра.

Я прижимаюсь щекой к его плечу, и слушаю его голос. Тихий, хриплый, усталый. Дэмиан рассказывает о себе. О том, что никогда не рассказывал никому. Но теперь он готов открыть передо мной все свои тайны.

– Я был довольно талантливым магом, – говорит он с горечью в голосе. – Мне пророчили великое будущее. Говорили, что я стану главой Совета. Что моё имя войдёт в легенды.

Я молчу. Только глажу его грудь поверх бинтов, чувствуя, как бьётся сердце.

– Во время первой моей экспедиции в Теневую Шинерию, когда я был ещё адептом академии… что-то пошло не так, – продолжает он. – Мы наткнулись на сущность. Старую, сильную, голодную. Она вцепилась в меня, и чтобы выжить, я… впустил её.

– Впустил? – переспрашиваю я, застывая.

– Дал согласие, – кивает он. – Фактически, как Айрис. Только я не искал силы. Я просто не хотел умирать.

Дэмиан замолкает, и я чувствую, как напрягаются его мышцы.

– Раньше моя магия была просто тьмой. Всепоглощающей силой, которая была мне полностью подконтрольна, а с тех пор… моя магия – это голод, – вздыхает он. – Постоянный, неутолимый голод по чужой силе. Я держусь в академии, потому что здесь меня «кормят». Раз в несколько дней я поглощаю энергию из старых, обессиленных артефактов. Тех, что уже не представляют ценности.

– Как в библиотеке, – шепчу я. – В тот вечер…

– Да, – кивает он. – Ты застала меня за… мои ужином.

Я провожу пальцами по его груди, натыкаюсь на край шрама. Тот самый странный шрам, который переливается в свете кристаллов и тянется от ключицы вниз, к животу. Я касаюсь его, и Дэмиан вздрагивает.

– Сюда она и вошла, – говорит он, перехватывая мою руку. – Разорвала кожу, пролезла внутрь. Так что… я почти как Айрис. Только намного дольше в таком состоянии.

Он замолкает. Долго смотрит в потолок, собираясь с мыслями. А потом поворачивается ко мне, и в его глазах я вижу такую боль, что у меня сердце разрывается. Чувствую, что он собирается сказать что-то такое, что мне точно не понравится.

– Эллария, – говорит он хрипло. – Я очень дорожу тобой. Но… я не смогу быть с тобой.

– Что? – я сажусь, смотрю на него не веря. После всего, что между нами было, через что мы прошли, он мне заявляет такое. – Почему?

– Потому что это опасно, – он тоже садится, морщась. Перехватывает мои руки, сжимает их в своих горячих ладонях. Я физически ощущаю, как ему сложно это говорить. – Ты не понимаешь. Чем ближе я к тебе, тем сильнее меня тянет к твоей магии. К твоей аномальной, яркой, живой силе. Я боюсь, что однажды не смогу остановиться и поглощу тебя целиком.

– Дэмиан…

– Я не смогу жить с этим, – перебивает он. – Зная, что уничтожил тебя. Поэтому я должен… я должен держаться на расстоянии. Именно поэтому я и старался всё время быть в стороне. Это была пытка. Пока не позволил. И я… прости, что не накинулся на тебя. Мне нельзя было делать этого.

Он хочет убрать руки, но я не отпускаю. Вцепляюсь в него мёртвой хваткой. Внутри вскипает гнев. Хочется его побить. Честное слово. Сколько можно заставлять меня нервничать и кататься на этих эмоциональных качелях?

Благородный тёмный маг, готовый вечность страдать, лишь бы не причинить случайно вреда тем, кто ему дорог. Но я не дам ему шанс делать из себя мученика. Обойдётся. Я своё счастье почти зубами вырывала. Хватит уже.

– Нет, – говорю я твёрдо. – Нет. Я не позволю.

– Эллария…

– Я не позволю тебе уйти, Дэмиан, – повторяю я жёстко. – Я верю в тебя. Я верю, что ты не причинишь мне вреда.

– Откуда ты знаешь? – шепчет он. – Ты не можешь быть уверена. Я сам не знаю, на что способен. Я не всегда могу контролировать свою магию. Это опасно, Эри!

– Я так чувствую, Дэмиан. Мы с тобой всё преодолеем.

Я наклоняюсь и целую его. Нежно, мягко, со всей любовью, которую копила все эти дни. Он отвечает на поцелуй. Осторожно, не напирая, не перехватывая инициативу, будто никак не может поверить, что после всех признаний, я всё равно выбираю его.

Но в этот момент мой измученный организм, моё сознание подбрасывает мне идею. Арден уничтожил сущность в теле Айрин. Да, она была там недолго, не так, как у Дэмиана. Возможно, в его случае будет всё сложнее. Но… шанс ведь есть!

И ещё я помню, как моя магия сломала печать Совета. Она сильная, она мощная. Да, иногда вытворяет всякое, но… Я не могу не попробовать. Что если получится?..

Я отстраняюсь от Дэмиана, опускаю взгляд вниз и смотрю на свои руки. На них пляшут бирюзовые искры. Моя магия, всегда живая, всегда непредсказуемая, но она способна на многие. Мне уже ни раз говорили, что я её недооцениваю. А в последнее время она вообще-то стала даже послушнее.

– Дэмиан, а что, если попробовать освободить тебя? – предлагаю я, заглядывая ему в глаза. – Моя магия сломала печать Совета. Она создала защитный кокон в Теневой Шинерии. Она непредсказуемая, странная, иногда пугающая… но, может быть, она сможет и это.

– Эллария, это опасно, – качает он головой. – Мы не знаем, что будет. Это может истощить тебя. С теневыми сущностями шутки плохи…

– Мы никогда ничего не знаем, – отвечаю я. – Но мы можем попробовать.

Я кладу ладонь ему на грудь, туда, где под кожей пульсирует его тьма.

– Ты веришь мне?

Дэмиан на мгновение замирает, прикрывает глаза, будто прислушивается к своей тьме. А потом смотрит прямо на меня. Его рука накрывает мою.

– Верю, – говорит он наконец.

Я закрываю глаза. Концентрируюсь. Моя магия внутри просыпается, тянется к его тьме.

– Не сопротивляйся, – шепчу я. – Просто… доверься.

Моя аномалия начинает аккуратно кружить вокруг его тьмы. Мы оба выпускаем их на свободу. Моя бирюза мягко обволакивает его тьму, просит, убеждает. Она пытается достучаться до сущности. Говорит, что не обязательно быть запертым внутри человека, что можно выйти и жить своей жизнью.

Я не знаю, получится ли. Я понятия не имею, что делаю, но я просто прошу. Всем сердцем, всей душой, всей своей странной, аномальной магией.

Пожалуйста, отпусти его.

Дэмиан заслужил свободу, заслужил быть счастливым. Он слишком долго был носителем чужой сущности. Да и сущности пора быть свободно. Хватит этого сосуществования.

И вдруг я чувствую. Как сущность внутри него начинает шевелиться. Как она собирается в комок, сжимается, поднимается. И… как она выходит, будто тоже устала быть пленницей.

– Эллария… – слышу его голос, полный удивления.

Я открываю глаза, слежу за взглядом Дэмиана.

На его ногах, на одеяле, сидит маленький чёрный ворон. Он вертит головой, клюёт одеяло, перебирает лапками. Его угольно-чёрные глаза с любопытством озираются по сторонам, словно он только что родился и рассматривает этот удивительный мир.

И я бы решила, что это случайность. Прилетел откуда-то птенчик, но вокруг него кружится тьма. Такая же, что сейчас окутывает нас с Дэмианом. Магия осталась, но теперь она не связана с сущностью. Она осталась у мага, как и моя аномалия всегда при мне.

Значит… получилось?

– Что… – Дэмиан смотрит на птицу широко открытыми глазами. – Что это?

– Кажется, это она и есть, – шепчу я, протягивая руку.

Ворон взлетает, садится на мою ладонь, несколько раз клюёт, будто щекочет кожу, а потом перелетает на спинку кровати и начинает чистить крылья. Он выглядит совершенно обычной птицей. Только тьма вокруг, да слишком понимающие глаза.

Я ощущаю каждой клеточкой тела, что он не опасен. Может быть потому, что столько лет прожил с Дэмианом? Может… сущность можно трансформировать, перевоспитать, показать ей, что в нашем мире тоже можно существовать, пускай и питаясь древними фолиантами?

Похоже, что прямо сейчас у нас назрело целое исследование на будущее.

– Но как? – Дэмиан переводит взгляд на меня. – Как ты это сделала?

– Я не знаю, – честно отвечаю я. – Я просто… попросила. Хотя это даже не я. Это как обычно… моя аномальная магия постаралась.

– Не знаю, радоваться или пугаться, – усмехается Дэмиан, глядя на птицу.

– Радоваться, – отвечаю я. – Думаю, радоваться.

Он поворачивается ко мне. Притягивает в свои объятия и целует. Теперь уже уверено, жадно, теперь так, как он чувствует, отпуская себя. Позволяя себе любить и быть любимым, без оглядки на всё.

– Я свободен, – выдыхает он мне в губы. – Спасибо, Эри. И… кажется, у меня появился питомец. Правда я понятия не имею, что мне с ним делать.

– Ничего, разберёмся, – смеюсь я, прижимаясь к нему. – Уж с этим мы точно сможем справиться.