Глава 7

Алиса толком не помнила, как оказалась в этом… лесу? саду? или где там еще растут деревья? Все, что отложилось на подкорке, – это выцветший до серо-черного тона мир и окно, через которое она буквально вывалилась, минуя стекло и раму. – Вот блин, – прошептала, сжимая в руках горшок с измочаленным цветком, к донышку которого каким-то хреном прилип кусок столешницы. Она ведь просто хотела швырнуть растение в окно. Психанула, да. Разозлилась… А кто бы не разозлился, когда слышишь гаденький смешок зажравшихся полу-эльфов? Она всей кожей чувствовала их надменные и снисходительны взгляды. А еще ярость магистра Альгорта. – Козел, – прошипела, крепче прижимая к себе цветок. – Мог бы и заступиться! Тени вокруг колыхнулись, будто чувствуя вспышку злости. Алиса инстинктивно дернулась в сторону, и картинка снова поменялась – перед носом оказался фонтан. Да что ж такое?! Стоило сделать шаг, как ее переносило совсем в другое место. Единственное, что оставалось неизменным, – блекло-серые тона, поглотившие все краски. И еще медлительность. Вода в фонтане текла еле-еле, как в съемках слоу-мо. По спине промаршировали ледяные мурашки. Господи, ну что опять за чертовщина творится? И как ее закончить?! Но вдруг сбоку прошелестело бархатно-нежное: – Алис-с-са… Между серых деревьев замаячила до боли знакомая фигура. – Данте! Алиса бросилась навстречу и… да что за ёж твою кость?! Фонтан исчез, а вокруг выросли горы! Она стояла на каменной гряде опасно близко к краю, а далеко впереди, почти у самого горизонта виднелись очертания замка. – Ой, мамочки! – заскулила тихонько. Истерика пухла с каждым ударом сердца, перехватывая дыхание и отнимая силы. Она не выдержит! Сейчас… сейчас просто упадет и… Вокруг талии щелкнул капкан крепких рук. – Не шевелись! Глубокий рык прокатился по телу дрожью, отталкивая захлестнувшую панику. – Да-а-ан, – всхлипнула, прижимаясь к мужчине, и – о, чудо! – он ответил. Спеленал собой крепко, но нежно и замер, заставляя ее замереть тоже. – Дыши, – шепнул на ухо. – Давай вместе: вдох… выдох… вдох… выдох… Алиса старательно повторяла. Постепенно дрожь отступила, давая почувствовать тепло сильного тела, а дыхательная гимнастика успокоила нервы. – Вот умница… Мягкий рокот окончательно рассеял панику, обнажая совсем другие чувства. Алиса нервно облизнула губы. Рядом с ней роскошный красавец. Шепчет что-то успокаивающее, прижимает к себе и… ох, гладит? Обжигающие ладони пришли в движении, сползая ниже – на поясницу. Простое, казалось бы, движение, а низ живота опалило чувственным голодом. Алиса чуть не застонала, ощутив легкий толчок бедрами. И стало как-то плевать, что они на уступе скалы над огромной пропастью… И вокруг непонятный черно-серый мир. Пусть! Только бы и дальше чувствовать потрясающе-чуткие пальцы и пить обжигающе-терпкий запах мужчины. В этой странной реальности он казался особенно ярким, с глубокими нотками амбры и мускуса. – Сконцентрируйся на мне, Алис-с-са, – горячий шепот проникал глубоко в кровь. – Двигайся со мной… И мужчина плавно качнулся назад. Тело повторило само, без участия разума. – О-о-ох, – ее шепот, как шелест песка, растворился в бесконечной тишине серого мира. Но картинка осталась прежней! Алиса сумела сделать нормальный шаг, при этом не улетев черт знает куда. – Умница-а-а… Изгиб шеи и плеча обожгло поцелуем. Алиса чуть не застонала от возбуждения. Господи… Именно то, что нужно! – Хочешь еще? – тихонько засмеялся искуситель. Да, да, да! Еще! Кажется, она сказала это вслух. Данте рвано выдохнул, ныряя рукой между расслабленный бедер. – Какая ты горячая, – прикусывая мочку уха, – настоящее чудо… Но займемся этим позже, когда ты отпустишь Тень . Последние два слова звучали на другом языке, но Алиса каким-то образом сумела их понять. Чуть повернула голову, готовая переспросить, но вдруг заметила между скал пятно света. Оно было совсем крохотное и отличалось от бесконечной серости бледновато-желтым свечением. Может быть, это показалось бы странным, но Данте мягко толкнулся бедрами, давая почувствовать возбуждение, и все стало неважным. – Попробуй представить, что все вокруг тебя реально, – продолжил нашептывать мужчина. – Вспомни краски, звуки, запахи… Очнись, Алиса! От громкого окрика тени вдруг съежились, уступая место цвету и четкости. А в следующую секунду пришла слабость. Да такая, что перед глазами поплыло, и Алиса позорно рухнула в обморок. *** Данте Малышка отключилась. Выжатая досуха, обмякла в его руках, а Данте едва ли мог ей помочь. Мозги отказывались соображать здраво. Это… это невозможно! Нереально! Он бы посмеялся над любым, кто осмелился заикнуться о способности чужачки скользить в Тенях, но сам едва не выдохся, выискивая Алисинэю по всему сумеречному плану. Подхватив девушку на руки, Данте быстро отошел от края и, осмотревшись, уложил на более-менее пригодный выступ. Умаялась, дурочка! Так бестолково скакать во все стороны не каждому под силу, но Алисинэя не просто смогла, но и выжила. Тихий стон резанул слух, и Данте торопливо стряхнул с плеч камзол, укрывая девушку. Сейчас начнется откат. Выжатый насухо резерв – это тошнотворная слабость, которую возможно купировать лишь временем или чужой энергией. Высокородные использовали для этого слуг. Однако Данте был уверен, что Алиса не согласится. И даже придет в ярость, если он будет действовать без ее согласия. – Проклятье, – шепнул, присаживаясь рядом. – Эй, – коснулся бледной щёчки, – ты меня слышишь? Идиотский вопрос! Конечно, она не слышит, а если бы и могла, то не ответила бы. Данте медленно провел ладонью вдоль высокой скулы, мимоходом задевая пухлую нижнюю губу. Такая мягкая! И ещё этот запах… после скольжения в тени зрение, обоняние и слух обострялись, и теперь Данте с жадностью вдыхал дурманящий аромат цветущего звёздного дерева и свежесть утренней росы. Изнуряющее желание росло с каждым глотком воздуха, подстрекая схватить девушку в охапку и… Нет! О чем он думает, дьявол забери?! Алисинэя едва дышит и, возможно, в нескольких шагах от Бездны! А ведь ритуал определил ее как пустышку… Желание скорее разобраться, в чем дело, окончательно привело в чувство. Данте щёлкнул пальцами, и вверх взвился сгусток тьмы, указывая их местоположение. Сейчас сюда примчится весь дом Редран… Данте был уверен – после случившейся демонстрации грифоны оседланы и ждут приказа спешить на помощь. Скользящая между тенями чужачка… Такого никогда не было! Над замком взвилась дюжина черных точек, и, проводив их злобным взглядом, Данте аккуратно прижал к себе Алисинэю. До чего легкая! И уже дрожит… Он бы согрел как следует, но увы – сейчас девочке может помочь лишь длительный отдых и хорошее питание. Хотя… был еще один способ. Очень и очень приятный для демонов… Однако это подходило не всем, и в сложившейся ситуации Данте не мог рисковать, чтобы не сделать хуже. Алисинэя – слишком редкий дар. Ее надо беречь. *** Как тошно-то, а! Желудок мучительно спазмировал, но Алиса не могла даже приподняться, чтобы ее вывернуло в сторону. К счастью, дурнота так же быстро схлынула, оставляя после себя лишь вязкую горечь. Алиса тяжело сглотнула и попыталась открыть глаза. Крохотное усилие, но сжиравшая изнутри слабость распухла до невероятных размеров, грозя очередной потерей сознания. Нет, только не это! И будто в ответ на ее мольбы, лба коснулась приятно-горячая ладонь. – Не стоит двигаться. Твой резерв почти пуст. Если бы Алиса могла, то шепнула бы пару матерных. Этот голос она бы узнала и на смертном одре. Интересно, магистр Альгорт вообще бывает довольным? Хотя бы во время секса, например? И как бы Алиса ни сдыхала от усталости, но шаловливое воображение живо изобразило несколько очень пикантных картин и закрепило это воспоминаниями, как магистр тискал свою ученицу на обрыве скалы. Возможно, приводил таким образом в сознание. А может, и нет. Но уточнять Алиса не стала бы и под страхом смерти. Да и не могла сейчас. – Свали-те, – застонала, пытаясь скинуть наглую лапищу. Но кто бы ее слушал! – Обойдешься, – издевательски хмыкнул магистр. – Хотя знаешь, уйти я могу. Но тогда будешь сама отбиваться от желающих познакомиться с тобой поближе. Проклятье! Не то чтобы Алису пугала эта перспектива… Хотя нет, пугала. Данте был ей более-менее знаком и даже – ох, черт! – в некоторой мере симпатичен. А от остальных непонятно чего ждать. – Признаюсь, ты сумела меня… удивить… О, звучит как комплимент! Только благодарить за него не хочется. – … Умение скользить в Тени доступно не каждому высокородному, не говоря уж о пришлых в наш мир. Пришлых?! Теперь это так называется? – У-кра-деных, – вытолкнула по слогам. Данте понял. Ей не нужно было зрение, чтобы увидеть резкий излом бровей и крепко поджатые губы. – Неважно, – ответил после некоторого молчания. – Если бы не метка контроля – то сейчас мы бы с тобой не разговаривали. Метка?! Это… это клеймо, что ли? Алиса засипела от возмущения Ей никто не говорил про метки! – … Они есть у всех пришлых, – подтвердил мужчина. – В первую очередь для вашей же безопасности. Тем более ты очень… способна. И это накладывает определенные проблемы. Алиса поморщилась. Срать ей на проблемы магистра-козла. И вообще, спать хочется… Сознание начинало путаться, искушая послать всех к черту и упасть обратно в забытье. С губ сорвался тяжелый вздох. И, хвала богам, Данте не стал ее больше грузить. – Тебе надо хорошенько выспаться, – сменил тему. – Без использования чужой энергии наполнение резерва займет дней десять, не меньше. Решай сама. И, еще раз коснувшись ее лба, мужчина ушел. – Он прав, госпожа, – тут же зазвучало откуда-то сбоку. – Самостоятельное восстановление – долгий процесс. – Тим-ми… Алиса даже улыбнулась. Вот кого на самом деле приятно слышать. А магистр-козел пусть катится к черту! Недоволен он, видите ли. Проблемы появились. У-у-у, так бы и стукнула! Или придумала кое-что поинтереснее… Алиса чуть слышно зашипела, досадуя на собственные мысли. Это глупо! Но образ черноволосого красавчика с необычной бледно-серой кожей намертво въелся в мозг. Рядом послышались осторожные шаги. – Госпожа, – вновь позвал Тимми. – Давайте я вам помогу? – Нет. Использовать других ради сраного резерва? Ни за что! – Я все сделаю сам, вам не придется прилагать усилий… – Нет. Парень тяжело вздохнул. – Вот и магистр Альгорт запретил делиться энергией без вашего разрешения. Если бы у нее осталась хоть капля сил, Алиса бы сильно удивилась. Но с каждым ударом сердца ей становилось хуже. Озноб нарастал, запуская ледяные пальцы во внутренности и вывязывая тошнотворные узлы. Тимми что-то говорил – наверное, опять пытался убедить пополнить резерв за его счет, но Алиса уже не соображала. Реальность расслоилась на отдельные фрагменты, а потом и вовсе затухла, как старый ламповый телевизор.