5-2

Вечер был прохладен и свеж и щедро пах ранней магнолией. Густой плющ, оплетавший забор, надёжно скрывал дорожки от посторонних взглядов с улицы, так что можно было прогуливаться спокойно, не опасаясь, что нас заснимут задержавшиеся репортеры.

Собственно, ничего такого эдакого мы и не делали. Просто неспешно шли по утоптанному гравию, уютно шуршавшему под ногами, и молчали каждый о своем.

— Клятву вы еще не приносили, — полувопросительно, полуутвердительно заявил мистер Чемберс в качестве начала беседы. Я покачала головой.

— Мистер Хармс обещал составить текст завтра, — отозвалась так же отстраненно.

Какая все-таки забавная штука — жизнь. Могла ли я представить неделю назад, что буду вот так, запросто, идти рядом с одним из самых завидных женихов столицы и обсуждать условия нашего брака?

— Во избежание недопониманий хочу сразу сказать, что не против жениться на вас. Вы мне правда понравились, — сообщил мистер Чемберс тем тоном, каким сообщают прогноз погоды на неделю. — А ваш дар — бесценное сокровище, которое необходимо передать детям.

— Это замечательно, — вежливо согласилась я. — Но до детей еще нужно дожить. Как вы представляете себе наш совместный быт? Я, например, хотела бы работать.

— Ни в коем случае! — поморщился мужчина. Но прежде, чем я успела возмутиться, продолжил: — По крайней мере, официально. Я наслышан о вашей журналистской деятельности, прочел опубликованную под псевдонимом статью — кстати, именно псевдоним и привлек в первую очередь внимание мистера президента. Шерман — не слишком распространенная фамилия. И должен сказать — у вас неплохой слог. Можете продолжать публиковаться, но главное, разумеется, чтобы никто об этом не узнал.

— Благодарю, — я покосилась на него, стараясь не глазеть откровенно.

Признаться, он меня удивил пониманием и снисходительностью. Я-то готовилась к битве за права и возможности, а тут все практически подносят на блюдечке. Где подвох? Или это попытка усыпить мою бдительность, очаровать? Если так, он опасно близок к успеху.

Не так близок, как Ричард, но шансы есть.

При мысли о мистере Хэмнетте я встряхнулась и собралась.

Вообще-то выходить замуж за этого хлыща я совершенно не планирую. Моя задача — собрать сведения и придумать, как их обнародовать.

Но стелет он мягко, завлекает умело, нельзя не признать.

— Ваш отец, наверное, упоминал, что я стану следующим президентом, — продолжал тем временем мистер Чемберс. — Надеюсь, для вас не станут слишком большой проблемой  выходы в свет и внимание прессы? Как я понял, вы их не очень-то любите.

Я с трудом удержала маску вежливого внимания.

Ничего себе! То есть все эти гонки с выборами и соревнование партий всего лишь фикция? Уже известно заранее, кто станет во главе страны не только на ближайший срок, но и на последующие?

— Я постараюсь соответствовать званию первой леди, — сдержанно пообещала я, усилием воли не озвучив десяток крутившихся на кончике языка вопросов.

Мужчина расцвел и наконец-то остановился, развернувшись ко мне лицом.

— Я так счастлив, что мы с вами пришли к взаимовыгодной договоренности! — провозгласил он и церемонно поцеловал мою руку. После чего устроил ее на сгибе своего локтя и развернулся обратно к особняку.

Нагулялись, вроде как. Я послушно двинулась следом, перебирая вновь открывшиеся сведения и прокручивая заново всю беседу с самого начала. Значит, мой псевдоним — П. Шерман — привлек внимание президента? Получается, он действительно знал и помнил мою мать, раз среагировал всего лишь на фамилию с первой буквой имени. Первая любовь? Матушка рассказывала, что дебютировала в свете с немалым успехом.

Кстати, это означало, что ее семья должна была обладать немалым состоянием и положением в обществе. Раньше я об этом как-то не задумывалась, но домишко на пересечении сорок шестой и сто двадцать седьмой не слишком вязался с балами дебютанток. Получается, они разорились? Или же пережили некую трагедию, вынудившую их переехать и снизить уровень жизни?

Учитывая, что в семье у них был маг, как минимум один — моя мать — то о причинах долго думать не нужно было. Похоже, кто-то пронюхал об их «порченой крови».

К причинам, по которым я не могла все бросить и уехать, добавилась еще одна. Узнать, что произошло с родственниками моей матери более двадцати лет назад. И если получится, помочь им.

Несмотря на то, что та престарелая дама, что встретила меня на пороге, вела себя не слишком любезно, зла я на нее не держала. Кто знает, как бы я сама отреагировала на ее месте.

Как отреагирует, например, Джеклин на известие, что ее отец — маг?