Новые дары и новые встречи.

Николай вернулся к ужину, сияя новеньким пятирублевиком. Мы уже сидели за столом, Варя тоже спустилась в столовую, выглядела как обычно, совсем не похоже, что буквально несколько часов назад мы нашли ее совсем без сил. Коля влетел в столовую и выпалил с порога:

— Купил! Представляешь, Петь и оцинковка, и медяшка, и чугун. Вот только нержавейки не увидел. Может, и нет тут ее ещё.

Для меня это было малоинформативное сообщение, но Петька готов был бежать смотреть металл, не дождавшись ужина. Пришлось, что называется, надавить погоном — то есть попросту строго сказать:

— Сидеть! Куда подорвались? Вначале надо поесть, а потом бежать, если жене пока не нужен.

Вышеупомянутая жена активно замотала головой, мудро предположив, что ее порция люлей ещё впереди.

Ужин был отличным — местная рыба, с каким — то сложным гарниром и соусом. Все — таки точно оставляем шефом на кухне Тильду, Мия у нее учится и будет ещё одним поваром, а посудосудомойку наймем. Может, и кухарку для наемных работников.

После ужина, поблагодарив Тильду, как обычно, начали планировать завтрашний день. Прием больных откладывался до момента визита к королю, так что тут уже проще. Меня ожидал визит Максимуса, найм персонала. Тут мне обещал помочь Никей. Петр с Николаем рвались к нашей Газельке. Варе, после выговора, решили разрешить участвовать в посеве семян на грядки под строгим надзором Зоряна и осмотреть, только осмотреть, сад. Митрич сам определил себе занятие — животные, уход за ними, если получится, обследовать речушку на нашем участке на предмет запруды.

Пока все самое главное решили, но потом, как всегда, что — нибудь всплывёт срочное и неотложное. И тут мне пришла идея.

— Митрич, ты участок обследовал, видел ведь теплицу, что с ней, ей можно пользоваться?

— Если отремонтировать — усмехнулся Митрич. — Кое — где подгнило дерево, стекла побито много, точнее, не побито, аккуратно вынуто. Поменять дерево, застеклить и сажать можно.

— То есть купить стекло и дерево?

— Стекло только. Мы хлам убирали из полупустого сарая, там много хорошего пиломатериала, а если у ребят получится с металлом — еще лучше. Ты, Аня, вот что подумай — дорожки во дворе и до калиток ведь земляные, замостить бы, грязи не было бы, да и приличнее. Видела, как вымощены дороги? Надо бы узнать, где берут этот камень и самим приобрести. Каменщика все равно хотели нанимать, забор ремонтировать, заодно и дорожки.

Да, а это здравая мысль. Вот тебе и срочно — неотложное, даже до завтра ждать не стало. Но я ещё свою идею до конца не озвучила.

— Митрич, Варя, у нас же сейчас скотины всякой много, навоза за несколько дней уже гора будет. Может, парники сделаем? А то все равно, фиолетовые огурцы вызывают внутренне содрогание, да и вкус у наших земных лучше будет. Да и ты, Варенька, хвалилась, что у тебя там семена и кабачков, и арбузов, даже дыня есть скороспелка. На парниках ведь это вырастет?

И Варя и Митрич энергично закивали головами, такое решение устроило обоих — Варе удобнее выращивать овощи на теплой гряде, а Митрич избавлялся от проблемы с навозом.

— Тогда решено, а пока идём заниматься своими делами — кто чем, но напоминаю, от обязанности изучать книги по магии никто вас не освобождал.

Я поднялась наверх, пригласив с собой Никея.

— Никей, у меня просьба, не мог бы ты завтра поприсутствовать при встречах с посторонними? Негласно, разумеется.

— Обязательно, Анна, ведь это моя обязанность — заботиться о безопасности жилища и его обитателей. Наброшу отвод глаз и посмотрю на кандидатов. Но и ты, Анна, ведь у тебя есть склонность к ментальной магии, надо развивать ее. Пробуй завтра и сама посмотреть ауры, души людей.

— Попробую, конечно. Мне ещё завтра предстоит пробовать целительские способности. Да, и вот что я ещё хотела спросить, как мне позвать кого — нибудь? Не кричать же на весь дом и совсем уж уподобляться барыне, тряся колокольчиком, не хочется.

— Понятна твоя проблема, Анна, решить просто — когда нужен кто — то, просто позови меня вслух «Никей» и я приду. Приглашу, кого надо, передам, что надо и кому, расскажу, кто, где находится и чем занят. Специально я за Вами не слежу, только по вашему запросу. Слежу только за прислугой, наемными работниками, ведь я должен следить за безопасностью.

— Тогда, если ты не против, будешь у нас на должности дворецкого. Ох, прости, я, что — то не спросила, а вам положено жалованье? Я этого не знаю.

— Нет, Анна, спасибо, но жалованье нам не надо, ты нас кормишь, одежду пошьешь, кров предоставляешь, нам этого достаточно. Душа у тебя светлая, на плохие дела не способная, да и все в этом доме светлые. Нам здесь хорошо.

— А где вы живёте? Ой, такая хозяйка, что не знаю, где мои люди живут.

— Не переживай, все хорошо, девчонки живут в одной комнате на первом этаже, в служебном крыле. Михей живёт во дворе, у него там пристройка к одному сарайчику, у него и печь есть и мебель кое — какая. Мы тоже в служебном крыле, нам всем места хватает. А завтра ты бери на работу с проживанием горничную, посудосудомойку, кухарку и экономку. Остальных — прачку, каменщика, скотников, огородников бери приходящих, так правильнее будет.

На этом мы и расстались пока с Никеем. Я засела изучать книги по целительской магии и тренироваться. Авторы рекомендовали сосредоточиться и почувствовать источник магии в себе, пропустить магию через руки к пальцам и выпустить наружу. Попробовала. Получилось смешно — для начала и пущей важности я крепко зажмурилась, аж глазам больно стало. Решила открыть глаза и напрячься, отыскивая пресловутый источник в животе, про который читала в книжках — фэнтези. В результате щеки надулись в стороны, выпучились глаза и заболели мышцы пресса, которые я тоже напрягала изо всех сил. Плюнула на все, села в позу лотоса, то есть заплела ноги немыслимым узлом (с моей точки зрения, это и была поза лотоса, а что думали другие по этому поводу — неважно.). Подумала и жалобно прошептала:

— Никей!!

— Да, Анна, — материализовался домовой.

— Вот, не могу свой источник найти.

Никей улыбнулся — А зачем ты так ноги закрутила? Ты же закрываешься от потоков магии. Ложись или садись, как тебе удобнее, хоть закрывай глаза, хоть нет, постарайся расслабиться и просто плыви по мыслям, совсем не думать пока не сможешь все равно. Оно само придет.

И ушел. Ну, приступим. Уселась в кресло, откинулась на спинку, ноги на ступеньку кресла, закрыла глаза, а не зажмурила и просто стала думать, о чем попало, стала вспоминать наше попадание, как Варя рожала, как увидели Варха с оранжевой лошадью и почувствовала, как потеплело в душе. В душе?

Нет, тепло ощущалось, где — то в районе солнечного сплетения. Вначале просто тепло, а потом, с закрытыми глазами я увидела светящийся клубок, лохматый, как будто с ним играл котенок, и вовсе не белый, а желтенький, как цыпленок. И так мне захотелось его погладить, мысленно протянула руки, и тепло потекло по рукам, пальцам. Я открыла глаза и замерла в восхищении — с моих пальцев тек мягкий жёлтый огонь, совсем не обжигая. Какая магия красивая!

Магия, конечно, красивая, только какая — то прожорливая. Или это я прожорливая? Помаявшись совестью, взяла сразу все мыльно — рыльное и халат, пошла вниз, твердо решив выпить только стакан молока. Ну, может, с лепёшкой. Или двумя.

На кухне ещё копошились Тильда и Мия, делали заготовки к завтраку. Увидев меня, такую красивую, с халатом и шампунем в руках, Тильда, не говоря ни слова, шустро положила на кусок лепешки изрядный ломоть ветчины и налила чай в простую кружку, которые мы оставили на кухне и подвинула ко мне. И я, совершенно манкируя манерами барыни, абсолютно плебейской образом присела за стол и умяла все предложенное. Съев все, поблагодарила поварих.

— Да на здоровье, — рассмеялась Тильда — у тебя, хозяюшка, когда зашла сюда, был такой вид, что ты сейчас кого — нибудь съешь.

— Ага, магию искала первый раз, и так голодно показалось.

— Так это всегда так, когда напрягаешься, тем более первый раз. Ты заходи, если проголодаешься, еда всегда есть.

— А кстати, что на завтрак будет? — я невольно покраснела, ещё подумают, что не наелась.

— Кашу молочную сварим, с фруктами, омлет с колбасой. Лепешки.

И тут я оживилась.

— А давайте оладьи на опаре!

— А это какое блюдо?

— Да просто же! Мы с Варей ещё сразу же опару и закваску ставили, вот сейчас и заведем тесто на утро. Мия, давай сито доставай, сейчас муку просеем и замесим.

Пока Мия старательно, высунув язык, просеивала муку, удивляясь, какая мука получается мелкая и красивая, я принесла тот горшок, в который мы вылили подкисшее молоко и бросили корку дарницкого хлеба и ложки две муки. Открыв крышку горшка, понюхала, пахло кислым тестом. Отлив часть опары в чистую кастрюлю, добавила туда пару голубых яиц, соль, сахар и муки. Замесила тесто и, закрыв крышкой, поставила в теплое место.

— Вот, теперь утром разогреть хорошо сковороду с маслом, и накладывать ложкой тесто по одной в масло, обжаривать с двух сторон. Подавать со сметаной, вареньем. Попробуйте, очень вкусно.

А в опару мы опять добавили молока, муки, хорошенько размешали и убрали в кладовую.

И я двинулась в помывочную, но подойдя к ней, услышала какой — то бубнеж двух голосов, перемежаемое фразами с непереводимой игрой слов из великого и могучего, а попросту матами. Приоткрыв дверь и аккуратно заглядывая, узрела эпическую сцену — Петька и Колян возились с каким — то куском металла, периодически переругиваясь.

— Держи, бл..! Да держу, бл..! Да где же ты держишь, бл…!

Я не выдержала, фыркнула от смеха.

— Мальчики, да вы, никак, гравицапу строите?

— Какая гравицапа, Ань? Сложнее, ванночку для Маруськи сооружаем при помощи магии Петькиной!

Приглядевшись, я поняла, что изделие действительно походит на детскую ванночку, только не привычную пластиковую, а металлическую. Коля держал ванночку за края, а Петя внутри выгибал руками гладкие изгибы дна.

— Уфф, как вагон угля лопатой перекидал! — выдохнул Петр, разгибаясь.

На скамейке блестела боками металлическая ванночка с гладкими обводами.

— Парни, вы просто супер! Как вам удалось?

— Да Коля привез несколько листов оцинкованного железа, остальное завтра привезут. Вот и решили попробовать. Коля удерживал лист, а я руками форму придавал, выгибал. Вначале послушал металл, и начал через руки магию лить на металл, он как пластилин под руками стал. Только держать его надо крепко, чтобы не уезжал из — под рук. Завтра срочно делаем мойку на кухню, слив, и раковины в помывочную, надоело зубы в тазике полоскать, согнувшись.

Да, планы у ребят хорошие и нужные. А пока мыться и спать!

Проснувшись, вначале немного полежала в постели, бездумно вглядываясь в обстановку, в очередной раз поморщившись на портьеры. Наконец, собралась с силами, встала. Опять нас ждут великие дела.

Заглянув на кухню, застала наших поварих у плиты, где они начали жарить оладьи.

— Ну, как успехи?

— Вот третьим заходом жарим уже. Первый раз съели Петя с Колей, они уже умчались в лесной дом, потом Трофим, он тоже ушел к своему скоту, да вон уже успел рыбу из сети принести — Тильда кивнула в сторону скамьи, где стоял таз с рыбой.

Отлично, уха будет! Только надо спросить, готовят ли здесь уху?

— А сами пробовали хоть?

Да, пробовали. Вкус необычный, но очень вкусно. Особенно с вареньем! — Это Мия закатила глаза от удовольствия. Ну да, ребенок ещё, любит сладкое.

Тильда понятливо улыбнулась:

— Ты не переживай, Анна, правда вкусно, просто у нас такого нет. Но понравилось всем, и нашим работникам тоже. Ты проходи в столовую, Варя тоже сейчас придет.

После завтрака, повысили Маю в должности до няни. Ей это польстило и смущённо покраснев, присела в книксене и поспешила сразу на второй этаж к ребенку.

А Варвара, дав честное благородное не перетрудиться, подхватила свою сумку с семенами и усвистала к своим любимым грядкам. Да, кстати, энциклопедию Садово — Огородную я ей презентовала — мне вроде как без надобности, а ей вдруг пригодится?

Позвала Никея и, пока есть время до визитов, пошли осматривать приемные комнаты и лабораторию. Приемные были отмыты, вся необходимая мебель расставлена по местам, в самом кабинете стоял стол с аккуратными стопочками бумаги, подобием ручек. Сбоку стояла кушетка и стул. У стены стоял открытый шкаф с полками, на которых стояло множество темных стеклянных флакончиков. Ещё одна дверь вела в комнату, что — то среднее между перевязочной и операционной. И тоже много флаконов. Надо принести сюда мою укладку, мелькнула мысль.

— А теперь пойдем в лабораторию, а то я только с порога ее видела — обратилась к Никею.

Подвальный этаж потрясал размерами, он шел на протяжении всего дома. Сразу от лестницы шли какие — то кладовые, затем начались лаборатории, их было несколько. Самой первой и большой была явно медицинская, с пучками трав на полках, теми самыми темными флакончиками, оборудованием для экстрактирования и перегонки трав и каких — то препаратов. На рабочем столе лежало несколько толстых тетрадей и книг. Подошла, открыла наугад одну из тетрадей. Написано четким, каллиграфическим почерком (мне бы такой!), русским языком. Хмыкнула, не обманула Катрин, для меня все теперь на понятном мне языке, а лишние глаза не поймут ничего. «Конспирация, батенька, конспирация!», как говаривал один политический деятель. Книги тоже на русском, взгляд зацепился за заголовок — «Излечение простуды». Хм, то есть ОРЗ. Ну-ка, что там?

Талмуд рекомендовал, «Обеспечьте больному тепло, обильное питье с лимоном» (??), где он здесь? Но если пишут, значит, есть, надо только у Тильды спросить, а то сама я его не идентифицирую. «При кашле используйте экстракт номер 9, при истечении из носа (сопли, что ли?) экстракт номер 12, при горячке сбор трав номер 8». Мда, тут всё просто, без вариантов, но будем посмотреть.

Далее шла лаборатория похожая на химическую, а следующая больше подошла бы Варе, стояли мешки с разными грунтами, какими то зелёными ящиками с чем то и вовсе непонятным. Ну его, не мое. А затем шли комнаты, более похожие на мастерские — железки какие — то, деревяшки, камни, пусть парни разбираются.

Теперь идём на кухню, учим поваров готовить уху. Здесь готовят только рыбную похлёбку. К моему приходу рыба была уже почищена и разобрана, что для ухи, что пожарить. Особых сложностей не возникло, просто попросила не разваривать рыбу до пюре, не добавлять крупу да репку местную варить не целиком, а нарезать мелкими пластинками. Ну и лук с морковью соответственно. Кстати, Тильда с любопытством поглядывала на тот набор специй, что я купила в супермаркете. Я ей рекомендовала попробовать применять при приготовлении первых и вторых блюд, только умеренно и показала, как пользоваться мельничками.

Тильда была восхищена, для ее ручек было легко пользоваться ими. Рецепт второго блюда тоже был освоен быстро — гуляш по — мадьярски отличался от здешнего жареного мяса наличием земных специй и соусом. Нет, требую от парней мясорубку — и котлеток хочется, и может, при желании сделаем макароны.

Урегулировав кухонные дела, пошла во двор, а то хозяйка, а во дворе и не была толком. На грядках шло активное копошение — Михай чертил бороздки для семян, ровно по натянутым колышкам, Варя сеяла семечки семян, шептала что — то, проводила над ними рукой, следом шел Зорян, засыпал посадки землёй, просто проводя над ней рукой. Увидев меня, наши агрономы остановились, решив передохнуть и поболтать со мной. Скамейку здесь поставили кстати.

— Вот, сейчас закончим, немного осталось, а после обеда в сад пойдем. Да ещё бахчевые посадить осталось. Вон Рим навоз на парники возит.

И действительно, немного поодаль ходил Рим с тележкой, провозя по настеленным доскам продукт жизнедеятельности скота. — Через пару дней можно будет садить огурцы, арбузы, дыни, кабачки. А тыквы мы посадили вдоль картофельного поля.

— Ну, вы просто гиганты! Когда столько успели?

— Да с такими помощниками да с магией все просто, и не в колхозе поля, просто грядки.

— Нет, все равно, чтобы как вчера не было больше.

Далее был визит к нашей живности. И вот тут меня ждал сюрприз и не сказать, чтобы особо приятный. Только я подошла к невысокой, где — то с метр высотой, стене огораживающей выгул и хлев для скота, как я замерла на месте от ужаса. На меня неслось что — то огромное, зелёное, громко и угрожающе вереща. От страха ноги у меня решительно отказались двигаться, глаза зажмурилась, сердце переместилось в район щитовидки и грозилось взять отпуск. Навсегда. «Все, пришел мой смертный час, и миссию не выполнила» — мелькнула мысль. И тут услышала строгий голос Митрича.

— Петя, стоять! Фу, Петя, нельзя, свои!

Стоя по — прежнему с зажмуренными глазами, подумала, «Кто из нас с ума сошел — я или Митрич? Почему он с Петром разговаривает, как с собакой?».

— Аня, да ты чего, испугалась, что ли?

Я осторожно, на всякий случай приоткрыла один глаз. В дверях хлева стоял Митрич и что — то строго выговаривал этому монстру в зелёных перьях, а оно что — то возмущённо верещало ему в ответ.

— Аня, да ты не бойся, это же Петя наш, птичка добрая, просто Клава вон рядом ходит с цыплятками, а Петя тебя не знает ещё, вот и побежал защищать. Да ты посмотри, это же ты эту птичку на вывеске видела в первый день.

Я ахнула. Так они, мерзавцы, купили этих «птичек»! Я же сказала, что боюсь их!

По двору действительно гуляло, что — то огромное, в зелёных перьях, отдаленно напоминавшее земных индюков, только значительно больше, и нежно ворковало своим «цыпляткам». Цыплятки были размером со среднего бройлера. Петя пасся рядом с ними, настороженно поглядывая в мою сторону. Это хорошо, что они не летают, да и я со страху голос потеряла, а если бы ещё и завизжала… эта стенка Петю бы и не удержала, нервно хихикнула я про себя.

— Аня, ты не бойся их, они же добрые очень, да и яйца свои будут и мясо, мы вот десяток курочек взяли и Петю одиннадцатым. Да вот Клава с выводком.

— А почему Петя? — тупо поинтересовалась я.

— Так курочки ведь, а петушка всегда Петей зовут. — Растерялся Митрич.

Ага, Петя, Клава, а ещё какая живность тут обитает?

Несмотря на свою креативную расцветку — желтенькую в оранжевую полоску или наоборот, коровки были вполне традиционны и давали вполне обычное молоко, что мне Митрич и продемонстрировал мне в виде трёх вёдер молока. Вот ещё вопрос — что с ним делать? Нужен сепаратор и маслобойка. Опять с парней надо трясти. Бедные мои мастеровые. Стоило подумать, как заскрежетали ворота, и под бодрое бренчание, наша телега с парнями вкатилась во двор, за ней следовала повозка с купленным вчера металлом.

Пока парни, активно разгружали свои сокровища, быстро досмотрела хозяйство Митрича. Гуси, как гуси, плевать, что розовые, Митрич пруд требует. Овечки беленькие и голубенькие, красиво. Однако… козы, как козы, серые, черные, сиреневые… От этого буйства красок у меня уже рябило в глазах, и наступал лёгкий пофигизм.

К обеду все явно проголодались, поэтому молча работали челюстями без лишних разговоров. И только приступив к чаепитию (кофе хочу!), Николай начал:

— В общем, частично разобрали машину. Привезли два насоса, немного пластика содрали, резины, металла, ещё инструмента, да у меня там была бухта резинового шланга, я ее купил, чтобы на дачу увезти — тут Коля судорожно сглотнул и продолжил — щас, пока Петя мойку выгибает, поищу воду, может, сразу в дом подведем. Да, мы там травы накопали, Варь, посадишь у дома со стороны двора? Хотим там септик поставить и контейнер для мусора, чтобы сразу перерабатывать.

Варя согласно покивала головой. Если останется время, может, ещё успеем духовку сделать, тем более, я камень нагревательный нашел в том сарайке в лесу. Как раз вместо тена пойдет. Да, Аня, я там все непонятные артефакты сгреб, надо только с символами разобраться и применять. Вот.

И тут я их опять озадачила.

— Ребята, срочно надо на кухню ещё мясорубку сделать, сепаратор и маслобойку.

Парни крякнули и задумались. Потом начали рассуждать. — Оцинковка есть у нас, фильтра отмоем, поставим, вот электродвигатель сделать бы и электричество найти. Погоди, — перебил Петр:

— Помнишь, когда подъезжали первый раз к дому, видели электроразряды от растения на уголке ворот? Коля, замерь, сходи напряжение от этого вьюнка, Варя посчитает, сколько их надо на один ящик посадить, соединим в батарею и на бытовую технику хватит, пожалуй.

И наши Кулибины удалились, о чем — то ожесточенно споря. Варя, накормив дочку, тоже унеслась, им травку надо посадить и в сад сходить. А мне осталась самая умственная работа — разбирать артефакты и амулеты.

Устроилась я с ними в моем кабинете, рядом хранилище, можно быстро убрать от посторонних. Позвала Никея, может он что подскажет. Первый же артефакт поставил в тупик — камень синего цвета и какие — то вертикальные мелкие полоски в виде тире. Пока задумывалась, в голове начали сами всплывать знания. Не мои, предшественницы. Это камень — артефакт для душа. Здорово, осталось сам душ соорудить. Таких камней было с десяток, я их все отложила в одну кучку.

Следующий артефакт тоже был странный — зеленый камешек с расщелиной посередине и теми полосками — тире, только горизонтальными. Разглядывая его, подумала, а это что, для ванны? Попала пальцем в небо. Оказалось, швейный артефакт. Никей сказал, что знает такой один, у королевского портного. Видимо, тоже попал от пришедших с других миров. А таких было всего два — чуть поменьше и побольше. Тоже нужная вещь.

Нашлись ещё нагревательные камни с символом огня, несколько штук с рисунком снежинки (ура! У нас будет холодильник!), даже с рисунком молота, для Петра, похоже. И много ещё разных, о значении которых моя «энциклопедия» молчала, видимо, Катрина сама не знала этого. Ладно, пусть пока лежат. Отложив необходимые сейчас, остальные убрала в хранилище.

И вот там, Никей, помявшись, начал разговор.

— Анна, вы же будете во дворце у короля со всей семьёй?

— Да, распоряжение такое, всем.

— Тогда вот возьмите амулеты, которые скрывают магию и ещё амулеты незначительности. Тебе они не нужны, ты лицо официальное, но твоей семье лучше быть зарегистрированными, как безмагические и не стоящими внимания.

Я как — то не поняла и попросила объяснить, что это значит. Никей вздохнул и сказал:

— Давно ходят слухи, что не все одаренные, которых привезли в столицу, попадают на обучение, исчезают куда — то. Кто — то охотится за магами, вот я и боюсь, что позарятся на наших, они ведь сильные, не чета местным. Могут и украсть по — тихому. Так что лучше остеречься.

Я призадумалась. А ведь Никей прав, лучше не светить своими талантами, пусть я одна буду, меня не тронут. А ребята и Митрич пусть так и будут по своим земным профессиям. Тем более, амулеты не блокируют магию, а только скрывают.

— Да и ты, Анна, во дворце старайся чаще пользоваться ментальной магией, хотя она у тебя пока и мало развита, но старайся. Так сможешь хотя бы узнать, когда есть опасность для вас.

Совет я тоже сочла разумным. В целом и общем, Никей мне здорово помогал вживаться в реалии этого мира. А вскоре за окном раздалось уже знакомое:

— Держи, бл…! Держу, бл…! — Кулибины были при деле.

Пока я смеялась над нашими мастерами, появился Никей с сообщением, что ко мне пришли вчерашние приглашенные. Я спустилась вниз, надо начинать беседовать с людьми.

В холле увидела Фиону и двух девушек. Предложила сесть на диван и сразу сказала, что мне нужны швеи и мастер — закройщик, платить буду хорошо, но мне необходима магическая клятва о неразглашении всего, что они увидят в доме и о не причинении вреда проживающим здесь людям. И сразу уточняйте, кто с проживанием, кто без.

Одна из швей, более бойкая девушка, подумав, отказалась от работы. Как догадалась, ее не устраивала клятва. Потом я узнала, что она была племянницей экономки, которой я отказала, тиры Арханы. Фиона и вторая девушка были согласны. Только швее нужно было проживание, а Фиона имела свое жилье и жила в городе. На этом и договорились. Ткани, принесенные ими, решили посмотреть завтра, кода они приедут с вещами и инструментами. Я отпустила девушек до утра.

Следом пришел хозяин лавки с тканями. Здесь мы просидели долго, выбирая ткани на портьеры, обивочную ткань на мебель, покрывала и прочее, прочее. Записали количество тканей, обговорили цену. За большой объем хозяин лавки сделал мне изрядную скидку. Ещё бы, я ему почти годовой бюджет сделала.

Перед уходом, спохватившись, достал ещё один образец ткани и неуверенно предложил посмотреть. О Боже! Это было прекраснейшее гардинное полотно, кружевное, тонкое, как паутинка и ослепительно белое! Но неуверенность хозяина меня насторожила. Начала расспрашивать — смех и грех!

Это полотно не пользовалось спросом у местного населения, именно из — за белого цвета! В этом мире были в почете яркие цвета. Лавочник закупил на пробу несколько рулонов у купцов из дальнего южного королевства и товар застрял. Я сказала, что возьму все, но со скидкой. Лавочник радостно засуетился и согласен был продать по себестоимости, лишь бы не остаться в убытке. А я уже представляла, как буду сидеть в отремонтированной гостиной у камина зимой, и смотреть через эти гардины на кружащиеся снежинки за окном.

На мебельщика и хозяина мастерской потратила время до самого ужина. Вначале пришлось осмотреть бедолагу — хозяина. Мужчина был явно худоват, имел землистый цвет лица и страдальческое выражение. Провела его в приемный медицинский кабинет. Запустила свой внутренний сканер на диагностику по пациенту. У него оказался запущенный гастрит с явной угрозой перехода в язвенную болезнь.

При пальпации живота незаметно добавила немного магии, чтобы снять болевой синдром, а затем заговорила с мужчиной, стараясь одним глазом косить в записи предыдущих целителей, пока в местных травах и зельях я ориентировалась слабовато. Облегчённо выдохнула. — Нашла! Есть рецепт для лечения гастрита! Шустро выдала лавочнику необходимые эликсиры и сборы, не взяв с него денег, чем потрясла его до глубин его торгашеской души.

Ну не буду же я ему объяснять, что до клятвы у короля, не имею права продавать лекарства. А мужик, оказывается, не лечил гастрит, потому что эта нозология не входила в перечень местной страховой медицины, а за плату жаба душила. Все как у нас, ничего нового…

Ходили мы по дому долго, чертили, высчитывали, спорили. Торгашу хотелось продать мне побольше и подороже, повычурнее. Но скажите на милость, зачем мне финтифлюшки на кухонных шкафах, когда там мне нужна функциональность? Наброски, чего бы мне хотелось на кухню, в холл и гостиную я делала сама, мебельщик сознался, что такой мебели он не делал, но сделает. Договорились, что пока делаем три помещения, потом дальнейшее. Наконец они ушели и я выдохнула. Вот теперь я поняла, почему Петя сказал, что как будто вагон угля разгрузил лопатой.