Глава 8

- Что ты делаешь? – спрашиваю с возмущением.

- Раздеваюсь. Предпочитаю спать без одежды.

Наблюдаю, как Калеан медленно расстегивает рубашку, стоя у края кровати, на которой я мирно лежу под пледом.

- Но ты же не собираешься спать рядом со мной?

- Я вообще-то для этого перенес в эту комнату свою кровать. Или ты думала, это все для тебя одной?

- Так и знала, что ты не настолько хорош, как пытаешься казаться! Делаешь все только для своей выгоды!

Рубашку он уже снял полностью. Я стараюсь не смотреть на голый торс, но глаза притягиваются к нему. Его шикарная грудь наверняка твердая, а эти кубики пресса выглядят стальными. Какой же он сексуальный! Не подозревала, что волосы на мужской груди могут так прекрасно смотреться.

- Может хватит?! – вскрикиваю, когда понимаю, что он уже снимает брюки.

- Я же сказал, что сплю без одежды. Для твоего спокойствия останусь в боксерах.

- Спи на кровати, которую ты видишь в том углу, а эту оставь мне. Я предпочитаю спать одна.

- В халате? – посмеивается, стоя передо мной в одних облегающих трусах. Я отвожу глаза, отворачиваю голову, но непроизвольно цепляюсь глазами за его пах, снова отвожу взгляд, готова спрятаться с головой в своем укрытии.

- Не смей ложиться рядом! Я не буду с тобой спать! – во мне кипит не злость, а страх. Боюсь, что не смогу сдержаться и сама наброшусь на него.

Он уже откидывает уголок покрывала, укладывается в постель, взбив предварительно подушку, будто она и без того не была идеально воздушной. Наверняка кто-то до него уже проделал эту манипуляцию. Не удивлюсь, если у него дома целый табун горничных.

Вскакиваю с кровати, хватая плед, иду в угол комнаты, где должна быть кровать. Ощупываю пространство, буквально ищу в воздухе намеки на что-то твердое. Калеан смеется, хотя и старается это скрыть.

- Энира, нам хватит места на одной кровати. Тем более так будет теплее. Зачем тебе всю ночь проводить на пружинах?

В этот момент я как раз нащупала нечто, напоминающее старую больничную койку. Села аккуратно на краешек, определила, что невидимое ложе меня держит, подстелила часть пледа под себя, вторую натянула сверху. Только я устроилась, прощупав своим телом все прелести жёсткого металла, поняла, что лежу я снова на чем-то мягком.

Да, я снова на постели Калеана, а он рядом, катастрофически близко. Смотрит в лицо и улыбается.

- Останься здесь, Энира. Просто полежим рядом. Я не коснусь тебя, пока ты сама не позволишь мне этого.

Встаю, повторяю все проделанное ранее. Заканчивается процесс тем же. Калеан перемещает меня в свою постель как раз после того, как я ровненько укладываюсь на бок.

- Хватит уже! Я не буду так всю ночь ходить!

- Не ходи, просто спи здесь, - говорит ласково, до мурашек нежно, глаза пропитаны добротой.

- Ты не такой хороший, как хочешь казаться. Теперь я тебя знаю лучше. Пытаешься меня соблазнить, чтобы Девор не захотел на мне жениться. Но я тебе не поддамся, понял?

Снова злость на его лице от одного упоминания имени, но эта эмоция быстро испарилась, сменившись теплой улыбкой. Мне даже неловко, потому что я в этот момент веду себя как истеричка.

- Я не буду с тобой спать! – подтверждаю гневной репликой все сказанное перед этим, потому что он не удостоил меня ответным словом. – Иди на ту кровать, дай мне отдохнуть!

- Ладно, - он привстал, показав еще раз свое идеальное тело. Повернулся ко мне спиной, руки легли на пояс боксеров. Такой жест делают, когда собираются с себя что-то снять.

- Что ты делаешь?! – кричу с писком.

Смотрит на меня через плечо, ухмыляется.

- Ты любишь кошек, правда? – делает паузу, а я непонимающе блуждаю глазами от его лица до боксеров, которые он решительно планирует снять. – Если со мной не хочешь спать, могу предложить тебе сон рядом с большим котом. Что скажешь?

Я не успела среагировать, он снял боксеры, и передо мной предстали голые мужские ягодицы с шелковым пушком. Пока я переваривала ситуацию, пытаясь понять, что все-таки происходит, Калеан превратился в огромнейшего гепарда. Я едва не потеряла сознание от удивления, страха. Внутри промелькнуло сожаление, потому что я не увидела, как выглядит Калеан спереди.

- Не пугайся, - слышу в голове приятный голос, - это все еще я, но уже не в таком ненавистном тебе облике. Я не кусаюсь и люблю, чтобы меня гладили.

Гепард с шелковистым ворсом вскочил на кровать, заставив меня вжаться в нее до предела. Даже мышцы начали болеть от этого напряжения. Я не набралась сил, чтобы сказать несколько слов, просто разинула рот. И так прошло не меньше пятнадцати минут. Кот долго укладывался на кровати, крутился на месте, что-то отодвигал лапами, обнюхивал, наконец-то лег, придвинув теплую лапу ко мне. Только в этот момент я вдохнула полной грудью.

- Что значит эта черная полоса на спине? – разговариваю с гепардом, в пору записаться к психотерапевту.

- Есть такая разновидность «королевский гепард», слышала?

- Нет.

- Это мой питомец.

- Королевский, хм… Тебе подходит, - не знаю, зачем я выпалила последнее, подумает еще, что восхищаюсь им. – Кот красивый, выглядит добрым, хотя и хищник. Ты же не собираешься меня съесть?

- Я не ем блондинок, - чувствую в голосе насмешку.

Я потянулась рукой к голове гепарда, несмело, аккуратно, будто пытаюсь гладить животное в зоопарке.

- Не бойся, не укушу. Перед тобой сейчас гепард, но внутри тот же Калеан.

- А кот выглядит дружелюбнее.

Глажу гепарда по голове, наслаждаюсь прикосновением к мягкой шерстке. Улыбаюсь, потому что сейчас я расслаблена. С гепардом мне не страшно. Он не вызывает сексуального желания, не полезет целоваться или еще чего.

Опустилась рукой к спине кота, перебираю пальцами шерсть, веду по черной полосе, повторяя движения сверху вниз. Слышу, как котик замурлыкал, громко, по-звериному, но это меня не испугало. Звуки тоже успокаивают, как и поглаживание мягкой шерсти.

- Пожалуйста, не останавливайся, - голос Калеана звучит еще более приглушенно, будто он шепчет. – Ох, как это приятно.

Гепард тем временем придвинулся ко мне поближе, мостит голову впритык к моему телу.

- Ты можешь снять халат, тебе же так неудобно, да и жарко нам будет.

- Не доверяю я Калеану, который сидит внутри этого милого котика.

Глажу его по голове, по спине, почесываю за ухом, вызывая новые и новые звуки наслаждения в виде мурлыканья. Я расслабилась полностью, даже сняла халат. Лежу под пледом в одном тонком шелковом платье. Кот трется рядом, напрашивается на ласку. Мне приятно, я уже обнимаю его, прижимаюсь к голове гепарда, тепло, уютно, спокойно.

Я уснула быстро. Не знаю, что дальше происходило на этой кровати, но проснулась я в постели не с котом. За моей спиной определенно мужское тело. Не сложно догадаться, чье. Нахально прижимается ко мне, рука лежит на талии. Не помню, чтобы я вот так засыпала с гепардом. Поза явно была другая. Ему придется объясняться.

Мой взгляд приковала большая рука, лежащая на талии, вижу все предплечье по локоть. Волоски на нем такие же блестящие, как на груди и ягодицах. Зачем я это все запомнила? Захотелось прикоснуться к ним, от чего я не отказалась. Легонько провожу пальцами по мужской руке, едва ощущаю тепло его кожи, улыбаюсь невольно. Все мои обиды куда-то исчезли, растворились. Я хочу лежать рядом с этим мужчиной, вдыхать запах простыни, на которой мы спали вдвоем, проводить по его руке смелее, касаться и других частей его тела, будто оно всецело принадлежит мне.

Погладила руку еще несколько раз на автомате. Чувствую за спиной движение. Шевелится нечто в области моей поясницы, уже ощущаю прикосновение твердого ствола, недвусмысленно намекающего о желаемом продолжении ласк. По моему телу пробежала дрожь, внизу живота кольнуло, между ног моментально проступила влага. Лежу молча, стараюсь не шевелиться, Калеан так же замер за моей спиной, но я знаю, что он не спит, дыхание изменилось. Сейчас его грудь вздымается чаще. Рука медленно перемещается, ладонь касается моей талии поверх шелка, мягко проводит, бережно, но решительно. Он боится меня спугнуть, а я обдумываю варианты. Самый верный из всех – бежать. Но мне так хочется увидеть, что там упирается мне в спину, прикоснуться к этой части мужского тела, почувствовать его близость.

Калеан прижимается ко мне плотнее, рука скользнула на бедро поверх ночной сорочки, поглаживает его, отчего из меня все больше сочится смазка. Тонкая ткань не портит ощущений, я чувствую его пальцы на себе отчетливо, будто я вовсе без одежды. Губы уже около моей шеи, дыхание обжигает кожу, он склоняется, чтобы оставить там след. Целует нежно за ухом, касается губами кожи, я ощущаю легкую щетину на его подбородке. Мое тело пронзает током, на его касания реагирует каждый сантиметр. Я закатываю глаза от удовольствия, дышу с трудом, двигаю ягодицами, пытаясь коснуться ими члена, который так меня манит. Эта пытка длится мучительно долго. Я борюсь с накатившим желанием, хочу вырвать себя из его рук, но сделать это получится только через боль.

Я вспоминаю все события двух прошедших дней, с содроганием понимаю, что уже пятница, а значит, завтра помолвка с Девором. Вскакиваю с кровати с ловкостью кошки, оправляю на себе тонкое платье. Вижу, как моя грудь колышется, соски зазывно торчат в направлении мужчины, ткань едва прикрывает меня. Он наверняка видит все очертания фигуры, оценивает размер груди.

- Не смотри на меня! – утро началось с возмущенного крика. – Не смей на меня смотреть!

- Вернись, Эни, пожалуйста… - он лежит, опираясь на локоть, смотрит на меня с мольбой. Пах прикрыт простыней, но я вижу под ней значительный бугор, то самое место, на которое я хотела насадиться. Закатываю глаза, представляя, что я упустила, но уже твердо стою на ногах у основания кровати, назад пути нет.

- Мне нужно в душ, - говорю тихо, больше для себя, чем для него. Плетусь неуверенно в сомнительный санузел, но на входе понимаю, что я не использовала одну возможность. Возвращаюсь к кровати, на которой лежит мужчина, но уже откинувшись на подушку. – Я возьму это, чтобы вытереться.

Показываю на простыню, которая лежит на Калеане. Он удивленно вздергивает брови, но в ответ улыбается.

- Возьми.

Тащу простыню за край, прыгая глазами от мужского лица до паха. Вот-вот ткань сползет с него полностью, и я увижу во всей красе его достоинство. Он меня не останавливает, смотрит в лицо, уголки губ слегка приподняты. Я делаю последний рывок. Победная улыбка уже накрывает мое лицо, но вместо ожидаемого, я вижу… боксеры. Не те, что были вчера, свеженькие, новые. Я ведь точно знаю, что еще несколько минут назад их на нем не было. Хмурю злобно брови, стою так двадцать секунд. С полным разочарованием иду в ванную. Но на этот раз добавилось еще и чувство стыда. Простыню с собой тащу просто так. В душе ведь осталось вчерашнее полотенце, я об этом хорошо помнила еще до всего этого спектакля.

- Эни, вернись, я покажу тебе все, что ты хочешь увидеть. Только вернись в постель, - в его голосе просящие нотки.

- Не очень-то и хотелось, - кричу из душа глупую неправду. Он знает, что я хотела увидеть, и я знаю, зачем тащила ту простыню, но все равно делаю вид, что она нужна была мне вместо полотенца. Да, веду себя, как ребенок. Он наверняка так думает.

Снова холодная вода обжигает пальцы. Вот бы сделать ее хоть чуточку потеплее. Может Калеан так умеет? Не хочется просить, но и мыться так невозможно. Открыла воду на максимум, смотрю, как вода стекает, подставляю руку, будто температура должна измениться. Надо быстренько стать под воду, обмыться и завернуться в простыню, так и теплее будет, и оправдается все раннее действо.

Не знаю, что произошло, но вода потеплела. Все-таки помогает мне. Забота всегда приятна. Улыбаюсь, становясь под теплые струи.

- Подкинь мне еще шампунь, пожалуйста, - кричу из душа Калеану. Рядом со мной появилось требуемое. Мою голову неспешно, все равно торопиться некуда. Там и завтрак появится, пока я плескаюсь. Теплая вода расслабляет и насыщает силой. Только подумала, что хочется сделать ее потеплее, как мое желание исполнилось. – Хватит, уже горячо!

- Что? – слышу вопрос из комнаты, но знаю, что он меня отлично слышит, переспрашивать нет смысла.

- Горячо, говорю! – я уже наполнена возмущением.

Продолжаю смывать с себя шампунь, но вода не собирается меняться, все сильнее греет мое тело. Хотела прокричать еще что-то, для тех, кто не услышал в комнате, но мою кожу обожгло резкой струей кипятка. Будто на голову опрокинули ведро с кипящим маслом. Оно потекло по всему телу, обжигая самые нежные участки, забираясь под кожу, сжигая эпителий. Вода будто продолжает закипать на моем теле.

- А-а-а-а-а! – крик вырвался из груди через боль, в ту же секунду дверь распахнулась – вбежал Калеан.

Я лишилась последних сил, ноги подкосились, будто кто-то ударил под коленками, перед глазами поплыло, я поняла, что падаю. До отключения почувствовала, что меня подхватили мужские руки. Обморок длился, вероятно, недолго, потому что я почувствовала себя с оторванными от земли ногами. Все тело обжигает, будто я горю в огне. Лицо жжет, руки не могут пошевелиться. Я смогла наклонить голову, лежа на мужском плече, увидела грудь, живот, бедра в красных пятнах. На мне не осталось и живого места. С ужасом поняла, что моего лица больше нет. Его смыло кипятком.

Хочу отключиться, чтобы не присутствовать в этом кошмаре, чтобы ничего не чувствовать. Боль невыносимая, разве я не должна потерять сознание от болевого шока? Почему я здесь? У меня даже есть силы для того, чтобы плакать.

Всхлипываю на мужском плече, прижимаюсь к нему, от чего раны на теле еще больше болят. Я в полудреме, едва осознаю, что происходит. Калеан стоит в комнате со мной на руках, что-то произносит на латыни, шепчет без остановки. Не знаю, что именно он говорит, какова цель всего этого, но мне стало легче, будто боль с моих плеч сняли, но тело все так же покрыто ранами, уже не просто красными пятнами, а волдырями.

На несколько секунд я зависла в воздухе перед Калеаном. Он взмахнул рукой, я услышала треск, взмахнул еще раз, звук повторился, но уже с большей силой. Я ощущаю его волнение и нетерпение, для него время тоже тянется. Он резко раскрыл пальцы на обоих руках, дернул в направлении пустой стены, где, по его мнению, располагается дверь, а дальше обоих оглушил взрыв. Легкой волной меня откинуло прямо в руки Калеана, одним взглядом он отразил от нас летящие осколки. Я аккуратно повернула голову в сторону и увидела дыру в стене, отдаленно напоминающую дверь.

Мы оказались в глухом коридоре, в темноте. Свет проникает только из того помещения, где мы находились вдвоем почти сутки. Калеан несет меня перед собой, бережно придерживает голову, но не произносит ни слова. Его глаза сосредоточены на темноте. Я тоже вижу все происходящее, но вокруг только серые стены. Мы приближаемся к тупику, но Калеана это не останавливает. Он повторяет свой фокус со взрывом, прикрывает меня руками, одновременно противодействуя взрывной волне и отбрасывая осколки в другую сторону.

Коридор залило светом, в секунду мы оказались на улице, Калеан аккуратно кладет меня под деревом, но не на траву, а на матрас, который непонятно откуда здесь появился.

- Эни, ты меня слышишь? Эни!

- А вчера так нельзя было?

Спросила из последних сил, но шутка его не тронула. Краем глаза заметила, как он нажал что-то на своем браслете.

- Слава Богу, Эни! – смотрит на меня с сожалением, а дальше кричит в воздух: - Сириан! Сириан! Немедленно ко мне! Сириан!

Калеан поборол желание меня обнять, прижать к себе, я вижу, как ему тяжело на меня смотреть, но мне уже легко. Израненное тело накрыла легкая простыня, прикосновения которой я не почувствовала. Боли совсем нет.

Около нас появился пожилой мужчина, присел рядом со мной. Я поняла, что это лекарь, хотя увидела его неотчетливо, в глазах по-прежнему полутьма.

- Все тело, Сириан, - Калеан сказал сдавленным голосом.

- Я ничего не чувствую, - смотрю полуоткрытыми глазами.

- Так и должно быть, милая, я сковал твои ощущения заклинанием.

- Я стану некрасивой, Калеан? – шепчу сквозь слезы.

- Все будет хорошо, милая, ты останешься такой же прекрасной, как и была, - ощущаю его пальцы на своей ладони.

Лекарь выполняет свою работу, не оставляя на моем теле касаний. Почти не уловила, что там происходило, но через несколько секунд ощутила легкость в теле. Светящиеся лучи из пальцев мага-лекаря меня исцелили полностью, я будто налилась силой, ощущения в теле изменились, захотелось поднять голову, чтобы посмотреть на свое тело, чтобы убедиться, что красных пятен и волдырей на нем точно нет.

Заглядываю под простыню, осматриваю себя. Все в том же виде, что и до обжигающего душа.

- А лицо мое на месте?

- Ты самая красивая женщина, которую я встречал за все девяносто лет, - с этими словами Калеан наклонился ко мне, его губы коснулись моих. И время замерло. Он сладкий на вкус, приятно ласкает языком мой уже разомкнутый рот, поочередно обхватывает губы, решительно проникает между ними. Он целует меня с такой пылкостью, которой я раньше не знала. Тело начинает дрожать, я уже льну к мужскому торсу, прижимаюсь грудью, но не пытаюсь оторвать губы, наоборот, мечтаю, чтобы этот поцелуй не прекращался.

- Ты такой старый, - говорю со смешком, упираюсь руками в его грудь. Наши глаза встретились, лица на минимальном расстоянии, я вижу каждую его складочку вокруг глаз. Объятия еще не ослабли, он крепко сжимает меня обеими руками, я вот-вот взвизгну от боли.

Только в этот момент мне захотелось осмотреться. Оказалось, что мы в лесу с высокими хвойными деревьями. Место, на котором все временно расположились, больше похоже на поляну, залитую солнечным светом. Метрах в десяти от нас полуразваленный вход в пещеру. Видимо, оттуда меня и вынес Калеан.