10

– Сгинь, нечиста сила!

– Пошло вон!

– Уди!

– Сдохони нечист!

– Дёргай отюда!

– Отвяжиса!

Так с акцентом и не всегда правильно, атаковали импровизированные цели члены теперь и моей команды. Я держала смех, как могла, но всё же не выдержала и разразилась хохотом на весь зал.

«Да-а, дедуля, хорошо хоть матом не научил ругаться. Хотя, что это я, эту привилегию он оставил исключительно для себя. А в принципе, чего я ожидала? Кто сказал, что те «абры кадабры», произносимые на каких-либо обрядах, на самом деле, для кого-то, так не звучат».

– И это тоже ей сойдёт с рук?! – возмутился Кемиллус.

«Бедный шатенчик, никто то его не слушает, указом короля навязывает сомнительных девиц, которые ещё и смеют смеяться над его самым выразительным заклинанием: «Дёргай отюда». Ох, бяда, бяда, огорчение».

Я так не веселилась, наверно, с тех пор, как попала в это мир. А таким беззаботным смех не был со времён моего безоблачного детства. Сейчас я смеялась, а из глаз текли реальные, крупные слёзы. Смех перешёл в истеричный, поэтому, наверно, ко мне никто не подходил и не успокаивал. Остановиться не смогла пока не выкинула из сердца все страхи и сомнения, не осознала реальность твёрдой почвы под ногами.

Так уж получалось, что до этого, она – почва, то и дело ускользала из под моих ног, оставляя меня опять ни с чем. А так называемая магия моего родного языка казалась насмешкой и вымыслом. Теперь же видя с какими серьёзными и сосредоточенными лицами, маги произносят такие простые и обыденные слова моего родного языка я, наконец поверила в реальность происходящего.

Даже то, что меня в случае чего решили отправить на передовую, да ещё с командой во главе которой тот, кого я искренне и взаимно ненавижу не могло омрачить моё состояние. Как говорила бабуля: «Пройдёт и это. Всё прожуём».

Воспоминания о родном человеке вернули в реальность. Оглядываюсь. Гамму выражаемых чувств участников описывать не стоит, да и наплевать мне на них. Цели участников повержены. Отсмеявшись, и я решаюсь попробовать.

Нащупываю рукой Хомку и убедившись, что он на мне, а значит в безопасности «кидаю» в цели свои слова:

– Да пошёл ты! – одним выкриком сметаю две, рядом стоящие цели и на этом сдуваюсь.

Не так то просто, как оказалось, подобрать слова, когда десяток пар глаз и ушей внимательно следят за тобой. Все слова начисто вылетают из головы. Мат, хоть иногда и может вылететь, я не приемлю, но даже его попробуй припомни в столь напряжённой обстановке. Это, как говорится, дело настроения.

В данный момент я не знаю кого посылала, так как пред глазами пронеслась череда лиц, обладателей которых неоднократно хотелось отправить пешим туром. Одной фразой выплеснула и успокоилась. Вот, что значит без опасений и с чувством произнести пару слов на родном языке.

– Ну а теперь может пояснишь причину своего смеха? – огласил всеобщее недоумение Кас.

– Вы коверкаете слова, – улыбнувшись пожимаю плечами, – Смешно.

На душе вдруг стало так легко и свободно, что даже хмурый взгляд Кемиллуса меня не задевал. Хотя стоит отметить, что злиться шатен перестал. От ощущаемой лёгкости я готова танцевать.

Дальше я взялась объяснять, как правильно и мы столкнулись с первой проблемой. Не все могли поставить достаточно прочный щит для того чтобы моё правильное произношение не действовало на них. Держать каждого за руку просто нереально. В итоге это занятие пришлось пока свернуть и перейти к тренировке с оружием. Но ни с одним я совладать так и не смогла.

Так уж повелось, что в этом мире оружие должно выбрать тебя. Никак не ты его. Магия в тебе и её сила служат ему ориентиром. Это и стало с самых первых дней обучения моей самой большой проблемой и тем из-за чего меня хотели отчислить, ведь магии во мне по-прежнему нет.

– Как так? – интересуюсь у Каса, – Я же только что уничтожила мишени, а вчера вырастила цветок.

– Я думаю, – повёл он меня в сторону от тренирующихся, – что произнесённые тобою слова особой вибрацией влияют на окружающую магию. Вам на первых уроках должны были рассказывать о том, что магия везде: в нас, в растениях, в животных, в воздухе и так далее. Концентрация везде разная, но она есть.

– А как же простолюдины? – усомнилась я.

– Я же говорю концентрация магии везде разная. У них, большей частью так мала, что на действия не способна. В тебе, выходит, её нет вообще, но с помощью своей речи ты можешь управлять той магией, что находиться в самом предмете, вокруг него и тебя. Она слушается тебя. В этом, наверно, и есть защита твоего родного, не магического мира. Появись демоны у вас, то вы, просто беседуя между собой, даже не заметите, как уничтожите их.

– А как же тогда камень силы, который, как оказалось, при встрече с лордом Като показал выше среднего?

– Но и проверка прошла неординарно, так? – улыбнулся мужчина.

– Так.

Припоминаю, как убегая от погони, врезалась в седовласого мага и сбила его с ног. А он в свою очередь выронил прозрачный камень. Заметив это и боясь, что тот очень хрупок ловлю его на лету. Камень побелел в моих руках.

– Всё равно не пойму, как так получилось? – хмурюсь.

Кас взял мои ладони в свои и ободряюще сжал:

– Магии в тебе нет и ты не можешь накапливать или вырабатывать магию, но ты с помощью своей уникальной речи, можешь ей управлять.

– При встрече с лордом Като и в кабинете ректора, пока меня не попросили, я молчала. Да и полгода отучилась как-то. Пусть мало что, но у меня получалось.

– Но твоё эмоциональное состояние было таково, что достаточно было целенаправленной мысли на родном языке. Для осуществления мысленного порыва недостаточно, но зато достаточно, чтобы собрать и сконцентрировать магию вокруг себя. Так уж получается, что твои эмоции способствуют этому. Её мы и почувствовали, её ты и использовала потом. Ты сама говорила, что твоя соседка регулярно донимала тебя. Спокойна ты была в те мгновения?

– Ничего себе, – усмехнувшись, делаю вывод, – Так я её ещё и благодарить должна, что регулярно заводила? По сути подзаряжала. И что мне теперь постоянно надо злиться и переживать?

– Зачем? – вскинул брови блондин, – Ты всё равно её не сможешь удержать. Только если сразу используешь, но и этого не хватит до нужного уровня. Используй уникальность своей речи. Просто бери любой предмет и воздействуй на магию в нём. Как с цветком, помнишь? Создать ты не сможешь, но использовать то, что есть, вполне.

– Лорд Фэбус, – прервал нашу беседу Кемиллус, – Можно узнать, сколько ещё времени будет прохлаждаться студентка Рита? Я в своей команде лодырей не потерплю и ваше особое отношение тому не помеха.

«А я то переживала, что «подзаряжать» меня теперь не кому. И как про шатенчика могла забыть?»

– Моё особое отношение говоришь? – хмыкнул Кас, – Может ты и прав. Давай тогда так. Ставлю вас в пару. Тренируйтесь, – указал на меня.

– Что?! – возмутились мы вместе с Кемиллусом.

– Начнём с того, – не обращая внимания на наши возмущения, невозмутимо продолжил Кас, – что ты, Кемиллус, будешь формировать огненные шары, а Рита попробует на них воздействовать.

– А если я его покалечу? – с долей страха выражаю сомнение. Мне с лихвой хватило происшествия в комнате.

– Ничего, – хмыкнул Кас и хлопнул шатена по плечу, – Кемиллус у нас крепкий парень. Заодно и щит выставлять по тренируется. Идём.

Кас отвёл нас в самый дальний угол полигона и жестом показал, чтобы приступали. Но ни Кемиллус ни я не торопимся, стоим по разные стороны от блондина и молчим.

– Видимо вам стоит напомнить, – вздохнул Кас, – Что это указ Императора, – повернулся он к Кемиллусу, – который не обсуждается. А также хорошая и уникальная тренировка своих сил, – это он говорил уже повернувшись ко мне, – Кемиллус самый сильный из группы, а это значит нужно попотеть, чтобы причинить ему вред. Сработавшись, – Кас вновь повернулся к шатену, – ваша группа станет непобедима. И в будущем может спасти миллионы жизней.

Речь произвела нужный эффект и мы, не сговариваясь, с Кемиллусом делаем шаг вперёд.

– Подожди, – Кас ловит мою руку, – Его, – указывает мне на плечо, – можешь оставить со мной.

– У, у, – встрепенулся сидевший до этого смирно зверёк и своим длинным хвостиком обвил мою шею.

– Он не хочет, – веду свободным плечом и отворачиваюсь.

Если честно мной сейчас в большей степени руководит обида.

«Почему именно Кемиллус? Видит ведь, что мы не ладим. Зачем заострять? Алерой, к примеру, тоже хорош. И щит тоже прочный ставит».

Но спорить не стала. Обещала выполнять, что скажет, значит сожму зубы и буду выполнять. А высказать можно и вне занятий.

Встаю напротив Кемиллуса и уже один его хмурый взгляд раздражает. Взгляд в котором надменность и презрение. Так же он смотрел на меня, когда испуганная я переступила порог его комнаты. Никакого сочувствия.

«И как Авила полюбила такого?»

– Выпусти огонь, – командует шатену Кас, – Самый минимум.

Небрежный жест и на руке Кемиллуса огонёк размером с куриное яйцо. Просто горит на ладони, не принося никакого вреда.

«А жаль», – мысленно выдыхаю и буквально чувствую рванувший от меня поток.

– Что творишь, стерва, – зашипел Кемиллус, скидывая раздувшееся до страусиного яйца, пламя.

Судя по шипению, оно его ещё и обожгло. Запускаю руки в волосы и пячусь. Не могу понять, как так получилось и потому паника уже коснулась сознания. Но не от того, что нанесла вред, нас в принципе этому и учат, а от того, что, ничего не сделав, опять сделала, что-то не то.

– Рита! – воскликнул Кас, – Успокойся.

– Я же, ещё ничего не сделала, – возмущаюсь в ответ.

– Разве, – блондин сложил руки на груди, – А о чём мы только что говорили? Не забывай, что мы с магией родились, нас не обмануть.

– Но ты же говорил, что мои мысли не могут навредить. Только слова.

– А ты и не навредила бы, если бы кое-кто не смалодушничал и подготовился к атаке. Магический, скажем так, ветер, который ты в результате эмоциональной нестабильности создаёшь легко раздувает магическое пламя. Эти истины, – Кас бросил взгляд на шатена, – знает даже самый слабый маг и поэтому всегда готов к такому простому приёму. Мы то этот ветер можем создать в любой момент. Так обычно балуется ребятня.

– Она должна была использовать вибрацию слов! – возмутился Кемиллус, – А не магию, которой в ней и быть то не должно.

– Непростительная ошибка, особенно для командира группы, – не глядя на него, ответил Кас, – недооценивать своего противника. Сильные эмоции Риты служат магнитом для магии. Имей ввиду, – после взял меня за предплечья и дружески встряхнул, – Соберись. Не дай эмоциям брать над собой верх. Не забывай, что собранной таким образом магии на что-то серьёзное не хватит. Только на такой вот ветерок, и то на один раз. А навредить может безвозвратно. Тебе навредить, – ещё раз встряхнул, – Учись пользоваться тем, что от рождения имеешь. Своей уникальной для нашего мира речью.

– Я же не специально, – что малый ребёнок оправдалась я.

– Тем хуже, – ответил, а после отпустил мои плечи Кас, – Пробуем ещё раз, – жестом показал Кемиллусу начинать. Отошёл и встал, заложив руки за спину.

Замечаю мелькнувшую на его плече знакомую шёрстку и в панике хлопая себя по плечам, проверяю наличие на них Хомки. Не нахожу и с укором вглядываюсь в, высунувшуюся из-за шеи блондина, виноватую мордашку.

«Предатель», – хмурю брови.

– Рита, прекрати, – решил оправдать зверька Кас, – Твои эмоции для него сейчас вредны. Сосредоточься на другом.

«Действительно, что это я. Не хватало Хомку ревновать ко всем подряд. Он сам знает, что для него лучше».

Поворачиваюсь к Кемиллусу, но стараюсь на него не смотреть. Только на огонёк в его руке.

– Что я должна сделать? – спрашиваю.

– Пусть он вырастет, – ответил Кас, – Вырасти до того состояния, которое сможешь. Кемиллус, скажешь, когда не сможешь больше держать.

– Расти, – приказываю огоньку и получаю под два метра пламя. Такое резкое, что в него будто влили бензин.

– Да чтоб тебя, – выругался шатен и скинул пламя, которое оставило подпалину в каменном полу.

– Рита, постарайся плавнее, – даёт новое напутствие Кас, – Вспомни цветок. Кемиллус давай.

Шатен образует на ладони пламя и ждёт. По-прежнему на него стараюсь не смотреть, только на огонь. Подхожу к пламени чуть ближе. Понимаю, что расстояние велико, делаю ещё шаг, потом ещё. Шепчу:

– Расти.

Огонёк подрос и стал ярче.

– Расти, – повторяю.

«У меня получается! Как же здорово! У меня получается!»

– Расти, расти, расти, – повторяю на радостях.

Огонь вырос до трёх метров. Едва не хлопаю в ладоши.

– Кас, у меня получается! – оборачиваюсь к блондину.

– Молодец, – улыбается он, – Можешь ещё?

– Да! – улыбаюсь в ответ.

Оборачиваюсь и ловлю смятение и растерянность в удивительно ярких, карих глазах. Но такими они были недолго. В миг потемнели и отобразили знакомую злость.

– Хватит! – холодно произнёс Кемиллус мне в самое лицо.