33. Сражение с тьмой
Эйдан следом ударил заклинанием, выжигая пространство вокруг нас с Беней, а заодно влил свою магию, укрепляя мой щит. Кольцо на руке завибрировало, действуя на пределе, заложенная в нем защита от темной магии пока справлялась с ее потоком вокруг меня, хотя я все равно чувствовала подкатывающую к горлу дурноту, от которой старательно отмахивалась. Не время сейчас терять сознание.
Дастин только гаденько усмехнулся, он черпал магию прямо из энергии прорыва, минуя накопители. Просто впитывал в себя все прибывающую силу, которая поднималась выше, грозя затопить нас тьмой с головой.
А у Эйдана резерв ополовинен еще после утреннего прорыва…
И все же он бросал одно заклинание за другим, стараясь если не убрать, то хотя бы приостановить всплеск, разраставшийся на глазах. Пока что он не выходил даже за пределы дома, когда еще его почувствуют маги, занятые проблемами на другом конце города?
Все заклинания Дастин отбивал, словно мячики в детских играх. Он и не атаковал толком, наглядно демонстрируя свои возможности и могущество. Показывая глупому младшему брату, от чего тот отказался.
Эйдан держался. С трудом, но держался, ставя щиты и пытаясь беспрерывно атаковать. Но даже на мой несведущий взгляд, на стороне его брата имелось неоспоримое преимущество — огромный резерв магии, который он черпал прямо из воздуха. Локальный энергетический всплеск, подчиняющийся магу — ультимативное преимущество.
Против такого противника Эйдан долго не выстоит.
Я же сидела и понимала, что если мой некромант проиграет, то убийца родителей и еще нескольких сотен, а то и тысяч человек останется на свободе. Сама я с ним не справлюсь. Поэтому остаться сейчас в стороне не могу. Я должна как-то помочь!
Решение пришло сразу. Мой личный резерв был невелик, но вкупе с уже имеющимся это хоть какой-то шанс! Бенджамин явно мог больше меня, хотя бы драться умел, справился же в столице с целой бандой. Мне всего-то надо влить свою магию в него.
С силой, игнорируя боль, я резанула ладонь о торчащий из стены ржавый гвоздь. Потом продезинфицирую, если выживем. Кровь выступила на коже алой каплей, но много ведь и не требуется.
А потом, выступив за щит, схватила Бенджамина за костяную руку и сжала, приготовившись. Однажды Эйдан уже пропускал через меня темную магию, чтобы я могла сбросить Бене излишки, тело должно помнить. С магией как с рекой — если русло проложено, вода по нему потечет.
И сила пошла со вздохом, разорвала легкие, согнула меня пополам, но я только крепче вцепилась в скелет. В висках застучало, голова закружилась от слабости и резкой потери сил, но у меня однозначно получилось.
Глаза Бенджамина засияли ярче. Скоро в полумраке дома и кости засветились неестественным зеленоватым светом, будто натертые фосфором. Минута, может, чуть дольше — на большее меня не хватило, и я закрыла все каналы, тяжело опустившись на пол.
— Беня! — Скелет повернулся ко мне. Переполненный силой, он даже выглядел как-то иначе, увереннее и резче двигался. — Беня, — чуть громче повторила я и четко приказала: — Убей эту тварь.
Вот и пригодилось право управления первого уровня.
Скелет кивнул, принимая новый приказ, и направился к Дастину не прямой дорогой, а по дуге, чтобы не поставить на линию удара и меня. Сразу видно: обученная и опытная нежить.
Конечно, некроманты заметили его приближение. Эйдан зарычал, удваивая усилия. Дастин же только хмыкнул и послал сгусток магии в скелет. Я зажала себе рот, испугавшись, что Беня прямо сейчас рассыплется на кости, но он не только выстоял, но и ускорился.
Поняв, что просто так скелет не остановить, брат Эйдана начертил свободной рукой руну, закрывшись другой с мощным щитом.
— В сторону! — крик Эйдана сорвался на мгновение раньше полетевшего в Беню заклинания.
Скелет выставил руку, защищаясь. Вот только ее оторвало от тела, а последовавший удар, будто нокаут, свернул Бенджамину шею и опрокинул его на спину.
И стало ясно, что с младшим братом Дастин просто играл, а может, проводил очередной эксперимент.
— Нет!!! — Внутри у меня что-то оборвалось, магия, переданная Бенджамину, с тяжелой отдачей возвращалась ко мне.
Я собрала все, что смогла, и активировала боевые артефакты, снятые с дверей и заборов, пока мы с Беней бежали за крысом. Активировала, даже не задумываясь, какие заклинания в них заложены. Мне было плевать, устоит дом или нет.
Вперед полетели воздушные метеоры и молнии.
С другой стороны взмокший от напряжения Эйдан ударил заклинанием, напоминающим рой пчел, пробивший в щите бреши.
На секунду мне показалось, что мы уже почти выиграли, но только на секунду. Маг тут же втянул в себя немереное количество магии и укрепил все слабые места, заодно готовясь для следующего удара. Судя по количеству силы — последнего для нас. Вокруг разворачивались разноцветные линии и складывались в уже знакомую схему — создание нежити из живых людей.
От такого у меня едва не подкосились ноги. Все что угодно, любая смерть, но только не это! И если магия выйдет за пределы дома, а она выйдет, нежитью станем не только мы, но и пара кварталов поблизости. Никакие обереги и артефакты не спасут.
Эйдан держался на чистом упрямстве. Беня лежал на спине и не шевелился. Я изначально не боевая единица, да и магии больше не осталось. Неужели это конец?
Я видела, как мой некромант пытается что-то сделать, как направляет в щит брата удар за ударом, как мерцает щит надо мной, поддерживаемый Эйданом из последних сил. Он мог бы снять защиту и пустить все в атаку, но даже в таких обстоятельствах я для него приоритетнее.
Я закусила губу и посмотрела на Эйдана. Пусть он будет последним, что я запомню…
И краем глаза заметила резкий серый росчерк, бросившийся на мага сверху. Защита слегка мигнула, но пропустила слишком маленькое для серьезной угрозы существо, и Ловкач тут же впился Дастину в руку.
Маг закричал от неожиданности и тряхнул рукой. Почти готовое для удара заклинание лопнуло, как огромный мыльный пузырь. Щит Дастина смело, пусть он и слегка смягчил удар для нас, сыграв злую шутку со своим создателем, оказавшимся в центре магического взрыва. Все вокруг полыхнуло, стены дома зашатались, с потолка посыпались доски, пакля и остатки черепицы. Чудо, что наши с Эйданом щиты устояли. Как там Беня?!
Лежащий на полу Дастин зашевелился и попытался встать — вот же живучая сволочь!
Эйдан кое-как убрал с грязного лица налипшие волосы и, пошатываясь, направился к брату.
— Эйд, — прохрипел Дастин, от которого до сих пор расходились волны темной силы. — Брат…
— Ты мне не брат. — Эйдан тяжело опустился рядом на колени и достал ритуальный кинжал.
Тонкое острие пробило грудину и вошло в сердце, рукоять засветилась, а камень в навершии буквально засиял, впитывая в себя жизнь человека.
Черный туман на полу рассеялся, и я заметила Бенджамина с валяющейся рядом оторванной конечностью.
Ловкач нашелся тут же неподалеку, и жизни в нем не было.
Я подползла к нему, разодрав колени, — ноги после всего пережитого не держали. Зверек лежал на боку, серая шерстка обгорела, некогда длинные, как у кота, усы полностью спалены, хвост — один сплошной ожог. Ему досталось от взрыва магии больше всего. Я достала платок, тоже почему-то оказавшийся не слишком чистым, даром что был в кармане, и завернула в него Ловкача.
Он спас нас. Спас город от нового прорыва. Отомстил за свою хозяйку. И заслуживает положенных ему почестей.
— Не плачь. — Эйдан, сам едва стоявший на ногах, подошел и тяжело опустился возле меня. — Он прожил долгую жизнь, которая не снилась ни одной крысе.
Я только теперь поняла, что слезы текут ручьем. Смерть Ловкача, мы, стоявшие на краю гибели, страх за людей, за то, что такой преступник останется на свободе…
— Дастин точно мертв? — Почему-то мне не хватало смелости посмотреть в ту сторону, где был труп. Казалось, стоит взглянуть, и он поднимется, причем совсем не нежитью, и все начнется снова.
— Он абсолютно точно и бесповоротно мертв. Таким же кинжалом он убил Райлина, вытянув из него душу. Теперь его даже с того света не призвать.
— Почему никто не понял? Не разглядел сразу? Это же ненормально, его суждения… — Я все-таки посмотрела на человека с торчащим из груди кинжалом.
— Он был тщеславным, эгоистичным засранцем, думающим только о себе. Просто раньше я этого не замечал, слишком любил и уважал такого сильного, вечно лучшего старшего брата. А когда все в один голос хвалят, как не почувствовать себя избранным?
Эйдан тоже обернулся, наклонился и вытащил свой кинжал, как следует обтерев его об одежду мертвеца. А потом стянул с него кольцо, с трудом сошедшее с начавшего отекать пальца.
— И все же он действительно был гениален, видишь, смог-таки заложить свою схему в артефакт.
В ходе боя я даже и не подумала, как так быстро он ее воссоздал. Такое заклинание не создашь с ходу и без подготовки.
— Стабилизировал контур схемы, адаптировал под артефакт, — перечислил изменения Эйдан, а потом сжал в руке кольцо, а разжав, ссыпал его золой на пол.
Но оставался еще кое-кто, не переживший сегодняшний день, если так можно сказать об изначально неживом создании.
Бенджамин… слезы снова выступили на глазах.
Скелет, словно почувствовав мой взгляд, зашевелился, сел, нашаривая уцелевшей рукой оторванную, и попробовал повернуться к нам, но свернутая шея не способствовала.
— Беня, ты живой! — обрадовалась я. — Ты наш герой, Бенджамин!
— Согласен, — улыбнулся Эйдан, тоже облегченно выдохнувший при виде поднимающегося скелета. — При жизни ты был не лучшим человеком. Зато после смерти из тебя вышла отличная нежить!
Кажется, Бенджамин был польщен. Он даже приосанился слегка, насколько это вообще возможно с оторванной рукой, свернутой набок головой и общей перекошенностью.
С потолка снова посыпался мусор, а стены начали медленно оседать.
— Уходим отсюда! — скомандовал некромант, помогая мне подняться. — Беня, не забудь свою руку!
Бенджамин на ходу подобрал валяющуюся на полу конечность и боком — как голова стояла — поковылял следом.
На улице я смогла вдохнуть полной грудью нормальный воздух, а не отравленный темной магией вперемешку с пылью.
Эйдан тоже оглянулся на дом, на котором продолжала проседать крыша, грозя вот-вот окончательно рухнуть.
— Нужно быстрее сообщить обо всем магам, чтобы сделали защитный контур и заранее вызвали ликвидаторов. Боюсь, я сейчас не в лучшей форме, один точно не справлюсь с возможным прорывом. И тогда Беня может стать отнюдь не единственной нежитью в округе.
И правда, надо поспешить! Зачем Бене конкуренты?
— А ты не хочешь попробовать его погасить? — спросила я, вспомнив слова Дастина.
— Не хочу. Энергию прорыва нужно загонять в накопители, которых у меня под рукой нет. Если впитывать ее в себя — ты сама видела последствия.
— Тогда не надо, — согласилась я, опираясь на потрепанного Бенджамина.
Эх, еще один костюм в помойку! И снова шляпу потерял!
Я даже улыбнулась, так забавно было снова волноваться о таких мелочах и чувствовать себя живой! Просто потрясающе!
Звать магов даже не пришлось, они явились на взмыленных лошадях сами, среди них был и Адерс Ларгон. Выглядел он уставшим и выжатым, все же с самого утра вместе с Эйданом отрабатывал на другом прорыве.
— Живые? — крикнул он нам, тяжело спускаясь с лошади.
— Вроде как, — отозвался Эйдан, уже разговаривая с прибывшими ликвидаторами в характерной черной форме с вышитой на груди сияющей звездой — символом магии.
— Ловкач погиб. — Сама не знаю почему, но мне захотелось уточнить.
— Кто? — не понял Ларгон.
Я молча развернула платок, показывая мертвого крыса.
— Это питомец Габриэлы Нокс и ее детей. Он сбежал от них сегодня, нашел Дастина, а потом помог нам. Мы бы не справились, если бы не Ловкач. Представляете, смог найти мага, выждать момент и броситься на него!
Дознаватель наклонился, рассматривая крыса.
— Что-то припоминаю, — протянул он. — Читал о нем в протоколе осмотра места преступления. Во время убийства Габриэлы крыс был с ней. Его нашли лежащим на груди мертвой хозяйки, он никого к ней не подпускал, шипел и бросался. С трудом отцепили и странно, что не убили тогда, а всего-то посадили в клетку и потом отдали детям. Возможно, он запомнил убийцу и почувствовал его магию. Других объяснений у меня нет.
Я кивнула. Все так. Ловкач и меня, сидящую в фонтане, узнал по магии и так же отважно кинулся. Он всегда честно защищал свою маленькую семью, верный серый страж.
Вроде не человек, а все равно ужасно его жаль. Наш бой не прошел без потерь.
С другой стороны, смерть Ловкача была достойной. Он настоящий воин и боец и умер по всем законам поединка, утащив кровного врага за собой. Да и десять лет, как ни крути, отличная жизнь для крыса. Уверена, он там ни о чем не жалеет.
Так что я стерла слезы. Таких провожают с сухими глазами, отдавая почести павшему на поле битвы герою. Когда все закончится, мы обязательно похороним его как полагается.
— Отходим подальше, сейчас ликвидаторы начнут подчищать остатки магии — не самое простое воздействие для окружающих. — Дознаватель взял меня под локоть и повел в сторону, то и дело оборачиваясь. — Эйдан бы тоже не лез, без него справятся, — недовольно проворчал Ларгон.
Некромант все еще был бледен, но хотя бы перестал пошатываться. Но в стороне остаться не смог, встал вместе с остальными в оцепление и от начала и до конца развеивал всю магию, что призвал его брат.
Не брат. Темный маг, которого вычеркнут из списка славной семьи, лишив фамилии и имени.
Эйдан подошел ко мне дико усталый, под глазами чернели тени, на бледной коже проступили морщины. Но главное — он был спокоен.
Подошел, обнял и долго стоял молча, дыша мне в макушку.
— Пойдем домой, — попросил некромант.
— У нас там куча детей, — на всякий случай предупредила я.
— Ну и отлично. — Я чувствовала, как Эйдан улыбается. — Всегда мечтал о доме с кучей детей. Ты ведь согласна?
Его рука скользнула по моей, остановившись на подаренном им кольце.
— Согласна, — подтвердила я. — Разве можно сказать «нет» любимому мужчине?
— Это лучшее из того, как меня называли, — прошептал он. — Некромант, ликвидатор, маг… любимый мужчина. Повтори еще раз, а?
— Я тебя люб…
Договорить я не успела. Не знаю, из каких сил, но Эйдан поднял и закружил меня. Правда, пошатнулся при этом, потому быстро опустил. И поцеловал.
Удивительно, но даже Беня отвернулся.
— А мы починим Бенджамина? — спросила я по пути домой.
— Конечно! У него все поправимо. Его в крайнем случае еще раз призвать можно. Не переживай, — успокоил меня Эйдан.
— А Ловкача? — Может, и его возможно вернуть?
— Он был в эпицентре, попал под сильнейшее заклинание, его жизненную энергию выжгло, а магия внутри него только усугубила результат. Ловкач ушел навсегда.
И об этом нам придется сказать детям…
— Не переживай, они сильные ребята, — приобнял меня некромант. — К тому же Ловкач столько сил тянул из Алека, так что оно и к лучшему. Поддерживать жизнь в таком старом животном — дело непростое, а с определенного момента и опасное для его хозяина.
— Ладно, ничего не поделаешь, — вздохнула я. — Заодно и с Лу тебя познакомлю, она тоже у нас.
— Это плохо, — заявил некромант, а я с удивлением уставилась на него.
— Ты что-то имеешь против Лу? — Это надо выяснить до свадьбы!
— Ну что ты! — рассмеялся Эйдан. — Просто я, скажем так, не в лучшем виде для такого ответственного знакомства.
— Ничего, мы расскажем, как вы на пару с Ловкачом спасли город от второго прорыва, и она на твой внешний вид даже внимания не обратит, — успокоила я его.
Мы шли бравой тройкой: я в грязной и местами порванной одежде, с разбитыми коленями, Бенджамин, впитавший сегодня прорву магии и светящийся в опускающихся сумерках — с оторванной рукой в другой руке, и Эйдан, на вид недалеко ушедший от своей нежити. Даже странно, что дошли без приключений.
И только придя домой и найдя всех остальных живыми и здоровыми, я смогла окончательно успокоиться.
А расстроился в итоге больше всех Микель, пропустивший все самое интересное.