Глава 16

Сейчас мне не до самоанализа. Не здесь, где люди отдыхают, танцуют, флиртуют и веселятся. Я тоже хочу быть такой, беззаботной. Поэтому, выпив бокал вина, отправляюсь на танцпол. Николая отвлек какой-то мужчина, оба, извинились и отошли поговорить — в более тихое место.

Танцпол — большой квадрат, по которому постоянно проносятся лучи света от прожекторов. Здесь шумно, толпа в основном молодежь. Здесь мне комфортнее всего. Вальяжных олигархов тут нет. Они заняли вип ложи выше этажами, сидят на балконах, которые как раз нависают над танцполом. Смотрят на танцующих, оценивают, или просто относятся как к зрелищу.

Я люблю танцевать, хорошо двигаюсь. Всегда любила дискотеки, Арина тоже, мы никогда не упускали случая хорошенько оторваться под зажигательные ритмы. Отдаюсь мелодии, впервые за долгое время чувствую полное расслабление. В ритме музыки можно отбросить все накопившиеся неприятности.

Скоро они и вовсе закончатся, когда наша фирма завершит еще один процесс для Абрамова. Я его больше не увижу…

Не знаю что заставляет меня задрать голову и посмотреть на ложи. В одной из них вижу Кирилла. Он пристально смотрит на меня.

Такой пронзительный взгляд. Пробирает до дрожи. Гипнотизирует. Не могу разорвать наш зрительный контакт. Продолжаю двигаться под музыку.

— Почему такая красивая девушка танцует одна?

Не сразу понимаю, что ко мне подкатывают, настолько сильно ушла от реальности. Даже стало страшно!

— Простите, я тут со своим спутником, — говорю вежливо крупному мужчине, который выше меня на целую голову.

Он явно сильно пьян, в одной руке держит галстук, ворот рубашки застегнут неправильно.

— Плевать, с кем ты. Я влюбился, — мужчина сгребает меня в охапку, прижимает к себе. Неуклюже двигается под быстрый ритм, совершенно не попадая.

Беспомощно оглядываюсь по сторонам, надеясь увидеть Николая, или охрану. Но взгляд снова невольно цепляется за балкон. Абрамов все еще смотрит. Бесстрастно наблюдает как меня лапает другой мужик. Явно ничего не собирается предпринять.

Глупо даже думать об этом! Магнат-защитник?

Чушь собачья! И пальцем не пошевелит.

— Отпустите меня немедленно, — цежу уже грубее.

— Детка, я умираю от любви, не разбивай мне сердце, — назойливый кавалер обхватывает меня за талию, подбрасывает в воздух.

Нужно избавиться от него. Где обещанная безопасность? Руки этого пьяницы все наглее, с талии скользят ниже. Он дышит на меня парами алкоголя, его красное лицо все ближе к моему. Меня подташнивает, паника растет. Никто не обращает на нас внимания… Мужчина такой здоровый, что вряд ли кто-то рискнет связаться с ним. Уж точно не ради девушки из эскорта…

— Послушайте, я плохо себя чувствую. Не могу больше танцевать, услышьте уже! Отпустите! — мой голос звучит все отчаяннее.

— Один поцелуй, красавица… — ржет омерзительный тип.

— Отпустите мою девушку, — произносит голос за спиной, и я замираю от облегчения.

Оборачиваюсь к Николаю, посылаю ему благодарный взгляд. Руки ненавистного бугая наконец отпускают мою талию. Он всем корпусом поворачивается к Мартынову:

— Пошел вон отсюда, — рычит громила.

— Эта девушка пришла со мной… И уйдет тоже со мной, — упрямо произносит мой защитник.

Дальнейшие события напоминают черную комедию. Ботаник против армрестлера, иначе не скажешь. Бугай толкает Николая, вначале забавляясь, но видя, что тот не отступит — начинает все жестче молотить несчастного.

Я не могу смотреть на это. Кричу, зову на помощь охрану, все больше танцующих обращают внимание на шум. Охрана наконец появляется, в этот момент, уже не выдержав, бросаюсь на помощь Николаю. Я бесконечно тронута его смелостью. Не посмотрел на столь разные весовые категории, не струсил… в отличии от того, другого… То, что Абрамов не помог мне красноречивей всего остального показывает его отношение. Как и его сущность.

Пытаюсь прорваться к Мартынову, но толпа не дает. Громила теперь дерется с двумя охранниками, так что образуется куча мала. Все кричат, женщины визжат. Кто-то толкает меня, поскальзываюсь, стоящий рядом мужчина подхватывает… Коротко благодарю его, снова поворачиваю голову, пытаясь увидеть что сейчас с Николаем… И встречаю взгляд бугая. Его глаза налиты кровью. Он справился с охранниками и направляется… в мою сторону!

Разворачиваюсь и даю деру со всех ног. Спотыкаюсь, на каблуках удирать — занятие так себе. Поэтому быстро сбрасываю туфли. Я в ужасе… это просто монстр какой-то! Он и меня покалечит… Я не понимаю куда бегу, это не ночной клуб в стандартном понимании, скорее огромный дворец, куча дверей, почти все они заперты. Монстр не отстает, слышу его тяжелые шаги, задыхаюсь от паники… Лестница вниз, скорее всего приведет меня в тупик…

Что это чудовище сделает в тихом безлюдном месте, если такое натворил на танцполе?

Но обратно поздно, вариантов нет. Я несусь по этой лестнице, в полумрак, надеясь скрыться, спрятаться или найти выход из проклятого дома… Тихонько поскуливаю от ужаса — помимо громилы я очень боюсь насекомых и мышей, тем более крыс. Если встречу подобную тварь в подвале, визгу будет на весь дом… Теперь отсутствие обуви очень некстати…

Здесь прохладно, темно, в полумраке вижу ряды стеллажей с бутылками вина. Я попала в винный погреб, но к счастью, очень хорошо сделанный. Пол, выложенный кремовой керамической плиткой, блестит чистотой, по крайней мере его участки, куда падает свет. Здесь пахнет свежестью и легким ароматом чистящего средства.

Если чертов урод с поехавшей крышей вломится сюда следом, я буду швырять в него эти бутылки. Плевать, сколько они стоят. Чувствую, что нахожусь на грани эмоционального срыва.

Но снова происходит то, что ожидаю меньше всего. Громила оказывается на пороге. Но тут же подается назад, словно какая-то сила втянула его как вакуум в свои черные глубины. Отборный мат, звуки ударов. Я хватаю первую попавшуюся бутылку, сжимаю за горлышко. Надо разбить ее о стену… острым стеклом проще защищаться… в каком-то фильме видела. Боже… Моя жизнь снова напоминает кино. Почему? Чем я заслужила все эти катаклизмы?

Меня трясет, но так и не нахожу смелости разбить бутылку. Так и стою, замерев, не дыша, спрятавшись за стеллажом, не сводя глаз со входа в винную комнату. Наступает полная тишина. В проеме появляется огромная фигура…

Прикусываю нижнюю губу так сильно, что на глаза наворачиваются слезы. В следующую секунду понимаю, что это не тот, кто преследовал меня, не псих с танцпола… На пороге — Кирилл Абрамов, крутит головой, видимо пытаясь увидеть меня… Он смог… справился с психом? В одиночку?

В этот момент бутылка выскальзывает из рук, раздается звон, она разбивается на кучу осколков. Вино брызжет мне на ноги, я оказываюсь в красной луже, вокруг осколки.

— Стой. Не двигайся, — Абрамов мгновенно оказывается рядом и видимо читает в моих глазах жажду снова бежать.

Хочу ответить что-то, но словно разучилась. Язык не слушается. Чувствую, что если только открою рот — начну реветь, кричать. Сейчас каким-то чудом удается удерживать в себе бурю эмоций. Хочу, чтобы он ушел. Плевать, если придется идти по осколкам. Почему именно он сейчас здесь? Он ведь не хотел мне помогать, сидел и наблюдал равнодушно, там, на танцполе… Так почему все же решил оторвать свою величественную задницу от стула? Что изменилось?

Понимаю, что все эти мысли — полная ересь. Абрамов здесь, он помог… спас меня. Даже если ему этого изначально совсем не хотелось…

Он оказывается рядом, подхватывает меня на руки.

— Что… что ты делаешь? — голос возвращается.

Вопрос, конечно, идиотский.

— Ты порежешься.

— Тебе не все равно?

Не отвечает. Несет куда-то. Почему мне так хорошо в его объятиях? Зажмуриваюсь, а затем позволяю себе невиданную слабость — прислоняюсь головой к груди Абрамова, вдыхаю аромат парфюма и легкий запах его кожи. Так странно, меня это успокаивает. Хочется вдыхать еще и еще… Так хорошо, уютно…

Распахиваю глаза, успеваю заметить, что мой преследователь лежит возле лестницы, ведущей наверх. Абрамов просто переступает через него, спокойно и равнодушно.

— Боже… Ты его убил? — мой голос дрожит, от ужаса даже икать начинаю. Вздрагиваю всем телом, руки стискивают белую рубашку Кирилла.

— Нет. Просто вырубил, — отвечает спокойно и буднично.

Поспешно отпускаю его рубашку, ужасно смущаясь своего порыва. Что я себе позволяю? Это совершенно посторонний, чужой мне мужчина…

— Правда? — выдыхаю нервно.

— Если что, будешь меня защищать в суде? — парирует насмешливо Кирилл.

Хочется его ударить. Ненормальный, кто о таком шутит?

— Я не по уголовным делам юрист, — отвечаю едва слышно.

— Ясно. Чувство юмора пока прибито стрессом.

— Мне сейчас и правда не до шуток… Надо узнать что с Николаем.

— Для наемной девочки ты удивительно заботлива.

Открываю рот, чтобы сказать что-то едкое. Ну конечно, как я могла забыться! Мой спаситель никогда не упустит возможности уколоть, задеть за живое. Как он вообще так долго умудрился не поддеть насчет эскорта!

— Я действительно очень переживаю за своего клиента, — произношу, выждав длинную паузу. Не хочу грубить, как ни крути именно Кирилл спас меня. Единственный, кто смог остановить психа.

Странно, Абрамов не продолжает свои намеки, он вообще больше ничего не говорит. Сама не понимаю как, но мы не возвращаемся туда, откуда я бежала. Мы на улице. Как же приятно сделать несколько глубоких вдохов свежего воздуха! Но холодно, пальто осталось в клубе, как и обувь. Начинаю дрожать. Кирилл нажимает на брелок и где-то пиликает сигнализация.

— Мне надо туда вернуться… забрать вещи… Ты не можешь все время… держать меня, — бормочу сбивчиво. — Спасибо большое, ты спас меня… Но я должна вернуться к Николаю.

— Думаю, его увезла скорая. Кто-то рядом вызывал, когда я спускался.

— Боже мой!

— Жить будет. Пашка все же сдерживался.

— Пашка?

— Придурок, что загнал тебя в подвал.

— Ты с ним знаком?

— В этом клубе все друг друга знают. Небольшой вип-круг общения.

— Если все знают что этот Пашка псих…

Абрамов открывает заднюю дверь машины и запихивает меня на сидение. Осторожно, чтобы не наступила на землю. Можно даже сказать заботливо. Поэтому мысль я теряю, вся сконцентрирована на том, чтобы сесть достойно, не продемонстрировать смущение и неуклюжесть. Дверь захлопывается. Абрамов занимает место водителя.

— Куда тебя отвезти?

— Почему ты помогаешь? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Понятия не имею. Хочешь поговорить об этом?

— Сумочка… она осталась в клубе. Там ключи, телефон… Мне надо вернуться.

Машина двигается с места.

— Я живу… у Марины. Ты ее помнишь? Девушка с которой ты был на яхте.

— Знаю, — спокойно произносит Кирилл.

— Знаешь? Но откуда? — спрашиваю с изумлением.

— Навел справки. Уж больно часто ты мне на глаза попадаешься, Тамина.

— Ясно, — говорю с горечью. Снова показывает свои подозрения. — Как сегодня, да? Ты только посмотри, какой спектакль я срежиссировала!

— Успокойся. В этом я тебя не подозреваю.

— Большое спасибо.

— Вещи вернуть помогу.

Абрамов берет телефон, коротко обрисовывает ситуацию кому-то, перечисляя вещи, которые нужно “вернуть”.

— Спасибо… Ты вовсе не обязан мне помогать, — вздыхаю. — Хорошо, что Марина дома… Она часто в отъезде. Вот было бы весело ночью ее дверь ломать.

Абрамов не отвечает. Спустя пять минут поездки понимаю, что мы направляемся в противоположную сторону.

— Куда ты меня везешь?

Страха нет. Это очень странно. Наоборот, есть непонятная уверенность внутри, что так и должно быть…

— Нам надо поговорить, — спустя длинную паузу произносит Абрамов.