Глава 31

— Если ты не против, поужинаем сегодня дома.

— Да, конечно, — соглашаюсь легко. Мне даже приятно, что Кир не собирается меня прятать от родственницы.

Слуги уже вернулись, Лариса явно настроена на совсем другой отдых, нежели мы с Кириллом. Ей нравиться командовать, она гоняет несчастных девушек туда-сюда. Стол накрыт, блюд много. Подруга Ларисы представляется Светланой. Она еще старше, очень приятная женщина. Общается со мной довольно долго на отстраненные темы, ничуть не показывая, что знает о том, что Кир несвободен и я получаюсь любовницей…

А вот Лариса поглядывает на меня с недовольством, губы поджаты, я ей явно не нравлюсь. Мне тягостно на этом вечере, хочется, чтобы он побыстрее закончился. Определённо, эта дама терпит моё присутствие только из-за Кирилла, не хочет ругаться с ним.

Я уже жалею, что согласилась ужинать здесь… Мы могли бы поесть в любом ресторанчике неподалёку, провести время вместе. Ведь у нас осталось совсем немного этого «вместе»…

Надо бы прямо спросить Кирилла, что дальше. Но не могу. Я слишком гордая, чтобы начать такой разговор первой.

Надо было говорить об этом еще до того как он лишил меня девственности…

Усмехаюсь горько этой мысли.

Тогда я точно ни о чем не могла думать.

***

— Я вижу, что тебе все же некомфортно. Извини за этот ужин, — говорит Кирилл когда поднимаемся в комнату. Он притягивает меня к себе, но не получает ответа. Никак не могу избавиться от напряжения, возникшего на ужине.

— Все нормально…

— Лгунья. Я хочу поцелуя, девочка. Расслабься. Забудь уже об этих двух перечницах.

— Не очень получается…

— Просто не думай о них.

— Мы теперь не одни в доме…

— Ну и что? Мы живем в разных сторонах. Они ничего не услышат, при всем желании, — со смешком говорит магнат, садясь на постель.

Он такой красивый в этот момент, такой… родной. Доступный.

— Иди сюда, княжна.

Не могу противостоять, загораюсь, поддаюсь томительному возбуждению, подхожу ближе. Он сажает меня к себе на колени. Касается губами моих губ.

Отвечаю на поцелуй, вцепляясь пальцами в волосы Кира.

— Я от тебя дурею, княжна, — признается хрипло, тянет меня на себя, падая назад. Оказываюсь на нем сверху. Начинаю дрожать от столь откровенной позы, в которой ни разу в жизни не находилась. Дергаюсь в его руках, пытаясь отстраниться, чувствуя ягодицами член, каменный, горячий… Сводящий меня с ума, умеющий подарить невиданное наслаждение на грани боли.

Руки магната жадно шарят по моему телу, расстегивают платье, стаскивают его с меня небрежно и грубо. Бюстгальтер тоже отлетает в сторону. Трусы Кир срывает, не оставляя им шанса остаться целыми.

— Моя мокрая девочка, — со стоном ныряет ладонью меж моих ног. Поглаживает. — Расстегни…

Помогаю ему снять брюки, рубашку. Затем, отчаянно краснея, берусь за резинку трусов.

Все забыто. Гости, неприятный ужин. Есть только мы двое и ошеломляющая потребность друг в друге.

Кир снова тянет меня на себя. Сажает сверху, жадно набрасывается на губы, затем двигается вниз по шее, вызывая волны неконтролируемой дрожи. Неосознанно ерзаю на нем, трусь влажной промежностью, жажда почувствовать в себе обжигающую твердость нарастает.

Меня охватывают одновременно и стыд, и жар, и томительное напряжение внизу живота.

Кир приподнимается, тянется к моей груди, ловит в рот сосок и сжимает зубами. Дергаюсь от пронзившего стрелой возбуждения, цепляюсь руками за его волосы, притягивая его голову ближе. Он прикусывает сильнее.

Больно. Сладко… Он продолжает играть с соском сводя меня с ума. Перекатывает на языке, то покусывает, то лижет нежно. Настоящая пытка наслаждением.

Переходит к другому полушарию, проделывая то же самое, и мои стоны становятся все громче. Внизу живота разгорается пожар.

— Пожалуйста, Кир… Не могу больше, — молю со всхлипом.

— О да, проси. Проси меня, малышка. Это так заводит.

Кирилл приподнимает меня и входит глубоким толчком. Останавливается, давая мне привыкнуть суровой наполненности. Запрокидываю голову, кусаю губы. Его так много… Ощущения на грани боли. Но как же это все прекрасно…

Делает первое движение, медленно выходя и толкаясь снова. Смыкает ладони у меня на талии, показывая ритм, в котором надо двигаться.

— Да, вот так. Попрыгай на мне, княжна… Моя сладкая…

Движения нарастают, все более глубокие, долбящие снизу-вверх как отбойный молоток. Пошлые шлепки. Мои жалобные стоны. Кир чуть поворачивается, меняя угол, проникая глубже, его рука накрывает клитор, начинает ласкать его.

Запредельно остро. Мои стоны, рычание магната разносятся по всей комнате. Наше дыхание, пот, все перемешивается, мир теряет свои очертания, есть только движение тел, бешеный ритм, который приближает нас к кульминации. Удар, еще один. Палец сильнее давит на клитор, и я вскрикиваю, содрогаюсь всем телом, меня пронзают мощные спазмы. И следом слышу яростный рык, ощущаю взрыв внутри меня.

В самом начале отпуска я попросила Кира завезти меня в аптеку, потому что сходила к врачу, и она выписала мне противозачаточные.

Это было мое желание, Кир никогда не просил об этом.

Но я предупредила его, что начинаю пить таблетки.

Хотя самой себе не могу не признаться — мне нравится, когда он кончает в меня.

Это ни с чем не сравнимое ощущение.

Долго лежим неподвижно, выравнивая дыхание. Кир даже не выходит из меня, пока сама не отстраняюсь смущенно.

— Мне надо принять душ…

— Уже? Я только начал, княжна, — со смешком произносит магнат.

Но все же отпускает меня. Когда возвращаюсь из ванной, все начинается по новой. Он кладет меня на спину, широко разводит ноги и склоняется надо мной. Разглядывает, гладит, касается языком…

Мы засыпаем только под утро, и я не чувствую ни единой косточки в своем измученном теле…

***

Утром спускаюсь вниз, не найдя Кирилла в постели. Хотя неудивительно, время почти двенадцать. Не помню когда спала так долго!

Ночь была невероятной. Я потеряла себя. Конечно же Кир заставил меня забыть о том, что теперь на вилле мы не одни, что здесь живут две дамы, одной из которых я совсем не нравлюсь.

Обычно в это время Кирилл плавает в бассейне. Надеваю новый купальник, золотого цвета, очень открытый, с тонкими завязками, раздельный. Его выбрал Кир во время шопинга и все ждал с нетерпением, когда покажусь в нем. Сверху накидываю специальный халат на завязках, в золотисто-кремовые полосы.

Заглядываю сначала на кухню чтобы налить себе стакан воды.

За барной стойкой сидит Лариса с чашкой кофе в руках.

— Доброе утро, — произношу вежливо.

В ответ женщина бросает на меня неприязненный взгляд.

— Поражаюсь наглости некоторых особ, — ставит свою чашку на блюдце так резко, что раздается звон, часть напитка выплескивается.

— Простите, вы меня имеете в виду? — мне совсем не хочется спрашивать все это, но уж больно задевает. Почему она взъелась на меня, а перед Киром лебезит? Если уж осуждать, так нас обоих! В конце концов это он изменяет невесте! Наверное, во мне проснулся юрист и острое чувство несправедливости.

— А что, тут еще кто-то есть? Или у нас с тобой имеются общие знакомые?

— Если у вас есть претензии, то озвучьте их своему племяннику.

Не знаю что на меня находит. Я хочу защищаться, не позволю делать из себя девочку для битья!

— Я и не сомневалась, что стыда в тебе нет. Ладно, мне вообще плевать! Я никогда не вмешивалась в дела Кирилла, он взрослый человек. Хотя такого конечно никогда не было. Просто омерзительно!

— Вы можете объяснить в чем дело, я совершенно ничего не понимаю.

— Наверное, ты просто не хочешь понимать. Думаешь, если тебя сюда привезли, ты что-то значишь? Да, это правда, Кирилл на самом деле никого сюда никогда не возил, даже Лизу. Этот дом очень любила его мама. Хотя это всё неважно, я уверена, девочка, что ты лишь игрушка, в которую пока не наигрались. Ценный трофей, который Кирилл забрал у своего брата. Обычно было наоборот. Кир уступал младшему. Но все бывает в первый раз.

— Я вообще ничего не понимаю… — смотрю на женщину ошеломленно. Ее речь — полный сумбур.

— Кирилл не захотел тебе сказать кто я?

— Он же вчера нас познакомил…

— Но не сказал, что я мать Андрея. Как я должна относиться к тебе, а? Ты разбила сердце моему сыну, а теперь кувыркаешься с его братом! Да другая на моем месте тебя бы за волосы выкинула отсюда! Но ты обязательно вылетишь из его постели. Кирилл не подбирает огрызки!

Выскакиваю из кухни пылая. Меня трясет от стыда и шока. Главное, что я не могу злиться на эту женщину. Она по-своему права. Я причинила ее сыну боль…

Но почему Кирилл не сказал мне, что Лариса — мать Андрея? За что он так с нами обоими? Еще и вчерашняя ночь… Трахал меня как одержимый. Нет, я не думаю что нас слышали, разве что стояли под дверью…

Ноги несут меня к воротам. Хочется сбежать, никого не видеть. Но я останавливаюсь.

Возвращаюсь в комнату, прямо на купальник надеваю джинсы, тонкую толстовку. Самое необходимое кидаю в небольшую сумку. Деньги, карта, документы, немного одежды. Пока не уверена, действую по наитию. Я просто не представляю, как говорить с Кириллом после такой сцены. Он подставил меня! Должен был сказать! Как находиться в одном доме с Ларисой… нет, точно не смогу…

***

— Куда ты собралась?

Я уже возле стойки регистрации, вызвала такси, примчалась в аэропорт, купила билет, все это проделывая в каком-то тумане.

И вот магнат оказывается рядом, хватает меня за локоть. Как он нашел меня? Встроил в мое тело чип слежения, пока спала? Усмехаюсь своим мыслям.

Поворачиваюсь к нему, внутри вспыхивает легкое чувство злорадства. На Кирилле белые шорты, на которых местами проступают влажные пятна. Словно он второпях натянул шорты на мокрые плавки…

— Я собралась домой.

— Что за бред, Тамина?

— Пожалуйста, Кирилл, давай не будем спорить, — нервно оглядываюсь. Мы привлекаем внимание. Окружающие пялятся на нас с откровенным интересом. Особенно когда Кир хватает меня за руку, притягивая к себе.

— Я уже купила билет, и не собираюсь тратить деньги впустую, — произношу торопливо. — Извини, но наш отпуск окончен.

— Ты все сказала? А теперь поедешь со мной.

— Я не игрушка, слышишь? — вырываю руку и отступаю от него на пару шагов. — Я не работаю на тебя, ты не можешь мне приказывать. Я хочу домой, у меня через полчаса вылет. Спасибо за отдых…

— Мне жаль, что Лариса не смогла удержаться, наговорила тебе всякого — вздыхает Кир.

Смотрю на него изумленно. На моей памяти магнат ни разу не извинялся, не признавал ошибок…

— Ты должен был мне сказать, что это мать Андрея. Как ты мог заставить нас жить в одном доме? Это оскорбление для нее! Представляю, что она чувствовала! — гнев вырывается наружу. Не хотела говорить на эту тему, понимая что ни к чему хорошему это не приведет.

Я действительно не испытываю негатива к Ларисе. Только сильный стыд, за то в каком положении оказалась.

— Андрей уже давно должен был смириться и забыть ту историю, мало ли что бывает, — спокойно отвечает Абрамов.

— Я искренне надеюсь что так оно и есть! Что он забыл обо всём. Но его мать имеет право злиться на меня.

— Ни на что она не имеет права. Ты ничем ни ей, ни ему не обязана. Андрею ты не клялась в вечной любви и верности. Не была его невестой. Вы просто проводили вместе время. Такое нередко случается, он и сам спал с подружками своих близких друзей, рассказывал потом, хвастался. Не стоило делать из той ситуации вселенскую трагедию. Такое ощущение, что Андрею нравится строить из себя жертву. До сих пор жалуется тут и там, рассказывает об этом буквально на каждом шагу. Это омерзительно, — морщится Кирилл. — Лариса же ему во всем потакает.

Не могу не согласиться с его доводами. Спокойствие и рассудительность Кирилла заставляют посмотреть на ситуацию немного иначе. Успокаиваюсь, на душе уже не так паршиво.

Но все равно, отпуск для меня окончен. Я настроилась на возвращение и не хочу быть игрушкой, которую можно развернуть по щелчку пальцев.

— Для меня отпуск закончился, Кирилл, — говорю твердо.

— Ты права. Я должен был тебе сказать про Ларису. Не хотел портить тебе настроение, потому что не видел в этом во всём какой-то проблемы. Лариса раздула из мухи слона, она очень трепетно относится к сыну. Я как раз сегодня хотел с ней поговорить на эту тему, предупредить, чтобы не вздумала что-либо говорить тебе или даже бросать косые взгляды. Жаль, не успел.

— Я рада, что ты не стал ей ничего говорить.

— Тамина, не улетай, — просит неожиданно. Его голос звучит так вкрадчиво, интимно, что у меня все внутри сладко сжимается. В этом голосе обещание стольких ласк… — На завтра у нас подготовлен частный самолёт, ты ведь знаешь.

— Я уже купила билет…

— Я тебе компенсирую.

— Нет, не нужно, правда… Я хочу вернуться… Пожалуйста, Кирилл, не дави на меня. Я сделаю как решила.

— Хорошо, не буду давить, — вздыхает.

В конце концов, он провожает меня, пока не прохожу регистрацию. Машу рукой на прощание и уже злюсь на себя за собственное упрямство. Зачем я лишила нас последнего дня вместе? Кто знает, что будет по возвращении…