Глава 22

«На двух вещах никогда нельзя экономить, — уговаривала я вздыхающую и бурчащую Шуру, оплачивая последнюю покупку в кассе. — На обуви и на нижнем белье. Ты не представляешь, как меняется внутреннее ощущение женщины, когда она не просто снаружи красиво одета, но еще и под всеми этими нарядами чувствует себя комфортно. Ну а про туфли даже говорить нечего. Какая тут красота, если едва ковыляешь и мечтаешь об одном — снять поскорее проклятые колодки?»

«Денег осталось кот наплакал, — вздыхала Шура. — Конечно, на той неделе мне еще заплатят за отработанные смены, но больше ты на ту работу не выйдешь, если я правильно поняла. Алименты еще когда будут и будут ли… а если срочно что-то детям понадобится?»

«Что, например? — я была настроена более оптимистично. — Ты забываешь, что сейчас у нас есть кое-что получше денег — магия. Так что с внезапной простудой или вывихнутой ногой я справлюсь без лекарей и затрат на зелья, а если что посерьезнее — так нас бы потраченная сумма все равно не спасла».

«Как только Виктор узнает, что я подала на алименты, он тут же перестанет платить за кружки и сдавать деньги на школьные нужды, — рассудительно, но уже без прежнего ужаса сказала Шура. Мне даже показалось, что она не столько сетует, сколько советуется и ищет выход. — У меня, конечно, есть небольшие накопления на самый-самый крайний случай. Но нам с тобой все же срочно надо искать работу».

«Думаю, найдем», — несколько легкомысленно отозвалась я, с любопытством вертя головой по сторонам. Все же другой мир, да еще такой яркий, красочный! Одни движущиеся картинки чего стоят — прямо на улице на здоровенных щитах! Правда, содержание довольно однообразное, но первое время привлекают внимание только так.

И люди вокруг… все же очень сильно отличаются от моих соплеменников. Более… свободные и раскованные. Нет, озабоченных, сердитых, грустных, усталых — тоже хватает. Но в общей массе эти люди не думали о том, что они будут есть этим вечером и чем кормить детей завтра утром. То есть… именно голод им не грозил. Это очень чувствовалось. Здесь не привыкли бояться засухи, или нападения дикого магического существа, или междоусобных войн… С одной стороны, такая беспечность кажется мне диковатой, а с другой — как же здорово, что во вселенной есть миры, где люди могут так жить!

Я шла по улице, инстинктивно подстраивая тело под свою привычную походку. Шурина «полнота», из-за которой у них тут все дрюклы мозги поели, мне совершенно не мешала, наоборот, добавляла движениям плавности, устойчивости и грации. Мне нравилось смотреть на себя в витрины, нравилось, как узкая юбка и элегантные светлые туфли на очень удобном небольшом каблуке подчеркивают Шурины полные икры и тонкие лодыжки. И, тварь дурацкого Виктора за дупу покусай, нравилось, как оглядывались мне вслед мужчины. Вот прямо не уставала я Александре на каждого из них указывать и чувствовала, как она постепенно тоже начинает получать от происходящего удовольствие.

В новый медцентр мы пришли чуть-чуть раньше времени, потому что со всеми приключениями и покупками я не заметила, как прошло полдня. Смысла не было заходить домой, так что, как заверила Шура, проще посидеть на мягком диванчике и полистать журналы. Или поиграть в какую-нибудь игрушку в телефоне. Или на фотографии сыновей полюбоваться, когда они младше были. Сама не знаю, откуда у меня к этому интерес…

Но спокойно насладиться созерцанием у нас не получилось. Когда мы открыли мелодично звякнувшую дверь в просторное светлое помещение, там, к моему изумлению, бушевал как минимум ураган.

Опешив, я остановилась на пороге и, слегка вздернув бровь, стала наблюдать.

Ураган производила в основном одна молодая женщина, скорее даже девушка, но вокруг нее клубился разный народ, в основном мужчины и еще одна дама, сильно постарше.

Девица рыдала, размазывая по лицу макияж, и что-то не совсем внятно выкрикивала в крутящийся вокруг нее хоровод, попеременно отшвыривая от себя разные мелкие вещи — карандаш, скомканный лист бумаги, перепачканную салфетку, в которую только что лила слезы.

— Они издеваются! — невнятно и сумбурно выкрикивала несчастная. — Все издеваются! Я не могу! Работать! В такой обстановке! Сто вещей сразу! Я не компьютер! То закажи! Тут напомни! Ах, блондинки все дуры, но ты! — она снова залилась слезами и уткнулась в светло-салатовую грудь женщины постарше, которая тут же обняла реву и стала вполголоса что-то ей объяснять, поглаживая по голове.

«Кхм… ты уверена, что в этом лекарском центре нас точно вылечат, а не наоборот? — с интересом спросила я у Шуры, оценивая раскиданные по бежевому ковру в центре холла обрывки бумаг и прочий мусор, а также растерянные лица присутствующих. — Пока мне кажется, что здесь запросто могут пришить на место головы ногу и сказать, что так и было».

«Эм…» — только и успела ответить Александра, потому что именно в этот момент нас заметили, причем не кто-то, а наш вчерашний симпатичный доктор.

Он вообще-то почти не принимал участия в этом странном танце вокруг ревущей девицы, стоял чуть в стороне, сложив руки на груди, и имел о-очень сложное выражение лица. Этакую смесь растерянности, досады и легкого недоумения поверх небольшого чувства вины.

Лекарь Александр Сергеевич встретился со мной глазами, застыл на пару секунд, оценивая наш с Шурой эффектный силуэт на фоне стеклянной двери, и поспешил навстречу.

— Простите, ради бога, — он ловко подхватил меня под руку и повлек вглубь помещения мимо странной конструкции, напоминавшей трактирную стойку, только из очень светлого дерева, возле которой, собственно, и продолжался циркус с рыданиями и вскриками. — Извините… но, похоже, у нас только что уволилась работница, и возникли некоторые затруднения. Понимаете, только открылись… еще столько организационных дел, молодая девушка не справилась с обязанностями офис-менеджера, к тому же ей пришлось совмещать с регистратурой, и…

«Переведи, — с интересом попросила я примолкшую под впечатлением Шуру. — Я примерно половину слов не поняла».

«Да что непонятного, девица не справилась с новым большим хозяйством и с ведением документации, — вздохнула Лампочка. — С непривычки это трудно может быть. Причем судя по составу зрителей и участников, а также по крикам этой девочки, врачи здесь в основном мужчины, и они ее еще и потроллили как следует, когда она начала путаться. Ну вот, результат».

«Что они с ней сделали?! — ошалело переспросила я, заходя вслед за лекарем в небольшую комнату с кушеткой, столом и компьютером. — По… что?!»