Эпилог

— Ну и во-от… нет, мам, до лета не приедем, мне в феврале рожать, о чем ты вообще, — я машинально погладила округлившийся животик и откинулась на мягкую спинку компьютерного кресла. Этот «трон» за мою стойку ресепшена приволок лично Громовержец, с рыками про «если женщина хочет развлекаться на работе во время беременности — подите все вон и обеспечьте ей условия!». Кресло как раз было одним из условий — суперудобное, супермягкое в каких-то нужных местах, с регулируемым… всем, включая подставки для ног. Мне кажется, я в нем и спать смогу и даже рожать, при желании. Тем более банда наемников, то есть команда Кейдана, после прохода из другого мира в этот за тридцать лет остепенилась и выучилась на отличных лекарей, роды принять смогут.

— А что Виктор? Почему ты все время о нем спрашиваешь, мам, что за странный интерес? Нездоровый какой-то. Да, я так считаю, нездоровый, — мобильник у уха ощутимо нагрелся от маминого неудовольствия, но с некоторых пор ее дочка-мямля научилась так строить родню даже за тысячу километров по телефону, что сильно возмущаться она не рискнула. Брату на меня жаловаться стало бесполезно, опять же, он как-то попробовал позвонить и наехать за то, как я с матерью разговариваю, да как себя веду, — что люди скажут. Ну, я и сама себя в обиду не дала, а потом трубку забрал мой муж и так… поговорил с новым родственником, что они теперь на него (и на меня с детьми заодно) косо посмотреть боятся. Уважают.

— Ну ладно, удовлетворю твое любопытство. Суды по разделу имущества идут, и нет, я не собираюсь быть совестливой коровой и оставить своих сыновей без той доли имущества, что им принадлежит по закону, даже несмотря на то, что денег нам и без Витечкиных подачек на все хватает. У каждого будет своя квартира и деньги на обучение, когда школу закончат, — это минимум, что такой никудышный отец обязан им дать. Мне самой на хрен от него ни копейки не надо, а вот сыновьям он обязан. И пикнуть теперь боится, чтоб с работы не вылететь, я-то не постесняюсь скандал устроить во всех соцсетях и везде. Мамуля его притворяется ветошью и не отсвечивает.

Ага, после очередных зеленых бородавок на лысой голове она в мою сторону даже дышать боится. И сыночку придерживает, хотя тот и сам стал в коленках слаб со мной тягаться.

— Да, я так считаю. Да, мама, я стала бессовестной, ты совершенно права. Достаточно того, что я больше десяти лет пахала на эту семейку без выходных и проходных, как раб на галерах, пока этот умник задом кресла в офисе проминал. И втихую от жены деньги по счетам прятал, дома на море покупал и любовниц туда таскал. Да, мама, я такая злая. Ага, я помню, какая была милая девочка, да, каждый встречный не стеснялся сесть верхом и ножки свесить, да еще при этом морду скорчить такую, как будто одолжение мне делает. Нет, токсикоза у меня нет, я отлично переношу беременность и не поэтому озверела.

Я переложила телефон в другую руку и цапнула из вазочки на стойке румяное яблочко. Ох, будет моя дочка фруктоедкой, всю беременность смотреть на мясо не могу, только разные экзотические и не очень плоды нам подавай. Похудела даже, несмотря на растущий живот. Но в меру.

— Мам, тебе действительно хочется и дальше на эту тему общаться? Может, о чем-нибудь более приятном поговорим? Что? Ну вот и умница. Да, уже точно известно, девочка будет. Да, мамуль, наша принцесса. Мальчишки? Да ждут не дождутся, Пашка вообще горит энтузиазмом, да. Антон слегка настороженно отнесся к новости, но быстро привык и строит из себя заранее солидного старшего брата. Но в целом им особо-то некогда раздумывать на эту тему. Ну сама же знаешь, школа, секции, Пашка в художественную школу пошел, ему там дико нравится.

Мама в телефоне какое-то время умиленно кудахтала о внуках, а потом снова начала допрос с пристрастием. Что поделать, возраст, воспитание, вбитые с детства установки — ее уже не изменить. Но научить некоторым новым правилам оказалось вполне реально.

— Ну да, и Александр с ними очень много занимается, дети, по-моему, скоро жить переедут к нам в медцентр. С ними тут все наши мужики носятся, ну они и… Еще бы, пацанам только дай в мужские игрушки поиграть — то на стрельбище с командой, то на мотогонки — слава богу, только как зрители, — то на картинг, то в спортзал учиться «приемчикам». Да Виктор отродясь столько с детьми времени не проводил! Так что если Тошка сначала немного дичился, то потом быстро про свою ревность забыл, это мне впору ревновать: беременную маму в кресло посадили, яблочко принесли и умотали по своим интересным мужским делам. Да, представляешь!

Мамуля у меня упорная, скоро опять на прежнюю тему свернула, и я решила, что на сегодня общение пора заканчивать.

— Нет, с Виктором и его матерью сыновья общаться не хотят. Ну, знаешь! После того как его новая грымза нас чуть не убила, пусть спасибо скажет, что в его сторону не плюют! Ничего, подлечит простатит и снова женится, не дай бог, конечно, такое сокровище любой другой женщине. Но бывают и на подобное любительницы, вроде недоброй памяти Вики, которая и его, и свекровь сожрет и не подавится. Так им с мамашей и надо. Все, мам, ну не хочу больше о них разговаривать! Поведай-ка лучше, что доктор сказал на последнем осмотре. Ты дневник давления ведешь, как он велел? Я тебе дам «забыла»! Сейчас перезвоню Егору и шею ему намылю — какого пердимонокля за тобой не смотрит нормально? Сын родной!

Уф-ф-ф-ф! Полтора часа как не бывало, весь обеденный перерыв. Но зато дочерние обязанности на неделю вперед выполнены — мама там у себя по ту сторону телефонной связи отвалилась сытая впечатлениями. Ей теперь есть о чем посудачить с соседками, похвастаться и пожаловаться, полный набор. Дочка-то чего учудила! Но зато… короче, разговоров хватит ровно на неделю, потом опять позвонит.

Под столом завозились и пискнули, я чуть откатилась в кресле назад и строго шикнула, заглянув в полутьму:

— А ну тихо! Что опять не поделили?! Гриша, батареек больше не дам до вечера, если будешь Квазю обижать!

Ага, эти две живности таки прижились у нас окончательно. Со временем и после долгих дебатов было решено придать обоим облик кота и кошки — чтобы не вызывать лишних подозрений. Ничего так котики вышли, почти как настоящие — пушистые и пакостные. Кейдан, посмотрев в жаждущие глаза Антона, даже перепривязал барабашку к нему — подарил. Счастью не было предела, собственно, после такого подарка старшенький как раз и смирился окончательно с тем, что у мамы появился новый муж и мы таки будем жить вместе. В его доме, который даже круче папиного, там даже спортзал для занятий боевыми искусствами в подвале есть! И бассейн!

Вот только пока суперзанятые сыночки где-то шлендрают, живность свою они мне подбрасывают. Формально — чтобы те меня охраняли и помогали, а на самом деле — чтобы я за ними присмотрела. А то как маленькие детки — то дружба меж них до гроба, то дерутся, только розовая и белая шерсть клочьями во все стороны летит. А Пашка с Тошкой только хихикают и чуть что — зовут доброго доктора.

Вообще Кейдан очень грамотно выстроил отношения с моими сыновьями, я даже не ожидала. И вполне спокойно считает их своими. Да-да, мало ли какой спермодонор по ошибке мимо пробегал, пока он меня не нашел. На «твои дети — мои дети» это никак не повлияло.

Эх, как вспомню… дурдом после наезда тот еще творился. А как я впервые пришла в медцентр не как Шурочка, а как Шивон?! Парни из команды Кейдана тогда меня чуть не задушили в объятиях от радости! Они подозревали кое-что после моего появления и такого явного интереса командира, но уверены не были.

Когда первая радость схлынула, мне еще пришлось с каждым отдельно разговаривать — все ловили момент и приходили каяться-виниться, как они поверили в мое предательство. Вот дурни! Это когда было вообще?! В прошлой жизни!

Пришлось мозги вправлять. Кому улыбкой, кому поплакаться в жилетку, а кому и подзатыльник дать. Чтобы дурью не маялся.

Эти идиоты, простигосподи, все тридцать лет тут почти монахами жили — не считали себя вправе семью заводить, пока командир меня не нашел. Ну, то есть сначала им просто не до того было — новый мир, новые тела, новая память, магия, выживание, бардак и кошмар. А как все наладилось — так у мужиков крыша поехала на командной солидарности.

Теперь же они чуть ли не бегом кинулись устраивать личную жизнь. Чую, скоро кресел для беременных здесь станет много…

Кстати, насчет магии — нам еще только предстоит понять, что она в этом мире и как работает, и при чем тут электричество. Не на один десяток лет работы и исследований. Других-то магов ребята за столько лет так и не встретили. Зато с помощью своих способностей такие связи в самых верхах заимели, что теперь можно вообще ни о чем не беспокоиться.

— А ну тихо, я сказала! Сейчас по разным углам рассажу! — в очередной раз шикнула я на снова что-то не поделивших тварюшек под своим столом и встала, чтобы размять спину. Сейчас пойдут пациенты, обеденный перерыв, на который парни стараются не назначать прием, уже закончился. Жизнь продолжается.

************

— Ма-ам? А чего она такая… ну, такая… — слегка опасливо спросил Павел, заглянув под чепчик и оценив сморщенное красное личико сестренки.

— Страшненькая? — засмеялась я, с нежностью поправляя одеяло на новорожденной. — Потому что только сегодня родилась. Это очень трудное занятие — рождаться, вот и переутомилась, ничего, через пару дней будет красотка.

— Много вы понимаете в женской красоте! — возмутился все еще бледный и страшно усталый после всех волнений Кейдан, которого не пускали в роддом всей командой, чтобы он там никого из врачей случайно не убил, если я при схватках закричу. — Она красавица! Самая красивая девочка в мире! Светлячок маленький, принцесса…

Кей с такой нежностью смотрел на дочку, так бережно перехватил крошечный сверток у меня из рук и прижал к себе, что у меня дыхание на секунду остановилось.

— Светлячок — ей подходит, — авторитетно заявил Антон, тоже разглядывая нового члена семьи. — Мелкая, лапки тонкие, на жучка похожа. Давайте ее Светлана назовем? Красивое имя.

— Сам ты на жучка похож, — обиделся за сестру Павел. — Но Светлана и правда красивое имя. Мне нравится. Я ее нарисую сейчас и подпишу! Будет самый ранний портрет!

Мы с Кейданом переглянулись и одновременно кивнули, улыбнувшись. Светлана… Светлячок.

— Рисовать в палате, наверное, не самое удачное занятие, но ты по памяти, хорошо? — я отобрала ребенка у мужа, потому что новорожденная начала крутить головкой и недовольно причмокивать крошечными пухлыми губками. — Проголодалась, козявушка. Сейчас покормлю, сейчас, вот ведь! Вся в папу, такая же нетерпеливая и упертая!

Кейдан хмыкнул и явно что-то хотел сказать про «нетерпеливость и упертость» как наследственные качества со стороны обоих родителей, но тут Светлячок окончательно потеряла терпение и завопила, требуя грудь. А чтобы подтвердить свое заявление, наша новорожденная доченька напряглась и… выдала маленькую фиолетово-белую молнию, искоркой пробежавшую по кружевному краю конверта.

— Оппа! — сказал Антон, когда мы все слегка опомнились, а возмущенная малявка уже присосалась к моей груди. — Еще одна волшебница? Ну все-е, родители, теперь не отвертитесь! Я давно понял, вы что-то недоговариваете! И с обучением магии все тянете! Теперь все расскажете! И научите!

— М-да, — Кейдан забавным жестом почесал в затылке и посмотрел на меня озабоченно. Но потом улыбнулся и пожал плечами. — Зато сила какая! Уже в пеленках!

— Да-да, — задумчиво подтвердила я, спихивая со своего одеяла пригревшегося там котика Гришу. Они с Квазимордой сюда в обход всех правил просочились, сущности энергетические, очень им любопытна была почему-то моя доченька. Теперь понятно, кстати, почему. — Бело-фиолетовая молния… Классификацию по цвету силы помнишь? Молодцы мы с тобой, муж, что сказать.

И мысленно добавила:

«Этому миру только урожденной некромантки не хватало для полного счастья. Конечно, еще до зачатия побывать за гранью — это даром не проходит. Ну, теперь скучать точно будет некогда! Светка, ты еще дашь тут всем прикурить! А и правильно. Так держать, дочь!»

Конец