Глава 17. Истинная пара

Лора смотрела на мерцающий экран телефона.

— Что там? — спросил Окай.

— Макс пишет, что все хорошо, — ответила она, — Наверно только вышел из особняка. Долго же они его держали.

И покосилась на часы. Почти одиннадцать.

— А ты уверена, что это он? Может, позвонишь, убедишься? Мало ли, — с сомнением сказал оборотень.

— Уверена, — ответила девушка, — Он меня занозой назвал, больше бы никто не догадался. Просто устал, скорее всего, разговаривать. Домой приедет — сам позвонит, вот увидишь.

Лора уставилась невидящими глазами на игровое поле монополии. В голове проносились безрадостные мысли. До вторника теперь его ждать, так долго! А там ведь будет церемония, не пообщаться, а на ночь скажет опасно оставаться, когда же это все кончится. На глаза навернулись непрошеные слезы. Гормоны еще эти беременные, черт бы их побрал, со злостью подумала Лин. Вчера разревелась от того, что Окай яйца на завтрак не оставил. Бедный волчара чуть их обратно не выплюнул.

— ЭЭй, что опять глаза на мокром месте??? — подал испуганный голос Окай, — Только не говори, что от счастья, что жив твой муженек.

— Неет, — она неженственно шмыгнула носом, — Просто Макс пишет, что завтра не приедет, не знаю почему.

Окай только хмыкнул. Он подозревал, что Родэна ангажировала вампирша на следующий вечер, но вслух такое Лин конечно никогда бы не озвучил.

— Что, пойдешь грустить? Доигрывать не будем? — с легкой надеждой в голосе поинтересовался оборотень, с тоской поглядывая на свое плачевное положение в монополии. Лора его сейчас разделает под орех. Да уж, магнатом ему явно не стать.

— Нет уж, — хихикнула Лин, — Мне нужен мальчик для битья, и сегодня по счастливой случайности это будешь ты.

— Очень счастливой, ничего не скажешь, — грустно вторил Окай, но спорить не стал. Ну, кто в своем уме будет возражать расстроенной беременной женщине.

Единственный плюс нынешней плаксивости Лин был в том, что слезы исчезали так же внезапно, как и появлялись, и сама она потом только смеялась над своей излишней эмоциональной нестабильностью, слегка смущенно разводя руками.

Вот и сейчас, Лора уже взяла себя в руки и хитро поглядывала на Окая, делая следующий ход, не в силах скрыть победную улыбку, ощущая, что ее триумф уже близок. Оборотень откинулся на диване, расслаблено следя за своей соперницей. Такая… уютная…милая. Сначала он искренне удивлялся, и что Родэн нашел в этой пигалице, да симпатичная, но тот был принц в конце концов, явно мог себе любую красавицу позволить.

Но прошла буквально неделя вместе, и Окай чувствовал, как образ Лин начинает словно яд проникать под кожу, ненавязчиво, но от этого еще более неотвратимо. Оборотень не был в нее влюблен, но непрошеные мысли крутились в голове все чаще. Слишком близко девушка все время находилась. Вот убрала завиток за ухо быстрым движением, прикусила губу, улыбнулась ему, подгибая под себя ноги, забираясь полностью в кресло. Она это не специально делает, он понимал. Но от этого ее природное очарование было только действенней. Взгляд невольно скользнул в V-образный вырез футболки, когда она потянулась за карточкой. Окай тряхнул головой, высочество его убьет, если заметит. Надо срочно с Кирой мириться, а то после того, как он ее у дерева одну оставил, волчица перестала проявлять благосклонность, может все из-за этого. Целибат ему всегда давался тяжело.

— Скажи, — немного хрипло спросил оборотень, — А как у вас вообще с Родэном все получилось?

Лора подняла на него удивленные глаза:

— Я была рабыней у его дяди, он там часто бывал… по-моему все очевидно, — она слегка покраснела.

— Нет, я не про это, что прямо сразу взял и влюбился? — почему-то Окаю очень захотелось это знать, казалось он уже понял, какой будет ответ, но хотел утвердиться в своих догадках.

— Нееет, — протянула Лора, засмеявшись, — Ты о чем вообще? Ты Родэна видел? Это же ходячий набор правил по любому поводу. Он принц, а я какая-то рабыня. Какое-то время он даже не опускался до того, чтобы со мной разговаривать.

Лин улыбнулась своим воспоминаниям и продолжила тише, смотря куда-то сквозь Окая:

— Он мне сразу очень понравился, но тяжело себе в этом признаться, когда на тебя постоянно смотрят, как на пустое место. Но потом, все как-то само собой произошло. Он говорит, что вдруг понял, что не может… — она взглянула мужчине прямо в глаза и совсем тихо договорила, — …не любить.

— Я почему-то так все и представлял, — нахмурился вождь, потом сказал резче, чем хотелось бы, — Знаешь, Лора, не будем мы доигрывать. Иди к себе и жди звонка от своего мужа. Я обязан тебя охранять, а не развлекать. Поверь, это лишнее.

Девушка удивленно захлопала глазами, следя за поднимающимся с дивана Окаем.

— Да ты просто проиграть боишься, — фыркнула она.

— Да, Лин, ты права, этой игры я побаиваюсь, иди спать.

Лоре ничего не оставалось, как послушаться. Она ничего не понимала. И что на оборотня нашло, отлично же сидели. Полнолуние?

***

Макс подъехал к заднему входу концерт холла и отдал ключи парковщику. Позавчера состоялся разговор с Якубом, великий князь принял его условия. Они договорились взять по одному вампиру из каждого клана, это двадцать семь выбранных воинов, остальные двадцать три места займет клан верховного лорда. Договоры о своей неприкосновенности, а так же всей его семьи, Макс составил очень тщательно. Благо он уже не раз видел такие и знал, на что нужно обратить внимание. Чтобы не случилось, теперь никто из вампиров не сможет тронуть его и его род, а так же мстить каким-либо иным способом. Не смогут, когда подпишут. Но пока не подписали. Договоры только были разосланы им вчера. Даже Окропин сказал, что будет последним, кто поставит свой росчерк.

Значит, все-таки еще надеется добраться до Лоры сам. Вчера Макс приказал Окаю взять молодых волков из стаи и сопровождать их с Лин второй машиной. Они все равно просто так целый день по округе катаются, а тут хоть польза будет. Одного Окая все-таки слишком легко убить, можно просто застрелить посреди бела дня. Даже сам Макс бы так сделал. Что уж говорить о вампирах. Ему хотелось запретить Лоре вообще покидать деревню, и сейчас он подготовил целую речь, постоянно мысленно прокручивая ее в голове. У нее еще неделя съемок. Ладно, туда пускай съездит и все. Потом надо будет лишь месяц потерпеть.

Макс вошел внутрь, показав пропуск, и направился в зал.

Еще издалека заметил широкие плечи Окая, облаченного в кои-то веки в строгий костюм. Выглядело это забавно, будто Халка нарядили, да и чувствовал он себя, судя по всему, так же.

— Привет, — Макс протянул руку, широко улыбаясь, не в силах перестать разглядывать его, — Выглядишь почти как…человек.

— Не смешно, — буркнул Окай, — И как ты это носишь. Словно в носок засунули.

— Это ты еще доспехи на турниры не мерил, там как- будто в кастрюле, причем если солнце припекает, думаешь, что сейчас реально в собственном поту сваришься.

Макс сел на свое место, было еще полчаса до начала и все вокруг вальяжно расхаживали, целуясь и здороваясь.

— А где Лора? — спросил он.

— Вон она с менеджером своим и еще кем-то, — Окай ткнул пальцем в группку, стоящую у сцены. Лин уже была в концертном платье, на этот раз в пол, с глубоким вырезом на спине, доходящим до ямочек на пояснице. Макс глубоко вздохнул, смиряясь. Ну, зато с воротом под горло, философски заметил он.

Она оглянулась на них и послала Родэну воздушный поцелуй. Он помахал ей.

— Привет, Макс! Это что ли твоя рабыня? — раздался сзади бархатистый голос. Родэн на секунду замер, он видел, как пристально на него смотрит Лин, но ничего не поделаешь. Принц встал и повернулся к Дите, чтобы поприветствовать ее. Та, не церемонясь, резко притянула его к себе и впилась в губы страстным поцелуем. Окай закашлялся.

— Родэн, может, познакомишь с дамой? — пробасил он.

Макс с трудом смог высвободиться из цепких объятий.

— Да, конечно, Окай, вождь племени Северного волка, рад представить тебе княжну Диту Окропину, — сказал, стирая кровь с лица. Опять укусила, ну сколько можно. У него на нижней губе скоро незаживающая язва будет.

В сторону Лоры Родэн даже боялся поворачиваться, у него и так было ощущение, что спина словно огнем горит от пронзающего взгляда. И откуда тут только эта Окропина взялась. Даже оборотень и тот осуждающе косится, но правда быстро отвлекся, полностью переключившись на Диту.

— Какая красивая кровопийца тебе досталась, Родэн, — прорычал он, медленно ощупывая жарким взглядом статную фигуру в облегающем вечернем платье.

— Не слишком ли нагло смотришь, волчонок, — вскинула бровь девушка, — Не боишься, что шерстку прорежу?

— Я бы с удовольствием, мой сладкий комарик, заодно и тебе крылышки пообломаю- Макс с удивлением заметил, как на лице Окая проступают звериные черты. За все это время он еще ни разу при нем свою суть не демонстрировал. Но Дита только снисходительно улыбалась, дразня волка.

— Я тебе не по зубам, щеночек. Я княжна, дочь верховного лорда, а ты наверно всю жизнь в вонючей палатке провел, — она нагнулась к нему очень близко, смотря в золотистые глаза в сантиметре от ее лица.

Окай оскалился, а потом резко клацнул зубами у вздернутого носика, так что девушка невольно испуганно отпрыгнула.

— А говоришь не по зубам, — захохотал он.

Дита лишь презрительно фыркнула, поправляя выбившийся из прически локон.

— Родэн, у меня к тебе дело, пойдем? — повернулась к Максу, всем своим видом показывая, что волка для нее больше не существует.

— Это не потерпит? — спросил Макс безучастным голосом.

— Нет, пойдем же, — она даже носочком туфельки застучала от нетерпения.

— Ладно, — вздохнул Макс, про себя думая, ну все, скандал с Лин обеспечен. Прощай, счастливый семейный вечер, — Сейчас догоню. Мне нужно кое-что сказать Окаю.

Дита кинула последний испепеляющий взгляд на оборотня, и, виляя крутыми бедрами, удалилась.

Макс наконец повернулся в ту сторону, где стояла Лора, но ее уже не было.

— Она ушла за сцену, Родэн, я тоже сейчас за ней пойду, раз уж тут вампиры ошиваются, — сказал Окай.

— Пожалуйста, объясни ей, я сегодня наверно не смогу с ней вечер провести здесь, но я приду сегодня ночью или завтра утром. Просто объясни про Диту. Хорошо?

— Ну, я конечно скажу, но вообще мне свахой быть не с руки, Макс, больше ко мне с такими просьбами не обращайся, — оборотень нахмурился, но потом вдруг просиял, — И за это ты будешь мне кое-что должен.

Родэн только бровь вопросительно приподнял, ожидая.

— Скинь мне телефон вампирши твоей…Шикарная! Я таких куколок наверно вообще никогда не видел.

Макс с сомнением смотрел на оборотня:

— Да пожалуйста, но, по-моему, ты ее не слишком впечатлил. И разве ваши виды не ненавидят друг друга?

— Ничего ты не понимаешь, высочество, в нелюдских брачных играх, — ухмыльнулся Окай, положив руку ему на плечо, — Я ее впечатлил, поверь, и ненависть никогда не мешала нам скажем так… иногда ненавидеть друг друга на очень близком расстоянии.

***

Макс подъезжал на такси к деревне оборотней, внутренне готовясь к тому, чтобы безропотно выслушать о себе много интересного. Главное, самому не вспылить, обычно он с трудом переносил нападки Лоры. Мог снести любые гадости от кого угодно, стоя с безучастным видом, но только не от неё. Очень неудобно.

Подумав, набрал Окаю. Хотя вождь еще спит наверно. Было семь часов утра.

Привет. Как обстановка?

Экран тут же замигал.

Как-как…Введено военное положение. Когда явишься на переговоры?

Макс усмехнулся. С оборотнем ему все-таки повезло.

Буду через десять минут. С актом о полной капитуляции.

Через секунду пришло.

Уже ухожу. У тебя три часа.

Ну, надо же, какой понятливый, даже намекать не пришлось. Машина затормозила у гостиницы. Родэн расплатился и вышел.

***

Макс только занес руку над дверью, чтобы постучать, как она открылась сама и на пороге появился выходящий Окай.

— О, а вот и наш нашкодивший котенок пожаловал, — протянул он, ухмыляясь, — Что, готов получить ссаной тряпкой за использование чужого лоточка?

— Тебе бы сказки писать, — скривился Макс, слегка оттолкнув индейца и заходя внутрь, — Метафоры — огонь.

Скользнув по комнате, глаза сразу остановились на Лоре. Она с безразличным видом наблюдала за ними, попивая кофе. Под ее ничего не выражающим арктическим взглядом Родэн и правда почувствовал себя провинившимся щенком. Так, в конце концов, он ничего такого не сделал. Макс тряхнул головой, пытаясь сбросить напряжение, и сел напротив Лин.

— Что ж, детки, развлекайтесь, — помахал Окай, исчезая в дверном проёме, — У тебя три часа, высочество!

— Лора, — начал Макс, нервно забарабанив пальцами по столу, — Извини за вчерашний вечер. Я понимаю, что звучит по-идиотски, но это не то, что ты подумала.

Девушка только бровь приподняла:

— И что же я, по-твоему, подумала, Родэн?

Молодой человек вздохнул:

— Я с ней не целовался.

Лин, не выдержав, прыснула со смеху:

— Ну это уже верх наглости даже для тебя, Макс. Ладно, давай свою версию. Заинтриговал.

— Она меня просто укусила. Дита — вампир, ей нравится моя кровь, а не я. Я для нее всего лишь разгуливающий графин с любимым напитком, понимаешь? Даже если бы я был девяностолетней старушкой, она бы сделала так же.

— Но ты не старушка, Родэн, — холодно возразила Лора, — Да и она не убогий дяденька. И выглядело это как страстный поцелуй, а не поход на водопой. Что ж ты к ее отцу не пристаешь, а доченьку выбрал? Компенсируешь потерю крови ощупыванием пышного бюста?

— То есть вид целующего меня великого князя тебя бы больше устроил? — Макс невольно усмехнулся, — Да и какого бюста, Лин! Она же настоящий ходячий труп, живущий только за счет магии и крови. Я, чтобы к ней лишний раз не приближаться, каждый день себя шприцами обкалываю. И, слава богу, этого хватает для того, чтобы все закончилось на этих чертовых укусах при встрече. У меня уже ранки на губе не заживают из-за нее.

— Покажи, — вдруг заинтересовалась Лора.

Родэн с готовностью продемонстрировал два следа с кровоподтеками от укусов на слизистой, хитро косясь на хмурящуюся Лин. Женщины такие женщины. Всего-то стоило дать Лоре повод его пожалеть, как взгляд моментально смягчился, а рука нежно погладила плечо.

— Извращенка какая-то, — вынесла вердикт Лин, — Болит?

Ну на самом деле не особо, но Макс скорбно кивнул.

Лора пристально посмотрела на него, надо бы продолжить злиться для профилактики, но у нее уже никак не получалось, только неприятное ощущение осталось от того, что сразу все не рассказал.

— А ты что такой потный, Родэн, и в спортивном, словно прибежал сюда, а не на машине приехал? — перевела разговор она.

— Практически так и есть, — Макс обезоруживающе улыбнулся, — Они за мной следят, так что я вышел на пробежку в шесть утра и пришлось прилично так поноситься по парку, чтобы выйти с другой стороны и вызвать такси. Очень к тебе хотел, — бархатным голосом добавил он, смотря влажными глазами.

— Ну, не переигрывай, — Лора уже не могла не улыбаться, — Иди лучше в душ, пахнешь как раздевалка в дешевом спортзале. И футболку в грязное кинь.

— Слушаюсь, — просиял Макс и быстро поцеловал ее в висок, — Я прощен?

— За кровожадную мадам да, но скажи спасибо Окаю. Он тут полночи распинался, толкая оправдательную речь. А вот за то, что не сказал ничего — нет.

— Я думал так будет лучше, я бы рассказал про Диту, но накануне вашей запланированной мной встречи. Просто не знал, как ты на нее отреагируешь и не хотел, чтобы нервничала.

— Не оправдывайся, Родэн. Ты мне сам говорил, что если что-то скрываешь, значит придаешь этому значение или считаешь запретным. Иди уже.

Макс ничего не сказал и поплелся в душ. Он и так ожидал худшего, зачем спорить. Еще чуть-чуть, и Лин совсем оттает. Она в принципе не умела долго злиться.

***

Макс с наслаждением встал под струи льющейся воды, смывающие с него, казалось, не только пот, но и всю усталость, накопившуюся за последние дни. Он резко переключил на холодную, слегка дрогнув, потом опять на горячую. Лучше любого кофе.

Дверь в ванную приоткрылась, и в проеме показалась Лин, окидывающая его цепким взглядом.

— Присоединиться хочешь? — глухо спросил Макс, чувствуя, как кровь приливает к низу живота.

— Нет, проверяю, — ответила она, скользя по его телу внимательными глазами, — Окай сказал, что если бы ты с ней спал, вампирша бы тебя точно не только губу прокусила, — Лора посмотрела ему в лицо.

— Ну, знаешь ли, — раздраженно прошипел Родэн, искренне возмущенный такой подозрительностью, — А моего слова значит уже не достаточно?

— Значит не достаточно, если ты говоришь одно предложение, а умалчиваешь десять, — парировала Лин.

Макс резко вытянул руку и, схватив девушку, притянул ее к себе прямо под душ. Та только охнула от неожиданности, моментально промокнув насквозь.

— Может, ещё и ощупь проверишь? На всякий случай… — И Родэн сунул опешившей Лоре мочалку и гель для душа.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга, щурясь от попадающей в глаза воды. Макс чувствовал, как его неумолимо охватывает вожделение, вытесняя все другие мысли из головы. Так близко. Прижимается своим намокшим платьем к голому телу. Зеленые глаза смотрят в смятении. В них столько всего: обида, нерешительность, желание. Струйки воды стекают по лицу вниз, капая с подбородка прямо в ложбинку между двух нежных холмиков груди, увенчанных выступающими сквозь мокрую ткань сосками. Учащенное дыхание ласкает шею. Он застыл, ожидая. Она все равно чувствует его возбуждение, упирающееся ей прямо в живот. Ну, давай же, сделай первый шаг, крутилось у него в мозгу. Макс сильнее прижал ее к себе, ощущая жар, идущий от тела, легонько потеревшись ноющим членом об облепивший бедра хлопок. Глаза Лин заволокло дымкой, на губах заиграла чарующая улыбка:

— Хорошо, Родэн, проверю… — она выдавила душистый гель на мочалку и, едва касаясь, дразняще провела ей по мужской груди, спускаясь к животу. Макс прикрыл глаза. Боже, как приятно. Мочалка опять поднялась вверх, скользя по плечам, переходя на спину, за ней повторяла путь вторая ладошка, то поглаживая, то царапая кожу острыми ноготочками, запуская мурашки по всему телу. Ягодицы, ноги, снова вверх. Так медленно. Хотелось уже схватить девчонку и вжать в холодный кафель и одновременно умолять, чтобы не останавливалась.

Лора, обойдя Макса, снова вернулась к груди, поймала его взгляд, демонстративно облизнулась и стала опускаться вслед за поглаживающими движениями мочалки все ниже, пока не оказалась на коленях перед ним, скользя намыленной ладошкой по подрагивающему члену. Макс тяжело дышал, мечтая сейчас только о том, чтобы пальчики заменили приоткрытые губы.

Глаза девушки вдруг озорно блеснули, она резко встала и отпрыгнула к выходу.

— И правда, мой принц, больше никаких укусов нет. Я тебя прощаю, Родэн.

И хлопнула дверью. Макс ошарашено посмотрел ей вслед, потом перевел страдальческий взгляд на каменную эрекцию. Вот же маленькая стерва.

***

Окай постучал в дверь, перед тем как войти, так как стать свидетелем жаркого примирения, в котором он почти не сомневался, уж очень не хотелось. Вместо ответа Макс в одних спортивных штанах распахнул перед ним дверь, буркнул что-то типа «что, уже?» и пошел к кухонному островку, дожевывая бутерброд. Лучше бы майку накинул, кисло подумал вождь, оценив голую спину высочества, всю испещренную красными полосами от ногтей. Все равно, что в глазок подсмотреть.

— Окай, привет! — неприлично довольная Лин лучезарно ему улыбнулась, — Омлет будешь?

— И кофе, — кивнул индеец и уселся за барную стойку в ожидании своего завтрака.

— Ну, я смотрю, в раю снова солнышко засветило, — покосился он на усаживающегося напротив Родэна. Тот только оскалился во все тридцать два.

— Я кстати, вчера поинтересовался у нашей кровососущей аристократки, как она смотрит на более тесное знакомство с твоей клыкастой персоной, — сказал Макс, посматривая на Окая поверх чашки.

— Иии? — А вот это уже интересно, оборотень весь превратился в слух.

— Иии, она сказала, что большего оборванца в жизни не встречала и с удовольствием докажет тебе лично, какое ты жалкое существо. Надо сказать, у нее от предвкушения аж клыки наружу полезли… Жутковатое зрелище, по крайней мере, для меня, — Родэн хитро подмигнул, — Так что лови номер, дама ждет. Только будьте добры сильно друг друга не калечьте, вы мне еще оба понадобитесь.

Окай даже руки потер в предвкушении:

— Не переживай, высочество, у меня регенерация на грани фантастики.

И сразу что-то застрочил Дите. Макс, прищурившись, за ним наблюдал. Ну, надо же, какой поворот. Потом встал, подошел сзади к Лоре, стоящей у плиты, положил руки ей на бедра, а голову на плечо, смотря, как она переворачивает бекон.

Окай поднял на них недовольный взгляд. Ну нет, Родэн совсем охамел, это что за обнимашки на общей территории. Вот уже и на ушко ей что-то шепчет, и лапа недвусмысленно мнет филейную часть пониже спины сквозь домашние шорты. Так и без завтрака остаться можно.

Тут экран телефона замигал. Вождь расплылся в довольной улыбке. Значит, не только на улице принца сегодня будет праздник.

— Ладно, птенчики, не буду вас смущать, я пошел. Меня в другом месте покормят. Привет от тебя передать, Родэн?

— Пожалуй, нет, — усмехнулся Макс, не поднимая головы с плеча Лоры, потом уже совершенно серьезно добавил, — И будь осторожен, хорошо? Не стоит её недооценивать.

— Как и меня, высочество.

Окай залпом допил кофе и, отсалютовав, ушел.

— Что-то мне это все не нравится, — нахмурилась Лора, провожая оборотня долгим взглядом.

— Мне тоже, но это не наше дело, Лин. Окай уже взрослый мальчик, вернее волчонок.

Он прикусил ее за шею, вдыхая аромат волос, нагибая над столешницей.

— Да и вообще не до него сейчас, — горячо зашептал ей на ухо, стягивая шорты.

***

Наступило одиннадцать вечера, а Окая все не было. Максу уже нужно было возвращаться домой, чтобы не вызывать лишних подозрений, он и так провел в деревне целый день, но Родэн не мог оставить Лору одну.

Он пару раз позвонил оборотню, но абонент был недоступен. Липкий страх расползался по телу. Не хотелось думать о плохом, а отогнать тревожные мысли никак не получалось. Часов в девять они с Лин уселись у телевизора и молча смотрели невидящими глазами какой-то дурацкий комедийный сериал с бесившим закадровым смехом, постоянно раздающимся невпопад. Ожидание было невыносимо, даже говорить друг с другом не хотелось. Макс в сотый раз покосился на настенные часы.

— Я его просто убью, — прошипел он, за раздражением скрывая обуревающую его тревогу.

— Лишь бы было что убивать, родной, — тихо ответила Лин, положив голову ему на колени. Ей уже так страшно за Окая было, что плакать хотелось.

— Будет, — постарался сказать Макс как можно уверенней, перебирая золотистые пряди волос.

— Что такие унылые сидите? Совокупляться надоело? — вдруг раздался знакомый бас с порога.

Лора, взвизгнув, подлетела к вошедшему ухмыляющемуся Окаю, душа его в своих объятиях.

— Что у тебя с телефоном, клыкастый? Мы тут уже эпитафию тебе сочинять начали! — Макс сверлил его яростным взглядом, — Жену мне чуть до нервного срыва не довел, а она беременна между прочим.

— Прости, высочество, телефон сел. Но я конечно рад, что ты обо мне так печешься, — Окай смотрел на Макса каким-то странным лихорадочным, почти безумным взглядом. Родэн прищурился, да ведь его всего буквально трясло от возбуждения. Растрепанный, одежда порвана, но вроде целый, видна только пара царапин, одна длинная на скуле, глубокая, и на боку, даже майка там разодрана.

— Пойдем, Макс, поговорить надо, — сказал вождь и направился на террасу.

Принц, переглянувшись с Лорой, последовал за ним.

— Ну, как свидание? — спросил он, наблюдая за расхаживающим по кругу оборотнем.

— Отлично. И подрались и потрахались, — выдал вождь, резко останавливаясь, смотря на Родэна в упор, — Но есть одна загвоздка.

Макс молчал, ожидая продолжения.

— Ты ведь знаешь, что у нас есть такое понятие «истинная пара», — Осторожно начал оборотень.

— Конечно знаю, жутко неудобно по-моему, можно ведь и в какую-нибудь дуру влюбиться или алкоголичку, или…

— Вампиршу, — услужливо подсказал Окай.

Макс захлопал глазами, оседая на плетеное кресло, чувствуя, как нижняя челюсть пытается достигнуть пола.

— Нееет, — наконец почти жалобно протянул он, — Как это вообще возможно, вы же конкурирующие виды?

— Возможно, с людьми же возможно, так что и такое… бывает. Просто редко. Очень, — почесал затылок Окай. Если бы он сейчас не был так взволнован, то от души бы посмеялся над Родэновским выражением лица. Тот словно привидение увидел.

— И..и… и что дальше? — бедный принц даже заикаться начал, — Как это у вас по законам регулируется?

— Вот тут небольшая проблема, мой высокородный друг, — Окай уселся в соседнее кресло, — Она же сейчас, кхм, скажем так, не совсем живая. И с эмоциональным фоном у нее запутано…

— Другими словами, она к тебе ничего не чувствует, — подытожил Родэн.

— Не то, чтобы совсем ничего, — обиженно поправил Окай, — но гораздо меньше, чем могла бы. Я могу превратить ее в волка- полукровку без способности к полному обращению, но она должна сама на это согласиться. Иначе я ее просто убью. Стая конечно ее не сразу примет, но…лет так через пять возможно смирятся…

Макс вдруг расхохотался.

— Прости, друг, но правильно ли я понял, что ты планируешь уговорить вампиршу- княжну, всю свою долгую жизнь кушающую из золотых тарелок, отказаться от бессмертия и добровольно превратиться в недоволка, а потом пойти жить в вигвам к стае, которая будет ее презирать? Ах да, забыл, при этом ей еще на тебя по большому счету плевать.

Окай смерил его тяжелым взглядом, но потом сам невольно засмеялся.

— Как-то ты очень грубо сформулировал, но по сути да.

— Очень хочется пожелать тебе удачи, но почему-то язык не поворачивается, — задумчиво произнес Родэн, — Окай, она же жестокая, избалованная, самовлюбленная…

— Поаккуратней, высочество, ты о моей будущей жене говоришь, — моментально ощетинился оборотень.

— Все, молчу!