ГЛАВА 6

Максим

Отдых, который должен был стать для меня приятным высокооплачиваем развлечением, превратился в ад. Реальный, жаркий, мучительный ад! Всю гребаную неделю я считал дни до ее завершения. Каждый день мне казался вечностью. Все о чем я мог думать — это синеглазка. Эта маленькая соблазнительная, порой дерзкая, девочка въелась мне в голову и никак не хотела из нее уходить. Сам не понимаю, что со мной творится, но, когда Анна рядом, я ловлю себя на том, что не свожу с нее глаз, подмечая каждую деталь. И мне нравится все, что я вижу. Нравится, как она ест, постоянно облизывая губы, когда эта девочка пачкает пальчик, она тоже его облизывает, и этот чертов жест будит во мне ураган эмоций. Мне безумно нравится наблюдать, как она читает, лежа на шезлонге, попивая свой коктейль. Если бы не Елена, то я бы, наверное, наблюдал за ней часами, поедая глазами. У Ани красивые ноги. Нет, они идеальны, настолько, что я пошло представляю их на своих плечах. У нее шикарная фигура, нежная кожа, и красивая грудь. А милые розовые губы просто сводят меня с ума, и я готов продать душу дьяволу только за то, чтобы узнать, какие они на вкус. Кажется, я в полном неадеквате, веду себя как влюбленный школьник, украдкой наблюдая за понравившейся девочкой.

Меня никогда не раздражали клиентки. Каждая из них мне по-своему нравилась. К каждой моей женщине у меня был свой подход, в каждой я находил свою прелесть и вживался в роль любовника. Скажу больше, когда Алла на месяц улетала по работе в другой город, я скучал по ней, настолько, что прилетел к ней сам, устроив сюрприз, который она, кстати, потом щедро оплатила, на что я и рассчитывал. А в эту неделю ловил себя на мысли, что меня раздражает Елена. Меня бесит ее внимание и то, что она, не стесняясь дочери, откровенно меня трогает. Ужасно злил тот факт, что она потащила меня в постель через несколько часов после того, как ее дочь чуть не утонула. Нюта спала под действием лекарств, а я как одержимый трахал ее мать. Я имел Елену, вкладывая в наш секс всю злость, а этой сучке нравилось, она вновь вопила на весь дом и просила еще. Я почти унижал ее, ставя на колени, а она только еще больше заводилась и полночи расхваливала меня как любовника. Когда в тот день Елена наконец уснула, я оставил ее и около часа пялился на ее сладко спящую дочь, ощущая себя полным извращенцем. Вспоминал, насколько девочка испугалась, ее чистые слезы и все, что я хотел в эту ночь, это лечь с ней рядом, прижать к себе вдыхая сладкий запах малины и просто уснуть. Только вот я провонялся развратом, а она — чистотой. Мы как две параллельные — никогда не пересечемся. И от этой мысли становилось хреново. Каждый день видеть эту девушку и понимать, что между нами пропасть. Вот и нашелся огромный минус в моей работе, а раньше я не находил в ней недостатков.

Когда мы наконец прилетели домой, я уже твердо решил, что больше не буду встречаться с Еленой. Я просто не вынесу встреч с синеглазкой, да и сама Лена меня теперь больше отталкивает, чем привлекает. Я чертовски устал изображать, что она мне безумно нравится.

— После такого отдыха, нужен еще один отдых, — смеется Елена, когда мы проходим на стоянку такси. Улыбаюсь ей в ответ, а сам краем глаза посматриваю на Аню. Девушка, игнорирует нас и быстро садится в машину. — На следующей неделе у меня много работы, рабочие поездки, но, думаю, я обязательно освобожу пару вечеров для наших встреч. К хорошему быстро привыкаешь, — Лена водит пальцем по моему плечу, а я еле держусь, чтобы не сбросить ее руку. Кажется, именно сейчас мое терпение заканчивается.

— На следующей неделе я буду занят, плотный график. Свяжись с Аленой, — не в моих правилах намекать женщине на других клиенткок, все это делает Алена, а я создаю для них иллюзию отношений. Но сейчас я намеренно готовлю ее к тому, что мы больше не встретимся.

— Ясно, — недовольно фыркает Елена. — Похоже, тебе тоже нужно отдохнуть, — я молча открываю для нее дверь, помогаю сесть в машину, а сам в последний раз осматриваю Нюту и очень надеюсь, что мы больше не увидимся. Иначе я не выдержу, плюну на все и сделаю девочку своей. А это будет полная утопия. Она никогда не поймет моего образа жизни, а я вряд ли изменюсь.

Когда такси с Еленой и Анной скрылось из виду, меня словно отпустило. Казалось, всю неделю я находился в эмоциональном напряжении. Сам сел в такси, быстро добрался до своей квартиры. Отправил сообщение Алене о том, что прилетел, выключил к черту телефон и упал на кровать. Хотелось заснуть и забыться, но не хрена не получалось. Закрываю глаза и вновь вижу синеглазку. Я не хочу, но мое воображение, само, не спрашивая меня, рисует ее образ. Кажется, я запомнил все ее жесты и привычки. Через какое-то время получается уснуть и мне, естественно, снится море, белый песок и красивая синеглазая девочка. В моем сне между нами нет преград, мы вместе и это так естественно. Я обнимаю Анну сзади, обвивают ее талию, прижимая к себе, вожу носом по ее мягким волосам, вдыхая такой нежный, тонкий малиновый запах. Говорят, во сне невозможно чувствовать запахов и прикосновений, а я ощущаю. Все настолько реалистично, что после пробуждения я еще минут пять думаю, что все это было по-настоящему. Губы. Мне, черт побери, не дают покоя ее губы! Я маниакально хочу знать какие они на вкус….

Твою мать! Да что со мной творится?! Переворачиваюсь на живот, зарываюсь в подушки, уже понимая, что не смогу просто так забыть эту девушку. Беру телефон, включаю его, и тут же получаю сообщение о пропущенном звонке от Алены. Встаю с кровати, иду в ванную, на ходу набирая ее номер.

— Привет, как там моя малышка? — переключаю вызов на громкую связь, оставляя телефон на раковине.

— Да все в порядке с твоей машиной. Я с нее пылинки сдувала, — усмехается Алена. — Елена звонила, она в восторге, деньги уже на твоем счету.

— Хорошо, — медленно раздеваюсь, рассматривая свою унылую физиономию в зеркало. — Я больше не буду обслуживать Елену.

— А что случилось? — в недоумении спрашивает Алена. — Ей все понравилось, она хочет тебя надолго.

— Я, бл*дь, в курсе что ей понравилось. Все деньги я отработал! Но с ней больше работать не буду! — не знаю, какого хрена я повышаю голос и злюсь на Алену. Она не виновата, что мои тараканы взбунтовались. — Договор мы подписывали только о неразглашении.

— Ну хорошо, а причина?

— Скажем так, по личным обстоятельствам.

— Макс? Что за хрень ты несешь? Тебе же понравилась ваша первая встреча, что такого случилось на отдыхе?

— Ничего. Можно меня не допрашивать? Она просто мне не подходит.

— Ну хорошо, была бы эта посторонняя клиентка, можно было не объяснять причин. Но она моя знакомая, и мне нужно будет дать ей ответ, почему ты не будешь с ней.

— Скажи ей, что у меня больше не стоит, — усмехаюсь я.

— Макс, я серьезно!

— Я, бл*дь, тоже! Ты же умная женщина, придумай что-нибудь, предложи ей Германа. Он не откажется, а ей нет разницы, кто ее будет ублажать.

— Странно это все… Хорошо. Завтра в восемь тебя ждет Татьяна. И Алла несколько раз звонила.

— Без проблем, Алле я сейчас сам перезвоню, — скидываю звонок и иду в душ. Долго стою под прохладной водой, пытаясь прийти в себя и разобраться с навязчивыми мыслями. Выхожу из душа, бреюсь, привожу себя в порядок и набираю Аллу.

— Ого, кого я слышу, неужели ты вспомнил обо мне? — подкалывает меня Алла.

— Тебя невозможно забыть, — усмехаюсь я. — Давай встретимся, сходим в бар, просто выпьем.

— Вообще-то Алена сказала, что ты будешь свободен послезавтра.

— Я приглашаю. Сегодня просто дружеская встреча. Напиться хочу. — Мы с Аллой знаем друг друга уже третий год. Можно сказать, мы трахающиеся друзья. Когда ей хреново, она всегда звонит мне. Теперь, видимо, пришла моя очередь.

— Хорошо, тем более у меня тоже есть повод, — уже серьезно, отвечает Алла. — Только приезжай ко мне, я устала и никуда идти не хочу. А я пока что-нибудь приготовлю. Чего ты хочешь?

— Мне нравится все, что ты готовишь.

— Слушай, ты сказал, что сегодня дружеская встреча, а все равно льстишь?

— Я никогда тебе не льстил, ну если только первые полгода, — смеюсь я. — Ты что будешь пить?

— Я вино, и оно у меня есть. Возьми только для себя, ты же знаешь, у меня нет крепких напитков. И, если не трудно, купи моего любимого сыра. Надеюсь, ты не забыл какой?

— Не забыл. Все, скоро буду.

Выхожу во двор, дохожу до ближайшего супермаркета, благо недалеко от меня есть приличный магазин. Покупаю себе текилу, сыр и вызываю такси, поскольку моя машина у Алены, а я не хочу сегодня с ней встречаться, дабы избежать вопросов. Доезжаю до дома Аллы, прохожу мимо консьержки, которая лишь приветливо мне улыбается, провожая взглядом. И поднимаюсь на лифте на последний этаж. Когда-то давно у Аллы был свой большой семейный дом. Но семьи не стало, и Алла больше не может там жить. Она превратила этот дом в некий музей из вещей и воспоминаний о муже и сыне. Почему, сука, судьба так несправедлива к этой женщине? Ведь у нее все было: деньги, муж, сын и счастье. А сейчас остались лишь только деньги, на которые ей, в принципе, наплевать, она работает, продолжая бизнес мужа только ради его памяти.

Не звоню и не стучу — когда я прихожу, дверь Аллы всегда открыта. Прохожу в прихожую, закрываю за собой дверь, разуваюсь и иду в гостиную. Алла сидит на маленьком коврике, занимаясь йогой. На ней простые лосины и белая широкая туника. Женщине сорок семь лет, но выглядит она лет на семь младше. Она милая, добрая, понимающая, привлекательная. Алла вполне может найти себе нормального мужика, выйти замуж или просто встречаться, тем более кандидат — есть. За ней давно ухлестывает один адвокат, а она ему отказывает, и ведь мужик не сдается, пытаясь снова и снова. Но Алла похоронила свое счастье вместе со своим мужем и сыном, предпочитая трахаться со шлюхой, то есть мной. Без обязательств и претензий.

— Привет, — произношу я, смотря, как Алла встает в замысловатую позу. Ее пластике может позавидовать молодая девушка. Женщина выпрямляется, поднимается с коврика и идет ко мне.

— Привет, — улыбается она, подставляя мне свою щеку. Приобнимаю ее за талию, немного прижимая к себе, целую щеку и глубоко вдыхаю.

— Новые духи?

— Да, нравится? — игриво спрашивает Алла, и забирает у меня из рук пакет.

— Нет, слишком приторные и резкие, — я никогда не вру этой женщине.

— Вот ты гад! — она слегка толкает меня в грудь. — Я два часа их выбирала! — Алла идет на кухню, а я за ней.

— Нет, если тебе нравится, без проблем, только не душись ими перед нашими встречами. Мне больше нравились твои прежние духи. А этот аромат на любителя. Я больше люблю тонкие легкие ароматы.

— Ну ты прям парфюмер, — смеется Алла.

Пока Алла накрывает на стол, мы просто болтаем ни о чем. Алла рассказывает о работе, своих племянниках, про адвоката, который опять приглашал ее на ужин, но, когда садится напротив меня и поднимает бокал, замолкает.

— Знаю, что ты пришел ко мне не просто так, и, наверное, хочешь поговорить или просто отвлечься, но давай сначала выпьем за моего сына. Вчера была годовщина его смерти, и я до сих пор не могу отойти… Пришел его друг с женой, и девочка беременна. Мой сын тоже мог жениться и подарить мне внуков, и что-то меня вчера заклинило на этой мысли… Люди влюбляются, женятся, рожают детей, жизнь продолжается, а мой сын… Прости, просто не с кем поделиться и…

— Алл, не надо, я понимаю. Давай, — залпом выпиваю рюмку текилы, закусывая лаймом, и смотрю, как Алла также быстро выпивает свое вино. Женщина закусывает сыром, несколько минут смотрит сквозь меня в окно, а потом словно переключается и улыбается.

— Итак, как прошел твой отдых? — хитро улыбаясь, спрашивает она.

— Хорошо, так, сука, хорошо, что, вот видишь, захотелось напиться.

— Что-то случилось?

— Если расскажу правду, ты меня убьешь, — усмехаюсь я.

— Ой да ладно, я догадываюсь что ты ездил отдыхать не один, а с новой женщиной. Тоже мне секрет нашел, — Алла подставляет бокал, и я наливаю нам еще. — Ты же знаешь, что отношусь к этому проще. Так что рассказывай?

— Сегодня я отказался от вполне состоятельной клиентки, — чокаюсь с Аллой, вновь залпом глотая текилу, чувствуя, как по телу разливается обжигающее тепло.

— С ней что-то не так? — выгибая брови, спрашивает Алла.

— С ее дочерью что-то не так! — выпаливаю я.

— В смысле?

— Я всю неделю не сводил глаз с девятнадцатилетней девочки. Трахал ее мать, а сам думал только о ней. Знаю… меня самого от себя тошнит. Но сейчас, когда ее нет рядом, она не выходит у меня из головы. Какая-то постоянная навязчивая мысль… — Алла отпивает вино и всматривается мне глаза, а потом начинает смеяться.

— Вот, ни хрена не смешно!

— Конечно, не смешно — ты влюбился. И это хорошо, но плохо, что теперь ты оставил меня без качественного секса, — констатирует Алла.

— Какая любовь? Ты о чем? Где я и где любовь? Я люблю, как ты выразилась, качественный секс и деньги. А все остальное — никому не нужная лирика. Просто не понимаю, что, блин, со мной творится.

— Это и есть любовь, Максим. Бросай свою продажную жизнь, найди дело, которое будет приносить деньги. Кстати, могу помочь. И вперед, завоевывать свою девочку.

— Ты думаешь, зная, что я трахал ее мать, она вообще захочет быть со мной? — наливаю нам еще выпить, вновь глотая алкоголь, чувствуя, как начинаю пьянеть.

— Я знаю, какая ты умелая сволочь, — смеется она. — Если ты захочешь, она станет твоей, — уверенно заявляет Алла. — Только прежде чем следовать моим советам, хорошо подумай, сможешь ли ты начать новую жизнь ради той, которая не выходит у тебя из головы.

— А ты прям психолог, — невесело усмехаюсь я. — Только вопрос в другом — нужно ли мне это? Да и невозможно вычеркнуть прошлое, в конце концов, моя блядская жизнь всегда будет неожиданно всплывать. Хотя все это бред! Просто я уже пьян и несу всякую чушь. Я больше не увижу эту девочку, и все встанет на свои места. Блажь все это. Так что не спеши вычеркивать меня из своей жизни, — как сказала Алла, я включаю режим умелой сволочи, осматриваю ее тело взглядом, от которого она начинает кусать губы.

— Ты знаешь, наша фирма сегодня проводит акцию, — ухмыляюсь я, возвращая себя в свою привычную развратную жизнь. — Поговори по душам и получи в подарок секс на всю ночь.

— Да что ты говоришь? Вот это мне повезло, — смеется Алла. — Подумай хорошо, я ведь не откажусь от подарка. Ты больше недели держал меня на голодном пайке.

— Я уже подумал, Аллочка, только пойдем в душ и смоем твои противные духи, — усмехаюсь я, опрокидывая очередную стопку текилы. Вот так-то лучше. Не нужна мне любовь. Да и такого как я сложно полюбить и принять мою продажную жизнь.

— Сволочь ты, Макс, но за это ты мне и нравишься, — я всем нравлюсь, в этом и заключается моя профессия.