29. Решающий аргумент

– И что это тут у нас за безобразие? Кто посмел… Дарьяна, но позвольте?

Дарьяна «позволила», с трудом выпуская воротник мундира мужа из пальцев и ошалело глядя на нежданного свидетеля этого внезапного приступа нежностей.

– Профессор Замьян? А… я… это…

– Разрешите представиться? – дракон видел профессоров и повесомее, его было не напугать хитрой рожицей местного мага.

В том, что перед ним именно маг, он не сомневался. Аура так себе: твердая «трешка», не больше.

– Дарьяна, я был о вас…

– И все же, – дракон встал медленно, ссаживая Дашу с колен подчеркнуто нежно и осторожно. – Хотелось бы сразу внести определенность в возникшее недоразумение. Я – Гвидонис Лефлог, прибыл… в отпуск, к супруге.

Он знать не знал, был ли «отпуск» в этом мире и как здесь вообще дела обстояли с правами трудящихся, а потому тоном говорил необычайно уверенным.

– Вы – существуете? Я было думал… ну, не важно. Позвольте мне напроситься к вам в гости? Познакомиться поближе? Королевские маги, знаете ли, гости в Иствуде очень нечастые.

– Извольте. Ждем вас у нас сегодня же вечером. Адрес вы знаете? Только должен сразу предупредить, боюсь, что клятвы секретности делают меня не самым интересным собеседником.

Что он плетет, ну какие там клятвы? Но профессор в ответ лишь кивал, сверкая алчными глазками.

Старичок ретировался так быстро, что Даша не успела даже выдохнуть.

– Зачем ты его к нам позвал? Мне еще мыть… Я устала.

– Мыть будет мое волшебство, ты успеешь еще отдохнуть, а старого лиса отвадит лишь выстрел, моя дорогая. Он что-то почуял. Иди сюда.

Вздохнула, секунду-другую поразмыслив, и перебралась на колени к дракону. А гори оно… Ей так тепло и удобно. И спокойно: с прилетом залетного папани его потомок вел себя образцово – не пинал ее ночью нещадно, не выбивал из желудка коленом еду, только рос. Чудо, а не ребенок.

С уборкой Гвидон сегодня разобрался еще быстрее. Сплел заклинание «быстрый порядок», отмывшее даже вековые фрески на потолках. Быстро укутал жену и отправил в портал. А после – кормить и в постельку. Она начала расслабляться понемногу, уже улыбалась в ответ, спокойней спала, не огрызалась на каждый взгляд.

К приходу непрошенного гостя все было готово: и чай, и пирожные, и порядок.

Профессор явился, как и обещал.

И начал допросы с пристрастием. Уже через четверть часа Гвидон с огромным трудом удерживался от боевой трансформации и желания откусить ему голову. Тем более, что мысли засланца читались без особого труда, хоть и были прикрыты магической защитой. Но что великому (пусть даже неучу) дракону эти препоны?

– А позвольте узнать, молодой человек, – профессор с одуванчиком белых волос на голове смотрел на юного Лефлога как-то кровожадно. – Вы и в самом деле дракон?

– Нет, – горячо отрекся от своей второй сущности Гвидон. – Это я Дашке наврал, а она поверила, дурочка. Ну вы же взрослый человек, а в сказки верите, честное слово!

– Ваша… хм… супруга уверяла, что вы умеете обращаться.

– Врет, – мило улыбнулся парень, демонстрируя «одуванчику» ряд белоснежных зубов.

Дашка попыталась было пискнуть что-то в свое оправдание, но супруг посмотрел на нее таким взглядом, что она рот закрыла, тихо скрипнув зубами.

– Голубушка, разве вы своими глазами не видели?..

Снова выразительный взгляд небесно-голубых глаз.

– А шта, разве я говорила, шта видела? – захлопала ресницами умница Дарьяна. – Шта дракон – говорила, так это он мне так сказал, а я поверила. Видимо, так меня полюбил, что готов был любые сказки придумать, чтобы я за него замуж пошла.

И улыбнулась Гвидону сладко-сладко. Ах ты, Мышка-хитрушка! Ну погоди у меня!

– Верно, а как мне иначе внимание привлечь? – Гвидон поймал нервную Дашкину лапку и нежно поцеловал кончики пальцев. – Собою я не красавец, зато вот враль отменный, да, солнце мое?

– А то ж, – согласилась Дарьяна легко.

– Жаль, жаль, – вздохнул профессор и нахмурил седые брови. – А вы насовсем в Истбург приехали?

– Не уверен. Моя королевская служба еще не окончена, но жену с ребенком я хочу забрать с собой. Вот, уговариваю, – и снова поцеловал ей пальцы, умоляя одними глазами: подыграй! – Ведь не хочет, учеба ей важнее карьеры супруга!

– Ну почему же важнее, – промямлила Дарьяна, догадываясь, что игру свою дракон затеял неспроста. Он, конечно, гад и обманщик, однозначно – изменщик, но уж точно – совсем не дурак. – Просто я столько сил вложила…

– Вот именно! – обрадовался профессор. – Такая покладистая ученица! Такая смышленая! Мы ее без экзаменов готовы учиться принять и даже на первых порах помогать и поддерживать… консультационно.

Надо же, Дара об этом первый раз слышала. Что, интересно, этому хмырю от нее надо? Данька явно знает, а она вовсе не догадывается. Неспроста старичок этот соловьем тут разливается, ой, неспроста!

– Ну, если без экзаменов… – лениво протянул Гвидон, откидываясь на стуле. – Тут можно и подумать. Раз жена моя учиться хочет… Вот родит и поговорим.

– Стало быть, до родов вы в Истбурге жить будете? – оживился профессор. – Рад, очень рад! Непременно приходите ко мне в гости. Спасибо за чай, мне пора.

– Да куда уж до родов-то срываться? – прищурился Гвидон. – Тяжело Дарье ехать. Тут поживем, а там решим, что дальше будет.

Профессора такой расклад явно более чем устраивал. Он подскочил, еще раз заверил присутствующих в своей горячей любви, подмигнул Дашке и умчался вприпрыжку, аки горный козел. Дарьяна со стуком поставила чашку на стол и гневно воззрилась на своего пока еще живого пока еще супруга.

– И шта это был за цирк, любимый мой?

– Даш…

– Шта это за сказочки, я спрашиваю? За поцелуйчики?

– Даша, милая… Ты знаешь, как здесь у вас с драконами поступают, а? Давай вспоминай.

– А… – она вдруг вспомнила ошейник, густо покраснела и снова захлопнула рот.

– Вот именно. Ладно я, меня теперь не возьмешь запросто. А о сыне ты подумала? Знаешь, мне тут рассказывали… Детей проще всего дрессировать. Ошейник нацепил, и всё – расти себе послушного ездового дракона. Летающего и боевого. А люди в них потом просто умирают. Помнишь меня после ошейника? А если вот так – и младенца? Хочешь позволить им просто убить нашего сына?

В кои-то веки Гвидон не смеялся, был очень серьезен. Уже одно это пугало.

Она резко побелела, обхватывая живот руками, замотала головой. Глаза стали огромные и такие испуганные.

– А что же делать теперь? – жалобно спросила она.

– Уходить. Уходить в мой мир, где безопасно. Драконы у нас там свободные и уважаемые люди. И не обольщайся, моя дорогая, профессор твой мне не поверил. Не знаю уж как, но он точно уверился, что я дракон. А это значит, что и ребенок наш – тоже добыча. Уже точно, Мышка-глупышка.

Сам того не желая, старик этот сыграл ему на руку. Гвидон много думал, как объяснить этой упрямой девице необходимость перемещения в его мир, но так ничего толкового и не придумал. Понимал прекрасно, что любые его доводы, любые аргументы будут приняты в штыки. Дашка из чистой вредности будет ему только противиться.

Гвидон уже даже планировал, что попросту свяжет ее, сунет кляп в рот и унесет к порталу силой. Подобный план, в принципе, был легко осуществим, но вот дальнейшей реакции своей супруги он разумно опасался. Хорошо еще, если ему просто поленом прилетит, а если она разволнуется, и что-то случится с ребенком? Нет, надо было придумать что-то другое, менее травматичное.

И тут этот одуванчик преподнес ему такой подарок! Достаточно напомнить Дашке про ошейник – и она сама готова паковать вещи!

– А жить там где? – деловито поинтересовалась хозяйственная драконица. – И на что? Али ты дом мне построишь? Купишь? Баня? Курятник? К родителям не пойду твоим, и не думай. Не уживусь ни с кем, я противная. Да и привыкла одна.

– Не одна, а со мной, – строго заявил Гвидон, вдруг соображая, что подобного варианта событий он даже не рассматривал. Забрать младенца и потом сбагрить счастливым деду с бабкой – это он запросто мог, а вот привести жену… Куда? В общагу? Или просить помощи у сиятельного папеньки?

Помолчал, подумал еще и решил сказать честно, как есть:

– Дома своего у меня нет. В моем мире я никто еще, ученик просто. Но будь уверена, и выучусь и заработаю на все, что ты захочешь. Пока же в общежитии комната есть. И стипендия. Это все.

А Дашка вдруг ему в глаза заглянула и улыбнулась светло так, искренне.

– Спасибо, Дань.

– За что? – вытаращил глаза неудачливый отпрыск Лефлогов.

– За честность. Что золотых гор не обещал, а все как есть сказал. Ну, так я сроду на пуховых перинах не спала и с золотых мисок не ела. Крыша над головой будет? Угол свой? Стол, стул, кровать? Колыбельку… – тут она замялась, явно не желая требовать чего-то сверхъестественного. – Купим?

– Сделаю сам, – твердо пообещал Данька. – Так ты мне доверяешь? Пойдешь со мной?

– Ради сына – пойду. Не хочу, чтобы кто-то даже подумал надеть на него ошейник. Только… ты слово дал, что меня не оставишь одну, верно?

Данька кивнул рассеянно, уже составляя в голове план действий, а Дарьяна зачем-то полезла под кровать и вытащила оттуда сундук. Принялась разбирать, деловито раскладывая вещи в две неравные кучки: все, что блестело, и остальное. С готовностью пожертвовала нижним бельем и рубашками, с сожалением отложила часть пеленок, платье свадебное же запихала обратно в сундук. С трудом уложила новый плащ, потом достала обратно и закуталась в чуть колючий бархат. Все равно сундук уже не закрывался. Даже и без плаща пришлось на крышку сесть, чтобы защелкнуть замок. Так, сидя на сундуке, и уставилась на дракона своими глазищами:

– Я готова.