Глава 22

Чуточку ближе Влада А говорить ничего и не надо было. Муж продолжил есть, давая и мне возможность спокойно занять едой. Правда, кусок нормально в горло теперь не лез. Но ела я всё равно, ведь голод не тётка. Да и на сытый желудок лучше думается и говорится. Столовую мы покинули уже в сопровождении Атонари. Он вёл сразу в каюты, отдав соседние две для Адлеса и Юстора, взглядом не дав им зайти в ту, в которую заводил меня. Она уже не была похожа на гостиную. Здесь были только кровать и стол. За него я и села, мельком поглядывая на широкую кровать. Она вообще смотрелась странно, учитывая, что капитан до этого явно жил один и, следовательно, спал здесь тоже в одиночестве. И это либо он любит комфорт, либо ему он положен по званию, либо просто не часто спит здесь один. Последний вариант не совсем дееспособный, всё же я не видела на корабле других женщин. Да и вряд ли они тут есть, учитывая демографическое положение их мира. Но всё же мысль мне не понравилась, заставляя хмуриться. Муж же, поймав направление моего взгляда и отметив хмурость на лице, разулыбался. – Я просто расширил кровать, раз ты здесь, – пояснил он, усаживаясь на стул напротив. – Вся мебель на корабле, особенно в отсеках для отдыха, портативная и легко подстраиваемая под нужды и удобства экипажа. Всё же среди нас присутствуют не только представители моей расы. На технических этажах работают инженеры из расы копс. – Их представители очень габаритные, – пояснил нероид и опустился на обсуждаемый предмет. Удивительно, он говорил вслух, не опасаясь постороннего. Что в свою очередь объясняло мне фразу супруга о моём имени. Ведь можно было подумать, что он имеет в виду какое-нибудь второе имя Адалис, которым к ней обращались число в семейном кругу. А не моё настоящее, от прошлого тела и мира. – Насколько? – уточнила и даже в лице не изменилась на решение нероида – говорить вслух. – Раза в два выше тебя, но такие же тонкие, – улыбнулся шире Атонари. – Зато очень сильные и гибкие, что помогает им в настройке оборудования в особо сложных местах. Кстати, они так же невероятно умелые и в других профессиях: один из поваров на этом корабле – копс. Так что, если встретишь их в коридорах, не пугайся. – И не собиралась, – пожала плечами, при этом заработала скептический взгляд. – Что? – Там, откуда ты пришла, есть кто-то подобный? – наводяще уточнил муж. Всё же правильно я поняла – он знает о моей истинной сущности. Вопрос: откуда? – Нет. Там вообще нет никого, кроме моей расы, – вполне честно ответила я. – Возможно, можно было бы назвать некоторые виды из почтиразумных и полуразумных, коими являются некоторые виды животных. Но нет. Кроме моего вида – никого… Как ты понял? – Ты ощущаешься как-то иначе, – прищурился в мою сторону, словно хотел разглядеть что-то глубже плоти. – Ощущалась в начале нашей встречи. Потом я увидел душу или истинную суть, что покинула тело. И она отличалась от той, что я держал в руках, – пояснил мужчина и показал мне эти самые руки, положив их на стол ладонями вверх. – Твой мир далёк? Что ему сказать на это, если я сама не знаю, где находиться Земля относительно планет и систем этой части Вселенной. Вдруг она даже не в том времени. Я не знаю, куда именно меня затянула Адалис. Вдруг это далёкое будущее и одна из рас просто ветвь развития человечества: всё же моё новое тело и неотличимо от людского. Но может это, наоборот, далёкое прошлое. И теория о том, что люди пришли со звёзд, имеет неожиданное доказательство. – Кто знает, – пожала плечами, прервав паузу, которую Атонари мне дал на обдумывание. – Даже я не могу сказать. Не потому, что не хочу. Просто не могу, потому что не знаю. Ваш мир для меня нечто удивительное и неизведанное. Ни моя раса, ни отдельно я, даже не подозревала о вашем существовании. Мы вообще за пределы планеты-то толком не вышли. Атонари замялся, будто обдумывал вопрос или не знал, как правильно его задать. Зато ответ на него уже знал малыш нероид, дав мне намёк на мысли мужа: – Технологическое развитие мира моей госпожи ещё на пути к этому. Они изучают ближайшие планеты ещё издалека, посетив лишь ближайший и единственный спутник. «Ты слышишь его мысли?» – чисто для себя уточнила. «Лишь направленность. Он стал ближе к тебе, чем другие, что позволяет мне более точно считывать его эмоции и направление измышлений. Но не более. Я буду точно слышать всегда только тебя», – ответил маленький помощник. – Так… как тебя зовут? – всё же вернулся к тому, с чего начали, муж. – Владислава. Для близких просто Влада, – представилась, но не полно. Не понимала, зачем. А вот супругу было интересно. – А имя рода? Или дома? – У нас нет домов, – усмехнулась детали. – А имя рода называем фамилией. Моя фамилия – Кузнецова. А так… Наше мироустройство не сильно, но отличается от вашего, в то же время есть и много схожего. В этот вечер мне показалось, что Атонари жаден до любой информации, что я могла дать ему. Он спрашивал обо всём. От моей галактики и планетарной системе, со всеми её особенностями, что могла знать с моим небольшим интересом ко всему космическому в прошлом. До каких-то мелких и больших, важных и не очень деталей из жизни в целом, на личном фронте и в семье. Я тоже не стеснялась и спрашивала в ответ. Оказалось, что у Атонари двое родных младших братьев и двоюродная старшая сестра. Матушка замужем за тремя мужчинами, двое из которых его расы – вартийцы, а третий – ассар, что тоже похож на человека, что словно весь светлый внешне и мягкий характером, как пояснил нероид. Сестра же пошла в своего отца – брата матери Атонари – и была аранкой: хрупкой крылатой красавицей. – Крылья, – ахнула я, когда малыш мне примерно описал внешние параметры аранцев. – Ты почти столкнулась с таким в Академии, – удивил он меня. – Его катер стоял рядом с нашим. Видимо, был очередным гостем ректора. Упоминание сие колоритного засранца вызвало неприятные мурашки по телу. Мне встреча с таким странным мужчиной запомнилась, как нечто странное и не очень… в общем, не очень. Намёки, грубость, давление, нападение. – Это был его зверь, – услышал направление моих мыслей малыш. – Он из расы дарсиарцев. Для них превращаться в другое по виду существо норма. Как и ещё у некоторых рас, подобных им. Только звери разные у всех. Я буду подсказывать, если таковых встретим. – Я тоже, – кивнул Атонари, но всё же хмуро спросил: – Что он сделал тебе? Ты была не очень рада тому, что я сказал о его намерениях и начатой им Охоте. Пришлось рассказать всё так, как запомнилось с моей стороны. Муж молчал минут пять, чтобы потом порыкивая высказать всё, что он думает. Даже немного сокрушался, что не может отметить уже начатую Охоту. – Но охота не предполагает своей успешности в окончании, – закончил он ругаться на эмоциях, при которых даже пересадил меня к себе на колени, чему я против не была, и вернуться к логике. – Я могу отказать ему, когда всё закончится? – вот это новость. – Когда закончится нет, – опроверг мои ожидания супруг. – Просто тебе нужно не дать себя поймать в течение определённого времени. У каждого оно своё. Но стандартно около года – одного стандартного оборота одной из центральных планет. В случае с дарсианцами чаще за основу берётся их родная планета и их времяисчисление. Но уйти от такого, как ректор ВАВИ, при его круге общения и знакомств, будет сложно. Он может вычислить тебя везде, в любом уголке наших государств. Год мы точно не продержимся вдали. – Плохо, – опустила я глаза в пол, обдумывая ситуацию. – Но это не значит, что я подпущу его к тебе так легко, – взял он меня за подбородок пальцами и поднял лицо так, чтобы наши глаза встретились. – Обещаю, я что-нибудь придумаю. И говорил так убедительно, что не поверить было сложно. А ещё было очень приятно и тепло, особенно где-то в груди. Словно сила снова начинала волноваться. Возможно так и есть, но почему-то захотелось, чтобы это был признак чего-то большего. Кажется, наше уединение и разговор, а ещё осторожность и забота мужа сделали своё дело – размягчили меня и притупили реакцию. Хорошо это или плохо покажет время. Но я всё же рада, что мы стали чуточку ближе. «И он тоже рад», – пояснил нероид. – «Очень рад».