Вивьен Бишоп

Вивьен ощутимо трясло.

Она знала, что будет страшно, но не подозревала насколько.

К тому же ее подвели непредвиденные обстоятельства…

Девушка прикрыла глаза, вспоминая, что натворила. Сначала не могла решить, что делать: объяснения Вольта были слишком скупыми и обрывочными, но в теории их должно было хватить. Однако на практике все вышло иначе.

Вивьен почувствовала силу, притаившуюся внутри, и, прежде чем осознала, что происходит, пропала. Раскинув руки, девушка замерла, делясь притаившейся глубоко внутри магией и… вытягивая из людей их лучшие воспоминания, одно за другим… Свет желал множиться, расти, делать всех вокруг счастливыми и безмятежными… И остановить его поток оказалось совсем непросто! Помогла выбитая с шумом дверь.

Стражники, столпившись на пороге помещения, замерли, пораженные не меньше самой Вивьен. А ей только и оставалось беспомощно подумать: «Что же мы наделали! Скорее идите по домам. Бегите!»

И… люди, улыбаясь, послушно рванули к выходу. Все люди. Вольт Краспер с Дрейком Бруксом в том числе. Вив видела, что стража пытались остановить хоть кого-то… Но куда там! Люди мчались напролом, не замечая препятствий, не слыша угроз.

Страшное зрелище.

Пугающее. И опасное. Настолько опасное, что стража предпочла отступить и занять место вдоль стены. Так что уже спустя несколько минут в помещении остались лишь обескураженная Вивьен, так и стоявшая на сцене, да десяток мужчин в форме.

Тогда девушка поняла две вещи. Первая – зря ей никто не объяснил, как пользоваться силой и чем чревато превышение магии. И вторая – ей конец.

Те, кто должен был защищать, оставаться рядом и помогать, ушли, подчинившись ее воле. Для них так было лучше, конечно. А вот для нее…

Вив даже малодушно подумала притвориться такой же зачарованной, как остальные, и попытаться сбежать. Но, воспользовавшись остатками силы воли, осталась стоять на месте, заявив напряженно выжидающим непонятно чего стражам, что она желает видеть его величество.

И… ее арестовали.

Сидя на твердой полке, приделанной к стене и застеленной серым покрывалом, Вивьен смотрела на ведро, стоящее в углу маленькой выделенной ей камеры, и думала, что приключения – это прекрасно, но хорошего должно быть в меру. Вивьен, например, их уже хватило с лихвой, так что она с удовольствием готова была вернуться к своей скучной жизни и не роптать.

В ожидании решения собственной судьбы девушка так себя накрутила, что, когда к ней зашел первый посетитель, собиралась сказать ему, что сдается. Однако тот взмахнул рукой раньше, и девушка поняла, что не может ни говорить, ни двигаться.

– Думаете, я так глуп? – с ехидной ухмылкой заметил мужчина, красивым жестом откидывая слишком отросшую светлую челку с красивого лица. – Мне, в отличие от глупцов с улицы, вы не сможете затуманить разум своими бреднями! Я возьму ваше признание без единого произнесенного вами слова.

Вивьен, замершая в ужасно неудобной позе, немного разозлилась на незнакомца, желая высказать ему кое-что о его манерах, воспитании и умении обращаться с женщинами. Но, увы, сделать ничего не могла. Лишь бессильно наблюдала, как светловолосый приблизился, склонился так, чтобы оказаться лицом к лицу с пленницей, и… заулыбался, словно ненормальный.

С мисс Бишоп в тот же миг спало оцепенение, но говорить что-то или шевелиться она не спешила – незнакомец пугал ее.

Спустя минут пять его хватились.

Еще через пару минут стражники, выставив вперед руки с зажатыми в них защитными артефактами, вывели несчастного. Но не успела Вив вздохнуть с облегчением, как ситуация повторилась. Только теперь к ней пришел рыжий тип… Увела его та же стража.

Последним приходил мужчина в возрасте. Суровый, весь в черном, с плотно сжатыми с тонкую линию губами. Он посмотрел на Вивьен и предупредил:

– Если не раскроетесь передо мной по доброй воле, я за последствия не ручаюсь.

За ним стражники пришли тихо ругаясь и, заперев дверь, долго не появлялись вновь. Пока их не было, Вив перестала бояться, принявшись просто ждать, что они придумают дальше.

А дальше в камеру внесли стул с высокой спинкой и подлокотниками, «украшенными» стальными наручниками. Установив мебель в центре помещения, один из стражников дрожащим голосом велел Вив пересесть туда.

Девушка подчинилась, сразу ощутив, насколько сильно устала за последние дни… Тот же страж приковал ее руки и быстро вышел, оставив, однако, дверь в камеру открытой. И вот тогда к Вивьен в гости вошли трое.

Первым шел высокий светловолосый мужчина, кутающийся в черный плащ. Рассмотреть его Вивьен не успела – сразу наткнулась на его слишком пристальный взгляд и отвернулась. Этот человек напугал ее. Девушке вдруг почудилось, что, встреть она в лесу хищника, ощутила бы себя примерно так же…

Однако мужчина отошел в сторону, прислонившись к стене, и Вив снова посмотрела на гостей.

Вторым оказался… сирт Роберт Хьюз. Лицо его было непроницаемо, в руках он держал неизменную трость. Заметив интерес Вивьен, мужчина слегка поклонился и представился с таким видом, будто они никогда не встречались.

Мисс Бишоп сдержанно кивнула в ответ. Лгать она никогда не умела, потому решила промолчать.

– Сирт Маркус Тиирт, – указал Роберт Хьюз на первого вошедшего. Дождавшись нового кивка от девушки, он слегка развернулся и отступил, называя при этом третьего гостя: – Его величество…

– Не надо! – прервал сирта король. – Мы не на светском рауте. Так ведь, мисс Бишоп?

Вивьен, чувствовавшая себя хуже с каждой минутой, все же постаралась собраться с мыслями, чтобы дать ответ… Чтобы передать слова, ради которых, собственно, все это и замышлялось.

– Мое имя – леди Вивьен Рэми. Я – дочь плененной вами Генриетты Фортис и убитого по вашему приказу лорда Грэма Рэми. – Голос девушки был слаб, но слова, которые она произнесла и собиралась произнести дальше, имели великую силу. Она знала это, потому говорила медленно, продумывая каждую последующую фразу. – Раньше меня скрывали, но теперь настало время сбросить маски. Я объявила о себе сегодня. Завтра обо мне и о таких же одаренных светом напишут в газетах. Завтра о нас будут говорить даже аристократы, размышляя о судьбе их собственных потомков и о вашей власти над ними. И завтра же к воротам замка придут те, кто годами копил силы, чтобы отстоять право светлейших на свободу. Они поднимут бунт, зерна которого давно дали ростки. Начнется все здесь, у стен дворца, а закончится… кто знает чем.

Вивьен выдохлась.

Ей стало тяжело говорить, да и держать глаза открытыми оказалось ужасно нелегко. Однако король молчал, и потому девушке пришлось добавить несколько фраз, которым научил ее Вольт:

– Если вы меня убьете, я стану идолом для моих последователей. Мое имя будут выкрикивать или шептать там, где будет гибнуть ваша стража. Его будут произносить за вашей спиной, плетя заговоры и затевая интриги. Оно станет вашим личным кошмаром наяву. Однако если вы спросите меня, я отвечу, что совсем не хочу становиться жертвой или мученицей, погибая сегодня ради общего дела. Я молода, я хочу жить и служить короне, но не в золотой клетке. Я хочу договориться с вами о том, как предотвратить восстания и…

Последние слова Вив прошептала, а потом сбилась, так и не сумев завершить мысль.

Ее глаза все же закрылись, а голова безвольно упала на грудь. Слабость разлилась по телу, скрадывая негативные ощущения. Безразличное спокойствие проникло в голову, затмевая собой все остальное. Заговоры, интриги, бунты – все стало неважным, второстепенным. Осталось только отдаться во власть безмятежного легкого сна…

Но, увы, люди не позволили погрузиться в негу безграничного умиротворения.

Кто-то поднял Вив на руки и переложил на жесткую кровать. Вокруг громко говорили и топали, возвращая девушку в реальность и заставляя чувствовать тупую ноющую боль в голове, в руках, в ногах…

– Надо же, какая слабая, – услышала Вивьен над своей головой. – Дерево ньянг не должно было повлиять настолько быстро. Вы уверены, что она – сильная магичка?

– Я уверен, что еще немного, и она станет мертвой магичкой, – спокойно ответил королю сирт Хьюз. – И тогда нам ничего не останется, как сделать из девицы ту самую мученицу в глазах недовольного населения.

– Да, положение не очень хорошее, – грустно согласился с сиртом король. – А вы что скажете, Маркус?

Какое-то время в помещении была тишина, а затем раздался насмешливый мужской голос:

– Скажу, что недовольным давно пора показать, насколько вы щедры и великодушны, ваше величество. И это странное создание, совсем не тянущее на зачинщицу даже самого крошечного заговора, может оказаться действительно полезным в нашем деле. Тот, кто подослал ее к нам, – это не последователь Генриетты. Ибо им бунты против вас на руку… Однако, прежде чем продолжать говорить с девушкой и выдвигать новые теории о ее мотивах, необходимо выслушать клятву верности королю и показать светлейшую лекарю. А там посмотрим…

Вивьен затаила дыхание, прислушиваясь к ответу короля. Тот молчал недолго, но даже эта пара секунд показалась девушке вечностью.

– Да будет так, – произнес, наконец, его величество, – ибо великодушие мое действительно не имеет границ.