Глава 18. Опасная соперница

Ангелина

Войдя в зал, Кирилл улыбнулся девушкам, отыскал среди них Гелю и обвёл взглядом чёрное платье, которое она купила в Милане. Безумно дорогущее и очень выгодно подчёркивающее её красивую грудь и тонкую талию.

Горячев с очень сосредоточенным видом посмотрел на Гелю из-под широких чёрных бровей и её сердце сделало сальто.

«Всё, это конец… ― глядя в его глаза, она боялась даже пошевелить мизинцем. ― Он уже знает, кто я…»

Кирилл многозначительно провёл рукой по чёрной щетине, неожиданно улыбнулся, задержал взгляд на её декольте и, явно оценив его по достоинству, повернулся к ведущему, который что-то говорил в микрофон.

«Вроде не сердитый и не взволнованный, ― изучала его настроение Геля. ― Может, Марина меня всё-таки не узнала?»

Сейчас он точно не выглядел так, как выглядел бы человек, который только что узнал, что перед ним стоит мать его дочери, которая скрывала её целых шесть лет.

«Неужели пронесло?»

Прерывисто выдохнув, Геля почувствовала, как расслабились окаменевшие мышцы, и устремила взгляд на девушку, которую первой пригласил к себе Кирилл.

– Мы ещё не успели узнать друг друга поближе, ― с улыбкой сказал он. ― Надеюсь, у нас будет такая возможность, если ты пожелаешь остаться здесь.

– С удовольствием! ― приятным голосом ответила девушка и отошла в сторонку.

Горячев скользил взглядом по участницам, словно нарочно задерживая его то на одной, то на другой, затем выдержал интригующую паузу и наконец-то озвучил имя следующей счастливицы.

На этот раз к нему, раскачивая пышными бёдрами, обтянутыми коротенькой юбкой, продефилировала афроамериканка.

Следующей была рыжеволосая бунтарка, которая аж присвистнула оттого, что осталась в проекте и, отбив ему пять, встала к остальным.

Девушки выходили к Кириллу одна за другой и в итоге в самом конце их осталось четыре: Кира, близняшки, и… Геля.

«Он как будто издевается надо мной, ― закипала она, впиваясь ногтями в ладони. ― Почему он оставил меня одной из последних? Нет, я сойду с ума, если он отправит меня домой! А если его что-то смутило на разговоре тет-а-тет? Он же не выгонит меня за то, что я ― такая неуклюжая, пролила на себя кофе?.. ― Геля до боли закусила губу. ― А может, его смутил ребёнок? Что, если он не готов к отношениям с девушкой, у которой есть дочь?»

Нервничала не только Геля, но и рядом стоявшая Кира, которая пристально смотрела на Горячева и буквально умоляла его назвать её имя. А вот близняшки были полностью уверены в себе: улыбались во всё лицо и явно собирались вот-вот встать к остальным девочкам. Там, кстати, их ждали подружки, которые, глядя на них, скрещивали пальцы.

– Кирилл! ― внезапно раздался голос Киры. Девушка глубоко вздохнула и взволнованно добавила: ― Мне очень нужно с тобой поговорить.

Утро следующего дня

Этой ночью Геля почти не сомкнула глаз.

В её голове неустанно крутились мысли: кто такая эта Кира? Почему, отлучившись с ней на несколько минут, Кирилл вернулся в зал весь как на иголках? А ещё очень волновал вопрос, почему он её и Киру оставил напоследок? Что это означало? Что он до последнего думал, стоит оставлять их в проекте или нет?

Навряд ли бунтарка и девушка с выбритыми висками ему были куда интереснее, чем она и Кира, которая, на минуточку, затмила своей красотой большинство девушек.

«Значит, Горячев просто решил оставить самых сильных участниц напоследок, чтобы пощекотать нам нервы», ― сделала вывод Геля.

Пока что было понятно только одно: Киру и Кирилла связывало прошлое, и Геля очень надеялась, что это прошлое не станет для неё преградой на пути к заветной цели.

– Слава богу, что близняшки свалили отсюда, ― послышался с соседней кровати голос Мэри, и из-под одеяла вытянулись её тёмно-коричневые ноги. ― Иначе я бы точно проехалась по их одинаковым мордашкам!

Вчера Геле было совершенно без разницы, с кем заселяться в комнату. Мэри предложила жить вместе, и она согласилась. Правда, как только девушка уснула и захрапела, то Геля сразу пожалела о таком соседстве. Хорошо, что Кирилл жил в другом особняке и этого не слышал.

«Иначе мог бы подумать и на меня», ― чистя зубы, смеялась в ванной Геля.

Через полчаса, спускаясь на завтрак, Геля встретилась на лестнице с женатым оператором, который вчера нелепо подкатывал к ней в гостинице, называя кисой.

– Когда заплатишь за аренду? ― с елейной улыбкой просил он.

– Что, прости? ― резко остановившись, нахмурилась Геля. ― Какую ещё аренду?

Спросонья в голове промелькнула мысль, что она плохо прочитала контракт, в котором было написано, что жильё для участниц предоставляется платно, и уже успела запаниковать, но женатый казанова быстро успокоил.

– Ты со вчерашнего дня поселилась в моей голове, ― наклонившись, шепнул он. ― Поэтому придётся заплатить за аренду.

Мужчина постучал указательным пальцем по своей бородатой щеке и подставил её Геле.

– Поцелуя будет пока достаточно, красотка.

Геля закатила глаза и, смеясь, спустилась вниз.

– Сочувствую твоей жене! ― выкрикнула она и, глубоко вздохнув, тихо добавила: ― Знала бы она, как оперативно клеит девушек её оператор.

Войдя в гостиную, села за стол, поздоровавшись с девочками, приступила к завтраку, и в этот момент рядом с ней вырос молодой парень в чёрном смокинге и с подносом в руке.

– Девчонки, нам письмо! ― радостно захлопала в ладоши симпатичная блондинка, имя которой Геля ещё не успела запомнить.

Девушка схватила с подноса письмо и распечатала конверт так же быстро, как дети раскрывают новогодние подарки. Заводив взглядом по строкам, она резко помрачнела и небрежно сунула конверт Геле.

– Это тебе!

Геля, глядя на неё снизу вверх, почувствовала, как вниз живота спустилась мощная волна.

Взяв в руки конверт, прочитала вслух:

«Лина, вчера я понял, что наши вкусы чем-то похожи, и чтобы узнать, что ещё нас объединяет, я хочу пригласить тебя на свидание. Заеду за тобой через час».

Девочки, пусть и с завистливыми лицами, но всё же похлопали Геле, поздравив её с первым свиданием на проекте.

Только одна Кира воздержалась.

Она воткнула вилку в лист салата, изящными движением руки погрузила его в рот, затем ужалила Гелю взглядом и растянула губы в ядовитой улыбке.

– Поздравляю тебя! ― прищурилась, явно чувствуя в Геле самую опасную соперницу.