Глава 20.2

— Если ты снова хочешь обвинить в том, чего я не делала, то лучше не останавливай меня, — качаю головой и отнимаю руку у Титова.

Защита включается на полную мощность. Не хочу переживать тот момент, что оставил в моем сердце открытую рану. Не хочу, чтобы Максим вновь превратился в каменную глухую стену на моих глазах. Не хочу, чтобы...

— Я не собираюсь тебя обвинять.

— Что? — поднимаю на Титова удивленный взгляд.

— Я не могу тебя обвинять, — повторяет Максим, горько усмехнувшись. — Не могу, когда сам повел себя не лучше. Просто не имею права.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду?

— Почему ты не рассказала мне все сразу, Яна? — в голосе Титова сквозит искреннее сожаление. Впервые за долгое время я чувствую что-то отличное от холодного равнодушия.

— Я пыталась, — напоминаю ему, не сводя глаз. Разглядываю Максима так же, как и он меня в ответ. — Ты не захотел меня выслушать.

— Я считал тебя дочерью врага. Твой отец, Игорь Шувалов, претендовал на фирму моего отца, делал все, чтобы заполучить себе бизнес. Если бы я с самого начала знал, кто передо мной...

— То никогда бы не стал связываться, да? — перебиваю Титова с негодованием в голосе.

Так вот о чем он жалеет? О том, что потерял время? Что выбрал не ту, с кем можно было бы думать о будущем?

— Я бы поступил иначе, — отзывается мрачно Максим. — Но не уверен, что смог бы приказать своему сердцу не влюбляться в тебя. Черт возьми, Яна, если бы не эта ложь с твоим настоящим именем... Я ведь думал, что это Игорь тебя подослал. Считал тебя предательницей, дочерью своего отца. Все указывало на это!

— Так вот какого ты обо мне был мнения? По-твоему, я похожа на того человека, кто бросил свою дочь в беде? — сжимаю кулаки, чувствуя, как на сердце вновь опускается тяжесть.

Это тяжесть бремени, которое я несу с того дня, как отец предал меня.

— Он отказался от меня как от дочери, когда понял, что я беременна от тебя, — прикрываю глаза, чувствуя, как по щеке катится одинокая слезинка.

Это так больно. Господи, я ведь всегда пыталась достучаться до отца, который закрылся после смерти матери. Всегда жалела его, когда он с головой уходил в работу. А он совсем меня не пожалел.

— Иди к тому, от кого залетела! — взревел, едва вскрылась правда о моей беременности. — Думаешь, я не узнаю, с кем ты проводила время? С этим подонком Титовым!

Эти слова остались в моей памяти навсегда, перечеркнули все то хорошее, что когда-то было связано с папой. А потом на нас с Ириской и вовсе взвалилась неподъемная ноша — после смерти папы у него арестовали все имущество, включая недвижимость, счета. Мы остались без денег в кармане, без жилья. Поэтому мне пришлось перебраться в ту комнатушку на окраине города, ведь на большее денег попросту не хватило. Мы с дочерью просто пытались выжить…