Глава 44

Митч пришел в комнату Лисбет ближе к утру, и девушка еле сдержалась, чтобы не охнуть при виде его обезображенного лица. После того, как граф выбил ему глаз, парень покривел и когда-то привлекательное лицо стало похоже на страшную маску.

— Я Митч, брат Марджи, — быстро зашептал он и, скользнув в комнату, плотно прикрыл за собой дверь. — Вы готовы, ваша светлость? Только вы это… опасно это…очень опасно…

— Да, готова, — твердо сказала Лисбет, отогнав прочь все сомнения. — Но что делать с охраной?

— В охране поедет только Адриан де Клас, — Митч нервничал, но по его взгляду девушка видела, что он тоже полон решимости. — Он хороший парень, но придется оглушить его. Как боец, Адриан лучший из всех воинов графа, но если сделать это неожиданно… Не думаю, что он что-то заподозрит. Оставим его на берегу реки, а сами столкнем экипаж в воду. Лошадей отпустим, пусть думают, будто они порвали упряжь и выбрались из реки. Ваша светлость, выдержите ли вы идти пешком долгое расстояние?

— Я готова ползти отсюда! — со злостью и адским желанием покинуть это место, выдохнула Лисбет. — Можешь не сомневаться во мне.

— Что ж, хорошо. Приготовьте вещи и постарайтесь вести себя, как обычно, — сказал напоследок Митч и выскользнул в темный коридор.

Как не боялась она предстоящего побега, но вернуться в это логово зла и жестокости было равносильно смерти. Хотя, смертный приговор Лисбет уже был подписан.

Фрау Гертруда не сможет спасти ее. Даже если она поведает ей о своих несчастьях, то скорее принесет еще больше бед и горя. Ландграф не остановится ни перед чем и вместе со своей глупой дочерью пострадает и бедная матушка. Оставалось ждать и верить в чудо, которое спасет от ненавистного мужа и подарит долгожданное спокойствие.

Рано утром, в день отъезда, Леопольд вошел к супруге и окинул ее вещи красными после попойки глазами.

— Это хорошо, что вы берете столько нарядов, — сказал он, приоткрыв небольшой сундук и перебирая вещи. — Покажите обществу, как я забочусь о вас, что я не жаден. Мне это по душе. Но помните, что я говорил вам — ни одного лишнего слова.

— Я помню ваша светлость, — покорно ответила Лисбет, пряча глаза, в которых горела ненависть. — Не переживайте об этом.

— Умница, — он подошел к девушке и, схватив за подбородок, приподнял ее лицо. — Иначе вы в полной мере почувствуете мой гнев.

Граф ушел, а следы от его пальцев все еще горели на ее лице.

— Будь ты проклят! — прошептала Лисбет в закрытую дверь и ее руки сжались в кулачки. — Гори в аду!

Морозное утро не могло сбить то пламя, что бушевало в ее душе. Предчувствие свободы делало ее движения нервными и резкими и чтобы скрыть нервозность, девушка засунула руку в аккуратную меховую муфту.

Сундуки с вещами уже погрузили на крышу экипажа, но небольшой саквояж с самыми нужными из них, Лисбет взяла с собой. Граф, разумеется, не вышел проводить ее, но это было даже хорошо — он мог заметить ее нервозность.

— Прощу прощения, ваша светлость, — глубокий, слегка хрипловатый мужской голос прозвучал неожиданно, и Лисбет испуганно вздрогнув, обернулась. Перед ней стоял высокий молодой человек, с такими голубыми глазами, что девушка чуть не зажмурилась.

Он имел довольно приятную внешность, и даже глубокий шрам, рассекавший лоб и висок, не портил очарования этой мужской притягательности. У него были упрямо сжатые губы, четкий, немного жесткий контур выпирающих скул, но во взгляде не было, ни грамма жестокости. В светло русых волосах путались одинокие снежинки и ветер то и дело трепал густые пряди, которые тут же ложились на место в красивом беспорядке.

— Да, — она быстро отвела взгляд от его лица. — Я слушаю вас.

— Меня зовут Адриан де Клас, я буду охранять вас в дороге.

— Хорошо, герт де Клас, — вежливо ответила Лисбет. — Я уверена, что с вами мы будем в безопасности.

— Можете не сомневаться, ваша светлость, — он склонил голову и взлетел на коня, который тут же загарцевал возле экипажа.

Лисбет и Марджа удобно устроились на сидениях и их взгляды встретились — испуганные, взволнованные и полные надежд.

— Ну, с Богом, — выдохнула Марджа, а девушка перекрестилась, мысленно читая молитву.

«Гнездо ворона» осталось позади и с каждым скрипом колеса, у Лисбет переворачивалась душа в предчувствии грядущих событий. Но отступать было некуда, и она смело смотрела в будущее, веря в удачный исход этого нелегкого дела.

Прошло несколько часов, и вдруг прозвучал громкий голос Адриана:

— Почему свернули к реке?!

Девушки испуганно замерли в экипаже. Лисбет кусала губы, а Марджа что-то шептала и целовала деревянное распятие, висевшее на ее шее.

— Так быстрее, это я вам точно говорю! — услышали они голос Митча. — Снег метет, да ветер до костей пробирает! Придется искать ночлег! А ближайшая гостиница только по этой дороге!

Адриан ничего не ответил, и Лисбет осторожно выглянула в окошко, чтобы посмотреть, где находится охранник. Она чуть не вскрикнула, находясь в невероятном нервном напряжении — он ехал рядом с экипажем и его синие глаза внимательно смотрели на нее. Задернув шторку, девушка закрыла лицо руками и зашептала:

— Он что-то подозревает! Я чувствую!

— Успокойтесь, ваша светлость! — Марджа схватила ее за руки и встряхнула. — Вам это кажется! У страха глаза велики!

Лисбет глубоко задышала, стараясь унять дрожь, и кивнула:

— Да, ты права, нужно взять себя в руки. Он не может ничего знать. С чего бы ему подозревать что-то?

Прошло еще около часа и внезапно, резко качнувшись, экипаж остановился.

— Что случилось?! Почему остановились?! — крик Адриана прозвучал как залп в этой снежной тишине, разбавленной шумом реки.

— Кажется мне, что лошадь потеряла подкову, — ответил Митч, и девушки услышали, как он спрыгивает с козел. — Сейчас посмотрю.

Чувствуя нарастающую панику, Лисбет тоже вышла из экипажа и увидела, что Адриан спешился и идет к лошади, возле которой присел Митч.

— Ну, что там? — мужчина склонился и в этот момент, парень выпрямился и размахнулся, сжимая в руке камень.

Лисбет даже не поняла, что произошло — Митч, лежал на снегу, вопя дурным голосом, а Адриан сидел сверху, вывернув его кисть.

— Ты что, совсем с ума сошел, щенок?! — выругался охранник и ударил беднягу под ребра.

Парнишка закричал и Лисбет не выдержала.

— Остановитесь! Прошу вас! Да оставьте вы его, наконец!!!

Адриан удивленно уставился на нее, но все же отпустил руку Митча.

— Ваша светлость, этот человек хотел убить меня! Похоже, вы тоже находились в опасности, — он сжал Митча ногами. — Отвечай! Ты хотел ограбить графиню?!

— Он хотел спасти меня… — крикнула девушка и разрыдалась, опускаясь на снег. — А теперь мне конец… Муж убьет меня, как только я вернусь домой…

Марджа вылезла из экипажа и теперь стояла на ветру, прижав к груди руку с зажатым в ней распятием.

— Боже, Митч… — прошептала она, давясь слезами. — Нет… нет… Только не обратно…

Адриан медленно поднялся и, стряхнув снег со своей одежды, помог встать плачущей Лисбет.

— Вернитесь в экипаж, ваша светлость, — он посмотрел на Мардж и приказал: — Возьми своего брата, и сядьте в экипаж.

Все трое сидели перед ним и дрожали от страха, понимая, что, скорее всего им пришел конец. Охранник развернет карету, и они окажутся в лапах ландграфа.

— Итак, я жду объяснений, — Адриан остановил свои светлые глаза на Лисбет и та, будто на последнем выдохе, рассказала все, что предшествовало этому неудавшемуся побегу. Она чувствовала, как по ее щекам катятся горячие слезы, глаза пекут, а голос предательски срывается, но слова, словно стремительный речной поток лились и лились, пока она не замолчала опустошенная и полумертвая внутри.

— Теперь можете вернуть меня обратно, — ледяным голосом прошептала она и, набравшись смелости, подняла на него глаза.

Адриан смотрел на нее с сожалением и грустью — так смотрят святые с икон, переворачивая душу.

— Я не собираюсь везти вас обратно в «Гнездо ворона». Не стоит плакать.