Глава 54

Погода радовала пока еще робким теплом, и даже ветер, дувший с востока, не был холодным. Мы ехали по дороге, разделявшей лес и поле, и наслаждались замечательными видами. Адриан находился рядом, и я периодически видела круп его лошади. Интересно, когда приедет Филипп? От всего происходящего мне было не по себе, и я переживала за мужа.

Внезапно, наш экипаж остановился, и я испуганно выглянула в окно. С моей стороны ничего подозрительного не происходило, но тут открылась дверца, и я увидела строгое лицо Адриана.

— Не выходите из экипажа, ваша светлость! — сказал он, глядя на меня предупреждающим взглядом. — Слышите меня? Сидите и не двигайтесь!

Мое сердце ухнуло вниз, но я даже не успела спросить, что произошло, как Адриан захлопнув дверцу, и через несколько секунд раздался удаляющийся топот копыт.

— Мамочка, что случилось? — испуганно и от этого тоненько протянула Полин.

— Не знаю милая, но я уверена, что Адриан обязательно разберется с этим.

Я пересела на другую сторону и раздвинула шторки, прикрывающие окно. Только присутствие малышки не позволило мне громко вскрикнуть — в поле стояла карета графа, а возле нее шел настоящий бой. Несколько лошадей, волнуясь, били копытами землю, а пятеро мужчин схватились не на жизнь, а на смерть. Я видела своего мужа, Ливена и в одном из нападающих узнала ван Дильца. Негодяй! Какой же негодяй!

К ним подскакал Адриан и, спрыгнув с лошади, тоже вступил в бой. Теперь хотя бы силы были равны!

До меня доносились крики, но разобрать что-то было невозможно, и жадно уставившись на происходящее, я горячо молила Бога о благополучном исходе этой схватки.

Бедная Хенни… кузина находилась в гуще всех этих событий и, наверное, сходила с ума от страха.

Полин чувствовала, что происходит нечто плохое и, прижавшись ко мне, затихла, боясь даже дышать.

Раздался громкий крик и я, напряженная до предела, открыла дверцу и выскочила прямо в грязь, приказав Полин сидеть в экипаже.

Наш возница испуганно встал у меня на пути, расставив большие руки.

— Ваша светлость, остановитесь! Я не пущу вас!

— Уйди! — я бросилась вперед, но он схватил меня и сжал в стальных объятиях. — Отпусти! Я приказываю тебе!

— Нет, — твердо ответил тот, удерживая мое бьющееся в истерике тело. — Меня его светлость прибьет, если с вами что-то случится!

— Клара, успокойся! — меня вдруг выдернули из рук возницы, и сквозь слезы я увидела Филиппа. Он смотрел на меня ласково, но в то же время в его глазах плескалась злость. — Со мной все хорошо!

— О Боже! — я опустила глаза и вскрикнула, заметив кровь, которой было столько, что на меня накатила волна ужаса. — Вы ранены???

— Нет, это не моя кровь, — граф прижал меня к себе и стал гладить по спине, успокаивая этими монотонными движениями. — Все позади, тише, тише…

Ван Дильцы, как и их охранник были мертвы. Мертв был и наш возница, управляющий каретой графа. Ливена ранили в плечо, а у Адриана оказалась глубокая рана на ладони, оттого, что он перехватил руку охранника с ножом. Хенни вся дрожала от страха и расплакалась, увидев меня.

— Они так неожиданно напали на нас! О Клара, это было ужасно!

— Я тебе верю дорогая, — я еще сама дрожала от эмоций переполнявших меня. Полин держалась за мою юбку и смотрела на все происходящее широко распахнутыми глазами.

— Что теперь будет? — меня этот вопрос заботил больше всего. — Вас посадят в тюрьму за смерть ландграфа?

— Надеюсь, что нет, — Филипп говорил спокойно, но это спокойствие не могло убедить меня. — Это он и его брат напали на нас и все, кто присутствовал при этом, подтвердят правдивость моих слов.

— В этот раз не удастся переложить вину на кого-то другого, — добавил Ливен, сидя в экипаже с бледным, как мел лицом. — Слишком много свидетелей.

— Что будет с их телами? — с одной стороны мне стало спокойнее, а с другой я очень переживала. — Вы оставите их в поле?

— Нет, конечно, — ответил граф, с интересом поглядывая на Адриана. — Сейчас мы доберемся до поместья, и я пришлю слуг, чтобы они привезли тела в «Темный ручей». Адриан, а вам я хочу выразить свою огромную благодарность.

— Если бы вы позволили принять ему приход, — шепнула я мужу. — Это была бы самая лучшая благодарность.

— Вы действительно хотите занять место своего батюшки? — с интересом поинтересовался у него граф и Адриан, чувствуя неловкость, тихо сказал:

— Это моя мечта, ваша светлость. Я очень хочу быть пастором.

— Тогда я не вижу смысла отказывать вам, — Филипп похлопал его по плечу, слегка подавшись вперед. — Принимайте дела Якобса де Класа.

Мы вернулись домой, и в поместье тут же началась паника — завидев кровь, слуги испуганно ахали, тащили тазы с теплой водой, и Ливену с трудом удалось успокоить их, объяснив, что рана несерьезная.

Мне пришлось отвести Полин к фрау Гертруде, чтобы малышка не слушала взрослых разговоров и не пугалась еще больше.

— Что там происходит? — мачеха недовольно поджала губы, намекая на шум, доносящийся снизу.

— Гости приехали, — соврала я и попросила: — Посидите с Полин некоторое время, я позже заберу ее.

— Конечно, посижу, — проворчала она, гладя девочку по голове. — Она такая славная девочка.

Когда я спустилась вниз, меня ждала новость — муж отправил посыльного к герцогу Огланскому, с которым передал известие о смерти ландграфа.

Мое сердце сжалось, стоило представить, как он отреагирует на это событие, но поступить по-другому не казалось возможным. Не прятать же трупы, в самом деле?

Тела привезли через час, и граф распорядился опустить их в подвал до прибытия человека от принца. Пусть суверен сам решает, как поступить с ними, ведь родственников, кроме Лисбет у ландграфа не было. Осталось только предъявить ее обществу.

Этот вечер был самым неприятным и волнующим из всех, которые мне пришлось пережить здесь. Все были напряжены до предела, и даже разговоры о том, что все закончится благополучно, не могли успокоить меня и снедаемая страшными мыслями, я все время проводила подле супруга.

Хенни тревожилась за рану Ливена, ведь несмотря на то, что она не была глубокой — барона лихорадило. Кто знает, в каких местах был нож, которым его ударили?

Адриан остался в «Темном ручье» дожидаться вестей от принца и ночь прошла в разговорах — бессонная и нервная, сводящая с ума всех нас, даже если некоторые в этом не признавались.

Карета принца показалась на аллее совершенно неожиданно. Возможно, это плотный туман смягчал стук копыт, а возможно и влажная земля, пропитанная его сырым дыханием. Первой ее увидела Хенни и побледнела, прикрыв рот рукой.

— Что случилось? — я начала дрожать, уже понимая, что она увидела.

— Он здесь, — глаза Хенни потемнели, она сжала кулачки и приподняла подбородок. — Клара, мы должны быть сильными.

Оправив платье, я медленно направилась в холл и с каменным лицом уставилась на двери. Вот и пришел тот час, который решит судьбу «Темного ручья».