22

Наверное, это впервые, когда я не знала, что приготовить. Бывало, что встречала родителей с работы вкусными обедами и ужинами. Стараться для них мне было только в радость. И я всегда знала, что мои труды будут оценены. Прошло столько времени после их смерти… А сердце все равно болело, а душа была изранена. Пока нарезала салат, по лицу покатились слезы. В духовке запекались мясо и картофель, надеялась, что и Ване, и Вике понравится. Решила немного разнообразить наш ужин. И тут, неожиданно, словно снежная лавина, на меня навалились воспоминания. Мама очень любила овощной салат… И казалось, что сейчас, вот прямо сейчас, откроется дверь, и войдут родители. Живые и невредимые. Обнимут, поцелуют и поддержат. Но это никогда не произойдет. Они не вернутся. Даже то, что виновник их смерти уже наказан, моя боль не станет меньше. Тихо всхлипнула и отложила нож. Вытерла щеки и зажмурилась. Надо успокоиться. Слезами я могу усугубить свою беременность. Неожиданно позади услышала тихие шажки и обернулась. Заметила, как малышка быстро скрылась за поворотом. Ну, вот. Сейчас сдаст меня отцу. Надо быстро убрать доказательства слез. Не хотелось, чтобы меня жалели, чтобы лезли в душу. А Костылев не отстанет — это точно. Докопается до самой сути, вытрясет из меня всю душу, истреплет нервы, но своего добьется. А мне это надо? Нет, спасибо. Обойдусь. Хотя, в душе таилась надежда, что девочка не так поняла мое состояние, и я смогу избежать психосеанса от Костылева. Но я ошиблась. Не учла того, что Вика — папина дочка. Такая же упрямая.

— Что случилось? — Иван подошел ко мне и развернул к себе лицом.

— Ничего…

— Не ври мне. Поняла? Говори, почему плакала?

Посмотрела ему в глаза. И увидела многое, что до этого было скрыто для моих глаз.

Сейчас я видела поддержку, заботу и настоящее переживание за меня. Притворялся? Нет. Ваня самый честный, прямой и открытый человек, которого я знаю. Тогда почему я раньше этого не замечала? Да, наверное, потому что мне было так удобно. Отталкивать его. Ведь я даже предположить не могла, что родители уйдут так рано… У меня была опора и поддержка на тот момент. А сейчас их нет. И если я продолжу игнорировать Ваню, притяжение между нами, то лишусь и его. Тогда я не выживу. Мне будет тяжело, пока ребенок не родится… Но это еще так долго…

Кажется, выбор очевиден.

Сделала маленький шажок и обняла его. Будь что будет.