Глава 29

Степан Иванович налил мне чай и присел напротив.

– Ну что, моя хорошая, рассказывай, – сцепил сморщенные руки в замок и ободряюще улыбнулся. – Что приключилось у тебя, дорогая?

– С чего вы взяли, что что-то случилось? Просто устала… Беременность…

Он покачал головой, взял меня за руку.

– Моя ты хорошая, неужели собираешься обмануть старика? Я же знаю тебя, жизнерадостная девочка, и вижу, что маешься. Рассказывай. Что этот подлец сделал?

Ну вот. Именно поэтому я и не хотела говорить со Степаном Ивановичем о Макаре. Даже если мы поженимся, проживём вместе десятки лет и я рожу ему пятеро детей – всё равно для моего бравого старичка Лавров останется подлецом и негодяем.

– Ох, дедушка, вы опять за своё? – дедушкой я называла Степана Ивановича, когда нужно было его смягчить и это всегда удавалось. – Макар не подлец. Он любит меня, оберегает и…

– И мучает, – закончил за меня, а я поняла, что он прав.

Действительно мучает. И меня, и себя, и малыша нашего будет истязать, если таким останется. В том, что Лавров изменится я сильно сомневалась, а что делать со всем этим – не знала.

– Понимаете… Он очень любит меня, боится потерять. А после того нападения он словно каждую минуту ждёт чего-то плохого… Я недавно нашла оружие у него под подушкой. И мне страшно… За него боюсь, понимаете?

Степан Иванович, вопреки моим ожиданиям, не стал сыпать проклятьями на голову Лаврова, а задумался.

– Вот вы тоже мужчина. Скажите, это нормально? Так должно быть?

Старичок пожал плечами.

– Я, Асенька, не могу знать, что там в голове у этого бандита. Но в какой-то степени могу его понять. Тогда вы оба чуть не погибли и он, разумеется, боится очередного нападения. С его занятием неудивительно. А ты не будь такой простушкой. Если любит, значит, надави на него. Пусть бросит все свои темные делишки, чтоб им… Мне ли тебе объяснять, как вы, женщины, умеете на мужиков давить.

И тогда я впервые задумалась, что Степан Иванович прав. Если бы не было этого бизнеса – не было бы и конкурентов, проблем, разборок. Пистолета под подушкой и беспокойных снов. Может всё было бы по другому?

Но я ошибалась. Дело было вовсе не в делах Макара, а в нём самом. В его собственнической натуре. В его жадности. Он был жаден и не желал делить меня ни с кем, кроме ребёнка. Лишь наша семья имела и имеет для него значение. Но то, как жестоко он добивался своих целей ещё не раз меня напугает.

* * *

– Ну что, кому ты инфу сливал, Ванечка? – Лавр широко улыбнулся несчастному и легко похлопал по плечу. – Не стесняйся, рассказывай, – пропел простодушно, словно пригласил старого друга поболтать за чашкой чая.

Парень часто замотал головой, отрицая свою вину, которую, в принципе, уже давно доказали.

Пахом скривился. Зря. Нельзя Макару врать, дурачить его нельзя. Боком выходит такая глупость.

Раздался хруст костей и тут же парень закричал от боли.

– Ну вот. Ещё один сломанный палец. Сколько там у нас осталось? Семь? – со стороны могло показаться, что Лавру по кайфу пытать неудачливого программиста, но Геннадий хорошо знал, что это не так.

Раньше Макар вообще не участвовал в подобного рода «мероприятиях». Да, всегда был зол, даже агрессивен по отношению к предателям, но сам пытал кого-либо редко. Убить мог. Жёстко, без сожалений и прощальных слов, просто нажимал на курок или доставал нож и заканчивал дело.

Сейчас же, он словно обезумел. Пахом даже начал побаиваться за его психическое состояние и, честное слово, был бы Макар ранен в голову, понял бы его состояние. Но только мозг Лавра не давал сбоев. Напротив, работал, как часы. Мог бы посоревноваться с великими мыслителями, чтоб ему.

– Кому ты сливал инфу? – снова хрустнул палец, а «штрафник» истошно заорал. – А может мне топор взять, а? Макс, у нас есть топор? – повернулся к побледневшему охраннику и тот сглотнул.

– Здесь нет, шеф, но если надо я…

– Я скажу! Скажу! – завопил Иван, предчувствуя новую боль. – Всё расскажу, только не надо топора!

Пахом наблюдал за происходящим, оставаясь в стороне, пытаясь изучить поведение «нового» Лавра и понять, как себя с ним вести. Как вытащить его из этой чёрной дыры, куда братишку засасывает с бешеной скоростью.

Пахом не был паинькой, вовсе нет. На его руках столько крови, что захлебнуться ею можно. Вот только излишнюю жестокость никогда не оправдывал и считал ненужной.

Этого алчного сопляка, программиста-скакуна, можно было просто припугнуть и он бы раскололся, как миленький. Но Лавр выбил ему зубы, сломал пальцы и было видно по взгляду, что это ещё не всё.

После того, как пацан рассказал всё, что знал о заказчике, Макар прострелил ему руки, ноги, и лишь потом прекратил страдания.

– Что? – взвился, уловив недовольный взгляд Геннадия. – Не нравится? А мы могли бы этого избежать, если бы ты не относился так халатно к выбору кадров! А теперь подбросьте его труп тем, кому он служил! Пусть знают, до кого доебались!

В итоге Пахом понял – помешался друг. На подозрении, постоянном ожидании удара в спину. Просто двинулся и теперь остановить или свернуть в другую сторону его, прущего как скоростной поезд, невозможно.

* * *

Проснулась от мягкого, влажного тычка в шею и расплылась в счастливой улыбке. Меня с любопытством разглядывал маленький чёрный щенок неизвестной породы, и радостно вилял хвостиком.

– Какой он хорошенький! – схватила малыша и, прижав к себе, зажмурилась от удовольствия, зарывшись пальцами в короткую немного волнистую шерстку.

– Ну-у-у-у, знаешь ли… Если ты вместо меня по утрам будешь тискать собаку, то нам с ним в этом доме станет тесно, – наигранно-угрожающе проворчал Макар и забрав у меня щенка, потрепал его за ухо. – Как назовём зверюгу?

Я задумалась. Не об имени нового члена нашей пока еще маленькой семьи. Задумалась о то, каким разным может быть этот мужчина.

Еще вчера вечером он пришел со сбитыми костяшками рук, в крови и злой до невозможности. А сегодня дарит мне щенка и выбирает ему имя.

– Может Бальтазар? Или Арес? – предложил варианты, достойные самого Лавра.

– А может что-то менее пугающее? – забрала щенка из его рук и прижала к груди. – Малыш, например? Или Макс?

Макар хмыкнул и, присев рядом, сграбастал меня в объятия.

– Ну какой Малыш, Ась? Это бойцовская псина, – усмехнулся, глядя на меня, как на дурочку.

– Бойцовская? Не то, чтобы я была недовольна или еще чего… Но почему именно бойцовская?

Лучше бы не спрашивала и продолжала тешить себя иллюзиями.

– Ну, а что, не дворнягу же дрессировать на охрану. По-моему, отличный выбор, нет?

Нет. Совсем нет. И дело тут вовсе не в собаке и ее породе. Дело в том, что Лавров, как обычно, решил за меня и подсунул щенка, из которого собирается вырастить убийцу. И этот зверь будет жить с нашим ребенком под одной крышей.

– Макар, тебе не кажется это странным? То, что происходит с тобой?

– А что со мной происходит, Ася? – сразу же улыбка испарилась с его лица. – Я делаю для тебя и наших будущих детей то, что считаю нужным.

Вздохнула. Говорить бесполезно. Впрочем, как обычно. Но и продолжаться это не может.

– Для наших детей ты держишь пистолет под подушкой и заводишь собаку, которая нас всех сожрать может?

Нахмурившись, Лавров ничего не ответил, лишь взял щенка и направился к двери.

– Я боюсь тебя, Макар.

Замечательно поговорили.