Эпилог
Арес
Жалел ли я о том, что рискнул жизнью, закрывая собой Стасю? Конечно, нет. В тот момент у меня были доли секунды на принятие решения. И ни единого сомнения. Раньше для меня был лишь один человек, ради которого я бы даже не задумался о том — нужно или нет. Просто сделал бы. Олег.
Теперь появилась она. Моя женщина. Моя любовь. Моя душа.
Сопливые розовые слова, которые, увы, отражали действительность.
Она стала моим миром — так нежданно-негаданно. И увидеть ее живой, когда пришел в себя, было самым лучшим. Находясь где-то там, в белом тумане, я мог лишь слышать отдаленные звуки.
Но ее голос звучал для меня четче других. Я шел к ней. Шел долго и почти сдался. Почти поверил, что это будет невозможно — вернуться. Пока не услышал, что Стася ждет ребенка.
Во мне словно второе дыхание открылось.
И опять же — спасибо Самедову. Чертов придурок. Как бы ни бесил меня, но я знатно задолжал ему.
Конечно, Мальвина не была в курсе многих деталей. Ни к чему было ее волновать. Но когда выбрался из больнички, все же попросил Ильдара о встрече.
— Выглядишь так себе, — заявил он в своей манере, едва я переступил порог офиса.
— И тебе привет, напарник.
— Решил сразу в бой? А как же больничный? — продолжал ерничать он.
— Зашел сказать спасибо, — очень серьезно произнес я. И протянул ему руку. Впервые действительно искренне радуясь, что мы оказались по одну сторону баррикад.
Самедов будто почувствовал момент и перестал паясничать.
— Не за что. Рад, что ты оклемался.
— И за Стасю спасибо. Что не бросил.
Мужик усмехнулся и качнул головой.
— Был неправ. Она достойна уважения. Но воспитывать и воспитывать ее еще…
Теперь в его голосе не было едкого сарказма — лишь дружеская шутка. Вообще после того замеса с базой данных многое изменилось. Я пересмотрел свое мнение об Ильдаре. Он был достойным мужчиной и надежным партнером, хотя бесил меня порой знатно.
— У меня будет для этого время, — усмехнулся в ответ.
— Не сомневаюсь. Рад за вас.
На короткое мгновение я заметил мелькнувшую боль в его взгляде. И это оказалось неожиданным. Что я знал о нем? Кажется, когда-то он был женат. Но подробностей было мало. Да и не интересовался я настолько делами напарника.
— Что насчет Збоева?
— К сожалению, концов не нашли.
— То есть Владлен Игоревич по-прежнему под ударом? — уточнил я.
— Увы, — мрачно подтвердил Самедов. — Вероятнее всего, эта гадина теперь затаится на какое-то время.
— Неужели никаких вариантов? Вообще никаких следов?
— Нет. Сработали очень чисто. Выглядит так, будто это Збоев точил зуб на председателя.
— Ума бы не хватило, — фыркнул я.
— Согласен. Так что… Как придешь в себя и отпразднуешь медовый месяц — возвращайся. Будем думать.
— Я? — поморщился. — Ты же знаешь — я в Империум ни ногой. Нахер мне эта канитель?
— То есть не поможешь нам? — тут же напрягся Ильдар.
— Вы и сами с усами, — усмехнулся я.
— Был неправ, — многозначительно произнес он. — Твои аналитические способности не уступают…
— Ой, да захлопнись, — расхохотался я, глядя, как Самедов чопорно произносит речь. — Разберемся. Нам здесь жить. А значит должен быть порядок.
— Здравый подход.
— Но Ильдар… Теперь мне есть что терять. И вероятно, действовать придется иначе.
Тот многозначительно усмехнулся и кивнул. И это стало отличным началом плодотворного сотрудничества. Настолько, что в какой-то момент я все же узнал, что скрывалось за тем пренебрежительным отношением к женскому полу, которое так яро демонстрировал Самедов. И не только узнал — а лично познакомился. Но это уже другая история…
Стася
Сказали бы мне пару месяцев назад, что я буду не только замужем, но еще и в положении, я бы не поверила. Но вот как вышло…
Арес поправился в рекордные для его травмы сроки. Врачи только руками разводили, а сам пациент утверждал, что это целительная сила любви. Мол, так сильно хотел к невесте, что организм делал все возможное.
Когда его, наконец, выписали с кучей назначений, мужчина словно с катушек слетел — устроил мне почти суточный марафон интимного характера. Нет, я не жаловалась, но от такого напора, признаться, была в шоке. Пыталась напомнить, что ему надо беречь себя. Но куда там!
Впрочем, я ведь и сама до одури скучала по нему. Токсикоз таинственным образом сошел на нет, стоило нам начать регулярно любить друг друга в любом подвернувшемся месте.
От пышных торжеств я отказалась. Никогда не понимала тягу к помпезным платьям и огромным торжествам. Узнав об этом, Арес заявил, что я просто идеальная женщина. И в тот же день привез мне свидетельство о браке. Это была наша первая серьезная ссора. Мы не разговаривали почти полдня. Я очень старалась принять его авторитаризм, но поставить за меня подпись при регистрации брака…
Это было уже слишком! О чем я ему и заявила.
Наше недоразумение разрешилось самым неожиданным образом. Решив продемонстрировать Аресу, как многого он лишается, я залезла на сайт женского белья, и случайно зашла в раздел про ролевые игры. А когда оказалось, что тут же у них продавались не только платья горничных или медсестричек, а и вполне себе кожаные шортики, трусики и… даже сбруи! Меня за этим делом и застукал новоиспеченный муж.
Его взгляд в тот момент, когда он понял, ЧТО я разглядываю, невозможно забыть. Он был наполнен таким предвкушением и желанием, что наша ссора была благополучно забыта, а я — распята на кровати и как следует оттрахана. По-другому это не назвать. Впрочем, я опять же не жалуюсь. Ведь после, в душе, я тщательно разъяснила ему, за что обиделась, и что делать не стоит. Он был согласен на все — потому что стоило мне опуститься перед ним на колени, как из Ареса можно было вить те самые веревки, о которых он все еще вспоминал в шутку.
Вот так, путем взаимных уступок мы и шли навстречу друг другу.
С Машей у меня сложились теплые дружеские отношения. А тема беременности и вовсе сблизила нас. Она оказалась настолько удивительной, что я не переставала восхищаться ей. Со временем она рассказала свою версию того, как складывались их с Волковым отношения. И я в полной мере осознала, насколько мне повезло с Аресом. Да, я считала его психом, но малоразговорчивый сдержанный Олег все еще заставлял меня робеть перед ним.
Иногда я скучала по Ире. Понимала умом ее продажную натуру, но все равно скучала. Астахов оказался благородным — устроил ей похороны, как подобает. Я даже пару раз была на ее могиле.
Наверное, все же я была неисправимо наивной, как говорил муж.
— Ты слишком веришь в хорошее, — вздыхал он, когда я снова спорила с ним о том, что кому-то на его работе можно было бы дать и второй шанс.
— Но ведь ты же понимаешь — ситуация, она…
— Нет, Стася. Но мне нравится, что ты такая. Не меняйся. А я буду беречь тебя и твои розовые очки.
Скорее всего, он был прав. В его мире действовали другие правила. Там нельзя было поддаваться слабостям, идти на поводу у глупой надежды. Там или ты, или тебя. Мне понадобилось время, чтобы научиться принимать это. Но я смогла — потому что любила его. Мужчину, изменившего мой мир. Подарившего мне дочку, которая совсем скоро должна была появиться на свет.