Глава 20
Прошлое
Надежда
Смотрю на девушку в зеркале, которая улыбается сквозь слезы, губы дрожат, а на сердце тепло-тепло, потому что больше не одна…
Дрожащие пальцы сжимают тест. Положительный.
— Беременна… — выдохом, глядя в собственные глаза в отражении, — господи, я беременна…
Кладу тест на раковину, потому что руки дрожат, боюсь его выронить. В глазах у меня слезы.
У нас с Багратом будет малыш…
В любой другой ситуации испугалась бы этого знания, своего положения, но Умаров с первой нашей близости не предохранялся…
— Ты не боишься нежелательных последствий? — однажды спросила, когда у меня немного сбился цикл, боясь услышать ответ, прижимаясь обнаженным телом к своему мужчине…
Как-то повелось, что все разговоры у нас с Багратом протекают в постели, когда я взмокшая и уставшая лежу на его каменной груди.
Касанием поднимает мой подбородок и заглядывает в глаза. Взгляд у него твердый. Без тени хмели. Уверенный, когда произносит резко:
— Нет. Ты моя женщина. Секс имеет свои последствия. И я хочу этих последствий, Надя…
Улыбаюсь весело, но Баграт не спускает цепких глаз с меня.
— Ты беременна, маленькая? Почему именно сейчас заговорила о «последствиях»?
Краснею, смущаюсь. Не знаю, как сказать мужчине о том, что у меня нарушение цикла…
— Надя…
Давит одной лишь интонацией и взглядом, продирающим насквозь.
Смущаюсь, отвожу взгляд и, наконец, отвечаю:
— Просто у меня задержка, — выдаю быстро и прежде, чем мужчина начнет думать о «последствиях», продолжаю, — у меня иногда бывают задержки, нарушения цикла, я не знаю, с чем это связано, и сейчас задержка…
Ловит мой взгляд, заставляет опять взглянуть в его глаза, сам же наваливается сверху, придавливает к постели, ненасытный, уже готовый продолжить наш безумный марафон.
— Ты пойдешь к гинекологу, — заявляет спокойно, — посмотрим, что за у тебя нарушения и, возможно, тебе нужно лечение…
Не дает мне переварить информацию, вонзается в меня и уносит в наслаждение, вязкое, всепоглощающее.
Опять беру в руки тест и смотрю на результат. Первое желание — лететь в комнату, найти телефон и позвонить своему мужчине. Рассказать о счастье, которое сейчас переполняет меня до краев.
О том, что у нас будет малыш, мальчик или девочка. Неважно! Наша кроха, которая будет любить, жить, радоваться…
Поэтому, откинув все сомнения, я иду в комнату, достаю свой кошелек и выуживаю из него визитку гинеколога, к которому меня повел Баграт.
Обаятельная женщина средних лет тогда провела комплексное обследование и выписала мне определенное назначение, которое я пропила, и нарушения в цикле исчезли.
Вот и сейчас быстренько набираю номер и жду ответа.
— Нина Михайловна, здравствуйте, это Надежда Ульянова.
— Да-да, Наденька, здравствуйте! Как поживаете, как здоровье?
— Все хорошо, доктор, — улыбаюсь.
— Я очень рада! С циклом все в порядке?
— Нина Михайловна, я вот поэтому вам и звоню, у меня задержка была, и я сделала тест.
— Что показал? — спрашивает по-деловому, включая профессионала.
— Положительный, — на выдохе, — вот решила позвонить вам, уточнить, не ошибка ли, да и вообще я не знаю, что делают в таких случаях…
— Ты все правильно сделала, Наденька, приезжай в клинику, сделаем ХГЧ, ну и вообще посмотрю, как ты, направлю на анализы, может быть, выпишу витамины…
— Хорошо, Нина Михайловна, только… вы пока Баграту ничего не говорите, хочу сделать ему сюрприз, если беременность подтвердится, конечно…
Легкая пауза в трубке, затем четкое:
— Врачебная тайна. Надежда. Конфиденциальность. Это то, на чем стоит мое имя и профессионализм. Все. Жду в клинике…
Дальше были анализы и ответ. Беременность подтвердилась…
Нина Михайловна прописала мне фолиевую и еще какой-то витаминный комплекс.
Защита диплома прошла более чем удачно, но это все проходило вскользь.
Я считала дни до возвращения Баграта.
Я все думала, что, когда получу диплом, вместо того, чтобы пойти устраиваться на работу, сразу же пойду в декрет.
Пусть так. Хотя мечтала о карьере, о будущем, но…
Маленькое «но» уже живет во мне…
Со всеми новостями и беготней я даже не придала значения, что Баграт мне не звонил, отправил лишь пару скупых смс и поздравление с защитой диплома в виде букета и карточки с текстом «Приеду — отметим».
Дни проходят как в тумане. Все порываюсь позвонить Баграту, но стоит нажать на кнопку вызова, как скидываю звонок.
Не хочу…
Знаю, что если услышу голос своего мужчины — все выложу. Он чувствует меня, как ищейка, и способен понять, что я скрываю что-то, даже по голосу, а я…
Я хочу сделать своему мужчине сюрприз.
До возвращения Баграта остается четыре дня, и я лежу на диване, листая в телефоне странички, на которых девушки креативно сообщают своим любимым о счастливой новости…
Залипаю на одном видео: будущая мамочка ставит на стол тарелку, прикрытую крышкой, а стоит мужчине ее поднять, как на белоснежном блюдечке лежит соска…
Прикидываю, что вместо соски можно положить тест и еще добавить конфетти.
Глупая девчонка, видящая все в розовом цвете. Наивная. Доверчивая. Влюбленная до сумасшествия во взрослого и уверенного в себе мужчину.
Неожиданно слышу щелчок. Понимаю, что дверь открывают своим ключом.
Сердце пропускает удар, откидываю телефон и подрываюсь с места, вспоминая, что, как дурочка, оставила тест на столе, все никак не могла убрать, проходила и смотрела на полочки, подтверждающие факт наличия во мне новой жизни.
Радовалась.
Быстро хватаю улику и засовываю в задний карман джинсов, чтобы Умаров раньше времени не увидел.
А сама бегу в коридор навстречу к любимому, сердце бьется в груди как сумасшедшее. Лечу по огромной квартире и тапочки скользят по полу, когда торможу.
Еще один щелчок и дверь отворяется медленно-медленно, как в замедленной съемке, свет освещает фигуру, режет по глазам, ослепляет и стирает радостную улыбку с моего лица…
Женщина. Ухоженная. Высокая. С иссиня-черными волосами, входит в квартиру, как к себе домой.
Вроде поначалу и не замечает меня, а я впиваюсь взглядом, изучаю с головы до пят. Эффектную, роскошную леди в идеальном белоснежном костюме и сумочкой, свисающей с плеча.
Дама входит и ударяет ноготками по выключателю, озаряя все пространство светом, и вот тут ее темные глаза останавливаются на мне.
Странно, но она не выказывает удивления, смотрит на меня, скользит взглядом по моей фигуре.
А я чувствую себя каким-то гадким утенком на фоне белоснежного лебедя. Женщина улыбается одними губами, глаза остаются холодными, надменными, с легкой долей жалости.
Как если бы она смотрела на букашку с перебитым крылом, вроде и жалко, но вот лобовое стекло автомобиля от всякой заразы очищать нужно.
— Здравствуй, — выдает, наконец, спустя мгновения молчания.
Не могу понять, кто это, но учитывая, что у женщины есть ключи, я тактично отвечаю:
— Здравствуйте.
— Я ненадолго, — заявляет дама, — не ожидала, что здесь кто-то есть, сейчас позвоню водителю, чтобы приехал за мной, а то я его отпустила. На улице дождик накрапывает…
Говорит какие-то фразы, а у меня в мозгу только одна мысль пульсирует:
«Кто ты?»
Женщина обходит меня и, не разуваясь, идет прямиком в кухню, при этом точно зная, где и что находится, а я ощущаю себя бедной родственницей и плетусь за ней.
На мгновение возникает ощущение, что, быть может, эта незнакомка сестра Умара, или какая-то дальняя родственница, слишком уж она ведет себя свободно.
На правах хозяйки входит в кухню и разворачивается ко мне.
— Я бы не отказалась от чая, пока жду водителя, — и не дожидаясь моего ответа, отворачивается, садится на барный стул и достает из сумочки навороченный телефон, а я наблюдаю, как она подносит гаджет к уху, как ее длинные алые ногти выбивают веселый ритм по столешнице.
— Павлуша, дорогой, я, кажется, напутала с адресом, эта квартира занята, возвращайся, поедем в другие апартаменты… У меня после Парижской недели моды ветер в голове, вся на эмоциях, — произносит нараспев и, не дожидаясь ответа, сбрасывает вызов.
Дает понять, что мягкий тон лишь тон, а вот приказы стоит исполнять.
Я же стою, как вкопанная, и не понимаю, что делать. Что говорить.
— Дорогая, вон там чайник, а чаи находятся в шкафу на второй полке, если мне не изменяет память. Баграт педант, всегда и везде все у него лежит в определенных местах, если ты, конечно, ничего не перепутала, — милая улыбка появляется на алых губах, а белоснежные зубки жемчужинками притягивают взгляд.
Красивая, безукоризненная, идеальная какая-то женщина, может, немного возрастом младше Баграта, смотрит на меня все так же улыбаясь, а я, наконец, прихожу в движение и жму на кнопку чайника, пока вода греется, достаю чай ровно с того места, как и сказала незнакомка.
Наконец, не выдерживаю и перехожу к вопросу, который меня мучает.
— Мы не представились друг другу.
Выговариваю, наливая заварку в красивый чайник из сервиза, предназначенного специально для приготовления ароматного чая.
— Я Надежда, а вы? — короткий и быстрый взгляд в сторону скучающей красотки. — Вы сестра Баграта?
Задаю насущный вопрос и поворачиваю голову в сторону непрошеной гостьи, которая улыбается еще более светло, аккуратные брови ползут слегка вверх в удивлении.
— Можно и так сказать, — отвечает неопределенно, а я разливаю чай и ставлю перед женщиной.
— Я немного не понимаю, — отвечаю, замявшись, — Баграт в командировке и он не говорил о том, что у нас будут гости…
Жмусь. Вся эта ситуация какая-то странная, непонятная.
— Оу, нет, что ты, дорогая, я не то, чтобы гость, — отвечает, опять улыбаясь, а меня от подобного оскала уже передергивать начинает, как, впрочем, и потряхивать.
Напряжение достигает своего предела, проходится иглами по позвонкам.
— Да и у вас с Багратом гостей здесь в принципе быть не может, разве у вас бывают гости, Надежда? — спрашивает невзначай.
Вся ее фраза пропитана каким-то ядом, которой проскальзывает в мое сознание и выковыривает ответ.
Гостей у нас с Багратом никогда не было. У нас были свидания, походы в рестораны, театр и кино… но… никогда я не присутствовала с ним на каких-либо встречах, Умаров всегда говорил, что мне не место в этом змеином логове, но вот сейчас со словами этой женщины какие-то сомнения заползают в сердце.
Вся палитра моих чувств и эмоций, наверное, отображается у меня на лице, так как незнакомка внимательно окидывает меня веселым взглядом и делает глоток чая.
— Обожаю этот сорт. Мой любимый. С жасмином. Баграт всегда заказывает именно его…
И сказано это с таким намеком, будто для нее он покупает этот сорт, по ее выбору. Какое-то страшное предчувствие поселяется в сердце, вернее, оно закралось в душу сразу же, как только я увидела эту диву.
Воображение сразу же пририсовало ее к образу Баграта и с уколом в сердце показалось, что именно эта женщина подходит моему мужчине как никто другой.
Эта дама явно знает себе цену и ее вот такое вот отношение, с высоты своей колокольни. Она словно с прислугой общается, как с водителем своим, к которому может обратиться панибратски и назвать Павлушей.
— Простите, но я не понимаю, кто вы и что именно здесь делаете, — наконец, собираюсь с силами и пытаюсь сложить все.
Женщина откидывается на спинку стула и хмурит брови, будто сама удивлена, что я не в курсе, кто она и что она.
Но опять это выражение слетает с ее лица, а в глазах появляется задорный блеск, ее словно забавляет мое замешательство, она похожа на вампира, который питается чужими чувствами.
— Ну так, Надежда, ты припомнила, была ли ты с Багратом хоть на одном мероприятии?
Продолжает наш разговор как ни в чем не бывало, а я упрямо молчу, потому что уже предчувствую, что она мне скажет…
— А знаешь, почему ты ни разу не была с ним на официальных встречах?
Темные тучи набухают над головой и готовятся излиться кислотным дождем, который погребет все мои надежды и мечты, разъест душу и оставит после себя только выжженную пустыню.
— Ответ слишком прост.
Коротка пауза и оглушительное:
— Для приемов и раутов есть официальные жены…
Одна лишь фраза, сказанная невзначай, рушит все. Ощущаю, как земля разверзлась под моими ногами, и я лечу куда-то вниз. В самую пропасть. В бесконечную тьму.
— Жена? — повторяю сухими губами шокированно.
Мне пока еще не больно. Пока еще в груди не растекается огненной лавой нестерпимое жгучее ощущение пустоты.
Все еще могу дышать, все еще существую. Под наркозом будто.
— Конечно, — отвечает женщина, слегка пожав плечами, — разве ты не знала, когда подписывала контракт?!
Киваю. Не знаю, почему это делаю. Чисто на инстинктах. Просто нервное, но жена Умарова воспринимает этот жест на свой лад и улыбается же более спокойно, прищур исчезает.
— Я, конечно, понимаю, что мой муж мужчина знойный, от него легко потерять голову, но все же, дорогуша, не забывай, что твой, — пауза и ухмылка, — труд оплачивается и даже очень хорошо, хватит на безбедную жизнь и счастливую старость.
Говорит непонятные вещи, которые с трудом доходят до моего сознания.
Не понимаю я, о чем она говорит. Какой контракт? Какие деньги?
Но пока я думаю, разум уже подкидывает кадры и воспоминания.
— Подпиши, — спокойный голос моего мужчины, и я ставлю росчерк, не глядя.
— Что это? — мой удивленный возглас и поцелуй, который сносит все мои мысли.
— Мой тебе подарок, Надежда моя… Счет открыт на твое имя…
В шоке смотрю в лицо Баграту, плавлюсь под его огненным, раздевающим взглядом.
— Моя женщина не будет ни в чем нуждаться…
— Мне ничего не нужно…
— Это мой подарок…
И поцелуй…
— Что-то водитель мой запаздывает, — вырывает из моих мыслей беззаботный голос, а за окном резко шваркает молнией и громыхает.
Погода обрушивается шквалом дождя, который барабанит по стеклам, словно пулями простреливает.
Словно сама природа повторяет все то, что творится у меня в душе.
— Павлуша, дорогой, долго мне тебя еще ждать? — надменный недовольный голос достигает меня, и я останавливаю осоловелый взгляд на женщине, щебечущей со своим водителем.
— Пробка, погода, милый, меня это мало волнует. Хочу, чтобы ты забрал меня…
Этот разговор оставляет осадок. Как-то фривольно дамочка общается с персоналом, но…
Что мне знать о жизни богатых и влиятельных. Для нее вон норма, что у мужа есть девушка на контракте, может, в их семье практикуют свободные отношения…
Голова начинает раскалываться от мыслей.
— О, будешь через пять минут… Очень хорошо.
Откладывает телефон, а я смотрю на ее пальцы с кроваво-алым маникюром и почему-то кажется, что это кровь, моя кровь на ее руках, от моего вырванного сердца следы…
— Ну и как продвигаются наши дела? — вдруг задает вопрос и впивается в меня уже отнюдь не доброжелательным взглядом.
— Наши дела? — повторяю отупело.
Женщина закатывает глаза и уже ведет себя как работодатель, с которым у нас действительно рабочий контракт.
— На то, чтобы забеременеть, тебе отводится определенный срок, тогда получишь обговоренную сумму сверху, так что работай, милочка, нам с мужем нужен ребенок…
Если мне казалось, что мне обломали душу секундами ранее информацией о том, что Баграт женат, то сейчас…
То, что я чувствую сейчас, вызывает адскую боль. Анестезия проходит, фантомный хирург отсекает у меня неживую часть души.
Перед глазами все темнеет, мушки прыгают.
Кислород перекрыт.
Делаю пару шагов и опускаюсь на стул, ноги не держат. Почему я не падаю в обморок — я не знаю.
Сознание держится за этот разговор, а в заднем кармане джинсов тест на беременность.
Мой ребенок.
Мой!
Он уже зародился во мне…
— Мы просто устали от ЭКО, от лечения, не получается у меня забеременеть, да и мои яйцеклетки, как оказалось, непригодны, не приживаются. А Баграту нужен наследник. Именно по крови. Своего хочет. Вот и приходится прибегать к услугам фертильных и здоровых девушек…
— Труды? — повторяю вопросительно, и женщина прищуривается, злится.
— Да, дорогуша, за труды очень хорошо платят! Еще и кайф ловишь. Баграт умеет доставлять женщине удовольствие, хорош он в сексе, заставляет улетать. Так сказать, совмещает полезное с приятным.
Опять киваю своим мыслям. Которых нет, и женщина расслабляется, принимая этот жест за согласие.
— Пока наши все старания безрезультатны… не все можно купить за деньги, к сожалению, но надеюсь, у тебя получится подарить нам ребенка.
И улыбается светло-светло, а я с трудом справляюсь с рвотным позывом. Держусь только благодаря страху, что если эта женщина узнает о моей беременности…
Они отнимут у меня моего ребенка, возьмут себе и эта лощеная бездушная стерва, покупающая для себя ребенка, будет заставлять чужое дитя называть себя мамой…
Руки сжимаются в кулаки.
Она что-то говорит про то, что мне выгодно побыстрее забеременеть и что у ее мужа также проблемы и если его сперма даст плоды во мне, то меня просто озолотят…
Сетует на то, что беременность может испортить ее фигуру и, может, и хорошо, что она не может беременеть…
Звонок прерывает поток нечистот, который льется на меня.
Пока женщина принимается отвечать, я смотрю на нее со всем омерзением.
— Нет-нет, мама, не приезжай! Эти апартаменты заняты. Ну, напутала. Я после Парижа с Миланом под впечатлением. Последний показ — это нечто. Я скупила все, что можно! Угрохала несколько миллионов… Подарочки тебе привезла… С наилучшими пожеланиями от Эрмано лично… да-да…
Смех.
— Ну что поделать, у Баграта в каждой квартире по девушке, работаем над нашим вопросом… Да, мамулечка, я обязательно приеду, как акклиматизируюсь…
В каждой квартире по девушке…
Больно.
Почему? За что?
— Надя… Надежда моя… ты одна у меня такая… Увидел и понял — моя…
В каждой квартире по девушке…
— Как погибли твои родители?
— Автокатастрофа, Баграт… Одна я осталась на всем белом свете, когда бабушка умерла…
Горячий поцелуй в самые губы с привкусом моих слез и его хриплое:
— Не одна, Надежда моя, не одна… теперь уже нет…
В каждой квартире по девушке…
— Ты не боишься нежелательных последствий?
— Нет. Ты моя женщина. Секс имеет свои последствия. И я хочу этих последствий, Надя…
Баграту нужен наследник. Именно по крови. Своего хочет. Вот и приходится прибегать к услугам фертильных и здоровых девушек…
Зеркало моей души ломается на сотни тысяч осколков, которые летят в разные стороны, ранят меня до мяса, оставляют кровавые борозды, которые со временем затянутся кривыми шрамами…