Глава 14

С последнего визита Сафронова прошло три дня. Ничем не примечательные, совершенно обычные. Но вот я снова все чаще начала думать об этом мужчине. Так и хотелось ему позвонить. Да я будто ждала его очередного визита. И тех обещаний, которые оставил. Ждала, убежденная, что это опять во мне заговорили гормоны. Но раз так, и я чувствую себя неважно, так может Сафронову уже пора бы появиться? Все-таки из-за его ребенка со мной это все происходит. Я уже сильно округлилась во всех местах. И стала совершенно неадекватно относиться к сексу, которого еще недавно в моей жизни не было вообще.

– Как дела? – спросила я у Власа на следующее утро.

Так и хотелось его разговорить, чтоб поделился информацией – где же носит его гадского босса.

– Нормально, – ответил он, глянув на меня с каким-то подозрением. – А у тебя?

– Тоже ничего.

Что здесь еще добавить. Не могу же я сказать все прямо.

– Что-то надо? – спросил он следом, заподозрив неладное.

Да, блин, надо – секса! А еще лучше вернуть мне мою жизнь без Сафронова и его детей.

– Нет. Я просто так спросила.

– Точно? Я как раз собираюсь в магазин, хочу проветриться немного.

– А с тобой можно? – попыталась я.

– Нет.

– Ладно. Тогда принеси мороженое, крем-брюле.

– Хорошо.

Влас ушел. А я чуть не застонала от досады, чувствуя себя полной дурой. Решив отвлечься, включила телевизор. И сразу наткнулась на новости. А там срочное сообщение – на окраине города загорелся склад, возможно есть пострадавшие. Не желая расстраиваться, я переключила на какой-то фильм. Но тут, будто что-то забыв, вернулся Влас – так я подумала, пока не увидела в гостиной Сафронова. И во мне сразу включился каждый нерв. Все-таки какой он впечатляющий мужчина. Сегодня одетый в темно-синюю рубашку, расстегнутую на две пуговицы, так что было видно тугие жилы на шее и ямочку между ними. На руке классические часы с черным браслетом. На ногах темные джинсы. А когда я посмотрела в его темные глаза, то едва не провалилась в них.

– Как дела? – спросил теперь и он у меня, подходя ближе. – Скучала?

– Это вряд ли, – пробурчала себе под нос, и плевать если услышал, и что вообще соврала.

– Как себя чувствуешь?

– Отлично, – ответила ему с фальшивой улыбкой. – Мне уже гораздо лучше.

Он как-то хмыкнул и зачем-то присел рядом со мной на диван.

– Что смотришь? – вдруг спросил.

– Не знаю, фильм какой-то.

После этого, как назло, не прошло и пяти минут, и на экране между главными героями стало происходить нечто интимное. И меня за секунду бросило в такой жар, что загорелись даже уши. Поэтому я резко переключила на первую попавшуюся кнопку. Чем привлекла полное внимание Сафронова.

– Интересуешься рыбалкой? – спросил после некоторых минут паузы.

Только в этот момент я поняла, что мы смотрим познавательный канал «все о рыбалке».

– Нет, – ответила ему и зачем-то быстро выключила телевизор.

После чего лучше совсем не стало. Тихо стало. И это в такой компании. Сидит тут рядом, молчит и смотрит на меня. А я вот просто – как дура.

– Зачем приехали? – все-таки решила я спросить прямо, складывая руки на своей груди, которая от беременности уже стала на размер больше.

– А я как раз соскучился.

Ну да, конечно, как будто ему есть до меня дело.

– А я вам не верю, – ответила смело.

На что он встал и подал мне руку со словами:

– Пойдем, попробую тебя убедить.

Я нахмурилась. Хотя гормоны внутри весело засуетились, вот-вот рванут в пляс. И мне почему-то сложно оказалось им сопротивляться, как и самому мужчине. Вложив свои пальцы в его ладонь, я доверилась этому демону – я поднялась и последовала за ним, в спальню.

– Ложись на кровать, – скомандовал Сафронов, расстегивая пуговицы на своей рубашке. – И расслабься.

И тут я неуместно занервничала. Про жену его вспомнила. Но какой смысл говорить о ней, когда он ни разу не дрогнул при ее упоминании. Ему же вообще наплевать. А меня и подавно не должны интересовать ни чужие жены, ни дети. Поэтому я заставила себя отбросить все лишние мысли и улеглась на кровать. Тем временем, мужчина снял рубашку и расстегнул свои черные джинсы. Его достоинство явно окаменело и увеличилось в размерах настолько, что уже выглядывало из-под резинки трусов. И это все из-за меня? Неужели…

Но вот он уже полез ко мне. И с таким взглядом, словно удав перед смертельным рывком. Теперь я точно провалилась в темноту его притягательных глаз. Я позволила прикоснуться к моей коже. Он просто провел ладонями по ногам. Но это было так медленно, так интимно, что впору сгореть со стыда, в моем-то положении. Но стыдно уже не было. Мне стало жарко и очень гОлодно. Я захотела большего, много и сразу. Так сильно захотела, что не сдержала стона, когда мужчина всего лишь раскрыл перед собой мои колени и провел пальцами по внутренне стороне бедра. Он словно дразнил. Или проверял, насколько была готовой. А у меня трусики – хоть выжимай.

– А говоришь, что не скучала, – издевательски произнес мужчина, по кругу проводя большим пальцем у меня между ног.

А мне сейчас вообще не смешно. Мне практически больно, когда вот так мучительно дразнят. Я все-таки беременная женщина, которая вот-вот взорвется.

– Скучала, честно, – все-таки призналась ему с придыханием. – Только, пожалуйста, не останавливайтесь.

Мужчина неожиданно рассмеялся. То есть, я тут помираю от буйства своих гадских гормонов, когда он откровенно веселится.

– А ты интересная. Хоть и боишься меня, а все равно находишь смелость чтобы дерзить…

И тут он совсем отстранился. Потому что ему позвонили. Подойдя к креслу, где лежала его рубашка и вибрирующий телефон, Сафронов взял аппарат, поднес к уху и кому-то ответил:

– Да. Только давай коротко.

Но это… это же вообще ни в какие ворота! Разве у этого изменщика могут быть сейчас какие-то важные дела помимо меня? Ведь я тут лежу перед ним вся готовая, истекаю своим позором, а он – просто решает ответить на чей-то звонок.

– Что значит горит?! – со злостью в голове вдруг рявкнул Сафронов.

Но я вообще-то тоже злилась. А окончательно осмелев, прикоснулась к себе и провела пальцами по сосредоточению всех моих бед. Раз мужчине некогда, это сделаю я, ведь все не так уж и сложно. Но, едва это заметив, Сафронов подошел ко мне, жестко обхватил мое запястье и рывком убрал руку в сторону.

– Ай, – произнесла я и посмотрела ему в глаза, не стесняясь транслировать все свое недовольство таким поведением.

Но моя злость – это песчинка по сравнению с той, которая сейчас отражалась на мужском лице. Я даже дрогнула, внутренне порадовавшись, что вот это все уже не из-за меня.

– Быстро всех туда, – скомандовал кому-то Сафронов по телефону. – Я сейчас подъеду.

И вдруг мужчина меня отпустил. Он отошел, кое-как застегнул штаны и накинул рубашку, начиная возиться с пуговицами. То есть – все?!

– Вы уходите? – растерянно спросила я, не веря своим глазам.

– Да. Но ты не расстраивайся. Вечером вернусь.

– Но я не хочу вечером, я хочу сейчас, – возмутилась, вслух.

И плевать, если это похоже на каприз – сейчас имею право. Плевать, если у него там действительно какие-то важные дела. Горит ли его склад, о котором передавали в новостях, или что-то еще. Потому что у меня тоже там внутри все горит, и не по моей воле, а по вине этого демона. И раз уж пришел, то пусть сначала закончит начатое. Или… или я за себя не ручаюсь.

Но мне поступил ответ:

– Потерпи до вечера.

Да я умру до вечера. Неужели он не понимает?

– Нет, пожалуйста, не оставляйте меня в таком состоянии. Мне нельзя нервничать.

– Вечером, хорошо? – настойчиво повторил мужчина и направился к выходу. – Посмотри пока передачу о рыбалке.

Да он издевается. Уже открыл дверь и вот-вот выйдет из комнаты

– Если вы уйдете, – начала я говорить в спину, совсем уже позабыв с кем именно разговариваю, – я соблазню Власа.

И тут Сафронов остановился. Он повернулся ко мне и посмотрел так, что я сразу пожалела о своей дурной смелости. Сразу вспомнила кто он, и свое место в его жизни. Поэтому, когда мужчина подошел к кровати, я попятилась. На что он четко скомандовал:

– Подойди.

Но делать это было уже страшно. Как и ослушаться. Поэтому я осторожно подползла к краю кровати, оказываясь лицом к мужскому лицу, и неосознанно положила руку на живот. Правда смотреть ему в глаза уже не посмела. Тогда Сафронов поднял руку, взял мое лицо за подбородок и приподнял, все-таки заставляя на него посмотреть.

– Ты правда думаешь, что можешь ставить мне условия?

– Нет. Это я случайно. Просто вырвалось.

– Вот как, – произнес он, приподнимая левую бровь. – Если Влас тронет тебя хоть пальцем – накажу обоих. Сначала его. А когда родишь – то и тебя. Это ясно?

Сглотнув скопившуюся слюну, я кивнула. И хоть Сафронов говорил спокойно, и даже не причинял мне сейчас физическую боль, а все равно источал такую опасность, которую я ощущала каким-то шестым чувством. У меня даже волосы на затылке зашевелились. И не возникло никаких сомнений в серьезности его слов.

Правда, я подумала, что на этом он развернется и уйдет. Ошиблась. Зачем-то наклонившись, Сафронов вдруг прикоснулся своими губами к моим. Он поцеловал меня. И пусть поцелуй не был долгим, зато глубоким и с полным ощущением мужской власти. Только после этого он развернулся и все-таки покинул мою спальню.