Глава 24

Домой он смог приехать только к десяти вечера. Такой уставший, что никого не захотел видеть. Поднялся в кабинет и первым делом налил себе виски. У него очередное ЧП. На птицефабрике, которая досталась ему от тестя, передохла вся живность. Даже крысы подохли. Трое сотрудников в больнице. Один умер. Кто-то умудрился подсыпать яд в кормовую смесь. И это не поставщик, что смог он выяснить сегодня в течение дня. Наверняка личный враг опять дал о себе знать. Хотя, ферма из-за этого не развалится, но проблем теперь все равно вагон и маленькая тележка. Это же полная мойка, объяснения с покупателями со штрафными издержками и закупка новой продукции. А еще охрану и контроль нужно усиливать. Работы не на месяц и дополнительные затраты. И опять никакой существенной информации. И снова умер именно главный подозреваемый. Только в этот раз не от пули, а в больнице. Предварительно – от отравления. Незадолго до смерти он положил на свой счет значительную сумму денег. Подкупили, видимо, а затем тихо убрали, чтобы никого не сдал.

Поймает остальных виновных – уничтожит лично.

Едва же Демьян присел в свое кресло, как в кабинет постучали. Какая-то зараза даже здесь не дает ему покоя.

– Да! – рявкнул он.

– Можно? – спросил Влас, сунув к нему нос.

Высокий такой, короткостриженый шкафчик. Один из немногих, кому он доверял.

– Заходи.

Власу можно. Лишь бы не Алла или кто-то из домочадцев. А стоило только увидеть парня, как сразу вспомнил про девушку. Ведь Влас сегодня прохлаждался в его доме только по одной причине – он привез к нему Дарью.

– Рассказывай, – сразу сказал ему Демьян.

– Дома все нормально. Даша все еще здесь. Обустроилась в своей комнате. Павловна уже начала вводить ее в курс дела.

– С Аллой они виделись?

– Еще нет. Алла пока не вернулась.

Демьян не удивился. Его жена любила погулять. По магазинам, с подружками или с кем-то еще – обычно было плевать. Но, когда у той появился ребенок, которого «она так хотела» – теперь ее отсутствие после девяти вечера вызывало раздражение. Если бы ни няня, вообще не понятно, что было бы с ребенком. Из Аллы порой мать – как из него балерина. Хоть ради приличия могла бы сделать вид, что в ее жизни что-то изменилось. А еще некоторые изменения начинаются в их жизни и с сегодняшнего дня, когда в доме появилась Дарья. По этому поводу с Аллой пришлось провести основательно-разъяснительный разговор. Та, конечно, вначале возмутилась, но потом пообещала вести себя прилично. Теперь оставалось только на это надеяться.

– Позовешь ее ко мне?

– Кого? Аллу?

– Нет.

– Павловну?

Глянув на Власа, Демьян прищурился. Он что, намеренно его бесит?

– Дарью, – пришлось объяснять.

– Да, конечно, – как-то вяло ответил парень, после чего поднялся и вышел из его кабинета.

Если бы у него были к Дарье какие-то чувства – приревновал бы, уже давно. А так – глупо. Он уже не мальчик. Да и способность любить женщину он похоронил со своей первой покойной женой. Сейчас только Матвей начинал вытаскивать из него какие-то светлые, искренние чувства.

– Можно? – так же осторожно спросила у него Дарья, появившись в его кабинете.

– Да, проходи.

Она послушалась и подошла ближе. Молчит. В глаза старается не смотреть. Слегка поправилась после родов. Или скорее еще не похудела. Вся бледная. Под глазами темные пятна. Не высыпается, много плачет или еще какие-то проблемы со здоровьем. От ее былой сексуальности остались одни крошки. А ему все равно хочется подойти к ней, прижать к себе и поцеловать. Из жалости, что ли. Или из благодарности? Или просто прикипел за последние полгода и теперь чертовски снова рад видеть. Ведь себя обманет, если скажет, что спал с ней только по какой-то необходимости – потому что доктор прописал. Нет – потому что сам хотел. Женщина, которая ждет от тебя долгожданного ребенка – заведомо желанная женщина. А в Дарье есть еще такие черты, которые неизбежно притягивают. Пусть даже сейчас они сильно потускнели. Если возьмется за себя и приведет в порядок – похоже, у него возникнет проблема. Но это не точно. Не мальчик, все-таки.

– Как себя чувствуешь? – первым делом спросил Демьян.

– Хорошо, – ответила она и попыталась улыбнуться.

– Матвея видела?

– Да, конечно… на вас сильно похож.

Хотел бы он сказать, что и на нее тоже – только сам же опять нарушит свое слово. Мать Матвея – Алла. И точка.

– С Валентиной, я так понимаю, уже подружились?

– Да.

– Хорошо. Завтра оформим тебя, как наемного работника. Будешь помогать Валентине с Матвеем, как мы и говорили. От себя – никакой инициативы, только помощь, договорились?

– Да, я поняла.

– Выходные нужны?

– Пока не знаю.

– Тогда бери по необходимости. Если няня на месте и все хорошо – выходной в любое время.

– Спасибо.

– И на счет Аллы… не должна, но может цепляться. Натура у нее такая. И здесь я надеюсь именно на тебя – постарайся не реагировать на нее, потому что можешь сделать хуже не ей, но себе.

– Постараюсь.

– Вопросы есть?

– Нет, – ответила она, что почему-то огорчило.

Девушка не стремилась с ним поговорить о чем-то. Она просто стояла напротив, как бледная моль, ожидая разрешения уйти. И Демьян не стал ее задерживать.

– Тогда пока все. Можешь идти отдыхать.

– Спасибо, – просто ответила она и вышла из кабинета.

Словно совсем чужие. Словно их вообще ничего не связывает. Хотя, может, оно и правильно. Одной проблемой у него меньше. Пусть даже неуместно вспомнил тот вечер, когда лишил ее невинности. И зачал ребенка, конечно же. Она тогда была такой красивой, такой трепетной, нежной. А он так завелся, что не придал значения важным деталям. От этих воспоминаний даже тепло внутри разлилось, оседая в районе паха – так неожиданно. Но, нет, об этом даже не может быть и речи. Не для того он ее сюда притащил… вернее – пригласил. И не собирается превращать простую ситуацию в балаган. Дарья теперь его работник – такой же, как и все остальные. А секс он и в другом месте получит, не привыкать.