Глава 34

Как бы я не противилась, но ехать к врачу на следующий день все-таки пришлось. Для Сафронова – за таблетками. Хотя на самом деле получился немного другой повод.

– Да, действительно, вижу плодное яйцо, – сказала мне мой врач во время УЗИ.

– То есть, само не рассосется? – попыталась я понадеяться.

– Это вряд ли, – ответила она мне с легкой улыбкой. – Рановато, конечно, ты же только родила. Но еще молодая, организм должен справиться.

Да уж лучше не справился бы, с самого начала. А он вон как меня подводит. Теперь еще после визита к врачу пришлось звонить Сафронову, как он попросил.

– Что сказали? – сразу поинтересовался он у меня.

И хорошо, что у меня, а не сразу у врача.

– Что надо ждать месячных.

– А до этого?

– А до этого лучше ничего не делать.

– Хорошо. Скажешь, когда придут.

Вот так моя жизнь снова попадала под контроль этого мужчины. А если узнает правду – пропаду окончательно.

А пока всю неделю я раздумывала над тем, что же мне делать. Уволиться бы и уехать из города, хотя бы на год. Но Матвея бросать совсем не хотелось. Не для того я так сильно рвалась к нему, чтобы теперь бросить. Да я с ума сойду от переживаний, если он останется здесь без меня. Потому что Алле его совсем не доверяла. Вера пусть и справится, но она тоже нанятый работник и может уйти в любой момент. Она может заболеть, ее могут уволить. И кто останется с Матвеем? Понятно, что Сафронов позаботится о сыне в любом случае и должным образом. Но я и ему почему-то не доверяла. Он работает с утра до вечера и не все видит в этом доме, даже со своими камерами.

Зато Влас сразу что-то заподозрил, когда я начала увиливать от очередной тренировки.

– Что-то случилось? – спросил он у меня, оглядывая придирчивым взглядом.

– Что-то плохо себя чувствую, – соврала ему. – Съела какую-то гадость, похоже.

Хотя, почему соврала? Начиная с третьей недели я действительно стала плохо себя чувствовать, особенно по утрам. А именно – у меня начался токсикоз. И такой, как не было в первую беременность. То есть, я стала бегать в туалет в два раза больше обычного. Пару раз даже пришлось оставить Матвея одного в зале. Потом я просто попросила Валю быть рядом с нами. Но, в один из неудачных дней она взяла выходной. И я должна была заниматься Матвеем с самого утра, независимо от того, дома ли Алла. Только вот, мое утро началось как обычно – с тошноты. А там Матвей уже проснулся. И он расплакался так, что это услышал весь дом.

– Ты что, глухая? – спросила у меня Алла, врываясь в ванную комнату, которую я не успела закрыть. – Матвей орет уже полчаса!

– Иду, – прохрипела я ей, стараюсь побыстрее прополоскать рот.

– Тебя что, опять тошнит? – спросила она в спину, и сразу крайне взволнованно добавила: – О, Боже, ты что, опять беременная?!

И откуда только в ее дурной голове появились такие мысли?

– Нет, отравилась просто.

Но, когда я к ней обернулась и увидела уже рядом с собой, то так же в дверном проеме увидела и Сафронова.

– Она что, опять беременная?! – спросила Алла теперь и у него.

Черт. Да как же заставить ее перестать думать и замолчать!? Неужели сейчас все откроется?

Хорошо хоть мужчина не стал что-то выяснять прямо сейчас. Только пробуровил меня гневным взглядом так, что во лбу вот-вот появится дырка.

– Иди к ребенку, – скомандовал он, очень к месту, когда наш малыш так и продолжал надрываться.

И это он не мне – Алле.

– Вообще-то это ее работа! – воскликнула истеричка.

– Иди! – прогремел его голос в ответ, да так, что это было больно.

Алла даже послушалась, молча и быстро покинув комнату. А он сам – все-таки подошел ко мне и прожег взглядом, прежде чем спросить:

– Алла права? Ты соврала мне?

Мне стало стыдно. И немного страшно его обманывать. Но раз уж начала, то собираюсь придерживаться своей версии до конца.

– Нет, – все-таки сказала ему. – В выходные с подругой поела суши. Похоже, были не свежие.

Он задумался, разглядывая мое лицо, как будто в поисках лжи.

– Если соврала и наделаешь глупостей – я исправлю все очень быстро. Не заставляй меня злиться, хорошо?

– Да, я поняла.

– С остальным у нас что? Ты начала принимать таблетки?

– Еще нет.

– Я жду, – напомнил он и про это.

И только потом мужчина развернулся и оставил меня одну. Мне понадобилось еще минут пять, чтобы успокоиться и привести себя в порядок. Когда же я зашла в детскую, Алла стояла возле окна со скрещенными на груди руками. Она злилась. Матвей же лежал в своей кроватке и тихо похныкивал, посасывая соску. Похоже, он обкакался и наверняка проголодался. А эта «мать» просто заткнула ему рот и отошла подальше.

– Сейчас-сейчас, – сказала я малышу, укладывая его на пеленальный столик, чтобы переодеть.

– А ты не хочешь уйти? – вдруг спросила у меня Алла.

– Куда?

– Вообще из нашего дома.

Ее откровенное предложение мне не понравилось. Хотя, этого стоило когда-то ожидать.

– Что-то не так? – решила я спросить по-хорошему ее мнение.

– Ты плохо влияешь на атмосферу в этом доме. Из-за тебя мы с Демьяном не можем стать полноценной семьей. Неужели ты этого не видишь?

Если честно, то я ее прекрасно понимала. В ее доме живет любовница мужа, которая родила ему ребенка. Такое потерпит не каждая. И это она еще не знает наверняка, что я беременна вторым. Да ее удар хватит от такой новости. А сейчас, видимо, почувствовав что-то неладное, она пытается от меня отделаться простым способом.

– Я всего лишь пытаюсь делать свою работу, которую кроме меня в какие-то моменты не сделает никто, – напоминала я ей, протирая грязную попу Матвея влажными салфетками.

Тогда Алла подошла ко мне, почти вплотную, и с угрозой в голосе тихо проговорила в самое ухо:

– Если ты не уйдешь сама, то тебя отсюда вышвырнут. А если ты окажешься снова беременной от моего мужа – ты об этом пожалеешь.

Закончив говорить, гордой походкой Алла вышла из детской. А у меня внутри все так перевернулось, что опять затошнило. Потому что угрозы этой ненормальной – наверняка не просто слова. А я еще не знаю, на что именно она способна и готова пойти. Ведь она тоже боится Сафронова. Хоть и может взбрыкнуть, но в итоге все равно его слушается. Но уходить отсюда по доброй воле я не собиралась. По крайне мере – пока.