Глава 36
– Ты выгнал ее? – с надеждой спросила у него Алла.
– Нет. И не собираюсь.
– Но почему ты ничего не сделал?!
– А что я, по-твоему, должен был сделать?
– Ты должен выгнать эту заразу из нашего дома! Она чуть не убила твоего ребенка!
И вроде он уже успокоился, а эта опять начала его злить своими идиотскими глупостями.
– Как мы выяснили, виновата не одна Дарья. Тебя мне тоже выгнать?
А она так опешила, что ответила спустя паузу.
– Я твоя жена, Демьян! – заявила женщина. – Не забывай это.
– Я помню, не переживай.
– Тогда признайся честно, как мужчина и муж – у тебя с ней что-то есть? С этой твоей Дашей.
Демьян тяжело вздохнул. Когда в твоей жизни больше одной женщины – бывает сложно. И ведь он не хотел допускать именно такого момента, но сам же сделал ошибку – о которой все равно не жалеет. А раз так, то оставалось, хотя бы, быть честным. Поэтому он открыто произнес:
– Дарья беременна… от меня.
– Что? – изумленно выдохнула жена. – Опять!? А я сразу поняла, что она беременная! И ты так уверен, что от тебя? Ты предложил ей аборт?
– Это исключено.
– Она так сказала?
– Нет – я, – твердо ответил Демьян.
– И что, мы возьмем у нее еще одного ребенка? Разве, ты не понимаешь, чего она добивается?
Да, он прекрасно понимал, что для Аллы новость о беременности Дарьи стала большим потрясением. Он и сам не ожидал. До последнего думал, что такого произойти просто не может. Вторая мимолетная ошибка – и он снова скоро станет отцом. Похоже, с этим пора завязывать. А именно заниматься сексом с Дарьей без предохранения.
– И чего она добивается?
– Она хочет все разрушить! Всю нашу семью. Ты хоть представляешь, что скажет твой тесть на это вот всё? Ладно, я еще могу понять, когда посторонняя нам девица от тебя забеременела первый раз. Но второй раз это уже не случайность. Она специально это сделала. Она хочет, чтобы ты всю жизнь обеспечивал ее и… и всех, кого она рожает. Что, если это не последний ее ребенок? Что, если она вообще попросит тебя развестись? Ты этого хочешь?
Слушая Аллу, Демьяну захотелось попросить ее выйти прямо сейчас. У него и так голова уже раскалывалась, чтобы слушать еще и подобные бредни. За целый день столько событий и информации, что все надоели. Начиная от визита к Дашиному врачу и заканчивая этим разговором.
– Я хочу… чтобы ты успокоилась, – сказал он ей таким тоном, чтоб одной фразой донести весь свой настрой.
И она это поняла. Но не до конца.
– Хорошо. Я успокоюсь… Только скажи, что ты выгонишь ее сразу же, как она родит тебе второго ребенка.
От таких слов Демьян начал злиться. Иногда Алла забывала свое место, как и роль в его жизни. Он никогда не собирался на ней жениться, и никогда не обещал, что у них будет идеальный брак. Он сразу оставил за собой право на личную жизнь в стороне. Их брак был подкреплен только договорами и условиями. Он заплатил этим браком семье Гуляевых за важную информацию о смерти своей первой и любимой семьи. Но быть ведомым дураком уж точно не собирался.
– Я сделаю так, как посчитаю нужным, – ответил он жене твердым голосом.
Алле такой ответ не понравился, это было видно по перекошенному лицу. Но она заставила себя улыбнуться. А потом подошла к нему, наклонилась и коснулась губами его щеки.
– Хорошо, я поняла, – сказала ему жена. – Ты же знаешь, что я поддержу любое твое решение.
– Вот на этом и остановимся. И чтоб больше никаких инцидентов с Матвеем. Если с ним снова что-то случится – я уже не буду разбираться, кто именно виноват. Накажу всех. А раз мать у нас ты, так и веди себя соответствующе. И Дарью сейчас не трогай, вообще.
– Конечно. Как скажешь, дорогой.
Но, остановиться так быстро не получилось. Уже вечером к ним пожаловали Никола и Виктор Гуляевы.
– Это возмутительно! – ругался тесть. – Демьян, я всегда думал, что ты здравомыслящий человек, который умеет держать себя в руках. А тут какая-то, простите, потаскушка снова от тебя беременная. Это как так получается?
Демьяну пришлось сделать усилия, чтобы не нагрубить. Так отчитывать его имела право только мать. И уж точно не этот полоумный старик. Как и не имел право оскорблять Дарью.
– Да ладно тебе, пап, – заговорил рядом Виктор, которого эта ситуация только забавляла. – С кем не бывает?
– Да плевать мне на всех, но с нами такого быть не должно. И что ты намерен с этим делать? – требовательно спросил уже у него Николай.
– Ничего. Это мой ребенок и он родится на свет.
– А ты уверен, что это твой ребенок? – решил надавить Николай на живое. – Я слышал, ей постоянно кто-то шлет цветы.
– Да, я уверен, что этот ребенок – мой.
Встрепенувшись, Николай посмотрел на сына. Он будто попытался найти у него хоть какую-то поддержку. Но тот лишь развел руками и произнес:
– У нас тут Демьян босс, ему и решать.
– Ладно, как хотите. Вам обоим еще не понять, как важно родить в семье…
– Я родился не в семье, – напомнил ему Демьян о своем происхождении, заставляя Николая опомниться и вскинуть к нему глаза.
Старик тоже порой забывался. Поэтому пришлось напомнить.
– Если бы мой отец, Матвей Фадеев, не загулял на стороне с моей матерью, Надеждой Сафроновой, то я бы не родился. И не сидел бы сейчас ни здесь, ни во главе вашего общего бизнеса.
И это оказался тот аргумент, против которого сложно далось найти какие-то слова.
– Надеюсь, гены и в этот раз не подведут, – только и ответил ему старик, прежде чем подняться и выйти из его кабинета.
– Не обращай на него внимания, – посоветовал ему Виктор, который решил остаться. – Успокоится, как и в первый раз. Он просто не ожидал таких новостей.
– Никто не ожидал, – подумал вслух Демьян.
– А я тебя понимаю, – сказал Виктор с довольной улыбкой. – Дарья весьма симпатичная девушка. Я бы и сам не отказался от такой любовницы. И где ты только ее нашел?
– У Репникова. Она у него секретарём работала, – сказал он короткую версию.
Все подробности рассказывать и не собирался. Все-таки Виктор ему не лучший друг, хоть тот и частенько пытался примерить на себя именно эту роль. Например, как сейчас.
– И у вас что, прям все серьезно? – задал Виктор такой вопрос.
– А ты как думаешь, если она снова от меня беременная?
– Ну, мало ли, может, ты с ней всего лишь спишь.
– Я с ней и сплю, всего лишь.
– Люблю твою позицию. Суровый аж с бабами. И правильно, любовь для слабаков, только чистый секс.
Уже устав от всех разговоров, как и вообще за весь этот дурной день, Демьян потер переносицу и сказал:
– Вить, у тебя ко мне что-то еще?
– Нет.
– Тогда давай поболтаем в другой раз.
– Да, понимаю, – сказал он и поднялся со стула. – Тогда я тоже забегу к сестре, заберу отца и поедем домой. Если что – звони.
– Обязательно.
И, наконец-то, он остался один. Наконец-то смог налить себе чего-нибудь крепкого и посидеть в тишине. И спокойно подумать, в конце концов. Все-таки новость о беременности Даши немного выбила его из колеи. Но это все равно была чертовски хорошая новость. Когда-то он мечтал о сыне. А теперь у него их будет два. Если, конечно, не родится девочка. А этот вариант заставил его слегка разволноваться. Потому что о дочери он как раз особо раньше не думал, да и понятия не имел, что этот такое – быть отцом для девочки. С пацаном как-то проще, пусть даже его пацан еще и ползать толком не научился.
И снова он задумался о сегодняшнем инциденте с Матвеем. Слишком странно все получилось. У Матвея три няньки, а тот все равно оказался без присмотра. Как в той пословице. И ведь ни одной не верил до конца. Что Алла, что Дарья – за обманом были замечены обе. И обе не стали бы подвергать Матвея опасности. Дарья – как женщина, которая его родила и так самоотверженно попросилась быть рядом. И Алла – как женщина, которая приняла этого ребенка, как своего, и которая до мелочей обустраивала детскую и окружение Матвея с дотошным вниманием. А еще Алла прекрасно понимала, что он ее живьем сожрёт, если с Матвеем что-то случится. Или же любого другого… даже Дарью.
Да, в словах Даши тоже был какой-то смысл. Если бы девчонка снова не была от него беременной, и не тянуло бы к ней вообще – вышвырнул не раздумывая. Но Алла бы не стала подстраивать такую ситуацию с риском для Матвея... не стала бы... Да он задушил бы обеих, если б случилась беда. Там бы он уже не разбирался, кто и куда пошел.
Но в этом все был один приятный бонус – очень скоро Дарья снова окажется с ним в одной постели. И не по его воле, а по собственной инициативе. И этого стоило подождать.