Глава 8

Полина

Уже поздний вечер, когда я вылетаю из этого проклятого дома разврата, где застукала Руслана с какой-то рыжеволосой шкурой в спальне.

Слёзы застилают глаза, в висках стучит. Сажусь в первое попавшееся такси и называю наш с мужем домашний адрес.

По дороге начинаю рыдать пуще прежнего, уткнувшись в ладони. Таксист, какой-то мигрант с сильным акцентом, участливо косится на меня в зеркало заднего вида. Вдруг он подаёт голос:

– Слющай, красавица, щего плащешь? Давай я тэбя пакатаю по гораду, пакажу красывые мэста! Развэселю, зачэм слёзы лить?

Его бестактность и акцент меня бесят. А когда он начинает строить мне глазки и улыбаться, мне становится совсем не по себе. Вдруг затормозит где-нибудь в тёмном переулке и полезет целоваться? Или ещё чего похуже…

– Езжайте к дому моей матери, пожалуйста! – резко обрываю его. – Я передумала ехать домой.

Называю другой адрес.

Водитель что-то бурчит, но сворачивает на нужную улицу. Дальше мы едем в напряжённом молчании. Я не свожу глаз с его загривка и сильнее сжимаю в кармане баллончик.

На светофоре, не дожидаясь, я выскакиваю из машины и пулей несусь прочь, игнорируя крики таксиста. Бегу, не разбирая дороги, захлёбываясь слезами. Мне плевать, сколько кварталов осталось до маминого дома. Лишь бы оказаться подальше от этого сальноглазого "утешителя"!

Несусь к маминому подъезду так быстро, что чуть не сбиваю с ног какую-то старушку, вышедшую покормить местных котов. Она грозит мне вслед палкой и кидает какое-то ругательство. Но мне не до неё сейчас.

Взлетаю по ступенькам и лихорадочно давлю на звонок. Дверь открывает мама – заспанная, в халате и бигудях. Она удивлённо смотрит на меня, хлопая глазами:

– Доченька, что стряслось? Почему ты вся в слезах?

Шмыгаю носом, кое-как выдавливая:

– Мам, можно я у тебя поживу некоторое время?

– Ну конечно, милая, заходи скорее! – мама распахивает дверь пошире, впуская меня.

Я влетаю в квартиру, тут же разражаюсь рыданиями пуще прежнего.

Мама подходит ко мне и осторожно обнимает за плечи.

– Полечка, солнышко, да что случилось-то? – встревоженно спрашивает она.

– Мам… Руслан… Он сделал мне очень больно! – всхлипываю я, уткнувшись ей в плечо.

– Он что, поднял на тебя руку? – пугается мама.

– Нет… Хуже! Он мне изменяет…

* * *

Мама ведёт меня на кухню. Усаживает за стол, ставит чайник. Пока он закипает, достаёт из шкафчика успокоительные капли и добавляет мне в чашку.

Мы сидим рядом на диване и молча пьём горячий чай. Я всхлипываю, размазывая слёзы по щекам, а мама гладит меня по голове и вздыхает.

Так проходит вся ночь – я реву не переставая, уткнувшись в мамино плечо.

Под утро, когда я наконец забываюсь тревожным сном, в дверь звонят. Это Андрей пришёл навестить маму по дороге на работу. Он сейчас живёт отдельно на съёмной квартире со своей девушкой.

Войдя в комнату и увидев меня зарёванную, брат резко мрачнеет. Смотрит на мои опухшие красные глаза, хмурится.

– Так, а это что ещё за кино? Полин, чего ревём с утра пораньше? – спрашивает он.

Мама берёт его под локоть и утаскивает на кухню. Несколько минут оттуда доносится их приглушённый разговор, а затем громкий вскрик Андрея:

– Да я так и знал! Говорил ведь ей, не связывайся с этим подонком!

Брат влетает обратно в комнату, хватает меня за плечи и заглядывает в глаза.

– Чёрт, Полька… Мне так жаль, что этот гад всё-таки разбил тебе сердце! Но ничего, сестрёнка, я ему сейчас быстро мозги на место вправлю. Убью гниду!

С этими словами Андрей вскакивает и решительно шагает к выходу.

Я кидаюсь за ним, пытаюсь удержать. Но куда там – брат с силой отталкивает меня и вылетает в подъезд, громко хлопнув дверью.

Но тут у меня резко темнеет в глазах, а голова начинает кружиться так сильно, что меня едва не тошнит.

Колени подкашиваются, чувствую, что вот-вот грохнусь в обморок.

Слышу, как мама испуганно вскрикивает за спиной и подхватывает меня в последний момент.

– Полечка, господи! Да ты же едва на ногах стоишь! – причитает она, бережно укладывая меня обратно на диван.

Хватаюсь за голову и стону. Кажется, ещё немного, и я отключусь.

Видимо, стресс и нервное потрясение дают о себе знать…

– Всё, милая, ты остаёшься дома! – твёрдо заявляет мама. – Я сама его догоню и утихомирю!

С этими словами она решительно выходит из квартиры, оставляя меня одну. А я проваливаюсь в тяжёлое забытье без сновидений, ощущая себя совершенно разбитой.

Просыпаюсь от хлопка входной двери. Мутным взглядом фокусируюсь на настенных часах – прошёл почти час. Мама возвращается на кухню усталой походкой.

– Ох, Поленька… Не догнала… Как сквозь землю провалился! – вздыхает она. – Набедокурит ещё сгоряча…

Но не успевает мама договорить до конца, как в прихожей звонит телефон. Она хмурится идёт туда, чтобы ответить. Я слышу, как она ахает, а потом быстро что-то переспрашивает.

Бросив трубку, мама поворачивается ко мне с перепуганным лицом:

– Полин, беда! Это из больницы звонили! Андрея только что доставили к ним без сознания! Сказали, сильно избит…

* * *

Мы с мамой в ужасе несёмся в больницу, к которой приписан Андрей.

Меня всю трясёт от страха за брата и гнева на Руслана.

Неужели это сделал он? Он действительно поднял руку на моего близкого человека?!

В приёмном покое нас встречает усталый врач средних лет. Мы сразу же пристаём к нему с расспросами о состоянии Андрея.

Врач хмурится и качает головой:

– Ну что я могу сказать… Ваш родственник поступил с сотрясением мозга и гематомами. Видимо, знатно ему навешали… Но состояние стабильное. Будем наблюдать в динамике.

Услышав диагноз, я не могу сдержать слёз. Господи, в какой кошмар превратилась моя жизнь!

Мама крепко сжимает мою руку, и мы вместе идём в палату к Андрею.

Брат лежит на больничной кровати весь в бинтах, под капельницей.

Лицо опухшее, под глазами чёрные круги.

Увидев его в таком состоянии, я разражаюсь рыданиями и падаю на стул рядом.

Беру Андрея за руку, на костяшках запёкшаяся кровь…

– Андрюш, родной… – шепчу я сквозь слёзы. – Кто тебя так? Руслан, да?

Брат с трудом разлепляет веки и смотрит на меня мутным взглядом.

Губы кривятся от боли.

– Да, Полинка, твой благоверный собственной персоной! – хрипло каркает Андрей. – Я застал его с какой-то рыжей девкой прямо на работе. Они там сосались вовсю! Ну я и вышел из себя…

Услышав признание брата, я застываю как громом поражённая.

Значит, не показалось. У Руслана действительно роман на стороне! И он ещё смеет распускать руки на моих близких! Нет, это уже ни в какие ворота…

Слушая болезненный рассказ Андрея о подлости Руслана, я чувствую, как внутри всё переворачивается от боли и гнева. В груди словно разверзается чёрная дыра, поглощая остатки моей любви к мужу.

Как он мог так поступить?!

Сквозь пелену слёз, беру брата за руку и сбивчиво лепечу:

– Прости меня! Ты был прав с самого начала! И ведь ты предупреждал, а я не слушала…

– Вот именно! Как в воду глядел. Ладно, ты ж любила его, вот и потеряла голову. С кем не бывает! Но этот подонок не стоит твоих слёз!

Мама стоит рядом, тоже сдерживая рыдания, гладит Андрея по перебинтованной голове.

– Что этот изверг с тобой сотворил! Ничего, я на него быстро управу найду. Сегодня же напишу заявление в полицию!

– Да не надо! Сам разберусь. Не впервой мне синяки да шишки…

Но мама непреклонна. Я её понимаю, разве можно спускать такое на тормозах?

– Нет уж, Руслан ответит за всё по полной!

Мама достаёт телефон и решительно набирает номер Павла, который работает в прокуратуре.

У них сейчас довольно серьёзные отношения, они встречаются, поэтому мама рассчитывает на его поддержку.

– Алло, Паш… Это я. Тут такое дело… На Андрея напали, представляешь? Сильно избили, он сейчас в больнице с сотрясением. Нет, подожди, ты не понял – это муж моей дочери его так! Представляешь, какой подонок?

Пока мама сбивчиво объясняет ситуацию Павлу, в палату заглядывает молоденькая медсестра. Смущённо покашливает, привлекая внимание.

– Простите, что отвлекаю… Тут к вам молодой человек пришёл, интересуется состоянием пациента, – лепечет она, краснея. – Такой симпатичный, высокий брюнет…

У меня внутри всё переворачивается от её описания. Нет, только не это!

– Руслан, чтоб его! – шиплю сквозь зубы.

Мама в ярости бросает трубку и поворачивается ко мне.

– Ну всё, Полинка, сейчас мы ему устроим! Как он только посмел сюда явиться после всего!

Но я решительно качаю головой. Нет уж, хватит! Больше так не могу… Видеть его не могу и знать!

– Мам, не надо! Давай будем его игнорировать? Ради моего здоровья… Видишь, мне опять дурно. Голова кружится, подташнивает. Не хочу лишний раз нервничать!

Мама внимательно всматривается в моё бледное лицо, вздыхает и нехотя кивает.

С облегчением откидываюсь на спинку стула. Сейчас меня волнует только здоровье брата… И будущий развод.