Глава 15. Твой парень все решил

Соня Директор. Противная тридцатилетняя дама, которая всех остальных считает серой массой, признаёт лишь себя любимую. Конечно, я меньше всего хотела, чтобы именно она обнаружила меня во дворе ресторана с мужчиной, но как же она узнала? Настучал кто-то? Она же никогда во двор не ходит. Но я даже не знаю, что могло случиться, если бы директриса не пришла. Мы бы поцеловались? Что? Да с чего вдруг? Я бы ему не позволила! Хотя… я же все ему позволяю. Сама. – Ты меня слышишь? – рычит директор, пока я продолжаю стоять на месте. Даня, впрочем, тоже никуда не отходит, разве что немного отлипает от моего лица. – Пусти, – толкаю эту скалу, и он поддаётся, отступая назад. – Будешь оштрафована за непотребное поведение на рабочем месте! – давится своей злобой вредная бабенка. – Так, мадам, полегче давай, – вмешивается Даня. – Молодой человек, вас вообще никто не спрашивает! Я застываю на месте и смотрю туда-сюда. И зачем Даня на проблемы нарывается? А даме нашей он зачем? Злость на мне сорвать можно. – Не спрашивает, а надо бы, – Даня мягко подталкивает меня в спину и направляет к двери. – Иди работать, Соня, я разберусь с твоей начальницей. Ох, как же двусмысленно это звучит. И почему только я боюсь оставлять их наедине в темном дворе? Даниил же не может… – Дань, я… – Иди, я же сказал. Послушно шмыгаю к двери и прячусь за ней, но не отхожу, пытаясь прислушаться. Но толстая дверь не пропускает звуки… Стягиваю куртку и вешаю на свободный крючок настенной вешалки, мою руки и возвращаюсь в зал. На автомате принимаю два заказа, отдаю их на кухню, сервирую столы для гостей. Мне кажется, что «разборки» идут уже слишком долго, шефиня должна была прийти минут так десять назад. В итоге Лариса, а ее зовут именно таким не очень современным именем, находит меня у бара, когда я жду кофе. Фамильярно кладёт мне ладонь на плечо и легко сжимает ткань рубашки. – Не волнуйся, Самойленко, штрафа не будет, твой парень все решил. Только не забудь сказать ему спасибо. И главное, качественно. Что? Нет, не так: чтоооо? И как он разобрался с нашей дерзкой женщиной? Ведь у него нет таких связей, чтобы пригрозить ей. Тогда как? Но меня до тошноты выводят ее слова. «Скажи спасибо качественно». Да за кого она меня принимает? – Послушайте, он не мой парень, и мы не… Она обрывает меня на полуслове. – Да ладно, Софья, тебе нечего стесняться. Но ещё раз будете сосаться за углом – уволю. Да фу! Я с ним… не сосалась! Лариса жеманно улыбается и уходит дрючить остальных официантов, а я отношу готовый кофе посетителям и прячусь на кухне. Прислоняюсь к стеночке, обнимая ее, и закрываю глаза. На миг теряю связь с реальностью, и в сознании четко высвечиваются серо-зеленые глаза. И самоуверенная улыбка. И сильные руки, из которых не хочется вырываться. Соня, Соня, Соня! Ну ты ведь все это уже обдумала в голове сто раз! Хотя какая разница, сколько, если одного его прикосновения хватает, чтобы эти сто раз перечеркнуть жирной линией. Да кому нужна простая официантка? Дочь генерала – страшно, девочка из простой семьи – скучно. И кем нужно быть, чтобы тебя приняли по-настоящему? Я дорабатываю смену, завершаю дела, выбираюсь из заведения и решаю пешком добраться до дома. Погода сухая и безветренная, хотя весьма прохладно. Достаю наушники и натягиваю на голову капюшон, прикрывая уши от вечернего холода. За несколько песен добираюсь до своего подъезда через чистые, хоть и старенькие дворы в советской части центра города, и замечаю парня, выходящего из белой машины такси. Этот неадекватный человек, размахивающей руками, подозрительно похож на моего брата. Нет, это и есть мой брат! И он ужас как пьян. Ускоряю шаг и за несколько секунд добираюсь до него, а Ян тут же хватается за мои плечи, пошатываясь. Клянусь, он даже на выпускной так не напивался. – Ян! Что с тобой? – О. Соня, ты вовремя, – дебильно улыбается брат и смотрит на меня, хотя у него глаза в кучу, не уверена, что он вообще понимает что-то. – Что ты тут делаешь? – Соня, это дерьмо, – по слогам выговаривает Ян и опять улыбается, пошатываясь в сторону подъезда. – Что именно дерьмо? – Она меня бросила! Ох ты Боже мой… Четыре года отношений, и она его бросила? Он ведь переезжать собирался, готовился. Да, переживал, но расставаться не хотел! Не найдя сил дотащиться до двери, брат плюхается на лавочку и откидывает голову, смотря в темное небо. – Ян, пойдём в квартиру, – я сажусь рядом и толкаю его в бок, но безрезультатно. – Четыре года коту под хвост, Со! Четыре! – то ли смеётся, то ли воет от горя брат. – Янчик, пожалуйста! Давай зайдём в дом! Он продолжает жаловаться на жизнь, пока я расталкиваю его, и тут во двор въезжает большая машина, свет фар которой сильно слепит в темноте. Но я почти сразу понимаю, кто это. И вот зачем он приехал сейчас? В такой момент? Не сиделось дома? Даня тормозит на свободном парковочном месте, выходит из машины, хлопнув дверью в моем стиле, и двигается прямо к нам. Ян даже успевает немного протрезветь от этой картины, но удивительно, что молчит и пока просто наблюдает в силу своих ограниченных состоянием возможностей. – Дань! Ты зря приехал! – ругаю его, пока он присматривается к происходящему. Надеюсь, он хотя бы понял, что этот пьяный мужик – мой родной старший брат. – Нет, Соня, я приехал явно не зря, – не соглашается Даня. – Брат? Ну неужели! Не стал фантазировать, что это мой полуночный ухажер. – Да. Даниил молча обходит лавочку, становится за спиной Яна и крепко потряхивает его за плечи. – Давай, пацан, поднимайся, чего разлёгся тут, – резко говорит Даня, убеждая брата. – А ты кто? – интересуется все же Ян, дошло до жирафа. – Ты либо тот мужик, который сестру мою подвозит? – Рассказала уже? – резко впивается в меня взглядом Даня. – Ну да, рассказала. – Ладно, потом разберёмся. Да вставай ты! – уже прикрикивает. – Ты как хотел, чтобы сестра одна тебя тащила в подъезд? И чего так нажрался? Ян поднимается, но его тут же качает в сторону, и Даня, тяжело вздохнув, снова обходит лавку и подставляет плечо. – Все бабы – дуры! – орет мой брат. – Прости, Со, но: все бабы – дуры! – Да люди и с первого раза поняли, чего орешь, – Даня тянет его к двери и разворачивается лицом ко мне. – А ты чего стоишь, иди открывай! – Так, парень, ты чё командуешь моей сестрой? И зачем вообще ты к ней на ночь приперся? – это в пьяном сознании проснулся строгий старший брат. Ян машет кулаками и сопротивляется Дане. – Нам надо серьезно поговорить! Даню умиляют эти весёлые угрозы. – Да поговорим, поговорим, протрезвей для начала. Открываю дверь, Даня сопровождает моего брата в подъезд и даже по лестнице до самой двери. Ян прислоняется к стене в квартире и медленно стягивает кроссовки, подцепив носком одного пятку другого. Чудом разувшись, сразу шурует в ванную. – И где мне его положить? – задаю глупый вопрос Дане. Он заходит следом, разувается и проходит на кухню, выкрикивая оттуда: – Ему бы и коврик в ванной подошёл, но кухонного уголка хватит с лихвой. Тащи белье. Не знаю, почему он опять командует, но я в ступоре, и четкие советы помогают быстрее сориентироваться. Правда, я никогда не видела брата таким, и мне даже немного страшно. Хорошо, что он ко мне догадался приехать, а не домой к родителям на встречу с отцом. Пока я приношу белье и подушку с пледом, начинаю застилать импровизированную постель, Ян показывается из ванной комнаты, плетётся к нам на кухню, достает из холодильника бутылку минералки и закидывает ее содержимое в себя. – Полегче, чувак, а то вместе с похмельем ещё и голос сядет, – обращается к нему Даня. Ян отлипает от бутылки, опускает ее на стол и смотрит на своего внепланового «помощника». – Слушай, я четыре года на неё потратил, а она кинуть меня решила! – Тебе сколько? – спокойно спрашивает Даня, не реагируя на эмоциональную реплику. – Двадцать один. – Я в твои годы ещё даже косячить не начал, так что расслабься. Ложись-ка спать, утром поймёшь, что все трагедии можно пережить. – Ненавижу ее! – Да сколько угодно, только сейчас проспись. – А ты приехал мою сестру шпилить, да? – резко переводит тему и набирает злость Ян. – Эй, братик, ты полегче, сестра-то слушает. – Да ты не прикрывайся ей, а прямо отвечай! – Я тебе уже сказал, мы поговорим, когда ты протрезвеешь. Спокойной ночи. Каменная глыба выходит в коридор, а я успеваю лишь пожать плечами, посмотрев на Яна. – Ян, пожалуйста, только не закатывай скандал, между нами действительно ничего нет, не думай даже бить ему морду на ровном месте! – Я сам решу, кому и когда бить морду! – выступает братец. – Спи, решатель, – выхожу и плотно закрываю дверь на кухню. Даня уже обувается в коридоре, и выйди я на минуту позже, он бы уже ушел. – Дань… – Не надо благодарностей, я помог только по доброте душевной. Ну не козел? Я вообще не планировала благодарить. У меня вопросы есть! – Скажи, ты для чего приехал? Он выпрямляется и хватается за дверной замок, проворачивает его и готовится открыть дверь. – Может, чтобы сообщить тебе, что проблема с директором решена? – Во-первых, ты сам создал эту проблему, а во-вторых, я уже знаю. – Да? Тогда, может, чтобы познакомиться с твоим братом? – Даня! – Да успокойся ты, – он улыбается и смотрит на меня, чуть наклонив голову. А потом берёт, зараза, и прямо своей рукой тянется к моему лицу. Тыльной стороной ладони проводит по щеке, разворачивает ее и заводит пальцы за ухо, оставив только большой на скуле. Проводит вверх-вниз, чуть сжимает кожу и резко отпускает. – Спокойной ночи, рыжая, – говорит и через секунду исчезает за закрытой дверью. Будет мне спокойная ночь…