Глава 20. В самое сердце

Рассветы и закаты с другими

Исчезали в памяти моей,

А мы друг друга жарко любили

С каждым днём всё сильней.

Ты словно с другой планеты

Такая одна и ничья,

Я теперь не знаю, где ты

И чьего хочешь тепла.

Сам разрушил связь между нами

Устроил этот пожар,

Спокойно говорит – оба виноваты

И ей сейчас совсем не жаль.

Мои дни без тебя потускнели

Солнце померкло во тьме,

Предохранители сгорели

В холодном любви огне.

Ты больше не возьмёшь за руку

И не скажешь мне своё «стоп»,

А я каждую минуту

Ради тебя на всё готов.

Бросить этот мир к ногам

И разрушить его за секунды,

Тебя никому не отдам

От этой простуды

не бывает микстуры.

Дай мне последний шанс,

Чтобы всё исправить попытаться.

Не отказывайся от нас

И знай –

Я до конца буду сражаться.

Кир

На успех плана «А» даже не надеялся.

Просто знал, что должен сделать хоть раз в жизни всё по нормальному. Даша заслуживает этого. Но на такой лёгкий путь возвращения любимой не рассчитывал. Да я готов землю грызть, если оно только поможет достучаться до её сердца, которое стало слишком холодным. Я сам заморозил его, ввёл тройную дозу морозной инъекции моей нежной, доверчивой и самой особенной на свете девочке.

Сквозь огонь, воду и по медным трубам – ради неё. План банален и прост, но как же сложен на практике.

Она столько раз давала нам шанс, а я в упор этого не видел. Наверное, мне удобно было называть вещи не своими именами.

Лёгкий и всегда доступный секс.

Я мог бы сказать, что не был таким слепым мудаком, но… будем честны – действительно собирался бросить Ларину, когда наиграюсь со своей игрушкой. Грубо, жёстко? Ну простите. Вот такой чёрствый сухарь. Бездушный мажор.

Горбатого могила исправит, а меня исправила Даша. Вытащила из кокона, легко и непринуждённо.

Без неё загибаюсь. Без неё не вариант. И придётся в лепёшку расшибиться, но заслужить шанс на реабилитацию. Шанс для нас обоих.

Сложно описать все мои мысли, эмоции и ощущения, когда увидел мою Бэмби, сидящую между Кар и этим парнем со второго курса экономического. Артур, вроде бы. Хотя вообще не суть. В любой другой ситуации у парниши начались бы проблемы с челюстью и рёбрами, но не сегодня.

Вряд ли когда-то стану идеальным и хорошим, но ради Даши готов был терпеть, сжав зубы.

Не имел права требовать от неё не общаться с другими парнями. Ни на что в её жизни уже не имел права.

Всё будет правильно. В этот раз я не стану косячить.

Некуда бежать и прятаться от самого себя. Я завяз в ней окончательно и бесповоротно. Либо с ней до конца, либо никак вообще.

Моя девочка.

Как я скучал по ней, но не мог не заметить напряжения, исходящего от каждой клеточки её тела. Спина прямая, словно натянутая струна. На ведьме огромная мужская толстовка цвета хаки, в которой она выглядит совсем крохотной и беззащитной. Дюймовочка.

Столько чувств невозможно испытывать человеку. Ураган под названием «Даша Ларина» взял мою неприступную крепость безжалостным штурмом.

А вдруг она с этим мальчиком-зайчиком встречается? Девочки любят милых и положительных, которые пылинки с них сдувают. Что я тогда, блин, буду делать? Украду из дома и примусь доказывать свою любовь, пока не поверит?

Шансы мои медленно, но уверенно устремились к нулю.

Вот только самое жёсткое и жуткое случилось слегка позже.

Костян дал понять, что у девчонок случилось нечто из ряда вон. Потому он вызвонил меня и Дэна. В сообщении Кар ровным счётом ничего понять не вышло. Любительница разговаривать запутанными шарадами.

Только это «нечто» нельзя было никакими приличными словами описать.

Если бы Даши здесь не было, я бы точно слетел с катушек. И первым делом превратил бывшего друга в подобие умертвия.

Потому что какого единорога?!

Ну и тварь этот Морозов. Реальный подонок. Конченный.

Каким отморозком надо быть, чтобы с помощью беззащитной девочки добиться… да фиг знает, чего он там вообще этим хотел добиться.

Жесть. Это просто дно.

Моё сердце такую бешеную тахикардию отбивало, что его должны были слышать на том конце вселенной.

А потом мы остались одни.

Едва держал себя в руках, чтобы не обнять её и больше уже не отпускать. Вряд ли она это сейчас оценит. После всего произошедшего.

Нам нужно нормально поговорить, а мне извиниться. Дать ответы на любые вопросы и быть готовым к тому, что меня пошлют в пешее эротическое. Легко, красиво и изящно.

Дальше план «Б».

Увезти Бэмби и сделать так, чтобы она не захотела уходить. Но очень сложно рассчитывать на понимание и доверие, когда его никогда не было.

Предусмотрительно заблокировал двери, потому что Даша при первой же возможности попыталась сбежать от меня. Приходится действовать старыми методами, но одну я её не оставлю. Ни сейчас, ни вообще.

Моя ведьма.

– Выпусти меня, Вершинин.

Её голос спокойный и холодный, никакой паники и лишних эмоций. Словно ей реально абсолютно плевать на меня. Просто домой хочет. По факту. Ломает последние надежды своим тотальным равнодушием. Закон бумеранга в действии. Заслужил.

Молча развернул тачку и выехал на трассу.

Тяжело вздыхает и пристёгивается. Я улыбаюсь, как идиот своей первой маленькой победе.

Тем временем, Даша открывает приложение такси, держа телефон перед собой, словно мощный щит.

– Зачем тебе это?

– Поеду домой сразу, как ты соизволишь меня высадить.

– Я тебя не отпущу.

– Не рано ты спохватился? – сердито фыркнула. – Кирилл, я правда устала от того, как быстро и внезапно меняется твоё настроение.

– Безопаснее всего тебе переночевать вне дома. Я решу проблему с Морозовым и уже завтра с ним будет покончено. Или куда он пойдёт искать свой телефон?

Молчит, полностью игнорируя мои слова.

В конце концов, она всё-таки признаёт мою правоту и кивает в ответ.

Когда мы приезжаем в квартиру, Даша и шанса не даёт на разговор. Ни намёка на заинтересованность с её стороны. Тупой игнор.

Пока ужинаем технично и сухо отвечает на вопросы, чаще просто молчит. В итоге я сдаюсь. На сегодня.

Расходимся по разным спальням.

Я без понятия, что мне делать и как найти отклик в её разбитом мною сердце.

Лежу на кровати и смотрю бездумно в потолок, мечтая о той, кто находится совсем рядом. Всего в нескольких метрах от меня. Девушка, которая перевернула мою жизнь. Как же бездарно я просрал свою любимую.

Когда она хотела моей любви – я был идиотом.

Теперь я хочу вернуть её – но уже поздно.

Сна нет ни в одном глазу. Сажусь в постели, а потом и вовсе иду на кухню и завариваю себе чай. На стойке валяется блокнот, оставленный сестрой, рядом ручка.

Сам не осознаю, как начинаю писать стихи. Я даже сочинения фигово в школе выдавал, какие там рифмы, алё?

Получается жалко и паршиво. Как вой степного койота на луну. Проще галактику купить и назвать её Дашей, чем придумать моей любимой девочке стихи.

На телефоне высветилось всплывающее уведомление. Открываю мессенджер, почти уверенный, что это Решетов объявился.

А нет… Мороз.

Это умертвие там что, сохранилось?

Пропущенный звонок. Последний в его жизни, блин.

Тут же перезваниваю, решая на первых порах сделать вид, словно я не в теме.

– Эта гадина у тебя? – орёт он в трубку.

Явно там уже не в адеквате.

– Мороз, я сплю, – отвечаю сонным голосом.

– Выйди на улицу, Кир. Перетереть надо.

Ну точно бессмертный.

– Ок, жди.

Значит, притащил сюда свою задницу. Эпический идиот. Сам нарвался на неприятности, что называется.

Осторожно открываю дверь в гостевую комнату. Даша спит. Свернулась в клубочек, будто маленький котёнок, даже одеялом не накрылась.

Укрываю и не могу удержаться, чтобы не дотронуться до её волос, провожу подушечками пальцев по щеке. Улыбается, растопив меня до состояния лужи под её ногами.

Выхожу из комнаты, по пути на стуле заметив сложенную аккуратно стопку одежды. Мигом вспоминаю злосчастное видео и мрачнею до состояния грозовой тучи. Концентрированная ярость бежит по венам, угрожая вырваться из меня бесконтрольно.

Но, к счастью, есть куда это направить.

Честное слово, я не собирался избивать этого гада до состояния нестояния. Просто преподать пару жизненных уроков. Раз родители не научили, что обижать девочек плохо. А за свой поступок он ответит чуть позже по полной программе. Большой мальчик, пора брать на себя ответственность.

Возможно, я слегка перестарался в какой-то момент. Это не было тупым избиением. Намеренно поддался. В противном случае, у меня могли бы возникнуть проблемы с его папочкой, а, соответственно, и с законом.

Мороз разбил мне губу и по рёбрам пару раз проехался, но на этом его безоговорочное «везение» закончилось.

Схватил Влада и приложил его об стену, не забывая несколько раз въехать ему по челюсти. Скажи зубкам «пока-пока». И костям в своём туловище тоже заодно.

Я бы и дальше наслаждался процессом, но на лестничную клетку выглянула соседка и заверещала со всей дури, мол, убивают, спасите-помогите. Дура-ааа…

Морозов этим воспользовался и дёрнулся в сторону, а после мои рёбра встретились с его кулаком. И только через несколько секунд позже, почувствовав острую пронзительную боль, до меня доходит, что это был не кулак, а нож.

Ничего серьёзного, мне повезло. Но ощущения не самые приятные.

Прижимаю левую руку к боку и одним ударом стираю с его физиономии довольную ухмылочку. Он слетает с лестницы под дружный хор соседей. Кажется, полицию вызвали.

– Ты покойник, Вершинин! – успевает угрожать Мороз между ударами. – Мой отец тебя засадит!

Ага, старая песня о главном.

Дальше драки не получается, нас разнимают мужики. Прислоняюсь к стене, адреналин отступил и теперь перед глазами всё плывёт. Сплошные вертолёты.

Пальцы в собственной крови, малость подташнивает.

– Смотри, как бы вместе с папочкой не пришлось туда отправиться, Владик.

– Проклятие, из-за этой что ли?! – сплёвывает кровь. – Я думал, ты чуть умнее, Вершинин.

– Рот закрой. Увижу рядом с ней, пожалеешь вообще, что на свет родился.

Влад пытается вырваться из рук соседей. Лепатов и Дроздов с десятого этажа. Нормальные мужики, правильные.

– Кир, без обид, но мы ментов вызвали, – говорит Дрозд. – По ходу, скорая ещё нужна.

– Скорая? – Дашин голос за спиной мигом возвращает меня на землю, а в следующую секунду она уже стоит передо мной и смотрит расширенными от страха глазами. – Ты ранен?

– Царапина, – поспешил её успокоить. – Пойдём домой.

Она хмурится, поджимает губы, но больше ничего не говорит.

На кухне спокойно раскладывает аптечку, достаёт вату и перекись.

– Снимай футболку, – приказывает, грозно поглядывая.

– Я думал уже не попросишь.

– Тебе и по голове настучали?

Это бы её, определённо, порадовало.

– Слушаюсь, – стягиваю футболку через голову и откидываю голову назад. – Не волнуйся так, нож такой же тупой, как и Морозов.

– Я не волнуюсь. Просто не хочу, чтобы ты сдох до приезда врачей.

Волнуешься. Я рад этим эмоциям. Это значит, что ей не всё равно.

И, кажется, рана того стоила. Я какой-то мазохист, если наслаждаюсь сейчас только тем, что её руки на мне.

Возвращается к барной стойке и перерывает аптечку.

– У тебя бинт вообще есть? А это что…

Она смотрит на раскрытый блокнот с моими попытками сочинить ей стихи и на мгновение улыбается. Стала ещё красивее. Отчётливо понимаю – на всё готов ради улыбки моей Бэмби.

– Чьё творчество?

– Пытался признаться тебе в любви.

– Вышло не очень, – она наконец нашла бинт и вернулась ко мне.

– Я исправлюсь, – радуюсь как круглый идиот. – Даш… пойдёшь со мной на свидание?

И замер в ожидании ответа, который вполне мог уничтожить меня.

– Тебя точно били по голове.

– Били, – перехватываю её руку, которой она со знанием разматывает бинт. – Ты пронзила меня в самое сердце.

Но, конечно, ведьма не принимает этих слов всерьёз.

– Стоит вызвать скорую. Ты бредишь.

Поднимает на меня свой взгляд, а я тону. И понимаю, что лучшего момента, чтобы сказать ей самое главное у меня уже никогда не будет.

– Я люблю тебя.