Глава 43

Михаил

Она действительно этого хочет? Хочет Его?!

Михаил не мог поверить своему счастью. И это после того, как он сам множество раз отталкивал Машу, бежал от нее без оглядки.

Сейчас она выглядела особенно мнящей, такой беззащитной и в то же время обворожительно страстной. Хищницей с глазами раненой лани. Он припал к ее губам с такой жадностью, что у самого перехватило дыхание. Его пальцы зарылись в ее шелковистые волосы, мягко помассировали затылок. Поцелуй этот не был дразнящим или игривым, он был неистовым, как шторм.

Его руки переместились на ее плечи, кончик языка скользнул по пухлой нижней губе, а после осторожно толкнулся в полуприоткрытые губы — точно спрашивая разрешения войти.

Маша приоткрыла рот, покоряясь его воле со всем неистовством. По ее телу пробежала дрожь предвкушения: именно таким она представляла себе свой первый поцелуй. Поцелуй с Михаилом.

Его твердый влажный язык проник в ее рот, переплетаясь с ее языком в каком-то первородном¸ древнем, как сам мир, танце. Михаил уже не сдерживал себя, утонув в новых, неожиданно приятных чувствах, буквально растворившись в них. Такой жажды близости, такой неистовой, опьяняющей страсти он не испытывал еще никогда. Жажда обладания этой девушкой сводила его с ума. Его руки блуждали по ее спине, и уже начали приподнимать футболку, чтобы добраться до самых лакомых местечек.

Но громкий, настойчивый стук в дверь нарушил очарование момента.

— Кто?! — спросил Михаил, не давая разрешения войти.

— Всего лишь капитан, — послышался смущенный донельзя голос Барета. — Я пришел сообщить вам, что спасательная команда прибыла.

Тихий, недовольный рык вырвался из горла Михаила.

Маша охнула и принялась смущенно оправлять футболку. Неужели уже утро? Она и не заметила, как прошла ночь. А ведь казалось, что конца ей не будет и края.

— Наверное, нам стоит выйти на палубу, — предложила она.

Бросилась собирать вещи, усердно делая вид, что слишком занята сборами и совершенно не думает о том, что едва не произошло только что. Правда, ее пунцовые щеки свидетельствовали об обратном. Она прекрасно понимала, что едва не решилась на серьезный шаг.

Но жалела ли?

Михаил не мог этого знать. Он наблюдал за ней краем глаза, но понял, что ей лучше побыть одной. Собраться с мыслями, прийти в себя. Захватив свои вещи, он вышел на палубу. Каково же было его удивление, когда заметил не только спасательный катер, но и Майкла в сопровождении какой-то пышной девушки. Увидев Михаила, последняя чуть не набросилась на него с кулаками:

— Где Маша? Почему она не выходила на связь?

— Спокойнее, Хилари, — придержал ее Майкл. — Михаил наверняка нам все объяснит. Верно?

Он лукаво посмотрел на друга, и тот прокашлялся в кулак.

Конечно, Михаил мог рассказать о намеренной поломке двигателей, о течи в днище лодки и о том, что они едва не затонули в каменистой бухте. Но сейчас, в эту конкретную минуту, когда опасность была позади, его волновали совсем другие вопросы.

— Расскажу все по пути домой, — предложил он. — Заодно и обсудим некоторые детали. Кажется, кое-кто решил устроить мне и Маше далеко не романтичное свидание.

— У тебя есть предположения? — забеспокоился Майкл.

Вчера Михаил позвонил ему и вкратце обрисовал ситуацию. И даже предположил, что именно Майкл мог быть причиной того, что они с Машей застряли в лодке посреди океана. На что получил отрицательный ответ и заверения в том, что он, Майкл, действительно хотел, чтобы они с Машей сошлись. Но вовсе не утонули. И если бы понадобилось свести их вместе, Майкл избрал бы другой, менее опасный способ.

— Есть, но об этом лучше разговаривать наедине, — сказал Михаил.

В этот момент на палубу поднялась Маша, и Хилари бросилась к ней:

— Боже, ты жива! Я так переживала за тебя…

Хилари внимательно рассматривала подругу и не могла не заметить, что та подозрительно себя ведет. Отводит взгляд, будто в чем-то провинилась. Да и на объятия отвечает как-то подозрительно слабо.

— Прости, что не позвонила тебе, — произнесла Маша тихим тоном. — У меня был сильнейший приступ морской болезни. Хорошо, что Михаил был рядом и помог мне справиться с ним. Он спас меня. Снова.

Она бросила взгляд на Михаила, и тот ответил на него с не меньшим пылом. Они переглянулись не как друзья. И даже не как босс и подчиненная. Скорее как те, кто хранит какую-то общую тайну.

— Только в этом дело? — уточнила Хилари.

— Только в этом, — эхом повторила Маша.

Наконец они погрузились в спасательный катер и спустя несколько часов причалили к берегу. За это время Михаил успел обсудить с Майклом события ночи, не забыв высказать свои предположения. Единственное, о чем он умолчал, так это о том, что едва не сделал того, о чем впоследствии Маша наверняка бы пожалела.

И пусть им помешали, отпустить Машу он не мог. Да и не хотел. Наконец-то он признался себе, что неравнодушен к этой девушке. К его малышке, полной света и тепла, которых ему так не хватало.

— Наверное, надо попрощаться, — сказала она, оказавшись на берегу. И, не глядя ему в глаза, протянула руку для рукопожатия. — Спасибо за рыбалку. Несмотря на непогоду и прочие неприятности, я получила незабываемые впечатления.

Сказав это, она подняла взгляд, на секунду встретившись глазами с Михаилом. Он сжал ее руку крепко, но мягко и произнес то, чего она меньше всего ожидала:

— Не думаешь же ты, что я отпущу тебя теперь?

— Но я думала… — начала она. И не нашла, как закончить эту фразу.

— Ты поедешь ко мне, — безапелляционно заявил он. И, увидев смущенное лицо Маши и интерес в глазах Майкла, Хилари и даже Барета и Джима, поспешно добавил: — Я должен убедиться, что с тобою все в порядке. После того, что произошло, и что не произошло, это моя святая обязанность.