Глава 12

— В щеку, конечно же. — Уже у самых губ он дернулся в сторону и коснулся горячими губами моей щеки, которая тут же вспыхнула смущенным пламенем. — Думала поцелую тебя в губы? — Прошептал он, и я кожей прочувствовала вибрацию, с которой его дыхание пробралось в ухо.

— Конечно же, нет. — В тон ему ответила я.

— Кончено же. — Он выпрямился. — Что бы ты вновь обвинила меня в отсутствии манер? Нет уж, увольте.

Хитрая уловка в его духе. Время шло, а Леон так и остался тем мальчишкой, любящим вгонять нас с Алани в краску. Судя по его довольной ухмылке, именно этого эффекта он и добивался.

— Я не виновата в том, что у тебя напрочь отсутствуют манеры. — Отбила я, слабенько, но хоть как-то.

— Кто-то обещал, что научит меня. — Припомнил он сказанные мной слова. — Ладно, думаю тебе нужно еще немного отдохнуть. Так, кстати, Юст кружит под твоими дверьми с кастрюлькой супа наперевес. Парень обмотал свое сокровище полотенцами, чтобы оно не остыло.

Желудок нетерпеливо буркнул, услышав про еду.

— Я его позову. Отдыхай, малышка Анна. — Поднявшись, сказал он, и поспешил покинуть мою спальню.

Юст, как и было сказано, караулил мою комнату и, услышав, что я проснулась, чуть ли не вбежал внутрь, прижимая к груди ком их ручников.

— Леди Анна! Я так рад, что вы в порядке! — Тараторил он, водружая ком на прикроватный столик и разматывая тканевые лоскуты. — Мы с Клави так испугались! У меня до сих пор дрожат зубы! — Повысив голос, испуганно воскликнул он. — То есть стучат! Вот, пожалуйста, попробуйте. Я сварил для вас легкий суп с гренками, прошу.

Словно волшебник, подросток вынимал из-под полотенец примотанную тарелку, приборы, и даже небольшой поднос с парочкой золотистых, поджаристых ломтиков в яичной обмазке. Он с ловкостью накрыл мне ужин и едва не задохнулся, задержав дыхание в ожидании вердикта.

— Это очень вкусно, Юст. Мы можем поговорить?

— Конечно. Все что прикажите. — Он дождался, пока я разрешу ему сесть и опустился на кресло, в котором менее часа назад сидел Леон.

— Как ты оказался в крепости?

— Как и многие дети, которые здесь есть. Вы же знаете о беглых? — Спросил он и поскреб волосы на затылке.

— Да. Ты один из них?

— Думаю да. — С легкой грустью согласился он. — Больше не откуда. — Мальчишка развел руками.

— Ты очень талантливый. Рад, что Клавдия взяла тебя под опеку?

— О! Безусловно! — Он приложил руки к груди.

Интересно, откуда в нем столько манерности?

— Клави мой личный подарок богов! Бесподобная женщина! — Я слегка улыбнулась, вспоминая, как она порола его, ругая за выкипевший бульон. Но Юста это, кажется, совсем не расстраивало, и в подтверждение моих мыслей он добавил: — Она, конечно, бывает иногда сурова, но это заслуженно! Я же ее ученик.

— Ты бы хотел стать еще и моим учеником?

— Мм? — Удивился он, и рыжие брови медленно поползли вверх.

— Раз уж я вернулась домой, мне нужно чем то заняться. Сейчас мы обсуждаем открытие класса для детей из крепости. Я хотела бы обучать вас грамоте и наукам. Как ты думаешь, это хорошая идея? — Спросила я, делая ход на целевую аудиторию. Кто ответит мне честнее, если не сами дети?

— Идея хорошая. Но, леди Анна, я смогу продолжать работать на кухне? — Беспокойно уточнил он.

— Конечно. — Юст расслабился. — Я бы занималась с вами в удобное для всех время. Со временем, ты бы научился записывать свои рецепты.

Сработало.

Парень засиял как начищенный котелок, широко улыбнувшись чуть сморщив нос усыпанный веснушками.

— И я смог бы написать свою книгу рецептов? — Не веря в свое счастье, переспросил он. — О, боги! Леди Анна! Вы подарок небес!

Он был так рад, что бросился обнимать меня, но через секунду одумался и испуганно отпрянул.

— Ничего. — Успокоила я его. — И зови меня Анной.

— О, нет, что вы! Я так не смогу! — Он так отчаянно замотал головой, что я всерьез задумалась о том, как бы она не отвалилась. — Это же… К вам! Да я!…

— Тише, тише. — Я погладила парня по дрожащей руке, заглядывая в глаза. — Все в порядке, Юст. Я обязательно научу тебя читать и писать, и ты сможешь не только записывать свои рецепты, но и узнавать другие. Насколько я помню, в библиотеке была парочка кулинарных книг.

— О, да! Да! Я когда то очень хотел понять что в них. — Признался он. — И подолгу разглядывал страницы.

— Если захочешь, я могу иногда читать их тебе. Но взамен, — Остановила я парня, который едва не лопался от внутреннего сияния. — Ты поможешь мне с детьми, и продолжишь кормить вкусностями.

— Это меньшее, что я могу сделать для вас.

Он забрал всю посуду, стоило мне закончить и, не останавливаясь, благодарил.

Мысленно я порадовалась, что хотя бы один ученик, но уже имелся, и дело осталось за малым — за всем остальным. Детей было не так уж и много, и, судя по тому, что я успела увидеть, почти все они были сиротами, подброшенными к воротам крепости.

За стенами замка расположился густой и непроходимый Шернский лес. Где-то, глубоко внутри его густых садов прятались «беглые». Люди, которое по тем или иным причинам отказались принадлежать к какому-то дому и поклоняться любому лорду. Но если честно, уже много много лет «беглые» не выходили на контакт и прятались в дремучих кущах, ловко избегая любых встреч. Только дети с завидной регулярностью появлялись у наших дверей. Новорожденные, в непонятных тряпках, они пищащими комочками ждали своего спасения. Так же поступили со мной и Алани, только Леона лорд привез откуда-то издалека.

Все малыши были слабыми и едва живыми. Многие умирали, а те, кто выживал, становились «приемными» для лорда крепости, который брал на себя всю ответственность за их жизни. Если углубляться, то мы не принадлежали сами себе, на любой случай была воля лорда, который самостоятельно принимал решение любого вопроса.

Вот мой лорд, к примеру, отправил меня в пансион, избавившись…

— Спишь? — Главных герой моих мыслей, прошел в комнату и, не раздумывая опустился на постель, по-хозяйски откидываясь на подушки.

— Как видите, нет, мой лорд.

— Хм… — Он взглянул на меня своими малахитами, так блеснувшими в последних мгновениях свечи, и приподнял руку, приглашая к себе на плечо. — Значит вновь «мой лорд». — Риторически спросил он, когда я прижалась к его боку.

Никаких обсуждений, только действия.

Все это было как неправдоподобные сцены из моих фантазий, так легко сбывшиеся без лишних слов. Словно и не было прошедших лет, холода между нами и кучи ошибок которые мы совершили.

Я лежала на его плече, перекинув свою руку через широкую грудь, и думала о том, что видимо и ему не хотелось лишних выяснений, притираний, а я, сейчас лежащая в такой близости, приносила только облегчение, позволив просто перешагнуть через лишние детали. Это голод. Душевный голод, высасывающий нас изнутри, жаждущий обычной близости, которую мы всеми силами отказывались признавать.

Он все так же пах весенним лесом, свежестью молодой листвы, пробираясь ко мне в душу и сметая все сомнения в правильности происходящего. Так и должно быть. Я и он. Наш маленький мир, который едва не разрушился много лет назад, и который выжил, только благодаря моей ненависти.

Лорд обхватил меня рукой и чуть сжал ткань на бедре, сминая и кожу, что была под ней. Такая незатейливая, пытающаяся ускользнуть и спрятаться между строк, ласка, вызвала волну жара от желания сплестись с ним, смешать наши души в единое целое. Горячие губы прижались к макушке и замерли, позволяя ощутить глубокий вдох, который мужчина пытался скрыть.

— Прости, что не появился вовремя. — Прошептал он и огонек свечи, наконец, погас, погружая комнату в темноту.

— Ты не можешь быть не вовремя. — Ответила я, задыхаясь от прозрачности слов.

Без скрытого смысла, без уловок и уверток. Просто «прости», просто «прощаю».

— Я не знаю, что произошло, но будь добра, не выходи больше за пределы крепости в одиночестве.

— Боишься что я вновь упаду в обморок?

— Ведь там же было что-то иное, верно? — Ответил он вопросом на вопрос и еще сильнее прижал меня к себе.

— Ты что-то знаешь? — Догадалась я и попыталась подняться, но меня силой уложили обратно.

— Не уверен, но лес в последнее время не спокоен. Я не хочу, чтобы это коснулось тебя, малышка. — И вновь мое привычное прозвище обожгло, выскользнув из его губ. — Просто послушай меня, хорошо?

— Все что прикажите, мой лорд.

Я не хотела выяснять отношения, не хотела спорить и вернулась в исходную, забрасывая на него ногу, на которую он тут же опустил свободную ладонь, поглаживая голую кожу колена.

— Ты расскажешь? Я обещаю, что больше не выйду, но…

— Нечего рассказывать. — Прервал он. — Ты не первая, кто слышит странные звуки и чувствует себя не уютно. Но так близко к крепости такого еще не происходило.

Ладонь поднялась вверх, поглаживая шершавыми кончиками и в конце пути мягко, но сильно сжимая мягкую окружность. Я чуть прижала к нему бедра, позволяя понять, что эта ласка не ускользнула от моего внимания, и я хочу продолжить, хочу узнать, что будет дальше. А дальше мужская ладонь нетерпеливо пробралась выше, проникая под ткань сорочки, приятной тяжестью задерживаясь на талии и подбираясь к вершинкам груди, но игриво игнорируя вставшие соски.

— Сними все. — Хриплые слова прозвучали для меня уже как сквозь вату, но я, пьянея от собственных мыслей, приподнялась, боясь хоть на секунду перестать ощущать его ладонь, и стянула мешавшую ткань через голову, отбрасывая куда-то за спину.