Глава 18

Я не сомневалась в его словах.

Они были полны решимости, и я впервые с момента возвращения поняла, что между мужчинами не все гладко и тому есть предыстория, которую я не знаю. Его «убью» звучало слишком резко и одичало, так говорят, только когда пелена гнева закрывает глаза, а зная Алекса на это должен быть повод. Очень весомый повод. Вот только я не знала, что могли не поделить опекун и его приемыш.

— Что между вами произошло?

— Долгая история, и сейчас я не намерен трепать языком. Лучше я займу его чем-нибудь поинтереснее.

— Это чем же?

— Тобой. — Игриво рыкнул он и, перевернув меня на спину, навис сверху, впиваясь в губы в жадном, голодном поцелуе. — Ты больше не проводишь время с Леоном. Он больше не валяется в твоей постели и не слушает твои сказки, поняла меня?

— Ты следил за мной? — Удивленно спросила я, вспомнив, что окончилось все хоть и невинным, но двусмысленным поцелуем в щеку.

— Не я, но это не имеет значения. Я всегда рядом с тобой и можешь считать, смотрю через плечо.

— Это пугает, мой лорд. — Задумчиво ответила я, рассматривая, как меняет размер зрачок в малахитовых глазах, превращаясь в черную пропасть.

— Нам нужно уходить. Я думаю, после твоих криков сюда может сбежаться вся прислуга.

Он нехотя поднялся и протянул мне руку, утягивая за собой.

Мы одевались по разные стороны комнаты, словно ничего не происходило несколько минут назад и мужчина, что сейчас деловито расправлял складки на жилете, не лишил меня невинности, вырывая из сухих губ рваные стоны. Я не удержалась и подошла к нему, проводя пальцами по растрепанным волосам, поражаясь тому, как много седых волос на самом деле пряталось под выгоревшими прядками. Словно ощутив мои мысли, Алекс поймал мою ладонь и прижал ее к губам, слегка оцарапав щетиной.

— Жалеешь?

— Не говори глупостей. Я ждала этого почти всю свою жизнь. — Честно призналась я, а мужчина вдруг резко притянул меня к себе, вновь окуная в аромат свежести своего тела.

— Странные желания для юной девушки. Ты красива, Анна, умна, желанна. И я до сих пор не могу понять, что в твоей прекрасной голове. — Он провел пальцами по моим волосам. — Только уже поздно об этом размышлять — ты моя, и это необратимо. Но что же…

Он говорил что-то еще, но я не слушала. Это не были вопросы, он скорее разговаривал сам с собой, произнося вслух то, что его беспокоило, но у меня не было желания говорить о своей боли, которую я носила в сердце столько лет.

Не молод, уже взрослый мужчина, состоявшийся и с огромной харизмой. Это он мог покорить любую одной лишь улыбкой и мужественным характером, но оставался одиноким по непонятным мне причинам.

Я так боялась вернуться и узнать, что у него появилась семья. Я даже думала о том, что если подобное произойдет, я уйду в лес и никогда не вернусь, только бы не видеть его счастливого лица. С другой.

И вопрос, который я задавала себе изо дня в день, все еще продолжал давить на меня изнутри, даже после нашей близости и тоски, которую он даже не пытался скрыть от моих глаз.

Зачем ему я?

Я не обладала такой храбростью, чтобы спросить это вслух и вместо вопроса как можно сильнее прижалась к нему и, запустив пальцы в его мягкие волосы, сама поцеловала, погружаясь в это с головой. Это было еще более голодно. Теперь, когда я сумела ощутить это чувство единения с ним, я поняла, что все эти годы моя любовь к нему страдала самую малую часть, при этом все равно убивая меня изнутри, разбивая на части, на лоскуты. А сейчас…. Я просто умру, оторвавшись от него.

— Глупая девочка. — Прошептал он мне в губы. — Моя глупая. Что же ты делаешь.

Никаких ответов.

Я нуждалась в нем смертельно. Болезненно таская на своих плечах тяжесть своего выбора, которого у меня не было, стоило мне первый раз столкнуться с его зелеными глазами.

— Нам нужно идти.

Мы не расцепляли пальцев до самой двери, продолжая так необходимо держаться друг за друга, не желая отрывать горячие пальцы и закончить то, что произошло. Но как только дверь распахнулась, и Алекс, пропуская меня вперед, отпустил ладонь, я увидела огромные испуганные глаза, которые тут же моргнули и их хозяйка, сорвавшись в бег, помчалась по коридору, оглядываясь раз за разом.

— Похоже, у нас проблема. — Прошептала я, ощутив, как тревога поднимается в горле.

Алани застала нас, и явно поняла, что происходило, судя по ее огромным, наполненным удивлением и испугом глазам. Она уже скрылась за поворотом, все еще слышно стуча каблучками по каменному полу, а я так и продолжала стоять на месте, смотря вдаль.

— Алекс. Она все поняла. — Я повернулась к нему, насильно вынуждая себя оторваться от созерцания пола, и вцепится ему в рукав. — Алекс?

— Тише, тише. — Успокаивающе зашептал он. — И чего ты испугалась? Это же просто Алани?

— Она…. Она расскажет все. Она видела! Она поняла! Алекс, что делать? — Почему то этот факт буквально душил меня в волнении.

Я ни разу не сомневалась в том, что новость о нашей близости с лордом прокатится по крепости с таким шумом, будто с лестницы съехала целая кипа металлических ванн, поднимая всех своим грохотом.

— И что?

— Как что? — Я подняла на него глаза, но поняла, что он совершенно спокоен и его взгляд приобрёл постоянное, чуть отстранённое выражение. — Как это объяснить?

— Анна, сколько тебе лет? — Неожиданно спросил он. — Ты не малый ребенок и вольна выбирать, с кем спать. Я так тем более. — Слова звучали несколько резко, и я невольно отпрянула, что не укрылось от него. — Или ты меня стыдишься?

— Стыжусь? Ты себя слышишь?! — Прошипела я, понимая, что разозлилась от незаслуженного обвинения.

— Тогда успокойся и не драматизируй. Кроме Зайдены никто не знает, что ты якобы помолвлена с Леоном, поэтому сейчас ты вольна выбирать, с кем делить постель.

— А с кем делить жизнь решишь ты? — Сощурилась я.

— Именно. — Совершенно ровно и уверенно ответил он, наконец, встречаясь со мной взглядом. — Поэтому, новость, что ты моя любовница не должна приводить тебя в мандраж, ты меня поняла?

— Поняла. — Я вырвала руку, обожжённая едким словом «любовница!» и кисло улыбнулась, отступая на шаг. — Мне пора идти, мой лорд. У меня много дел. — Я коротко поклонилась и попятилась назад, понимая, что он даже не пытается меня остановить.

Хотелось бежать, и, развернувшись, я пустилась прочь, в ту же сторону, куда побежала Алани, глотая неожиданно навернувшиеся слезы.

Любовница.

Ну почему так больно думать так, даже спустя столько лет? Неужели где-то глубоко внутри еще теплилась надежда, что все будет иначе?

Ну что же ты так раскисла Анна, услышав правду вслух? Ты же прекрасно понимала, что лорд никогда не свяжет свою судьбу с подкидышем из леса, пусть она будет хоть трижды красавицей и дважды умницей. Я знала, но я продолжала таить надежду на то, что у нас все будет по-другому. Верила, что моя любовь к нему гораздо выше ценится. Но это не имеет значения.

Любовница.

Это как клеймо, на то, что мне суждено стать его тенью, вечно ожидающей грелкой в его постели, надеясь на благосклонность его милости, оставаясь все тем же подкидышем. У нас совершенно разный статус, который изначально, с самого первого совместного вздоха одним воздухом выставлял нас по разные стороны этой жизни, никогда не смешивая грязь с золотом. И кто здесь грязь, понятно без подсказок.

Любовница.

Только сейчас до меня начало доходить, что моя тайна нравилась мне гораздо больше, когда была таковой.