Глава 5

Я узнала ее. Хватило беглого взгляда по светлому личику девушки, и я сразу поняла кто она, внутренне подбираясь в кучу.

Алани. Моя некогда подруга, из-за которой вся моя жизнь пошла наперекосяк. Одно принятое ей решение изменило все, перечеркнуло, заставляя меня стать другой, убив ту Анну, что была ранее.

Я смотрела на нее и не ощущала ничего кроме жжения в груди, которое так сильно разило предательством, жившим во мне все эти годы. Это конечно не ненависть которая созрела и приобрела четкие очертания, а скорее горошина, занозой сидящая в плоти, заставляя ту медленно гноиться.

— Рада тебя видеть… — Растерянно прошептала она.

Мы были так близки, росли вместе, лишь на мгновения разлучаясь. А сейчас только черная дыра вместо чувств. Она была маленькой и глупой, но даже спустя столько лет я не смогла простить ее за этот поступок, в котором она, судя по всему, себя не винила, лишь испугалась, встретившись со мной взглядом.

Даже не ответила, только отвернулась, демонстрируя свою холодность, но вовремя одумавшись, все же ответила:

— Я тебя, Алани. И я тебя.

Получилось неправдоподобно и не нужно быть магистром, чтобы понять мое отношение к ней. Что ж… Раз уж игра пошла таким чередом, поиграем в обиженку, которая в итоге сдастся. Ведь она же сможет поверить в это? Ведь так?

— Ужин будет через час. — Ответил за Клавдию Юст и продолжил с уверенным видом колдовать над плитой, даже не ощутив напряжения витающего в помещении.

— Спасибо, Юст. — Тихо ответила девушка и, судя по хлопку, исчезла за дверью.

— Не простила? — Я только отрицательно мотнула головой. — Ей тоже досталось.

— Ее проблемы, Клавдия.

— Не буду спорить. — Она устало покачала головой. — Вам тогда обеим было не сладко. Но каждый сделал свой выбор. — И вновь она не встала ни на чью сторону, как и много лет назад.

Мы поболтали еще какое-то время за сладким чаем. В основном разговор был о моей учебе в пансионе, и о том, что изменилось в крепости со дня моего отъезда. Жизнь здесь текла так же привычно, словно я и не уезжала. Изменились только люди. Кто-то вырос, как Леон, кто-то состарился как Клавдия, а кто-то умер от болезней или старости.

— А Шернар жив?

— Нет. — Клавдия покачала головой и вздохнула, поправляя и без того прямо стоящую тросточку. — Через четыре месяца умер. Нашли тело в его домике, среди кучи мусора и бутылок. — Я опустила глаза.

Неожиданное чувство вины разлилось по венам, прокалывая кожу, погружаясь все глубже. Я винила себя в его смерти, хоть на тот момент меня в крепости уже не было.

Поймав мои мысли за хвост, Клавдия протянула руку и накрыла мою ладонь.

— Не вини себя, девочка. Шернар был стар и много пил. Что-что, а он к богам ушел вовремя. Только я еще здесь. Просто дел много, так ведь Юст? — Шутливо бросила она.

— Как есть так! — Воскликнул мальчишка, ворочая половником в глубокой кастрюле. — Ужин готов!

— Иди дорогая.

Как будто услышав ее слова, на кухню вошел Леон, уже переодетый в простую рубаху с жилетом и свободные брюки, заправленные в высокие сапоги.

— Скучали? — Подмигнул он, хватая последнюю булочку, и быстро ее надкусывая, пока Клавдия не успела начать ругаться. — Лично я очень. Что сегодня на ужин, Юст?

— Томатный суп и дичь с морковным пюре.

— Морковным? — Удивленно переспросили мы, на что парень уверенно кивнул и протянул ложку с красноватой кашей прямо ко рту Клавдии, которая покорно открыла рот.

— Необычно. — Заметила она. — Но посоли чуть больше. Прибавит вкуса.

— Так точно, Клави! — Отрапортовал он и поспешил выполнить указание.

— Он уверен, что это съедобно? — С сомнением покосился Леон на повариху.

— Все что он делает съедобно. — Нахмурилась женщина, не воодушевлённая сомнением в сторону ее протеже. — Все, что не сгорело и не выкипело.

— Что ж… Ладно. Анна, не хочешь пока пройтись до конюшни? Старина Луи очень хотел тебя повидать.

— Луи? — Я в который раз за несколько часов радостно подпрыгнула на месте. Словно передо мной куча подарков, один другого неожиданней.

Леон кивнул и на этот раз сразу предложил мне локоть, не стараясь схватить за руку. Я только кивнула и улыбнулась его маневру.

— Идите-идите! — Серьезно заявил рыжий мальчишка. — Мы как раз успеем накрыть на стол.

— Еще увидимся! — Попрощалась я с Клавдией и Юстом и поспешила за мужчиной.

— Я хотел сказать. — Нарушил тишину Леон, стоило нам покинуть коридоры и спуститься во внутренний двор. — Старина Луи немного не в себе, ты только не пугайся, хорошо?

— Что ты имеешь в виду?

— Он очень и очень стар, Анна. Особенно в последнее время он несет сплошную чепуху. — Крылья носа практически незаметно дернулись, но я успела увидеть и понять, что Леону компания Луи совсем не по душе. — Просто бессвязный бред. Так что не принимай его слова близко к сердцу.

— Он мой друг.

— Он просто старик, Анна.

— Не говори так. — Я нахмурилась, взывая к совести парня. — Как бы он не был стар, это не отменяет того факта, что Луи достоин уважения.

— Я не спорю. — Сквозь зубы выдохнул он. — Просто пойми — он не в себе.

— Я тебя услышала. — Ровно ответила я, не разделив раздражение, и подхватив полы ученической юбки, обходя особенно большие лужи грязи.

Конюшня стояла на прежнем месте, продолжала пахнуть сеном и хранить тепло, не смотря на похолодание после подкрадывающейся зимы, которая не могла определиться, пришло ли ее время. Ступая на засыпанный соломой пол, я отпустила ткань и поспешила вперед, на поиски старика.

Луи сидел на большом тюке с сеном и кажется, дремал, опустив на лоб соломенную шляпу с широкими полями. С расстояния нескольких шагов он выглядел как высохшая веточка, которая уже надломлена в нескольких местах, и угрожает вот-вот сломаться окончательно. Его сухие темные руки выглядывали из-под широких для его комплекции рукавов, и я засмотрелась, понимая, что если бы не его дыхание, мужчину вполне можно было бы и не заметить, прошагав мимо кучи старых тряпок. Да, Леон был прав… Луи очень и очень стар…

— Луи? — Тихо позвала я, чуть склонившись, заглядывая в закрытое шляпой лицо. — Луи!

— Аааа?! — Он резко поднял голову и закрутил ее в разные стороны, но когда взгляд остановился на мне, мужчина замер, а потом неожиданно рассмеялся. Глухо, сильно хрипя легкими. — Анна! Малышка Анна!!

Он обнял меня сухонькими руками, словно большой ребенок — очень искренне, но с большим трудом справляясь со своим телом, и похлопывал по спине.

— Я рада видеть тебя Луи. — Я помогла старику поудобнее устроиться на своем тюке, и присела рядышком, не слишком опираясь на солому.

— Как ты выросла малышка Анна. — Покачал головой старик и поскреб жиденькую седую бороденку, которая на морщинистом подбородке больше походила на щетину борова. — Не думал что доживу. Ох, ох, ох. Старик Луи уже и не помнит, когда так долго ждал.

- Я очень рада, что смогла тебя увидеть.

— Ты помнишь наши ночные посиделки? — Спросил он и хитро сощурил глаза.

Когда мы были еще совсем маленькими, и нам удавалось улизнуть из-под надзора дремлющей няньки, мы сбегали в конюшню к дядюшке Луи. Он зажигал масленый фонарик, накрывал сено одеялами и усаживал нас в кружок, а потом полночи рассказывал нам страшные истории, которые пугали нас до чертиков. Даже в моем детстве Луи не был молод, но сейчас передо мной был совсем немощный старик, только с лукавой хитринкой в карих глазах с россыпью плотных въевшихся морщин.

— Помню Луи. Я рассказывала твои истории девушкам в пансионе. Ты бы мной гордился, они разбегались по своим комнатам с трусливым криком.

— Аха-хаха! — Рассмеялся он, прихлопнув ладошкой по коленке. — Хорошие были деньки. — По остановившемуся взгляду стало понятно, что на несколько секунд мужчина провалился в свои воспоминания, примеряя давно уже потерянный сюртук.

Я не мешала, просто молча разглядывала его, запоминая, вдавливая его в свою память до мельчайших подробностей. Как падает свет на его сухую темную кожу, как соломинка со шляпы повисла вниз, от старости выскользнув из плетения. Каждую морщиночку, каждую родинку и соринку. Ужасный момент прощания. Близость смерти уже оставила свой отпечаток на его лице, и обещала забрать его в ближайшее время, оставив свой поцелуй в виде темных пятнышек на щеках.

Он чуть вздрогнул и повернулся ко мне, сталкиваясь взглядом.

— Анна.

— Да, Луи?

Старик поманил меня пальцем, и чуть искоса поглядел на Леона, который стоял чуть поодаль, не решаясь портить нам момент долгожданной встречи.

Я склонилась к нему, и ухо обдал горячий шепот, с запахом старости и прелости, который не вызывал во мне желание вымыться, скорее наоборот. Я хотела как можно ярче запомнить его, навсегда связывая счастье в моем детстве и этого старика.

— Говорят, что Луи свихнулся. — Шептал он, так, словно делился свежей сплетней. — Говорят, он несет бред, но она ему поверит. Она всегда верила. Одна единственная.

Липкий холодный страх выступил на коже, волной скатываясь по спине.

Его слова обжигали лицо, поднимая в гибкой памяти воспоминания об этом его тоне и я нехотя задержала дыхание.

— Волки в клетках. Верно, детка? — Нараспев шептал он мне, опаляя ухо горячим дыханием. — Тооолько клеток нет. Ты же знаешь, знаешь детка, где хранит ответ? — Я взглянула на Леона, который нехорошо нахмурился, видимо заметив странное выражение лица, что маской приклеилось к побледневшей коже. — Кто его цепь? Ты его цепь! Кто его цель? Ты его цель! — Пропел он чуть громче, но уставший голос только захрипел сильнее. — Не беги через лес… Лес полон чудес… Волка приручииии…. Ты его цепь! — Я вздрогнула, когда старик клацнул зубами, и дернулась в сторону.

— Все в порядке? — Спросил Леон, оказавшись рядом с нами.

Я взглянула на Луи.

Старик улыбался словно младенец. Ни капли сознания, только чистая радость, у которой нет объяснения.

— Да…. — Выдохнула я. — Все в порядке.

— Анна! — Вскрикнул Луи и засмеялся, даже не обернувшись в мою сторону, смотря куда-то в стену напротив. — Аха! Какая ты смешная, Анна!

— Пойдем. — Тихо сказал Леон. — Он вновь ушел в себя. Успела с ним хоть немного поговорить?

— Да, он был рад меня увидеть. — Воспользовавшись протянутой рукой, я поднялась на ноги и бросила еще один взгляд на старика.

Его песни всегда наводили ужас, но было еще кое-что, от чего мне хотелось встряхнуть его за плечи и потребовать ответы, но заметив капельку слюны, которая показалась на краю его сухих синеватых губ, я поняла, что это мне совсем не поможет. Значит…. Значит нужно ждать, когда пророчество сбудется.