Глава 22

— Так, народ, приехали! — оповестил нас о конечной остановке Андрей. — Выбираемся из тачки, разбираем груз ответственности и приступаем к обязанностям!

— Не уверена, что после этой поездки смогу принять нормальную форму и выпрямить спину, — прокряхтела мне куда-то в затылок Юлька. — Еще и коленки у Тимохи костлявые. Всю дорогу как на велике без сидушки.

— А мне понравилось, — ответил ей довольный Тимоха и, судя по возне сзади, получил за это леща, но смеяться, как мальчишка не перестал.

Первым машину осмелились покинуть Аленка с Пашей. Оно и понятно: ребятки уже опытные, знают как действовать в таких ситуациях, когда позвонки немного покинули бренное тело и утонули в трусах после сидения в два ряда и неслабой тряски по бездорожью.

Дальше из машины не просто вышли, а вывалились Юлька и следом за ней Тимоха. Парень смог довольно-таки быстро выпрямиться и, поправив джинсы, начал помогать старшекурсникам разгружать машину. Юлька в это время проводила одновременный сеанс йоги и что-то похожее на боевые искусства. Видимо, иначе просто не разогнуться.

— Мы тут останемся или тоже попробуем выйти? — произнес вполголоса Соколовский, щекоча теплым дыханием шею, посылая волны мурашек и раздражения по коже. — Мне тут очень даже нравится, — сказал он довольный собой, и ладонь на моем колене ожила, слегка его сжав.

— Еще раз так сделаешь, и я сомкну кольцо рук на твоей шеи и буду держать до тех пор, пока ты не разучишься дышать, — поерзала на его коленях, пытаясь с них хоть как-то соскочить.

Чертова полоса препятствий!

— Маленькая злобная пипетка, — передразнил меня Стас и уронил на сиденье рядом с собой.

Спиной почувствовала жесткую обивку, а на своем тощем теле ощутила всю тяжесть обнаглевшего Соколовского. Карие глаза смотрели с весельем, а теплые пальцы удерживали запястья над головой так, словно парень нащупывал у меня пульс.

— Сам ты пипетка! — зарычала я и двинула ему коленом куда-то в ребра. Парень смиренно принял удар и почти не дрогнул. — Отпусти!

— Воу, молодые! — раздался где-то над головой голос Жедимки. — Я всё понимаю: природа, тачка пропитана мной и трудно устоять, но давайте сначала шашлычок замутим, а потом уже, Стасян, ты и своим шампуром поупражняешься.

— Пошел ты, — рассмеялся кудрявый индюк, всё еще нависая надо мной.

— И ты тоже, Соколовский, пошел бы, — высвободила свои руки из его захвата и, извернувшись под ним, выползла на свет божий прямо в объятия растерявшегося Жедимки. Парень меня любезно придержал, помогая полностью выбраться из машины, но при этом с опаской поглядывал в сторону Стаса поверх моего плеча.

— Спасибо, Митенька, — похлопала его по плечу и направилась, непосредственно, к самой даче, страдальчески придерживаясь за спину.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросила меня Юлька, едва я с ней сравнялась.

— Что? Сожаление? Боль во всех мышцах? Нервозность? — предположила.

— Вообще-то, я хотела сказать о свежем воздухе и чувстве голода, но твои варианты мне нравятся больше, — рассмеялась подруга и приобняла меня за плечи одной рукой. — Красота-то какая, а?

Да, место оказалось, действительно красивым. Хвойный лес буквально пропитывал наши юные души своей свежестью и мудростью веков. Воздух был такой чистый, что с непривычки немного закружилась голова.

Высокие сосны и невероятно огромные пушистые ёлки окружали большой старый дом. Хотя, просто домом это здание не назовешь, ему больше подходило гордое название усадьба, нежели просто дом.

Большие окна, в которых каждое стекло было целым. Ажурные ставни, сделанные руками умелых мастеров прошлого века. Сам дом был построен из широких бревен и, вероятно, при этом не было использовано ни одного гвоздя.

— Давайте, на веранду, — кивком головы указал Андрей направление, в котором нам с Юлькой нужно было двигаться. — Аленка с Пашкой уже начали уборку. Сейчас с пацанами мангал соберем и можно будет начинать готовить. Да, Машка?

— А-а! — осенило меня. — Так вот вы зачем меня с собой потащили! Чтобы я готовила вам!

— Как бы, нет, — усмехнулся парень. — Но готовишь ты отлично.

— Всё с вами ясно, — сузила глаза и пригрозила ему пальцем, делая вид, что теперь вижу их всех со всеми их тайными помыслами насквозь.

Прошли к широкой веранде, укрытой навесом от непогод и забрались на нее по высокому крыльцу. Дверь в дом открыта нараспашку и внутри были слышны тихие переговоры между Аленкой и Пашкой.

С опаской вошли внутрь и старые деревянные полы жалобно заскрипели под нашей тяжестью, тем самым повестив парочку о том, что они здесь теперь не одни.

— О, Юля, Маша! — воскликнула Аленка, убирая со лба прядь светлых волос. — Я уж думала, что вы не разогнетесь после первой такой поездки.

— Это было сложно, но у нас получилось, — убедила я ее, демонстративно схватившись за спину. — Если где-то увидишь позвонки, то знай, что они выпали из меня.

— Ничего, — махнул рукой Пашка и переложил веник с одной руки в другую. — Скоро привыкните к таким поездкам.

— Так мы еще сюда приедем? — выпучила Юлька карие глаза. — Круто!

— Вот! — рассмеялся Пашка. — Уже почти привыкли!

— Так, что нам делать? — спросила я, понимая, что просто поморгать в стороне — не вариант.

— Ну, давайте немного приберем в самом доме, — обвела Аленка руками просторный холл. — Веников тут, как раз, три. В хозяйственной комнате есть тряпки, чтобы пыль собрать и полы немного протереть. Вася с Игорем сейчас воду принесут и можно приступать к уборке, а потом и к готовке.

— Вася с Игорем? — нахмурилась я, не понимая о ком идет речь.

— Ага, — кивнула девушка. — Те двое, что в багажнике ехали.

— А, теперь понятно, — протянула я и сняла куртку, которую повесила на свободный крючок близ входной двери. Закатала рукава толстовки, собрала волосы на макушке резинкой и приготовилась к сражению с многовековой пылью. — Приступим?

— Что-то я домой захотела, — вполголоса произнесла Юлька, для которой слово «уборка» звучало как оскорбление высшей степени.

— Да ты не бойся, — рассмеялась над ней Алена. — Мы здесь были меньше месяца назад, так что убирать не так уж и много.

— Это почти успокаивает, — обреченно выдохнула подруга и приняла из рук девушки веник. — А воду откуда берут?

— А вы что, не видели? — вскинул Пашка брови, которые скрылись под густой челкой.

— Что мы должны были видеть? — не поняла я, глядя поочередно на возмущено удивленных Пашу и Алену.

— Озеро сразу напротив дома, — пояснила, наконец, девушка.

— Озеро? — теперь настала моя очередь отправлять брови в лохматое путешествие по лбу.

Развернулась на пятках и вышла из дома прямо на широкую веранду. И потеряла дар речи. Напротив нас, за рядом посаженных на одном расстоянии сосен, находилось озеро, которое отражало солнечные блики своей гладкой поверхностью, на которой почти не было заметно волн.

— Офигеть! — выдохнула Юлька над самым моим ухом. — Я бы здесь жить осталась.

— Я бы тоже, — призналась я честно и вдохнула полной грудью свежий ветер, донесшийся до нас с морской поверхности.

Уже за один только этот вид, здесь можно было остаться навечно. Только я, кружка горячего сладкого чая, кресло качалка и этот завораживающий вид на озеро с высокой веранды.

— Принимай, — загородил мне всю красоту Жедимка и вложил в мои руки ровную стопку разноцветных пледов. — Разложишь по кроватям, а я помчал обратно в город.

— Зачем? — вмешалась Юлька, почти истерично заправляя прядь волос за ухо.

— Аппаратуру привести надо, а то без музла как-то грустно, — потер он задумчиво подбородок. — Еще кое-какие продукты и пару человек нужно прихватить, чтобы мне не было скучно.

— К нам кто-то еще присоединиться? — нервный смешок вылетел из подруги совсем незапланированно.

— Да какая разница?! — ворвалась я в их диалог своей ворчливостью. — Езжай уже. Долгие проводы — лишние слёзы.

— Ну, ладно, девчонки, — подмигнул нам Жедимка. — Через час примерно вернусь. Не скучайте тут без меня.

— Да мы и с тобой не веселились, — бросила ему в спину, за что получила от Юльки тычок под ребра. — Что?

— Ничего, — прошипела она, чтобы парень нас не услышал. — Будь немного приветливее.

— Я само очарование. Спроси кого угодно, — обвела площадку перед верандой глазами и увидела Соколовского, который устанавливал мангал, раздевшись до тонкой белой футболки. — Стас! — крикнула я, заставив парня поднять голову и отвлечься от своего дела. — Я очаровательна?

— Вне всяких сомнений, — ответил он, не задумываясь, и продолжил сборку мангала.

— Вот, видишь? — указала Юльке на кудрявое подтверждение своей правоты.

— Он к тебе просто подмазывается, вот и соглашается со всем, что ты ему скажешь, — подруга осталась непреклонна.

— Неправда, — крикнул ей в ответ Стас. — Я ее просто боюсь.

— Заткнись и надень толстовку, иначе простынешь, — бросила я ему в ответ и после секундной паузы добавила. — Придурок.

— Я же говорил, что она само очарование, — рассмеялся Стас, но всё же меня послушался и надел толстовку, которая была обвязана вокруг пояса джинсов.

— Так, всё пошли убираться, — подтолкнула Юльку в дом.

— У меня уже полный нос пыли, — заканючила подруга, но, всё же, вошла в дом и смиренно взяла веник, который оставила у стены.

— Мы еще даже не начали, а ты уже всё, — рассмеялась Аленка.

— Я всегда заранее начинаю.

— А откуда столько мебели в старом доме? — спросила я у Пашки, заглянув в одну из комнат, в которой он выметал пыль из-под кроватей. — Чей это дом, вообще? Нам не влетит?

— Не знаю, чей это дом, но мы в нем собираемся уже четвертый год, а до нас еще десять раз по столько же собирались предыдущие поколения студентов. Просто дом. Ничей, видимо. Мы еще на первом курсе застеклили в нем все окна, а потом, когда в общаге списывали старую мебель, с трудом и коньяком выпросили ее для нашего балагана. Вот так у нас и появился дом с кучей кроватей для стихийной ночевки.

— Ого! — искренне удивилась я. — А дом-то с историей. Я думала, что подобные места для пьянок похожи на гнилой сарай, а тут всё очень даже цивильненько. И кровати, и пледики. Кстати, куда их? — указала га ровную стопку в своих руках.

— Разложи на каждую кровать по одному, а там разберемся.

Еще около получаса ушло на то, чтобы навести порядок во всех комнатах и провести влажную уборку, после которой, казалось, что сил не осталось ни на что. Но, стоило выйти на веранду, увидеть вновь блеск водной глади на спокойном озере, почувствовать запах дыма от мангала, который уже разжег Стас, как силы вновь вернулись и захотелось даже еще раз прибрать такой же дом, а то и два.

Прямо на веранде поставили большой круглый стол и разложили на нем почти все продукты, что привезли с собой из города. Так как мясо было давно замариновано, нам оставалось только повозиться с салатиками и нарезкой для скорого стола.

— Кстати, — как бы между делом начала я свой вопрос, раскладывая перед собой овощи. — Все, наверное, скидывались для этой тусовки? Сколько я должна?

— Не знаю, — пожала Аленка плечами. — За меня скинулся Паша, а за тебя Соколовский. У него и спроси.

Ого, какие новости!

— Стас! — позвала парня, который колдовал над углями, всё-таки, надев толстовку.

— Что? — спросил он в ответ, щурясь от дыма.

— Сколько ты за меня денег вложил? Я тебе отдам.

— Отвали, Шишкина, — только и ответил он, продолжив свое дело.

— Я же, все равно, узнаю.

— Только попробуй, — предупреждающе произнес он и бросил на меня почти строгий взгляд.

Едва сдержала детское желание показать ему язык.

— Вы такая забавная пара, — вклинилась в мои злобные мысли касаемо скорой мести Соколовскому, Аленка.

— Мы не пара, — уточнила я, чтобы люди не думали, что у меня есть что-то общее, кроме взаимного плевания ядом, со Стасиком.

— Значит, скоро будете парой, — заверила меня девушка с мудростью старой черепахи. — Красиво смотритесь и друг на друга тоже красиво смотрите.

— Сплюнь, — ответила ей. — У меня даже чесотка глаз немного началась.

— Это я лук чищу, просто, — рассмеялась Юлька.

Уже минут через двадцать, когда парочка салатов были нарублены и почти готова нарезка, до нас донесся запах шашлыка, который парни готовили по очереди, сменяя друг друга на посту перед мангалом.

Пока мы с девчонками переговаривались о своем — о женском, смеясь и подшучивая друг над другом, внезапно, мне на плечи легла джинсовая куртка Соколовского.

— Эт чё? — не удержалась я от вопроса, оглядывая свои плечи. — Отравленная мантия?

— Согревающая куртка, — рассмеялся парень и поправил куртку на моих плечах, напоследок погладив вниз до самых локтей. — Ветер холоднее стал. Простынешь.

— Ну, спасибо, что ли, — растерялась я.

— На здоровье, — ответил Стас и вернулся к мангалу, чтобы подурить с парнями в импровизированный футбол.

— Ааа! — в унисон выдохнули девчонки, плохо скрывая довольные повизгивания.

— Что?

— Не пара они, как же, — усмехнулась Алена и переглянулась с жующей Юлькой. — Меня, вот, Пашка греть еще даже не прибежал, а тебя Стасик уже обогрел. Вон, аж, покраснела вся. Горяч парниша!

— Отстаньте, дурёхи, — смущено опустила взгляд на разделочную доску с недорезанной палкой колбасы на ней.

— Соскучились тут без меня? — донесся до нас голос Жедимки, о котором я, честно говоря, уже забыла. — А я вернулся и не один.

Подняла взгляд от доски и увидела, что парень вернулся, действительно, не один, а в компании трёх девчонок, одной из которых была та блондинка, с которой Стас приходил на каток.

— Это же та овца? — услышала я шепот Юльки. — Марина, кажется?

— Кристина, — уточнила я и неосознанно перевела взгляд на Соколовского, который в этот момент смотрел на меня, нахмурив густые брови.