Глава 12

Полина

– Выйди! – указываю Олегу на дверь. – Какого черта ты вообще вламываешься ко мне без стука?

Олег наклоняет голову и продолжает смотреть на свою футболку.

Да, черт! Это та самая футболка, которую он мне отдал после потопа в саду. И не скажешь, что это другая, потому что принт очень редкий и персональный. Как Олег потом сам рассказывал, они с Димоном специально такие футболки заказали. Отличительная черта.

Надпись: «Не лезь на рожон, будешь целее!» И кулак.

А у меня в свое время не поднялась рука просто выкинуть. Ниточка с прошлым, которую я так и не смогла разорвать.

– Это моя, Ледышка? – продолжает напирать.

Делает шаг ко мне, лишая вдоха.

– Да, твоя, – складываю руки на груди и смело встречаю его пронзительный взгляд, – дальше что?

Ухмыляется. И от ухмылки в глазах появляются вспышки.

– Да нет, – пожимает плечами, – ничего, Ледышка. Может, как раз вернешь? А то в этом свитере не очень комфортно.

Хмыкаю.

– А ты из тех бывших, которые забирают все после расставания?

Олег выгибает бровь. Конечно же, он не из таких, но кто мне запретит его побесить?

– Да я тебе могу хоть все свои футболки потом подарить. Если для тебя они так важны.

Вот гад! Скулы сводит от натянутой улыбки, но я упорно не перестаю улыбаться, глядя в его наглое и довольное лицо.

– Неси, мне для половых тряпок понадобится. Сэкономлю.

Олег запрокидывает голову и начинает громко хохотать.

– Ёжик какой, Поль. Отлично, я понял. Потерпим.

Удивленно хлопаю глазами. Ну вообще я имела в виду, что он может идти.

Сглатываю и сжимаю зубы, чтобы не отправить его домой. В конце концов, мы так и не поговорили о Лизе.

– Ты выйдешь? – стараюсь, чтобы мое требование звучало жестко. – Там Лиза одна.

Хотя какое дело Олегу до Лизы. Он не раз уже показывал, что ему все равно на малышку.

Но он больше не возражает. Выходит.

Быстро переодеваюсь и возвращаюсь на кухню. Брови подпрыгивают, когда вижу, что Олег вытирает руку Лизе.

– Что случилось? – подскакиваю к ним.

– Да ничего страшного, Ледышка, просто Лиза решила проверить чистоту тарелки на столе. Хорошо, на себя не опрокинула, я вовремя появился.

И так спокойно говорит, будто он каждый день с маленькими детьми дело имеет.

– Спасибо, – выдавливаю из себя и беру из руки Олега испачканную салфетку.

Он вопросительно выгибает бровь.

– За то, что уберег от травмы Лизу.

Достаю крошку из коляски и усаживаю на любимый коврик. Лизка тут же тянется за книжкой, полностью теряя интерес к нам.

– Да не за что, Ледышка, – он не сводит с меня взгляда.

И это немного выводит из равновесия. Хочется поправить волосы, проверить, все ли нормально с моим внешним видом. Хотя я пытаюсь себя убедить, что Олег в прошлом. Нужно как-то спокойнее относиться к его близости.

– Поль…

– Олег…

Одновременно, перебивая друг друга. И я уже знаю, что Олег даст мне возможность сказать первой. Проверено, и не раз.

Он всегда уступал.

– Говори, – усмешка на его губах заставляет на мгновение растеряться и постараться собрать мысли в кучу.

– Я хотела тебя попросить помочь мне с Лизой.

Хорошее настроение Олега тут же меняется.

– Полин, я же говорил, я с детьми не очень.

Поднимаю руку, прерывая его реплику. Бывший недовольно хмурится, но не пытается продолжать.

– Мне нужно, чтобы ты со мной сходил в опеку и мы оформили временную опеку над ребенком.

– Чего?

Голос Олега выражает весь спектр его эмоций. Недовольство, возмущение, недоумение.

Переплетаю пальцы и стискиваю их.

– Я поговорила с подругой. Она когда-то работала в органах опеки, и она сказала, что с твоей доверенностью ты можешь дать разрешение на временную опеку.

– И опека вот так просто согласится? Не будет ничего выяснять?

Пожимаю плечами.

– Думаю, им будет достаточно документов на ребенка, которые у нас есть. Тем более там они все. И свидетельство, и доверенность, и даже медицинская карточка.

Олег грубо смеется.

– Ни фига, все прям продумала некая Татьяна.

Он злится. Потирает бровь и стискивает зубы. Скулы заостряются от недовольства.

– Олег, не говорит так. Мало ли какие причины.

Бывший передергивает плечами и проводит руками по лицу. Слышу его тяжелый вздох.

– Ага, конечно. Причина одна: ребенок просто оказался обузой и стал не нужен матери.

– Да это не так важно, – чувствую усталость во всем теле от этого разговора.

Ну почему бы просто не согласиться и не оформить это временное попечительство? Для чего эти разборки и выяснения?

– А я куда денусь?

– В каком смысле? – поднимаю на него непонимающий взгляд.

– В смысле. На меня есть доверенность, но при этом я хочу оставить дочь, – он показывает в воздухе кавычки, – своей бывшей.

Фыркаю.

– Ну органам опеки не обязательно знать, что я твоя бывшая.

Олег выгибает бровь и делает шаг ко мне, садится на корточки передо мной.

– Предлагаешь сказать им, что ты моя настоящая?

– Что? –выдыхаю. – Нет, я не то имела в виду.

Олег прищуривается, а я, глядя на его недоверчивое лицо моментально закипаю. Мне сразу вспоминаются его слова при нашей первой встрече, что я собираюсь при помощи постороннего ребенка его возвращать

– А что тогда ты имела ввиду?

Шумно выдыхаю и закатываю глаза. Вот с чего он такой непонятливый и упертый?

– Не нужно сейчас считать, что это очередная моя попытка вернуть тебя при помощи Лизы, Олег. У меня и в мыслях нет такого развития наших взаимоотношений.

Олег встает во весь рост, окидывая меня насмешливым взглядом. Стараюсь не показывать, что эти его взгляды меня слегка смущают и настораживают. Я жду от него в такие моменты очередного подвоха.

– Зря, это было бы вернее. Склонить опеку на твою сторону, и сказать всем им, что мы вместе и просто решили позаботиться о маленьком ребенке.

И хоть его слова звучат довольно здраво и разумно, я не воспользуюсь такой тактикой. У меня есть другие мысли и способы, как можно заполучить Лизу без ущерба для крохи. Трясу головой.

– Нет, Олег, я хотела сказать, что ты просто уезжаешь на очередное спасение какого-нибудь охотника. Ты же как-то уезжал на несколько дней. Для специфики твоей работы это не будет выглядеть подозрительно или наигранно.

Бывший прищуривается. Сжимаю кулаки, молюсь про себя, чтобы Олег меня не послал куда подальше.

– Ну сама подумай. В чем логика? Ты левая девушка, мы с тобой когда-то встречались, и сейчас я заявлюсь в опеку и скажу, что мы тут решили ребенка чужого себе оставить и моя бывшая хочет взять над ней опеку? И даже без моего участия согласна воспитывать её самостоятельно. Бред же!

– Ну можно сказать, что я твоя соседка, – неуверенно возражаю.

Хотя после того, как Олег озвучивает этот план, я понимаю, что он может запросто провалиться и ребенка заберут.

– Соседка? – скептично изгибает губы. – Исключено. Поль, – вперивает в меня серьезный взгляд, и я вся сжимаюсь, – зачем тебе этот ребенок? Только начистоту.

Отвожу взгляд. Никогда не умела врать, глядя кому-то в глаза. А Олег сразу почувствует, что я пытаюсь что-то утаить.

– Ледышка.

– Я уже говорила. Мне жалко малышку, она не заслужила, чтобы ее вот так просто бросали взрослые.

Ну не могу я сказать тебе, что для меня эта девочка как какая-то надежда, которую сама судьба в руки мне вручила. Сразу после того, как я узнала, что, скорее всего, не смогу стать матерью.

– Либо ты мне выкладываешь все, либо я не соглашаюсь.

Дергаюсь. Вскакиваю на ноги. Меня моментально охватывает гнев.

Он решил меня шантажировать?

– И что? Отдашь её в детский дом? – бросаю взгляд на играющую Лизку.

Сердце сковывает от страха. Не прощу!

– Нет, себе заберу, – Олег складывает руки на груди.

Громко фыркаю, привлекая внимание Лизы к нам. Она поднимает на нас глазки и недовольно хмурится.

– Прости, малышка, – присаживаюсь возле неё и глажу по головке, – у взрослых иногда случаются недопонимания.

Она тянет ко мне ручки. И от этого простого проявления доверия у меня внутри все замирает. Сердце забывает на какое-то мгновение, что нужно биться дальше.

Поднимаю её, прижимая крепко к груди. Олег все это время не сводит с нас серьезного взгляда.

– Почему, Полин? Почему ты решила её оставить себе? Почему для тебя это так важно?

И я сдаюсь. Пусть сразу узнает правду, что случилось после нашего расхода. Какой страшный диагноз я получила после необдуманных своих действий. Не смогла взять себя в руки и получила тут же возмездие от злодейки судьбы.

Открываю рот, но глотку словно стискивают невидимые путы. Оттягиваю воротник футболки, чтобы так сильно не сжимал меня. Но все равно пока не могу произнести ни звука.

Олег терпеливо стоит напротив. Не шевелится даже. Лизка тоже замирает у меня в руках. Как будто ждет, что я отвечу.

Облизываю пересохшие губы.

– Потому что у меня не будет своих детей, Олег, – говорю, и сердце ускоряется.

– Что за бред? – Олег приподнимает бровь и наклоняет голову набок.

И этот его вопрос – ранит. Приносит даже большую боль, чем та, что я испытала после приема врача.

Хотя на что я рассчитывала? На жалость? Так она ещё хуже, чем его недоверие. Жалость меня бы разорвала на части.

Дергаю плечом.

– Твое право. Можешь не верить, но я ответила на твой вопрос.

– Кто тебе сказал этот бред, Полин? Ты молодая девчонка, у тебя все впереди, – психует.

Опускает руки и сжимает их в кулаки. Глаза опасно зажигаются, и я делаю шаг назад. Бывший видит мою реакцию и шумно выдыхает.

– Мне врач сказал, логично же, что я не сама поставила себе этот диагноз.

Олег качает головой.

– И как давно ты об этом узнала?

– Через месяц после нашего расставания.

Олег что-то неопределенно мычит.

– Долго пыталась стать матерью после того как мы разошлись? – голос Олега слегка повышается.

Вскидываю на него глаза. Внутри рокочет злость за то, что лезет со своими вопросами туда, куда не стоило лезть. Расковыривает слегка затянувшуюся рану.

– Тебя это не касается! – выходит резковато, но он сам напросился.

Я не собираюсь отчитываться перед ним о происходящем в моей личной жизни.

Олег прикрывает глаза.

– Ясно. Ладно. Я понял тебя, кажется. И теперь ты хочешь взять себе Лизу, чтобы что?

– Чтобы заботиться о ней!

Олег угукает.

– В общем, я сказал своё слово. Мы поедем в опеку только как настоящая пара, а не какие-то там бывшие, ну, если тебе действительно важно, чтобы опека дала добро на то, чтобы ты была с малышкой.

– Олег…

Поднимает руку, прерывая меня.

– Я все сказал. У тебя ночь впереди. Завтра я зайду и скажешь, что решила. С подругой там поговори.

– А сейчас?

Олег трет лицо.

– А сейчас извини, но я, честно, уже ни черта не соображаю и хочу отдохнуть, – разводит руками, – завтра опять на работу.

– Да, конечно.

Понимаю, что глупо что-то сейчас требовать, да и мне нужно как-то обдумать все последствия такого поворота событий. Надеюсь Светка что-то скажет и облегчит мне задачу. Я смогу принять правильное решение.

Плетусь следом за Олегом, а в голове прокручивается его предложение. Что если он прав и шансов получить опеку над Лизой больше, если мы скажем с Олегом, что мы вместе?

– Каша была отпад, – натягивает ботинки и подмигивает, – завтра приготовь ещё что-нибудь.

У меня отваливается челюсть.

– Я тебе не кухарка.

Олег наклоняется и проводит костяшками пальцев по моей щеке.

– Пожалуйста, Ледышка.

И просто выходит. Оставляет меня наедине с Лизой.

Она начинает извиваться на моих руках.

– Нет, ты слышала это? – показываю на дверь. – Вот ведь наглость!

Прислоняюсь к двери. Из меня словно все силы выходят, и я устало сползаю на пол, откидывая голову.

Лизка ползет ко мне. Её ладошки забавно шлепают по полу. Усаживается напротив и смотрит на меня своими голубыми глазенками.

А я пытаюсь в этот момент зачем-то найти сходство с Олегом. Встряхиваю волосами.

– Боже, Полина, о чем ты?

Лизка, смотря мне в глаза, засовывает в рот кулак и принимается с жадностью его обсасывать.

– Эй, – смеюсь и аккуратно убираю её ручку изо рта, – это плохая привычка, крошка.

Она подползает почти вплотную и обхватывает мою руку. Прислоняется, смотря снизу.

– Ну а ты сама что думаешь?

И сама же смеюсь над своим вопросом.

– Ну да, откуда ты можешь знать, если даже взрослая я не могу решить, как тут будет лучше.

Лизка кладет головку мне на предплечье и зевает.

– Так, крошка, давай-ка спать укладываться, а то сегодня у тебя был насыщенный денек.

Хватаю её на руки и несу в комнату. Малышка не сопротивляется, только сладко зевает и трет глазки кулачком.

– Сейчас поспишь. Отдохнешь, наберешься сил, а завтра уже будем думать, как нам выкручиваться из всей этой ситуации.

Напеваю колыбельную, пока Лиза окончательно не затихает и я не убеждаюсь, что она крепко спит.

Достаю телефон. Спрашиваю у Светки по сообщению, не спит ли подруга.

Она отвечает через минуту, чтоб я позвонила.

Крадусь на выход, постоянно оборачиваясь и проверяя Лизку. Но малышка крепко спит, раскинувшись на кровати.

– Привет молодым мамам, – веселый голос подруги приносит облегчение, и я выдыхаю после всех этих разговоров с Олегом.

– Привет.

– Ну что, ты поговорила со своим горячим бывшим? Что он сказал?

Светка и не собирается облегчать мне жизнь и с порога начинает главную тему.

– Ой, Свет, – падаю на диван.

Смотрю на черный экран телевизора, в котором мое же отражение. В голове полный хаос, и я надеюсь, подруга как-то поможет мне разложить все по полочкам.

– Ну так что?

Набираю полные легкие воздуха.

– Поговорила. Он предложил сказать в опеке, что мы вместе, чтобы мне разрешили оформить временную опеку.

Светка подозрительно затихает.

– Алло, Свет? Ты куда пропала?

Тишина.

– Света! – прикрикиваю и тут же прикусываю язык.

Ещё не хватало разбудить Лизу. Шлепаю себя по лбу.

Ну, конечно, постоянно упускаю из виду её особенность с ушком. Она может вообще меня сейчас не слышать, а я уже тут накрутила.

– Слушай, а это идея! И как я сама не доперла.

– Что? Ты на чьей стороне вообще?

Светка довольно вскрикивает, и я замираю, гадая, в чем же там заключается её идея.

– Это может сработать, Поль. Сама подумай, опека намного охотнее даст тебе разрешение, если узнает, что ты со своим Олегом в отношениях и вы счастливы. Они решат, что девочка должна быть в паре. Это правильно, и они согласятся.

– Я не готова к такому повороту, Свет.

Подруга недовольно цокает и выдыхает.

– А тебе что, с ним жить, что ли? Я же говорю, вам надо сделать вид, что вы вместе, но вы не обязаны при этом жить в одной квартире. Понимаешь?

– Кажется, понимаю, – до меня доносится какой-то звук из спальни.

Делаю несколько шагов к двери и прислушиваюсь, но там все тихо. Показалось.

– Короче, соглашайся, и даже не раздумывай. А то он может передумать, и ты упустишь такую возможность. Все, побежала, целую, люблю. Держи меня в курсе.

Неуверенно угукаю. Сама не знаю, к чему меня приведет завтрашний день. Надеюсь, ни к чему катастрофичному.