13. Яна.

Никита вернулся за полтора часа до ресторана, у нас уже всё было готово, я даже Соню успела заплести.

По сути это был наш первый выход в свет, кафе не в счёт, поэтому я едва сдерживала волнение.

– Ого! Ничего себе, какая красавица! – воскликнул Никита, когда я вышла из бывшей своей комнаты, уже одетая в костюм с чёрной майкой, а на ногах были туфли на каблуках.

– Больше не говори ничего, – жалобно попросила я.

– У меня самая красивая мама в мире! – сказала Соня, под стать своему отцу, а он развёл руками, показывая, что ни причём, – А когда мне можно будет называть тебя мамой? – спросила она, мы с Никитой переглянулись.

– Сразу, как только ты захочешь, – ответила я, чувствуя, как моё волнение переходит на другой уровень, более ответственный. – Для меня это будет большая честь, – добавила я, присаживаясь на корточки перед Соней.

– А сейчас уже можно? – неуверенно спросила она.

– Конечно, можно, – не задумываясь ответила я с улыбкой, понимая, что если сейчас Соне отказать, то она начнёт думать, что не нужна мне.

– Мама, давай одеваться, а то мы опоздаем к дяде Славе, – Соня смешно выпучила, как будто сама от себя такого не ожидала и не отводила от меня взгляда.

– Да, давай, – а сама прижала Соню к себе, а слёзы уже были готовы к выходу.

– А можно шапку не надевать? – она держалась лучше меня.

– Тогда копюшон накинешь, – я взяла Сонино пальто у Никиты, который наблюдал за нами молча.

Я надела свой плащ и протянула ей привычно руку.

– Пошли, дочь, – подмигнув Соне и она весело засмеялась.

По дороге у Никиты зазвонил телефон.

– Если захочешь в туалет, сразу же говори мне, – шепнула я Соне на ухо, воспользовавшись моментом, пока её отец не смотрел на меня в зеркало.

– Ладно, я же знаю, – ответила она.

– Наши гости уже в ресторане, – предупредил Никита.

– А почему они наши гости, а не мы их? – спросила Соня, не понимая, как это работает.

– Потому что это я их пригласил, – ответил он и сбавил скорость.

У входа в зал нас встретил вежливый официант и проводил нас к столику, после того, как Никита назвал свою фамилию.

Столик стоял, как бы в углублении и по бокам прикрыт массивными шторами.

– Ну наконец-то, – молодой человек в сером костюме, подскочил с места, я сразу поняла, что это и есть Слава.

Девушка, которая сидела рядом, до того, как он встал, тоже рассматривала нас с нескрываемым интересом, за ней ещё сидел парень, на мой взгляд подросток, они с девушкой были заметно похожи, наверное это её брат.

Мы познакомились, но напряжение от неловкости летало в воздухе.

– Наверное, нам нужно определиться с заказом, – нарушил Никита всеобщую тишину и взял меню.

– Прочитай нам вслух, а мы послушаем, – предложил ему Слава.

– Я вслух, только по слогам умею читать, – с серьёзным видом ответил Никита, я сразу поняла, что он пытается разрядить атмосферу и засмеялась, остальные меня поддержали.

– Я хочу клубничный коктейль, – заявила Соня.

– И я тоже, – отозвался Кирилл, который, как я и подумала, оказался братом Даши.

– Ты же уже большой, – не удержалась от удивления Соня.

– Ну и что, я люблю клубничный коктейль, он вкусный, особенно с мороженным, – она подозрительно смотрела на новоиспечённого конкурента, а я едва сдерживала смех и посмотрела на Дашу, она тоже готова была в любой момент засмеяться.

– А мой папа смотрел мультики про богатырей, когда уезжал далеко, – видимо Соня решила побить рекорд, но мы уже не вытерпели и засмеялись.

– А что такого, они классные, я тоже их уже по третьему кругу смотрю, – с улыбкой вступился Кирилл за Никиту.

– Зато мой папа чемпион, – гордо заявила она, уверенная, что больше собеседнику нечего будет ответить, мы наблюдали за их разговором, не обращая внимания, что часть заказа официант уже принёс.

– Да, я знаю, – ответил Кирилл, нисколько не обижаясь на маленькую хвостушку. – Я между прочим тоже играю в хоккей и Слава мой тренер, – добавил он в свою защиту. – Если хочешь, я могу тебе видео показать, – Кирилл вытащил из кармана телефон и Соня забыв про свой коктейль подсела к нему поближе, ей явно нравилось, что Дашин брат обращается с ней на равных.

– Мы хотим вам кое-что сказать, – объявил Никита, когда убедился, что поединок закончился без жертв. – У нас с Яной скоро будет свадьба, – по выражению лица Славы я догадалась, что они уже об этом разговаривали.

–  Шустрые вы однако, – изобразил он удивление.

– Сам понимаешь, ситуация нас обязывает, но я этому слишком рад, чтобы кривиться, – объяснил жених. – А вы будете нашими свидетелями, если у Яны нет никого другого на примете? – спросил Никита у меня.

– Ну разве, что Ирина Викторовна, – мы с ним вместе засмеялись и тут же объяснили причину нашего веселья.

– Я с удовольствием, – с улыбкой согласилась Даша.

– Только объясните, что должен делать свидетель? – растерянно спросил Слава.

– Ты-то? Вовремя приехать в ЗАГС на регистрацию, желательно, не в спортивном костюме, – уточнил Никита условия.

Мы обменялись с Дашей номерами телефонов, потому что я призналась, что понятия не имею, где покупать платье и что вообще нужно делать.

Она вселила в меня уверенность, что всё будет нормально, оказалось, что у Даши коллега недавно вышла замуж, а у неё остались все визитки нужных магазинов и есть знакомый стилист. Мы договорились, что в середине недели созвонимся, и я успокоилась.

Потом Никита пригласил меня танцевать, когда заиграла живая музыка.

– Нам же надо потренироваться, – оправдался он, заметив, что я не горю желанием, поддержать идею.

– А ты умеешь? – спросила я и начала всё же выбираться из-за столика.

– Да, – однозначно ответил Никита и взял меня за руку.

– Бойся тогда, потому что я-то не умею, – предупредила я с улыбкой. 

– Мы же с тобой танцевали, помнишь, шесть с половиной лет назад? – спросил он, прижимая меня одной рукой к себе за талию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Это было дома, в носках  и на ковре, я бы это даже танцем не назвала, – засомневалась я. – И где же ты научился? – спросила я. когда Никита вложил мою руку в свою и немного вытянул.

– Не важно, умение танцевать, это верный путь к сердцам девчонок, – объяснил он, я подняла на Никиту возмущённый взгляд. – Но мне он только сейчас пригодился, – я не сильно ударила его левой рукой.

Домой мы вернулись около десяти часов вечера.

– Твом косички замечательно выглядят, можно просто ополоснуть тебя в душе, – предложила я Соне.

– Да! Я хочу с этими косичками завтра в садик пойти! – запрыгала она, соглашаясь со мной.

Я уложила Соню спать и тоже пошла в душ.

– Как тебе Даша? – поинтересовался Никита, когда я зашла в спальню.

– У меня никогда не было подруг, а на Дениса она не очень похожа, но все равно мне Даша очень понравилась, – с улыбкой ответила я.

Никита рассказал мне, как они со Славой познакомились и про родителей тоже, я впечатлилась не скрывая этого.

– Она Славяна зацепила своей бескомпромиссностью, – он схватил меня за ногу и потянул к себе на кровать. – Я уже знаю, что завтра начнётся сумасшедшая неделя, мы будем приходить на полусогнутых ногах и падать лицом в подушку, – я почувствовала руки Никиты у себя под майкой. – И ты сегодня была неотразимая, – наши губы сомкнулись и слова потеряли свою значимость.

Утром я проснулась от звука будильника, с трудом открыв глаза.

Мысленно я уже жалела, что согласилась на эту работу, грызтись с Ириной Викторовной у меня сил не было, да и желания тоже. Хотя головой-то я понимала, что и эту проблему придётся, как-то решить.

– Зачем тебе нужна такая ранняя работа? – я повернулась к Никите, услышав, что он тоже проснулся.

– Согласилась не подумав, теперь буду страдать, – сказала я и легла обратно на плечо Никиты.

– Бедненькая девочка, – он гладил меня по голове. – тогда я вас увезу, чтобы поубавить твои мучения, – Никита продолжал меня улюлюкивать, а я уже смеялась.

– Ты только Соне не говори, что я уже замучилась, хотя ещё ни дня не отработала, – попросила я.

– Не скажу, – пообещал он. – Прикидываю, как Женя офигеет, когда увидит, что я припёрся в офис раньше его, – усмехнулся Никита, поднимаясь с кровати вместе со мной.

– Женя подумает, что его босс взялся за ум, – пошутила я.

– Это будет последний пункт, в его списке догадок, не забывай, что Женя юрист, – мы засмеялись и я пошла будить Соню.

Никита подвёз нас к воротам садика и пожелав хорошего дня, уехал.

Пока мы шли в группу, я предупредила Соню, чтобы она называла меня по имени и отчеству, так же, как и все дети будут ко мне обращаться.

Как только мы появились на пороге, я сразу по физиономии Ирины Викторовны поняла, что день будет не из лёгких.

– Вы опоздали почти на десять минут, – процедила она, изображая из себя начальницу.

– И вам тоже, доброе утро, Ирина Викторовна, – она не обращая внимания на моё приветствие, разглядывала меня с головы до ног.

Я надела брюки от нового костюма и чёрную блузку, которую тоже купила вчера, вместо туфель на каблуках, на мне были чёрные балетки.

Дольше всего взгляд Ирины Викторовны задержался на моей левой руке, где красовалось кольцо, надетое Никитой в честь помолвки.

Хмыкнув себе под нос, она быстро ушла, когда увидела, что я пристально смотрю за её взглядом.

Около девяти утра, во время завтрака, я встала перед длинным столом, так и не дождавшись, что Ирина Викторовна познакомит меня с детьми.

– Здравствуйте, меня зовут Яна Леонидовна, теперь я тоже буду вашей воспитательницей, – сказала я громко, но с улыбкой. – Как только позавтракаете, подходите ко мне, не стесняйтесь, я познакомлюсь с каждым, – ребятишки с интересом разглядывали меня, а Соня помахала мне рукой в знак поддержки.      

– Спасибо вам, Ирина Викторовна, что помогаете мне освоиться, с сарказмом сказала я, когда отошла от стола.

– Обойдёшься, – прошипела она тихо и ушла.

Я решила, что на сегодня мне ещё хватит внутренних ресурсов, чтобы вытерпеть этот поток негатива, которым обливает меня эта дурочка, я просто не понимала, чего она добивается.

Усевшись на маленький стульчик, возле окна, я рассматривала группу изучающим взглядом.

Помощница воспитательницы, начала убирать со стола, потому что некоторые дети уже поели.

Маргарита Павловна украткой поглядывала на меня ничего не выражающим взглядом, когда проходила недалеко. Она явно заметила, что наши отношения с Ириной Викторовной, мягко говоря не складываются, но видимо ещё не решила на чью сторону ей переметнуться.

После завтрака, ко мне начали подходить дети, чтобы познакомиться, некоторых подводила Соня, потому что они стеснялись.

Потом я попросила детей, чтобы они показали мне свои игрушки и чем они занимаются, так что необходимость в помощи Ирины Викторовны отпала сама по себе, чего естественно она не могла не заметить.

– Сейчас я буду проверять у вас стихи, которые нужно было выучить к празднику осени, – натянуто улыбаясь, сказала Ирина Викторовна. – Если кто-то до сих пор не выучил, значит тот не будет выступать, – после её угроз дети начали переглядываться. – Соня, ты выучила своё стихотворение? – спросила Ирина Викторовна и я почувствовала, как все мои внутренности ощетинились.

– Да, выучила, – серьёзно ответила она и посмотрела на меня, я глазами показала Соне, чтобы она шла ко мне. – Я хочу Яне Леонидовне рассказать, – и Соня направилась в мою сторону.

Вместе с ней подошли ещё две девочки и молча протянули текст со своими стихами.

– О, Алина у нас будет виноградом, очень интересно, во что ты нарядишься? – я заметила, что она очень волнуется и попыталась отвлечь.

– Мама сказала, что у меня как бы ягоды будут на волосах и ободок с листьями, – улыбаясь, ответила Алина.

– Твоя мама здорово придумала, – и я получила расположение ребёнка, в виде радостного блеска в глазах.

– А я буду тыквой, – известила смело ещё одна девочка, которую я забыла, как зовут, но её стихи были подписаны и я легко вышла из щекотливого положения.

Елена Фёдоровна оказалась права, пятилетки не очень отличаются от первоклашек, они тоже ужасно любопытные и им также нужны внимание и поддержка.

Ирина Викторовна быстро свернула проверку стихов, заметив, что дети потянулись ко мне и позвала всех повторять осеннюю песенку.

В тихий час, когда детей уложили в свои кроватки, я не стала спрашивать у Ирины Викторовны, где обедают воспитатели, чтобы избежать новых стычек с ней.

Молча оделась и пошла в ближайшее кафе, я уже не помню, когда в последний раз была такой голодной. Обратно в садик я брела медленным шагом, потому что по времени сон час ещё не закончился, а компания Ирины Викторовны меня не очень привлекала.

Она встретила меня у входа в группу, где стоят детские шкафчики для одежды, наверное увидела меня в окно, как я возвращаюсь.

– С чего вы взяли, что вам можно уходить без разрешения? – я подумала, что Ирине Викторовне для выразительности осталось только руки вставить в бока и главная роль склочной бабы ей обеспечена.

– Вряд ли в первый рабочий день в присутствии вас, от меня тут что-то сильно зависит и вообще, если вы не в курсе, то я живой человек и мне нужно иногда тупо есть, – я обошла Ирину Викторовну и хотела зайти в группу.

– Стойте, я же ещё не договорила, – она возмущённо окликнула  меня. – Вы должны у меня отпрашиваться, – я поняла, что Ирина Викторовна бесится от бессилия.

– Я вам ничего не должна, а если вас что-то не устраивает, пожалуйтесь на меня Елене Фёдоровне, лично я готова ответить за каждое своё движение, – не дожидаясь ответа, я ушла в группу.

– Если кому-то удалось запрыгнуть в койку к мужику с деньгами, то это ещё не значит, что этому кому-то всё можно! – она зашла за мной в туалет, где я мыла руки. Я почувствовала, как злость затопляет моё сознание и попыталась успокоиться, вспомнив мамин совет, дышать носом.

– Такое чувство, что вы Ирина Викторовна мне завидуете, – я не спеша вытерла руки и посмотрела на неё с улыбкой, от души надеясь, что эта тупая крыса не заметила, каких усилий мне это стоило. – В отличии от вас, я чётко распознаю грани дозволенного, – добавила я, продолжая улыбаться.

На этот раз она первая от меня убежала, а я снова открыла кран и ополоснула лицо холодной водой, чтобы не взорваться от бешенства, которое стремилось наружу.

После того, как дети проснулись Ирина Викторовна натянула маску безразличия и перестала по крайней мере ко мне цепляться, меня это вполне устраивало.

На прогулке мы тоже старались держаться подальше друг от друга. Пользуясь временным затишьем, я наслаждалась общением с детьми.

Маргарита Павловна тоже присоединилась к нам и рассказывала мне про своих воспитанников, ведь она их лучше знала.

Оказалось, что Маргарита Павловна ещё три года назад была воспитательницей. Из-за того, что дошкольную программу с каждым годом начали усложнять, она почувствовала, что не справляется, поэтому попросила перевести её в младшие воспитатели, то есть по хозяйству.

Вернувшись с прогулки, дети поужинали и уселись рисовать, некоторые мальчишки собирали конструкторы, а я всё думала о разговоре с Маргаритой Павловной, меня очень впечатлила её история.

Ирина Викторовна, передохнув, опять начала зыркать на меня неприязненным взглядом.

Как только детей начали забирать родители, я тоже всё время смотрела на вход в ожидании Никиты, очень хотелось уйти из этого душняка пораньше.

– Добрый вечер, м в дверях появился симпатичный молодой человек, он смотрел именно на меня, потому что Ирина Викторовна в этот момент вышла.

– Добрый вечер, – ответила я, пытаясь понять, чей это отец.

– Я Илья, дядя Максима Кузнецова, а вы наверное, новая воспитательница? – спросил он с улыбкой.

– Да, меня Яна Леонидовна зовут, – тоже представилась я.

– Я даже завидую Максу, что он целый день находится среди такой красоты, – я улыбнулась в ответ, понимая, что это просто комплимент.

– Можете не стараться Илья, Яна леонидовна уже занята, – у меня даже внутри всё сжалось, когда я опять услышала ехидный голос своей наставницы.

– Да куда мне, – весело отмахнулся дядя Максима. – О, Ирина Викторовна! Это вы мне так обворожительно улыбаетесь? – спросил он, Илья явно не страдал комплексами, я с благодарностью посмотрела в его сторону и увидела Никиту, который стоял позади Ильи.

– Нет не вам, а моему жениху, – ответила я вместо Ирины Викторовны, её лицо стало моментально красным от такого наглого разоблачения. 

– Никита!? Как я сразу-то не догадался, что все хорошенькие девушки улыбаются только тебе, – он протянул руку для приветствия, оказалось. что они знакомы. – А ты никак жениться надумал? – спросил Илья.

– Да, пришёл к осознанному решению, пока мою Яну не увёл какой-нибудь ты, – с улыбкой ответил Никита, тоже шутливым тоном.

Ирина Викторовна смотрела на меня уничтожающим взглядом, казалось дай ей волю, эта крыса удушила бы меня на месте.

– Соня, за тобой папа пришёл, игрушки можешь не убирать, пусть Таня убирёт, – распорядилась она, заискивающим голоском.

– Можно? Соня смотрела на меня.

– Давай, мы лучше все вместе собирём игрушки, – я взяла её за руку и подвела обратно к месту, где они играли.

– До свидание, дети, – сказала я, когда мы прибрались.

– До свидание, Яна Леонидовна! – закричали ребятишки, перебивая друг друга.

– До свидание, Ирина Викторовна, – я посмотрела на неё с улыбкой победителя.

– До свидание, – буркнула злющая воспитательница. – Надеюсь, вы завтра не опоздаете? – её глаза от нервного состояния были красные издалека смотрелась, как будто они налились кровью и я серьёзно призадумалась, стоит ли мне завтра вообще приходить.

– Я постараюсь, – ответила я и мы пошли переодеваться.

Теперь я точно знала, что чувствуют люди, которые вернулись с войны. Как только мы вышли из здания садика, на меня навалилась дикая усталость.

– Ты выглядишь измученной, – Никита смотрел на меня нахмурившись, пока я переодевалась в комнате. – Я смотрю военные действия в самом разгаре? – спросил он и притянул меня к себе. – Может, ну его нафиг эту работу или давай я поговорю с Еленой Фёдоровной, она быстро эту курицу поставит на место, – я отодвинулась от Никиты и подняла к нему голову.

– Спасибо за поддержку, но что если я скажу тебе, что хочу сама попытаться решить эту проблему? – осторожно поинтересовалась я.

– Тогда респект тебе и уважуха, – с улыбкой ответил Никита. – Я ничего другого от тебя и не ожидал, просто если понадобится помощь, обещай, что ты дашь мне знать? – попросил он.

– Обязательно, – с улыбкой ответила я.

– Кстати, наша регистрация назначена на эту субботу, на три часа дня, – сообщил Никита, а я прямо в этот момент поняла, что жутко боюсь свадьбы, возможно поэтому дикие разборки с Ириной Викторовной меня даже отвлекают от пагубных мыслей, мне кажется, что в этот день обязательно произойдёт какое-нибудь землетрясение или конец света. – Ты не рада? – удивлённо спросил он.

– Не знаю, наверное у меня фобия на собственную свадьбу, потому что я её боюсь, – призналась я и виновато посмотрела на Никиту, понимая, что говорю глупость.

– Не бойся, я обещаю, всё будет ровно, – он снова обнял меня, но мне не стало легче.

На следующее утро я проснулась с уверенностью, что нашу битву с Ириной Викторовной, нужно довести до конца, а может я внушила себе, что это моя главная проблема, лишь бы не думать о предстоящей свадьбе.

– Я сегодня переведу тебе деньги на карту, вчера совсем из головы вылетело, – вдруг сказал Никита, когда мы уже собирались в садик.

– Зачем? – я вообще не поняла о каких деньгах он мне говорит.

– На свадебное платье и всё остальное, – ответил Никита вглядываясь в мое лицо. – Может моя помощь нужна? – я понимала, что он хочет избавить меня от суеты, но меня это пугало ещё больше.

– Нет! – почти закричала я, Соня тоже смотрела на меня настороженно. – Мне же Даша обещала помочь и тебе нельзя до свадьбы видеть моё платье, – я пыталась сгладить своё неадекватное поведение и даже изобразила улыбку.

Из машины я выскочила, как ошпаренная, чтобы Никита опять не начал свой предсвадебный разговор.

– Ты разве не хочешь выходить замуж за моего папу? – грустно спросила Соня, когда мы шли к садику.

– Очень хочу, потому что я вас очень люблю, – я остановилась и села перед ней на корточки. – Просто я очень волнуюсь, такое со всеми невестами происходит перед свадьбой, вот я получается не исключение, – Соня улыбнулась, видимо мой ответ её вполне устроил.  

Ирина Викторовна встретила нас молча, зато с откровенно ненавидящим взглядом. Казалось, она растила в себе злость, потому что никаких колких выражений и других показательных выходок со стороны Ирины Викторовны сегодня не было, она меня игнорировала.

Меня это нисколько не успокаивало, наоборот я готовилась к взрыву бешенства и была всё время настороженной.

Я даже прочитала короткую сказку детям перед сон часом, а потом привычно вышла в раздевалку.

Ирина Викторовна не заставила себя долго ждать и выбежала за мной следом.

– А за детьми кто будет смотреть? – обвинительным тоном спросила она, я поняла уже, что это были стандартные придирки.

– Я схожу в кафе и вернусь, – скучающим голосом ответила я и продолжила переодеваться.

– Ну, понятно, кафе, дорогие бутики и колечки с бриллиантами, неплохо устроилась для такой замухрышки, – я так поняла, что эта дурочка даже не заметила, что перешла на ты, я молчала и ждала продолжения. – Даже месяца не прошло, а ты уже охмурила Никиту, боюсь представить, что ты там с ним в постели вытворяешь, изображаешь тут из себя простушку! Я явно тебя не дооценила! – она откровенно меня оскорбляла и я медленно поднялась со скамейки и повернулась к охреневшей в край истеричке.

– Да ты вообще, кто такая, чтобы меня оценивать? – она встретившись со мной глазами, интуитивно попятилась назад. – В моей жизни уже была одна тварь, такая же, как ты! Которая пять лет внушала, будто она моя подруга, а потом одним махом разлучила нас с Никитой! Я тогда совсем молодая была, гордая, таскалась со своими обидами и не стала отвоёвывать свою любовь! За те долгие шесть лет без него, я много чего поняла и сейчас поумнела! Теперь мы с Никитой снова вместе и я не одной вонючей шлюхе не позволю залезти в наши отношения! Я тебя предупреждаю, если ты до завтрашнего утра ничего не осознаешь, я раздавлю тебя, как букашку, которая мне уже надоела! – всё это я сказала на одном дыхании, забившейся в угол воспиталке. – Утром я прямиком пойду к Елене Фёдоровне, которая много лет дружит с мамой Никиты и если они узнают, что ты посмела меня обидеть, то ты завтра же вылетишь отсюда, без всяких отработок, но зато со статьёй в трудовой! – я накинула пальто и вышла, никаких ответов от этой тупой овцы я дожидаться не собиралась.

Выскочив на улицу, я бездумно бродила по городу, больше двух часов, на душе было погано и хотелось выть.

Естественно, ни одну из угроз, я не собиралась воплощать в реальность, просто получалось, что я не справилась и ни с чем остальным тоже не справлюсь.

Вернувшись домой, я налила горячего чаю и не снимая пальто, сидела с кружкой за кухонным столом.

Звук зазвонившего телефона вернул меня на землю. Пока я рылась в сумочке, вспомнила, что даже Никиту не предупредила, что меня нет в садике, но на экране высвечивался незнакомый номер, подумав секунду, я всё же приняла вызов.

– Алло?! – ответила я, не представляя даже, кто бы это мог быть.