Глава 28

Лука

Мы с Радой проводим в палате Кнопки еще какое-то время, и, когда на пороге появляется женщина, по всей видимости, няня, начинаю прощаться с Кнопкой и подталкиваю Раду к выходу.

– Я все еще на больничном, так что вполне могу остаться, – сопротивляется она, яростно шепча. Ее дыхание щекочет мое ухо, и от этого почему-то по позвоночнику прокатывается волна желания. Удивленный и сбитый с толку, резко отодвигаюсь от Рады и стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно ровнее:

– Рада, прощайтесь, и я буду ждать тебя в машине. А ты, Ежик, не скучай и веди себя хорошо, – подмигиваю дочери, искренне улыбаясь. – В следующий раз приду – проверю.

– Я не Ежик, я – Кнопка, – сердито бурчит Олюшка, все также глядя на меня исподлобья.

Открыто смеюсь, глядя на малышку. Несмотря на то, что она такая суровая и неприступная, рядом с ней меня всегда тянет улыбаться. А еще защищать ее от всего и от всех.

– Еще какой Ежик, столько вон колючек за утро выпустила, – щелкаю ее по носу, едва сдерживаясь, чтобы не обнять. Не уверен, что малышка оценит такой мой душевный порыв. – До встречи, Кнопка.

До самой машины иду с идиотской улыбкой на губах. Нет, я не забыл, что моя дочь серьезно больна. И мы будем вместе бороться с недугом. Просто счастье меня распирает изнутри, от того, что обрел такую прекрасную малышку, несмотря на ее непростой характер. И этими распирающими чувствами хочется делиться со всеми.

Спустя минут пятнадцать Рада садится на пассажирское сиденье, пристегивается, даже не глядя в мою сторону, и тут же утыкается в телефон. Воздух в машине пропитывается ее раздражением и нервозностью. Жду несколько минут, пристально скользя по ней взглядом, как наконец она отрывается от мобильного и поворачивается в мою сторону. Сводит брови на переносице и прожигает взглядом точь-в-точь, как Ежик. Так вот кто учитель нашей дочери! Или это у них на генетическом уровне заложено?

– Что-то не так, Рада?

– Зачем нужно было меня дергать? Я вполне могла бы остаться у Кнопки!

– Нет, не могла бы, – спокойно отрезаю, заводя машину и выруливая с парковки в сторону ее дома. – Тебе нужно отдыхать. Не забывай о своем положении. Тем более, таком непростом.

Рада отворачивается к окну, обиженно сопя. Забавная такая.

Я понимаю причину ее недовольства, но даю ей время остыть, и лишь потом продолжаю:

– Я никоим образом не ставлю твою беременность выше Ежика. Наоборот. Я хочу, чтобы ты побольше отдыхала, потому что сейчас твоя поддержка очень нужна нашей дочери. А ты еще и в положении. Ты должна беречь себя, Рада. Для всех детей.

Понятия не имею, откуда в моей голове вся эта философская ерунда, но я ни капли не сомневаюсь в сказанном. И, кажется, мне удается достучаться до Рады, потому что ее взгляд немного теплеет, и на губах проступает легкая улыбка.

– Спасибо. Ты прости за такую реакцию…Просто до этого обо мне никто не заботился, кроме мамы.

– Теперь будут, – произношу твердо, отрываюсь от дороги и бросаю на девушку мимолетный взгляд. – Возьмешь больничный с сегодняшнего дня и вплоть до родов. Тебе надо отдыхать, хорошо питаться и беречься. Да и Ежик будет отнимать много времени и сил.

– Ты с ума сошел?! – делает страшные глаза, роняя челюсть на коленки. – Не забывай, мы с Олей не воздухом питаемся, да и реабилитация еще предстоит долгая и дорогая!

– Это не твоя забота. Я все решу. И да, я помню про свое обещание перевести остаток суммы в ближайшее время. Разумеется, помимо этого буду вас с Олей обеспечивать всем необходимым. Так что ты идешь на больничный и сразу в декрет. Силы нам всем еще понадобятся. Время предстоит непростое.

– Но как я возьму настолько длительный больничный?! – непонимающе хлопает пушистыми ресницами. – Доктор сказала, что со мной все в порядке, да и токсикоз не такой сильный, как с Кнопкой…

Губы сами растягиваются в улыбке на ее честность и непосредственность. Невольно сознание сравнивает Раду с Алисой: та бы, наверно, ответила согласием тут же, совершенно точно не заботясь, как это провернуть. Еще бы и путевку в санаторий потребовала помимо компенсации…

– Я сам переговорю с кадрами, отдам распоряжение, чтобы оформили больничный на весь срок беременности. Все будет нормально, как полагается, и место в компании останется за тобой. Тебя, как хорошего специалиста, разумеется, будет не хватать, но душевное и физическое здоровье Ежика сейчас важнее. Как и твоя беременность. Мы приехали, кстати.

Рада растерянно смотрит в окно, словно не понимает, что мы уже возле ее подъезда. Потом решительно кивает головой и тянется к ручке двери. И снова губы растягиваются в улыбке: сейчас она напоминает маленького котенка, который храбрится перед большим и здоровенным псом. Ее, как и Ежика, хочется обнять и защитить.

Я выбираюсь из машины, быстро ее обхожу, протягиваю руку и помогаю Раде выйти. Ее глаза распахиваются от неожиданности еще больше, а щеки слегка алеют.

– Может…– едва слышно шепчет, стоя так близко, почти касаясь меня, но упрямо глядя куда-то в район груди. – Зайдешь на чай?