Эпилог

Рада

– Мама, ты такая красивая, – восхищенно тянет Иришка, сложив ручки и прижав их к щекам.

– Дааа, ты – самая красивая невеста, мама! – вторит ей Кнопка.

У меня вырывается нервный смешок от слов дочерей, который тут же перевоплощается в восхищенный стон, едва я перевожу взгляд в зеркало. Из отражения на меня смотрит молодая, красивая и утонченная девушка с горящими и счастливыми глазами. Волнующаяся невеста, впервые выходящая замуж. И мать четверых детей.

Да-да, четверых. Мы с Лукой не «планировали» еще одного ребенка, но так вышло.

После успешно проведенной операции Кнопки Лука ходил сам не свой. Был постоянно задумчив и часто «выпадал» из разговора. Я очень переживала, что врачи что-то сказали Луке насчет здоровья дочери, и он не знает, как мне это сообщить. Пришлось прижать Луку к стенке, и тогда он наконец «раскололся», рассказав мне об Ирине.

От шока я не могла вымолвить и слова. В голове не укладывалось, что матери может быть плевать на собственного беззащитного ребенка.

– Рада, скажи что-нибудь, – Лука нарушил образовавшуюся тишину, осторожно коснувшись рукой моего плеча.

– Я тебя прибью…

– Понимаю, ты вправе злиться, все же четверо детей – далеко не просто, но, пожалуйста, подумай…

– Просто помолчи, – перебиваю Луку, заводясь по – настоящему. – Ты действительно думаешь, что я позволю маленькой девочке оказаться в детском доме, когда у нас есть возможность забрать ее в семью? Отодвинься, Лука, иначе я действительно тебя стукну.

Но он наоборот, придвигается ближе и притягивает меня в свои объятия.

– Ты невероятная, Рада.

– Да нет, самая обычная. Просто считаю, что чужих детей не бывает.

Первое время с Ирой было нелегко: она остро переживала смерть бабушки и очень боялась, что мы от нее откажемся. Никого к себе не подпускала, меня вообще сторонилась, и в ее глазах была такая вселенская боль, когда я возилась и обнималась с Пашей и Машей. Как будто она помнит, что сама, будучи такой крошкой, недополучила родительской любви.

Единственный, кому Иришка позволяла к себе хоть ненамного приблизиться – Лука. Поэтому на нем лежала вся ответственность по «приручению» малышки. И, стоит признать, Лука неплохо справлялся!

– Я услышал твою просьбу про папу, малышка.

– Ты нашел его? – с придыханием выдает девчушка, с огромной надеждой во взгляде гипнотизируя «папу».

– Да. Я буду твоим папой, Ира. И подарю бонусом маму, двух сестричек и братика.

Малышка крепко задумалась, склонив головку и внимательно разглядывая меня с Пашей и Машей на руках.

– Мне не нужна мама, – категорично заявляет в итоге, не понимая, как сильно ранит мое сердечко.

– Почему, солнышко?

– Потому что у меня уже была мама, и я ей не нужна. И новая мама меня любить не будет. У нее уже есть свои малыши.

– Ириш, – Лука, опускается на корточки и гладит малышку по головке. – Рада – другая мама, не такая, как мама Алиса. Да, у нее уже есть трое деток, но она всех любит одинаково. И для тебя в ее сердечке обязательно найдется место.

Ирина прислушалась к словам Луки, но оттаяла не сразу.

И, как ни странно, заставить поверить в семью удалось… Кнопке. Ира очень часто спрашивала о ней: где ещё одна сестра и когда её можно будет навестить. И мы пошли все вместе, когда врач разрешил окрепшей Олюшке посещения родственников.

Девочки как-то очень быстро нашли общий язык, о чем-то долго шушукались, что в итоге вечером пришлось разнимать. И после этого Ира спрятала свои колючки и пошла на сближение со мной. Позволила себя любить и всю себя отдавала взамен.

Ирине очень нравится в нашей новой семье, она очень помогает с Пашей и Машей и чувствует себя абсолютно счастливой.

Но мою счастливую семейную жизнь омрачал только один момент: Иришка никак не хотела называть меня мамой. То есть Лука у неё папа, а я -тётя Рада.

Так продолжалось долгое время, пока в один день ночью не началась гроза. Дождь барабанил по стеклам, сверкали молнии, и гремел гром.

И в самый страшный момент Ирина босыми ногами прошлепала в нашу спальню, забралась с моей стороны на кровать, обвила мою шею своими тонкими ручками и горячо прошептала на ухо:

–Мама, мне очень страшно!

Мои чувства в тот момент не передать словами. Слезы сами катились из глаз, я прижимала малышку к себе, укрыла нас одеялом и, поглаживая кудряшки малышки, выпалила:

– Ничего не бойся, моя хорошая. Мама рядом. Я всегда буду рядом и защищу тебя от всех-всех проблем.

И по сей день я стараюсь держать данное дочери слово.

* * *

Свадьбу мы решили отмечать в нашем доме, который Лука подарил мне на первый годик Маши и Паши. Там, где через полтора года он сделал мне предложение руки и сердца. Там, где мы окончательно поняли, что любим друг друга. Не из-за детей, а потому, что мы те, кто мы есть. Там, где зародились наши чувства, и где мы, наконец, стали одной семьёй.

Почему официальное предложение поступило только через полтора года? Потому что Кнопка хотела обязательно присутствовать на свадьбе и увидеть маму в белом платье. И мы решили отложить праздник до полной ремиссии Олюшки, в том числе, и официальное предложение руки и сердца.

Но эти полтора года Лука времени даром не терял: он окунул меня в конфетно-букетный период, окружив романтикой и не дав погрязнуть в быту. Настоял на том, чтобы в нашем доме появились няня и домработница.

– Ты не обязана все тащить на себе, Рада. У нас четверо детей, и я хочу по возвращении видеть счастливую и спокойную жену, а не нервную, замученную женщину с дергающимся глазом.

И я смирилась. Кто я такая, чтобы запрещать и мешать своему мужчине проявлять заботу?

Лука за это время очень изменился. Несмотря на то, что по-прежнему много работает, он спешит вернуться домой как можно раньше, чтобы пообщаться с детьми и самому прочитать им сказку и уложить спать. У него даже появился выходной, в который Лука отключает все телефоны и проводит этот день только с семьёй.

* * *

–Радочка, какая же ты красивая! – в комнату влетает Эмма и не сводит с меня восхищенного взгляда, наполненного слезами. Осторожно, чтобы не помять платье и не испортить причёску, обнимает, шепча на ухо сквозь слезы:

– Поздравляю, моя хорошая! Я так рада за тебя! Ты заслужила свое счастье.

– Спасибо, что приехала, Эмма, – отвечаю, едва сдерживая рвущиеся наружу слезы, чтобы не испортить макияж.

– Я не могла не приехать и не поддержать тебя. Боже, Рада, ты самая красивая невеста! Особенно глаза. Они так и светятся от счастья.

– Да, я так счастлива, ты не представляешь! У меня есть мужчина, который носит меня на руках, и все дети здоровы. Большего мне и не нужно.

– Кстати о твоём мужчине, – Эмма хитро подмигивает. – Нам пора. Жених очень нервничает и вот-вот и ворвется сюда, чтобы проверить, не сбежала ли невеста.

Представляю, как Лука меряет шагами площадку перед аркой, словно загнанный в клетку зверь, и невольно губы сами растягиваются в улыбке. Значит, не я одна волнуюсь перед церемонией.

Мы с Эммой выходим из комнаты и спускаемся вниз, прямиком на задний двор, где будет проходить выездная регистрация.

Едва я ступаю на импровизированную красную дорожку, как тут же натыкаюсь взглядом на Луку. Боже, какой он красивый в этой белоснежной рубашке и приталенном чёрном костюме! Волнуется и не сводит с меня горящих глаз, которые так и светятся любовью и нежностью.

Я делаю первый шаг навстречу. Ещё один. И ещё. Оставшееся расстояние я преодолеваю едва ли не бегом: так хочу скорее принадлежать своему мужчине.

Регистратор произносит стандартную речь, во время которой мы с Лукой смотрим друг другу в глаза и держимся за руки. Наше «Да» звучит уверенно и твёрдо.

Кнопка, одетая в белоснежное платье – копию моего свадебного, приносит подушечку с кольцами и смотрит на нас, родителей, счастливыми глазами.

– Жених может поцеловать невесту, – торжественно произносит регистратор, и Лука бережно притягивает меня в свои объятия, касаясь губ в целомудренном поцелуе.

И в этот момент Кнопка и Иришка забрасывают нас лепестками роз, создавая нашу персональную сказку.

– Моя, – шепчет Лука в губы, с трудом удерживая руки на моей талии.

–Твоя,– встаю на цыпочки и сама тянусь за поцелуем. – С самого первого взгляда семь лет назад.

И в этот момент Маша и Паша все-таки вырываются от няни и кидаются нас обнимать. Кнопка и Иришка, две дружные сестрички, присоединяются ко всеобщему празднику.

Мы с Лукой подхватываем наших детей на руки и обнимаемся всей нашей большой дружной семьей.

– Спасибо тебе, любимая, – шепчет Лука мне в висок, обжигая дыханием кожу и заставляя мурашки скакать по всему телу.

– За что?

– За нашу большую и дружную семью. За то, что вы все у меня есть.

Ничего не успеваю ответить – наши гости нарушают уединение и кидаются нас поздравлять.

Праздник в самом разгаре, ищу взглядом мужа и обнаруживаю его общающимся с Тимуром – строгим и серьёзным мужем Эммы.

Подхожу к Луке со спины и обнимаю, прижимаясь щекой к его широкой спине. Муж накрывает мои ладони своими, переплетая пальцы.

С моих губ уже срывается признание в любви, которое я точно произнесла десяток раз, но слова застревают в горле и вместо них вырывается смешок.

Я замечаю Машу, которая что-то увлечённо выговаривает такому же серьёзному и неулыбчивому мальчику – сыну Эммы и Тимура, Арслану. Мальчишка кивает дочери, берет её за руку и… идёт к нам.

– Папа, – Арслан дёргает Тимура за штанину и с серьёзным лицом произносит то, отчего у всех присутствующих взрослых вытягиваются лица. – Это Маша, моя девочка. Маша мне нравится. Я хочу, чтобы она была моей женой.

Прикрываю губы ладонью, чтобы сдержать улыбку, и краем глаза наблюдаю за Лукой. С его лица мигом сходит вся краска, и он с силой стискивает челюсти.

–Тимур, – тяжело сглатывает, медленно выговаривая каждое слово. – Объясни сыну, что моей дочери, мягко говоря, рановато замуж.

–Не-а, – откровенно веселясь, качает головой Тимур. – Мой сын-Кадыров. И если он что-то решил, то обязательно этого добьётся. Порода у нас такая.

Лука прищуривается и на полном серьёзе выдаёт:

– Я ружье куплю.

– К сожалению, это тебя не спасёт, Лука. Придётся смириться с кандидатурой Арслана в качестве зятя.

Лука снова поворачивается к сыну Кадыровых и натыкается на упрямый тёмный взгляд исподлобья.

– Это моя девочка.

И пока Лука не ввязался в открытый конфликт с «будущим» зятем, утягиваю мужа в центр лужайки.

– Потанцуй со мной.

Лука притягивает меня в свои объятия, но не сводит напряжённого взгляда с мальчика.

– Он всего лишь ребёнок, успокойся.

– Вот именно! – негодует муж. – Сопляк, а уже тянет ручонки к самому дорогому!

– Маша все равно рано или поздно выйдет замуж, и ты не сможешь этому помешать. Тебе останется только смириться.

Лука тяжело вздыхает и прижимается лбом к моему. Но его взгляд быстро из обеспокоенного превращается в игривый.

– А давай мы сбежим, и наша брачная ночь начнётся прямо сейчас?

Мои брови взлетают в удивлении вверх.

– Что ты задумал, Лука?

– Что ты подаришь мне ещё одного сына, – уверенно и твердо сообщает этот потрясающий мужчина. – У меня три дочери, и именно сейчас я отчетливо понял, что мы с Пашей вдвоём не справимся защищать наших девочек.

– Ты с ума сошёл?! У нас уже четверо детей на двоих!

– Ну, и что? Посмотри, какие они у нас классные, – кивает подбородком в сторону наших малышей, которые стоят кучкой и что-то обсуждают. Арслан так и держит Машу за руку, на что Лука скрипит зубами. – Самые лучшие малыши на земле.

– И все такие наши, – губы сами растягиваются в улыбке, а в груди растекается невероятное тепло.

– Ну, так что насчет еще одного сына, Рада? – Лука проникновенно заглядывает мне в глаза и крепче сжимает талию, прижимаясь всем телом, чтобы показать степень своей готовности «идти» за еще одним сыном.

– В этот раз сам рожай, дорогой. Моей нервной системе и четверых детей хватает, – ехидно тяну и довольно улыбаюсь, видя, как вытягивается лицо Луки.

Но в глубине души знаю, что с моим мужем не страшно родить и пятого ребенка. Потому что он не единожды доказал, что я всецело могу на него положиться в любом вопросе, что наша семья становится крепче и сплоченнее с каждым днем, и пятый ребенок никак не нарушит данного факта.

И самое главное – в наших сердцах хватит места и любви на каждого члена нашей большой, дружной и немного сумасшедшей семьи.